Иллюзия выбора

      Проснувшись, Элизабет не сразу поняла, где находилась. Она недоуменно оглядела комнату, зацепившись взглядом за балконные двери. Солнечный свет пытался пробиться сквозь плотные темные шторы. Выбравшись из-под одеяла, Элизабет подошла к дверям и распахнула шторы. Солнечные лучи ударили ей в лицо и, словно оживляя девушку, обрушили на нее весь ужас вчерашних новостей.       Они не были с Дианой близкими подругами, тем более в последнее время та сильно отдалилась. Бозман не хотела делиться результатами расследования, говоря, что оно затрагивало высокопоставленных людей, и Элизабет ничего не оставалось, кроме отступления.       Она вспомнила их последнюю встречу, которая состоялась ровно два месяца назад. Бозман была напряжена и разговаривала неохотно, утаивая детали. Последними ее словами, адресованными Элизабет, были: «Не лезь в это дело, Колвин, я не хочу, чтобы ты пострадала».       В груди теснилась тупая боль, невозможно было поверить в то, что Диана, всегда такая непоколебимая и уверенная в себе, мертва. Элизабет горестно вздохнула, рот скривило в гримасе отчаяния. Когда же уже закончится эта череда смертей? Но, как ни странно, за свою жизнь опасений у нее не было. Рядом с Витторио она чувствовала себя в безопасности, несмотря на непонимание, царившее между ними.       Когда после полумрака спальни глаза Элизабет привыкли к яркому солнечному свету, она обратила внимание на вид из окна. Он ошеломлял. Перед домом раскинулся пестрый цветочный сад, аккуратный и любовно ухоженный. Буйство красок дополняли цветущие деревья сакуры и магнолии. Отделённый от сада широкой полосой пляжа ослепительно блестел океан, отражавший солнечные лучи. На берегу не было ни души, хотя час уже был не ранний.       Спустившись вниз, Элизабет заглянула на кухню. Там было пусто. В уютной гостиной она обнаружила черноволосую девушку, которая занимала ее мысли накануне. Та сидела на широком диване, подобрав ноги, и читала модный журнал, на столике рядом лежала ещё груда такого же бессмысленного чтива. Увидев Элизабет, она подняла на неё взгляд.       — А вот и наша гостья, — она насмешливо смотрела на Элизабет. Голос у нее был мелодичный, только вот тон совсем не располагал к беседе. — Я Стелла, сестра Витторио.       Элизабет озарила вспышка узнавания. Но в этой цветущей женщине с трудом угадывалось то забитое существо, которое она когда-то встретила в лечебнице. Яркий румянец, белоснежная чистая кожа, огромные темные глаза, совсем как у Витто. Она была очень красива. У Элизабет мелькнула мысль, что ей бы хотелось взглянуть на их мать.       — Я слышала про вас, — Элизабет почему-то ощутила неловкость. Словно она вторглась на чужую территорию.       Стелла вскинула тонкие ровные брови, и журнал был отложен на диван.       — Вот как. И что же Витто рассказывал обо мне?       — Просто сам факт, что у него есть сестра, — она чувствовала, что если Стелла поймет, что Элизабет в курсе ее истории, то Витторио придется несладко.       — Мартина говорила, что это не первый раз, когда вы гостите у моего брата? — продолжала Стелла.       Элизабет покраснела, неловким жестом заправила волосы за ухо, ловя на себе прищур. Она видела, что хозяйка заметила ее смущение.       — Да, мне приходилось бывать в доме в Нью-Йорке, здесь я впервые.       — Надеюсь, вы и тут не задержитесь, — бросила Стелла. — Я завтра ждала гостей, но Витто все отменил. Из-за вас.       Она неприязненно смотрела на Элизабет, которая окончательно смутилась. Не то, чтобы Стелла ее пугала. Просто неприятно было встретиться с таким откровенным проявлением враждебности.       Элизабет нерешительно произнесла.       — Я ищу Мартину…       — Она уехала за продуктами. Завтрак на столе.       