Follow you

Мужчины лежали по своим кроватям, уставившись в потолок. Сон никак не шёл. Оба прекрасно понимали, что сосед не спит, но никто не решался заговорить. Слышно было лишь размеренное дыхание и тиканье часов. Наконец, Рагнвиндр осмелился прервать тишину. — Кэйа, расскажи. — А? О чём? — Расскажи мне об этом месте. И о своей сестре. Мужчина устало усмехнулся, складывая руки под голову и вновь прожигая потолок взглядом. Холодный воздух от кондиционера пробежался по коже, заставляя покрыться мурашками. — Рэгнхеидер того же возраста, что и твои подопечные, и она просто солнышко. Честно говоря, я до сих пор удивлён, что несмотря на место, где она выросла, она ненавидит насилие всем своим сердцем. А что до этого места… Здесь никогда не бывает солнечного света, не видно и мерцания звёзд. Мы находимся глубоко под землёй. Здесь нет окон, поэтому в каждой комнате имеется кондиционер, ведь иначе в жару здесь все перемрут от духоты… — он дотронулся до правого глаза. — А ещё это оно всё пропитано жестокостью. Здесь нет места улыбкам и тёплой атмосфере, несмотря на то, что мы зовёмся мафиозной семьёй. Каэнри’ах была и есть одной из самых старых и самых страшных банд якудза, держащих в страхе всю Японию. Как-то он сказал, что этой группировке уже пять веков. — Он? Кто он? — …Дайнслейф. Дилюк присел на кровати, смотря на своего соседа с нескрываемым интересом. Когда-то они так же, будучи детьми, обсуждали новый вышедший фильм, и Дилюк смотрел точно так же, с такой же заинтересованностью. Кажется, пришло время вскрыть карты. Главное самим не вскрыться следом. — Дайнслейф, он… Он был моим наставником. — Кэйа поджал губы, кусая нижнюю зубами. — Когда ты… Когда я вернулся сюда, я узнал, что он погиб во время прокатившейся волны митинга. Он вёл за собой повстанцев, и всех их перестреляли на Радужном мосту. В газетах это происшествие назвали К-кровавая… радуга. — последнее слово мужчина произнёс на выдохе, чувствуя, как из глаза начинают литься слёзы. Рагнвиндр пожалел о том, что заставил его завести этот разговор. По Альбериху было видно, что он слишком тяжело перенёс потерю своего наставника, и что эта рана кровоточила вот уже пять лет. Красноволосый виновато смотрел на мужчину, что закрывал лицо рукой и тихо плакал, и внезапно встал с кровати. Подойдя к нему и сев рядом с его койкой на полу, Дилюк взял того за руку, переплетая их пальцы. Было больно, но он этого не показывал. — Ты совсем умом двинулся? Тебе сейчас вообще лучше лишний раз ими не пользоваться. — дрожащий голос Кэйи заставил сердце мужчины сжаться. — Один раз я уже оставил тебя одного в дождь. Второй раз я этого не допущу. Альберих вздрогнул. Дилюк почувствовал это, пока держал его за руку. Тот сильнее, но всё же аккуратно, сжал его руку, вновь начиная плакать. Сквозь череду всхлипов мужчина смог различить еле слышное «Дайн», как тот зовёт его. «Мне так тебя не хватает.» Это была явно не романтическая тяга, это, скорее, больше было похоже на любовь к отцу, который неожиданно ушёл, оставив тебя совершенно одного, и ты не знаешь, куда деться. Дилюку хорошо знакомо это чувство. Достаточно хорошо, чтобы не осудить мафию за слёзы, а сочувствующе гладить по предплечью. Прошло десять минут. Всхлипы прекратились. Послышалось тихое размеренное сопение. Кэйа всегда быстро засыпал после того, как плакал, и этот раз не стал исключением. Осторожно вытянув свою ладонь из чужой хватки и встав с пола, мужчина прикусил до крови нижнюю губу, чтобы заткнуться и не зашипеть от боли, и ушёл на своё место. Но ему плевать на неё. Боль от вырванных ногтей не стоит и гроша по сравнению с тем, через что прошёл здесь его бывший названный брат. Дилюк прекрасно понял, что тому куда больнее, когда, поднявшись, увидел яркую гематому на смуглом плече.

