Жертва

      Они медленно двигались по залу, плавно огибая занятые дворянами столы и игнорируя десятки взглядов, сопровождавших их путь. Несмотря на формальное наличие маски, Изабеллу узнавали, не могли не узнавать, а потому перед ними расступались в стороны и почтительно кивали, попутно пожирая её взглядами. Высокомерная, надменная, с гордо поднятой головой — она выглядела так, словно сошла с собственного портрета, написанного для её же будущего тронного зала. Величественность и непреклонность были осязаемы в каждом, даже самом незначительном, жесте. Тем более завистливыми и даже ревнивыми стали взгляды, когда принцесса не только позволила кому-то вести себя под руку, но и когда свободной своей ладонью она принялась мерно поглаживать предплечье этого кого-то, при этом изобразив на лице улыбку, порой дразнящую, а порой обещающую. Лестер. Лишь к нему одному Изабелла обращала сияние своих светлых глаз, сейчас, из-за особенностей искусственного освещения, казавшимися двумя чистейшими высокогорными озёрами отражавшими в себе ясное небо.       Лестер же продолжал надеяться на то, что его не узнают, впрочем, осознавая тщетность своих ожиданий. После их совместного вчерашнего вечера и, в особенности, яркого появления в Сенате этим утром, вся столичная знать уже должна была перешёптываться о новом увлечении принцессы. И никакая бронзовая личина, никакая смена гардероба не могла теперь утаить его личность от окружающих. Но всё же, за этой надеждой можно было укрыться, как за маской. Попытаться взять свои чувства под контроль, игнорируя пристальные взгляды окружающих. Ведь несмотря на своё воспитание и положение, несмотря на то, что Лестер с раннего детства привык к направленным на него чужим взглядам — происходящее сейчас было чрезмерно даже для него. И возникшее чувство беспокойства, чувство чего-то неправильного, утомляло не меньше, чем тот конфликт с воровской гильдией, закончившийся лишь пару часов назад.       Дойдя до открытого пространства, отведённого для танцев, Лестер замер, осматриваясь и выжидая подходящего момента, чтобы вместе с Изабеллой присоединиться к остальным парам, не нарушив их темпа. Ложа не была бы Ложей, если бы всё происходило так же, как это могло бы быть на приёме у вице-короля, а потому, несмотря на узнаваемость традиционного танца, создававшие музыку инструменты несколько отличались от обычных — особенно это касалось струнных, одно звучание которых подталкивало Лестера к тому, чтобы оказаться с Изабеллой ещё ближе. Ударные били в темпе его сердца, волнительно стучавшего в груди. И флейта… Вдруг напрягшись, Лестер окинул внимательным взглядом менестрелей, но не заметил среди них Эмиля. Впрочем, после перенесённого им сегодня было бы удивительно его здесь увидеть.       Тем временем прочие пары медленно прошли рядом, но вместо того, чтобы присоединиться к ним, Лестер не сделал ни шага, будучи скованным неожиданно возникшей неуверенностью. Что-то было не так. Он не понимал, что именно, но чувствовал это душой. Может быть это просто следствие его утомлённости? — Что-то не так?       Несмотря на то, что Изабелла мгновение назад уже собиралась сделать шаг вперёд, её голос сейчас прозвучал неожиданно спокойно и даже заботливо. Повернув к ней голову, дворянин тут же увидел совершенно не скрываемое беспокойство во взгляде, а её пальцы мягко сжали его руку. — Нет, просто… — Лестер постарался найти нужные слова дабы описать свои ощущения, но, сдавшись, лишь тихо выдохнул и отрицательно мотнул головой. — Просто я сегодня устал. — Надеюсь, ты не планируешь в этот раз падать в обморок, терять память и прочее, и прочее? — Изабелла постаралась подбадривающе улыбнуться. — Как ты себя чувствуешь?       