После этих слов Стелла опять уставилась в журнал, казалось, Элизабет мгновенно перестала для неё существовать. Пожав плечами, она вернулась на кухню.       После завтрака, не зная чем себя занять, Элизабет решила прогуляться. Оставаться в одном помещении со Стеллой мало хотелось. В саду цвели нежные нарциссы и азалии, яркие тюльпаны и ещё множество цветов, названий которых Элизабет попросту не знала, но это не мешало ей любоваться ими. Прогуливаясь между деревьями, она наткнулась на скамеечку под раскидистой яблоней. Что ж, ничего не оставалось, как дождаться Витторио, и уже потом принять решение о своих дальнейших действиях.       День Элизабет провела гуляя по саду, по пляжу и отдыхая в своей комнате. Стелла ей больше не попадалась, и, откровенно говоря, это было только ей на радость.       Элизабет сидела на скамейке под яблоней, листая один из журналов, позаимствованный из гостиной, когда услышала шаги. Витторио неспешно шёл к ней от дома. Глядя на него, ей трудно было сдержать вздох. Его движения были наполнены ленивой грацией, за кажущейся расслабленностью таилась собранность, ставшая второй натурой. Как всегда безукоризненно одет — серые брюки и жилет, узкая лента чёрного ремня, белоснежная сорочка. Когда он подошёл достаточно близко, Элизабет подняла взгляд на его лицо, каждую черту которого знала наизусть, несмотря на все усилия стереть его из памяти. Она внутренне усмехнулась. Стоило ли так стараться забыть его, если при одном взгляде на него у неё снова перехватывало дыхание.       Прошло только пара месяцев, как она стала замечать, что в мире есть и другие мужчины. У нее даже было свидание с секретарем одного промышленника, у которого удалось взять интервью. Но это было совсем не то. Весь вечер Элизабет, злясь на себя, сравнивала его с Витторио, и, конечно, несчастный парень не выдерживал этого соревнования, проходившего только в ее уме. Пока она размышляла над этим, Витторио подошёл совсем близко и остановился возле неё.       — Элизабет.       — Витторио.       Он улыбнулся. Элизабет отвела взгляд, устремив его на цветы у ног.       — Ты уже познакомилась с моей сестрой?       — Да, — она помедлила. — Занятная девушка.       Витто встревожился и чуть наклонил голову.       — Она может показаться грубой, но, в целом, Стелла безобидна. Будь с ней помягче.       Элизабет с недоумением посмотрела на него.       — Она тут хозяйка, конечно, я не буду грубить в ответ.       — Да, извини.       — Давно ее выписали?       — Я забрал ее домой в декабре, — отозвался мужчина. — Она неплохо держится. Врачи сказали, что ей нужно избегать нервных потрясений, и тогда все будет в порядке.       Девушка издала короткий смешок.       — Боюсь, она сама может устроить себе такие потрясения.       Витто улыбнулся, припоминая прошлое сестры.       — Да, характер у неё всегда был непростым.       После непродолжительной паузы Элизабет спросила:       — Когда я смогу вернуться домой?       — Сложно сказать, — он слегка пожал плечами. — Те двое, которые вчера хотели напасть тебя, просто наемники. Пока не ясно, кто их нанял. У меня есть люди в полиции, через которых я попытаюсь получить информацию о расследовании Бозман. Тебе есть, что сказать мне?       Зная Элизабет, можно было ожидать чего угодно.       — Нет, Диана не посвятила меня в детали.       — Ясно, тогда подождём сведений от источника.       Элизабет кивнула. Похоже, это дело не одного дня. Витторио продолжал смотреть на нее.       — Я рад тебя видеть, Элизабет.       Она почувствовала, как внутри все сжалось от его слов. Она не смотрела на него, боясь, что он прочтёт в ее глазах то, о чем не должен был знать. Он же, напротив, все так же упорно смотрел на ее лицо.       — Ты, видимо, нет, — мужчина коротко вздохнул.       