***

Рагнвиндр проснулся рано. Раньше, чем Кэйа. Тот ещё дремал, сладко причмокивая губами, закинув одну руку назад, а вторую устроив у себя на животе. Дилюк улыбнулся, глядя на это. Последний раз, когда они вот так могли спокойно ночевать в одной комнате был тогда, когда они ещё звали друг друга братьями (хотя на тот момент их отношения переросли в нечто большее, чем просто «братские»). Поднявшись с кровати, мужчина вышел из комнаты, по памяти находя кабинет Альбедо и стуча в дверь. Услышав тихое «войдите», приоткрыл дверь и заглянул туда. — Прости, Ал… Кхм, Принц мела, можешь сказать, где здесь кухня? Отстранившись от книги, мужчина смерил его голубыми глазами без бликов. — Спустись вниз по лестнице, прямо по коридору и направо. Рагнвиндр почувствовал, как внутри что-то защемило, когда вновь установил с ним зрительный контакт. Глаза мужчины были буквально мёртвые. Голубизна в них превратилась в мёртвое море, так бы сказал он. Благодарно кивнув, мужчина прикрыл дверь. « — Любимый человек Альбедо погиб от рук Каэнри’ах. Сегодня пятая годовщина его смерти. » « — Дайнслейф, он… Он был моим наставником. — Кэйа поджал губы, кусая нижнюю зубами. — Когда ты… Когда я вернулся сюда, я узнал, что он погиб во время прокатившейся волны митинга. » Оба эти события произошли пять лет назад. Неужели… Дилюк по пути на кухню, прямо перед лестницей, врезался в перепуганного Кэйю, который выскочил из комнаты, даже не переодевшись: он по-прежнему был в спальных рубашке и штанах, на глазу не было повязки — его закрывали синие лохматые волосы. Мужчина схватил его за плечи и сжал их. — Ты идиот! — ох, неловко вышло. — Я думал, что тебя снова в пыточную забрали, о Боги… — ладони на чужих плечах сжались чуть сильнее, и следующая фраза прозвучала намного тише. — Не пугай меня так больше. Рагнвиндр слабо улыбнулся, смотря на мужчину снизу вверх. Хотелось обнять его и прижаться, только вот в груди всё ещё ютился какой-то комок сомнений. Что если Кэйа его отвергнет? Что если он не простил его и не собирается? — Всё в порядке, как видишь. Давай вернёмся обратно в комнату. — Больше без меня не выходи! — Хорошо-хорошо. — Дилюк послушно пошёл рядом с обнявшим его за плечо Кэйей. «В следующий раз я обязательно приготовлю тебе завтрак.»

***

— Ин, всё готово? — отец Альберих стоял около своего шкафа с книгами, рассматривая их. — Да, Глава, можно отправляться. — низкорослая светловолосая девушка повертела в руках пистолет, смотря на дверь. — Прекрасно. — лисья ухмылка проскочила на губах. Мужчина взял сумку с кресла и направился к двери, махнув рукой. Ин проследовала за ним. Пока они оба шли к лифту, люди, проходящие мимо, оглядывались и смотрели им вслед, хмурясь. Глава мафии и его правая рука исчезли за железными дверцами лифта, после чего по помещению прокатился ряд облегчённых вздохов. Наконец-то они могут подышать спокойно. Кэйа прокрался в кабинет Альбедо, стоило им уйти. — Ну что, готово? Как скоро можно будет использовать? — Он что-то подозревает, я бы подождал ещё недельку. Неосторожная торопливость может стоить нам жизни. — Что ж, хорошо. Тогда будем ждать.

***

В комнату к Дилюку постучались. Он напрягся, едва не сжав ладонь в кулак, но всё же сказал негромким голосом: «войдите». Дверь открылась, из-за неё показалась младшая сестра Кэйи, Рэгнхеидер. Она прикрыла дверь, повернувшись к мужчине. — Привет, как ты? В порядке? — Да, я нормально, спасибо. Пальцы благодаря мази Принца мела почти не болят. — Рагнвиндр посмотрел на свои руки. — Как ты сама? Как… мальчики? Дэри улыбнулась, по-лисьи зажмурив глаза. Дилюк давно задумывался о том, подражала ли она Кэйе или у неё правда что-то с глазом. — Скучают. Я, конечно, стараюсь переводить тему с разговоров о тебе, но они правда сильно по тебе скучают. У Рагнвиндра в груди болезненно защемило. Он оставил своих детей совсем одних. Вдруг они решат, что он их бросил, как и их родители? А ведь он хотел забрать их к себе домой… — Вот как… Что ж, спасибо за помощь. — Ты прямо как старший братец для них, ха. — девушка села рядом с ним, почёсывая затылок. — Я своих братьев не знала. — В смысле? А как же Кэйа? Та вздохнула, перестав улыбаться и начав теребить свою чёлку на левом глазу. — Одного моего брата, Хару, отец застрелил, когда мне было два года. В тот же день Кэйа убежал из дома, пропав почти на десять лет… — она поджала губы. — Единственный, кто был рядом всё это время со мной — Дайнслейф. Я шутила, что он мой нянька, но няньки обычно не тренируют тебя держать оружие в руках, верно? Дилюк кивнул, наблюдая за ней. — Он был мне как отец. Я узнала от него о том, какими были мои братья, а от Альбедо о том, что Дайн был ближе всех с Кэйей, так как он был вторым сыном, и его, считай, сбагрили ему. — Дэри, можно тебя спросить? — М? Да, конечно. — В каких отношениях были Дайнслейф и Альбедо? Рэгн вздрогнула, дёрнув плечами. Она уставилась в стену стеклянным взглядом с пару секунд, после чего заговорила. — Они… должны были пожениться. Но во время побега Дайна и ещё нескольких повстанцев застрелили, а его тело упало с моста, поэтому похороны проводили без него. Это случилось незадолго до возвращения Кэйи. Он так убивался… Дилюк дотронулся забинтованной рукой до плеча девушки и слабо похлопал, улыбнувшись сочувствующе. В этот момент в комнату завалился сам Кэйа, более счастливый, чем обычно. — Ребята, пора обедать, пойдём.

***

Рагнвиндр лежал на кровати, спиной к соседу. — Кэйа… Альберих молча поворачивается к бывшему брату. Дилюк всё продолжал смотреть в стену, чувствуя на своей спине взгляд. — Разве ты не должен ненавидеть меня?