Не зная, как ответить на оба эти вопроса, Лестер лишь пожал плечами и тепло улыбнулся из-за неожиданного проявления столь трепетной заботы. Бронзовая маска не позволяла принцессе видеть его лицо, но похоже, что ей хватило одних лишь его глаз, чтобы самой засиять ещё ярче. Ещё теплее. — Мы можем уйти, если хочешь. — Нет. Ради тебя я готов потерпеть, — выдохнув, склонил голову Лестер и тут же, словно в награду, её пальцы скользнули по его руке чуть выше, остановившись на плече. — Однако после я бы очень хотел остаться с тобой наедине. — М-м-м… — только и смогла протянуть Изабелла, вновь ярко сверкнув своим проницательным взглядом. — Мне нужно многое с тобой обсудить, — с трудом преодолев вспыхнувшее смущение, продолжил Лестер. — Я подумаю над твоей просьбой, — тоном, словно обращённым к прислуге, ответила она, а после, оторвав ладонь от его плеча, кончиками пальцев осторожно дотронулась до бронзовой щеки. — Но вообще, «многое обсуждать» лучше в спокойной и расслабленной обстановке. Выплеснув накопившиеся эмоции.       Будто повинуясь какому-то инстинкту, Лестер наклонил к ней голову, но едва вся её ладонь дотронулась до маски, как Изабелла тут же увела руку назад. Издевательски улыбнувшись и хитро прищурив глаза. — Я так понимаю, из-за Гильермо других масок сегодня не будет? — Нет, — она отрицательно мотнула головой, а после, чуть промедлив, продолжила вернувшись к своему вкрадчивому тону: — Я, конечно, его крайне ненавижу за это, но какой-то плюс в его присутствии есть. Нам с тобой никто не будет мешать. — Принцесса, едва наклонившись, соблазнительно повела плечами. — Ну, кроме него самого, разумеется. — Он ведь просто исполняет свой долг. — У него есть долг перед своей женой и детьми, — тут же парировала она, — с которыми Гильермо мог бы проводить этот вечер вместо того, чтобы ходить за мной угрюмой мрачной тенью. Более того, я ему именно это сделать и предлагала. Но в итоге он предпочёл остаться и нести последствия. — Подожди, тебя раздражает то, что он не принял твою… — Лестер промолчал подбирая верное слово, — милость? — Разумеется. И тебе тоже следует быть более внимательным в отношении того, что я предлагаю, — она вновь мотнула головой и улыбнулась со всем возможным коварством. — Однако, дело не только в этом. Ты плохо знаешь Гильермо, ну, помимо рассказов о его доблести и благородстве. Он во мне не то что женщину, а даже человека не видит. Я для него такая же регалия моего отца, как трон или корона. — Это объясняет, почему вице-король доверил твоё сопровождение именно ему, — Лестер позволил себе усмехнуться, но маска вновь его не спасла, а потому Изабелла ответила решительным пылающим взглядом. — Не забывай, тебя я тоже ненавижу. — Меня-то за что? — Слишком внимательный.       Он в ответ смог лишь удивлённо изогнуть брови, но вместо какого-либо объяснения принцесса вдруг мягко подтолкнула вперёд, вместе с тем высвобождая его руку из-под власти своих ладоней. Холод неожиданно окатил бок Лестера, и только в этот момент тот осознал, насколько же сильно он привык к её теплу и мягким, даже ласковым прикосновениям. А потому, отдалившись от неё на один шаг, что сейчас казалось мучительно огромным расстоянием, он протянул ей руку, приглашая на танец. И принцесса, издёвки ради промедлив несколько мгновений, ответила бархатным прикосновением своих пальцев.       