Элизабет хмыкнула, его привычка делать поспешные выводы никуда не делась.       — В нашу последнюю встречу ты выгнал меня из своего дома, — она еле сдерживала себя, чтобы не перейти на грубость. — Это было, мягко сказать, неприятно.       — Да, — он пригладил волосы, — я был неправ.       От удивления она подняла голову, встретившись с ним взглядом.       — Я не должен был так поступать, даже не поговорив с тобой.       Элизабет опять опустила глаза. Ей даже стало жаль его, до этого она и не догадывалась, что Витто способен признать свою неправоту. Он стоял перед ней неподвижно, словно неживой.       — Какой смысл теперь это обсуждать? — послышался ее тихий голос. — Все в прошлом.       Они продолжали молчать. Вокруг шелестели листья, слышался шум океана. Мягкий ветер ерошил волосы, словно успокаивая этих двоих. Тихий вечер притуплял чувства. Наконец, Элизабет нарушила тишину.       — Витто, спасибо тебе, — он вопросительно смотрел на девушку. — За то, что вчера опять вытащил меня из неприятностей.       — На это можно посмотреть иначе. Там, где я, тебя всегда подстерегает опасность.       Она неопределенно пожала плечами. Что он хотел этим сказать? Посидев ещё немного, Элизабет встала со скамейки и пошла в дом. Витто проводил ее взглядом, пока она не скрылась в дверях.       За ужином она, в основном, молча наслаждалась едой. Мартина приготовила равиоли с рикоттой, и Элизабет отчетливо поняла, что если она пробудет в этом доме достаточно долго, то у нее разовьется зависимость от этой великолепной готовки. От размышлений ее отвлек голос Витто, пытавшегося разрядить обстановку.       — Чем ты занималась в «Форест шелтер», Элизабет?       — Брала интервью у сенатора от Нью-Джерси, — отозвалась она. — Он оказался очень приятным собеседником.       Услышав это, Стелла заинтересованно подалась вперед.       — Так вы у нас репортер? — ее брови чуть приподнялись. — Странный выбор для женщины.       — Меня всегда манила эта профессия, с самого детства, — принялась объяснять Элизабет. Действительно, в журналистике было все еще слишком мало женщин. Да и то, они в основном освещали светские новости. Ее всегда возмущала эта несправедливость. — Мой дед писал короткие заметки для местной газеты и увлек меня журналистикой.       — Кто ваши родители? — Стелла наконец-то оживилась.       — У них ферма в Висконсине.       Совсем недавний интерес в глазах Стеллы тут же угас.       — Значит, детство вы провели, копаясь в навозе? — тон ее был полон пренебрежения.       — Gioia, прекрати, — мягко сказал Витторио. — Извини, Элизабет. Похоже, моя сестра потеряла навыки вежливого общения.       Он выразительно смотрел на сестру, на что Стелла раздраженно повела плечами.       Глядя на все это, Элизабет закусила щеку, чтобы не рассмеяться. Сама она была единственным ребенком в семье и слабо представляла, как выглядели отношения между братьями или сестрами. Похоже, Витто нелегко приходилось со своенравной сестрой.       Замечание Стеллы она пропустила мимо, ничуть не обидевшись. Отрастила броню, пока училась в университете среди отпрысков богатых семей. Да и работа репортером закалила ее.       Она и дальше наслаждалась ужином, иногда наблюдая легкую и даже дружескую перепалку между Витторио и Стеллой по абсолютно разным поводам.       Перед сном Элизабет еще раз прокрутила слова Витторио, которые были сказаны еще в саду, и задумалась, устраиваясь на спине в мягкой постели. Могло ли быть так, что он намеренно отдалился, чтобы не подвергать ее лишней опасности? Повертев эту мысль и так, и эдак, она решила, что нет, эти попытки оправдать его в своих глазах выглядели жалко. Она слишком хорошо знала, как он действует на неё. И она будет большой дурой, если снова поддастся его очарованию.

