Follow you

— Прошу, пощадите! — Что-о? Просишь пощады у якудза? Ну и отчаянный же ты парень. Сидящий до этого в кресле Кэйа с автоматом на плече, подошёл к лежащему на полу человеку и уткнул дуло ему в шею. — Давно речь заготавливал? Чем ты думал, когда настолько сильно нас подставлял? — Я верну деньги, честно! — Вернёшь деньги, и ногти тоже. Будет тебе напоминанием. Кэйа кивнул двум стоящим недалеко мафиози и пошёл к выходу из квартиры под отчаянные мужские крики.

***

Он бросил в багажник машины оружие и собирался свалить куда подальше, но его поймал телохранитель. — Сэр Кэйа, ваш отец... Тот лишь молча положил ему несколько крупных купюр ему в руку. — Но... — Следящего за тобой человека я тоже подкупил. Просто дайте мне немного побыть одному, хорошо? Я вернусь к положенному времени. Телохранитель сглотнул, но кивнул. Кэйа ушёл, засунув руки в карманы. Быть сыном главы якудза слишком тяжело. За тобой постоянно ведётся наблюдение, где бы ты не был. Такое ощущение, что даже в своих мыслях он не один. Единственное, чего хотел Кэйа на тот момент – больше воздуха и свободы от постоянного напряжения. Внезапно за углом мелькнули красные волосы. Кэйа тут же сорвался с места и побежал вслед за алой макушкой, но, когда он выбежал за угол, оказалось, что это просто промоутер Диснейленда в костюме Ариэль. — «Чёрт, у меня уже шизофрения началась...» Кэйа очень сильно тосковал по красноволосому мальчишке, с которым его пути разошлись очень давно.

***

Тот шёл с компанией ребят с частной школы для богатеньких детей. Улыбаясь, как звезда по имени Солнце, он спустился по лестнице, тихо смеясь над чьей-то шуткой, и резко останавливается, замечая потерянного мальчика с синими волосами, а ещё повязкой на глазу и, почему-то, выбеленной, словно седой, прядкой волос. — Кэйа, это ты...? Что ты тут делаешь? Ох, а что у тебя с глазом? Ты в порядке? Оборванец, услышав своё имя, вздрогнул, будто из своих мыслей вывалился. Он казался потер(янным)явшимся. — Люк? Ох, глаз в порядке, просто... Просто он приболел и его нужно вылечить. — Дилюк, ты знаком с ним? — наклонил голову рыжеволосый растрёпанный мальчишка с яркой улыбкой. Получая в ответ кивок красноволосого, тот улыбается только ярче. — Я Аякс! Не хочешь дружить с нами? Кэйа вздрогнул, осматривая Аякса и свору других богатых детей уцелевшим глазом, стоящих за Дилюком. Он не их часть. Такой мусор не может находиться среди подобных светлых людей. — Соглашайся! – крикнул кто-то ещё из-за спины красноволосого мальчишки, после чего остальные подхватили и начали вторить его словам. Кэйа покраснел и пожал Аяксу руку. — Я Кэйа... Давай будем друзьями. У Аякса и Дилюка улыбки светлые. Но у Дилюка, наверно, ярче, как у звезды по имени Солнце.

***

Альберих пнул камень с дороги в сторону. В груди защемило. Спустя столько лет он не может забыть его детскую солнечную улыбку, адресованную лишь ему. Не может забыть тепло коротких поцелуев в щёку, макушку и в лоб. У Дилюка губы очень мягкие. Однажды, когда им было по шестнадцать, и Рагнвиндр потянулся поцеловать его в щёку, Кэйа повернул голову так, чтобы поцелуй пришёлся в губы. Дилюк тогда очень сильно покраснел и начал с недовольными воплями лупить его. « — Кэйа, ты дурак! — Ха-ха, прости, не удержался! »

***

Джинн пришла к Дилюку вместе с Барбарой, чтобы скрасить тому одиночество. Девушкам, правда, сначала пришлось сходить в магазин, потому что, несмотря на толстоту кошелька младшего Рагнвиндра, в его холодильнике всегда пусто. Потому что тот ничего не ест. Придя с магазина, сёстры приготовили ему печенья и сели рядом с ним, начав ими кормить. — Ты не вышел на работу. Всё хорошо? — Всю ночь не спал, утром был вообще никакой, – тот с мрачным лицом поедал печенье. – Кошмары снились. Джинн обняла его за плечо, с теплотой смотря в глаза. — Хей, я же рядом, ты помнишь? Рагнвиндр не ответил, лишь молча смотрел ей в глаза. — Кончайте флиртовать при мне, вы двое. – Барбара недовольно сунула себе в рот печенье. На эту реплику старшая начала её щекотать. Смех Барбары, правда, Дилюк слышал словно из-за гущи воды. Он здесь, но не здесь одновременно. Телом здесь, а сознанием уже давно не с ними. Его сознание далеко-далеко отсюда. Там, где его у школы ждёт синеволосый мальчик с повязкой на глазу.