***

      Витторио зашел в свой офис в «Скай Тауэр». Погруженный в свои мысли, он окинул привычным взглядом приемную. Мягкий кожаный диван, огромное окно во всю стену с панорамным видом и красавица-секретарша, склонившаяся над вазами с живыми анемонами. Она обернулась на стук двери и улыбнулась боссу.       — Доброе утро, мистер Пьюзо.       На ней было чёрное платье, простое, но очень элегантное, выгодно подчеркивающее фигуру. Белые волосы уложены в сложную красивую прическу. Витто мельком взглянул на неё, не заметив ее стараний.       — Вам как обычно, мистер Пьюзо? Мистер Риччи и мистер Грассо уже ждут.       Витторио ответил кивком и вошел в кабинет.       Два итальянца привстали с дивана, приветствуя босса.       Усевшись на соседний диван, Витто рассеянно вперил взгляд в окно. Риччи молча ждал. Он достал сигарету и закурил, ожидая, когда босс заговорит с ним. Грассо, молодой, но уже заслуживший доверие, мужчина, потягивал свой кофе. С сорок пятого этажа открывался сногсшибательный вид на город, Центральный парк, радующий глаз нежной весенней зеленью, расстилался как на ладони, справа виднелась спокойная гладь Гудзона.       В кабинет вплыла Роуз с подносом в руках, на котором дымилась чашка крепкого кофе. Оставив кофе на изящном столике перед диванами, она поспешно вышла из кабинета, стуча высокими каблуками.       Помимо диванов, повернутых к окнам, в кабинете находился только лаконичный дубовый стол с аккуратно сложенными бумагами и стулья с мягкими сиденьями.       — Ладно, пора начинать. Информатор дал нам имена? — раздался голос Пьюзо.       Риччи встрепенулся от неожиданности.       — Да. И ты удивишься. Отец и сын Уилсоны, отец — федеральный судья, сын — конгрессмен. Третье имя — Дэвид Робинсон, сталелитейный магнат.       Витто молча вынул портсигар, достал сигарету и прикурил от своей любимой серебряной зажигалки. Он посмотрел на Дино Грассо.       — Меня интересует твое мнение. Как нам лучше поступить?       — Я думаю, Робинсона можно припугнуть. Я успел выяснить, что он часто летает в Мексику, надо выяснить зачем, — Риччи одобрительно кивнул. — Уилсонов убирать опасно, все-таки федеральный судья. Попробуем найти, чем их можно зацепить.       — Я имел дело с Уилсонами. Старший истинный патриот своей страны, — сказал Витто с издевкой, откинувшись на спинку дивана. — Но при этом не гнушался иметь дело с семьей Франческо, продажный ублюдок. Его прижать невозможно. Этот старый хрыч считает себя всесильным. Подумай, как можно расстаться с ним, как можно более естественным способом. Уилсон-младший увлекается верховой ездой. Неудачная конная прогулка как вариант? — он вопросительно посмотрел на мужчин. — Этим займешься ты, Нино. Бери для этого Анжело.       Тот кивнул.       — А в Мексику полетишь ты, — он перевел взгляд на Дино. — Мне нужна стопроцентная информация, чем этот магнат там занимается. И поспрашивай у осведомителей, может, кто еще что знает.       — Хорошо, погрею бока заодно.       — В объятьях прекрасной сеньориты, — добавил Нино.       Мужчины рассмеялись.       — Я думаю, начать нужно с конгрессмена? — продолжил Риччи. — Тогда старшему можно организовать сердечные проблемы на фоне горя.       Витто затушил сигарету и допил свой кофе.       — Да, хорошая идея, — он бодро встал с дивана и перешел за стол. Положив перед собой какие-то списки он, не глядя уже на мужчин, проговорил себе под нос, — теперь пора заняться виноградниками.       Риччи кивком указал Дино на дверь, а сам уселся за стол, взяв в руки бумаги.       — Последняя партия «винных кирпичей» пришла с браком. Все отсырело. Думаю, надо сменить транспортную компанию.       Дино тихо вышел из кабинета, приветливо подмигнул Роуз и отправился исполнять поручения.

***

      Ее пребывание в этом доме нельзя было назвать неприятным. Оно напоминало ей отпуск, которого, впрочем, у Элизабет не было ни разу за всю ее карьеру. Она коротала дни за разговорами с дружелюбной Мартиной, прогулками по пляжу, чтением книг и журналов. Стелла продолжала отпускать шпильки в ее адрес: «Где мой журнал? Нужна дополнительная прислуга, чтобы разобрать то, что вы тут устроили», «Может, это вы у нас тут итальянка, раз разбираетесь в этом вопросе лучше меня?» Элизабет отвечала неизменно вежливо или вовсе игнорировала ее замечания.       Витторио каждый день ездил в Нью-Йорк, возвращаясь, в основном, под вечер. Они встречались только за ужином и вели ничего не значащие разговоры. Он был предельно вежлив и доброжелателен с ней. Иногда даже слишком.       Постепенно она стала замечать, как его взгляд задерживался на ней чуть дольше, чем нужно. Как он ненароком касался ее, когда этого совсем не требовалось. Элизабет замечала, что в ее комнате всегда стояли свежие цветы, на туалетном столике появились флаконы изысканных духов, а в уборной — самая модная и дорогая косметика. Было очевидно, что Витто стремился сделать жизнь гостьи в своем доме как можно более комфортной.       В один из вечеров за ужином Стелла проворковала, глядя на Элизабет:       — Вы опять в том же платье, что и позавчера. А завтра будете в том же, что и вчера? Как мило, такая экономность редкость в наше время.       — Вы очень наблюдательны, — Элизабет уже привыкла к ее наглости и спокойно ответила, — обстоятельства не позволили мне взять сюда весь мой гардероб, Стелла.       — Не думаю, что он у вас блистательный, — хмыкнула она.       — Стелла! Да что с тобой! — Витторио смерил сестру недовольным взглядом.       Она выдержала взгляд, затем раздраженно бросила вилку на стол и поднялась.       — Я уже сыта.       После демонстративного ухода Стеллы Витторио спросил:       — Почему ты не сказала насчет одежды?       — Я говорила, что мне нужно домой за вещами, — Элизабет едва заметно пожала плечами. — Но ты ответил, что это исключено.       — Мне казалось, я все учел… — мужчина растерянно посмотрел на нее, — про одежду я не подумал, извини. Завтра возьми Массимо, и поезжайте в город. Купишь себе все, что нужно.       — Боюсь, местные магазины мне не по карману, — она рассмеялась.       — Скажешь, чтобы счета присылали мне, — просто ответил Витторио.       Элизабет оперлась подбородком о руки, сложенные в замок, и задумчиво посмотрела на него.       — Зачем ты делаешь все это?       — Что именно? — Витто ответил ей таким же взглядом.       Девушка, устроившись на стуле поудобнее, сделала глоток вина, затем проговорила:       — Все эти маленькие знаки внимания — цветы, духи. И то, как ты норовишь ко мне прикоснуться? Мне казалось, между нами все ясно, — она вертела в руках бокал, не глядя на мужчину. — А теперь еще и это предложение потратить твои деньги…       — Ты давно меня знаешь, Элизабет, я уверен, ты уже поняла, что это значит, — Витторио усмехнулся, словно расписываясь в своей слабости.       Когда она вновь подняла голову, ей показалось, что его глаза были чернее ночи. Элизабет стушевалась, внезапно стало трудно дышать.       — Витто… — она встала из-за стола, обошла его и встала за спиной мужчины. Положив руки на его плечи, которые сразу же напряглись от ее прикосновения, она наклонилась к уху. — Я здесь только потому, что кто-то хочет меня убить. Ты предложил мне защиту, и я ее приняла. Ничего большего между нами быть не может.       В кухню быстро вошла Мартина, замерев на пороге. Элизабет убрала руки.       — Мистер Пьюзо, извините, что отвлекаю вас, звонит мистер Риччи. Говорит, это срочно.       Витторио молча встал и, не глядя на девушку, вышел вслед за Мартиной.       Стоило ему скрыться в кабинете, как Элизабет быстрой тенью метнулась к себе в комнату.       Стелла сделала глубокую затяжку. Стоя под окнами кухни, она слышала все, о чем там говорилось. Выпустив дым, она закусила губу, раздумывая над чем-то. Сверху гаркнула птица. Девушка резко выпрямилась и зашагала в сад.       Только оказавшись на балконе, Элизабет смогла отдышаться. Ночная прохлада освежила ее мысли. Она покачала головой. Витто не принес в ее жизнь ничего, кроме разочарования и боли. Почему в это раз должно быть иначе? Она обхватила себя руками, глядя на лунную дорожку на воде.       Ощущение ловушки не покидало ее. Элизабет не доверяла себе, боясь, что не сможет совладать с собой, если Витто будет продолжать вести себя так же. Раздумывая над этим, она пришла к выводу, что ей нужно попытаться избегать его. Это решение немного успокоило ее.       На следующее утро, выйдя перед завтраком в сад, Элизабет остановилась, как вкопанная. Все цветы, которые так любил Витторио, были безжалостно вырваны с корнем и разбросаны на дорожке. Еще недавно цветущий сад был теперь куском голой земли.