Павана — любимый придворный танец на Нова Порту. Величественный и неторопливый, он идеально подходит для изнурительно тяжёлых и замысловатых дворянских нарядов, но так же давал возможность размять кости и более старшим поколениям. Простые движения в виде ритмичных шагов, осторожные прикосновения одними лишь кончиками пальцев к ладоням друг друга. Быстрые взгляды, манящие улыбки, мимолётные касания — сейчас всё это создавало в голове Лестера ощущение томительной недосказанности. И чем дальше он находился от Изабеллы, чем меньше ощущал её тепла в своих ладонях, тем сильнее становилось его желание быть рядом. Быть намного ближе, чем просто рядом.       Дотронувшись друг до друга одними лишь пальцами, их руки изогнулись в своеобразной арке, пока они мерно вышагивали за остальными парами. Принцесса сияла улыбкой, слишком многозначительной для восприятия Лестера, а её дыхание вдруг стало резким и прерывистым. Смена темпа, и пары расступились в стороны, нарушив торжественную процессию и заняв собой весь зал. Теперь они видели лица друг друга и можно было сделать долгожданный шаг на встречу.       Но вместо нежных прикосновений Лестер ощутил лишь тонкий аромат её духов, благоухающих подобно цветущему весеннему саду. Разворот, быстрый заигрывающий взгляд в сияющие глаза, и ещё один шаг, сопровождаемый синхронным хлопком в ладони. И ещё шаг, и ещё хлопок.       Теперь вновь можно было дотронуться до неё. Лестер протянул руку, может быть слишком резко и нетерпеливо, а потому Изабелла, состроив ядовитую улыбку, изогнув спину, чуть отклонилась назад и даже слегка отвернулась. Но спустя невыносимо долгое мгновение, всё же снизошла до того, чтобы в ответ поднять руку и прикоснуться к нему, но исключительно к тыльной стороне ладони, дразняще пройдясь по ней костяшками пальцев. Новый шаг и ещё один. Всего пол-оборота, чтобы быть вместе.       Флейта взяла новую ноту — предстояло самое тяжёлое испытание. Чуть повернувшись, Изабелла плавно скользнула к нему, вдруг исполнив все мечты, сейчас владевшие его разумом. Лестер мягко дотронулся до её талии, её ладонь прошла по груди и плечу, а голова наклонилась в сторону, словно подставляя шею для страстного поцелуя. Её дыхание вдруг обожгло ухо, и Лестер, кажется, даже ощутил прикосновение её губ. Но затем вновь обрушился пробирающий до костей холод, когда она, не останавливаясь, пошла дальше, и Лестер знал, что ему нельзя следовать за ней.       Потребовалось усилие воли, чтобы заставить себя отвернуться и начать идти в противоположную сторону, огибая зал по большой пологой дуге. Другие пары также распались, и мужчины вместе с их дамами начали двигаться навстречу друг к другу, перемешиваясь, и горящими глазами ища своих спутников. Взгляды, оценивающие, завистливые, внимательные и такие, которые были направлены сквозь него — только сейчас Лестер не обращал на них никакого внимания, выискивая среди женских фигур одну единственную, увенчанную белоснежным пером, не думая ни о чём, кроме того, чтобы вновь оказаться с ней рядом.       Неожиданно перед взором промелькнула какая-то белизна с противоположной стороны относительно того, где Лестер надеялся застать принцессу. Повернувшись, он увидел мужчину в тонкой фарфоровой маске, высокого и, кажется, несколько худощавого. Его правая рука была занесена за спину, так если бы он придерживал что-то на своём поясе.       Томное наваждение резко отступило, и холодный пот словно только сейчас разлился по спине. Не сбавляя шага, Лестер повернулся к мужчине боком и слегка согнул в локтях руки, приготовившись к броску, но худощавый в фарфоровой маске просто прошёл мимо, продолжая удерживать руку за поясом. Лестер спугнул его? Или же это был приступ паранойи? Обернувшись, дворянин не смог разглядеть никаких деталей — слишком быстро он оказался закрыт вновь нашедшими друг друга парами. — На кого засматриваешься?       В голосе Изабеллы прозвучало наигранное раздражение, маскирующее собой искреннее любопытство. Однако обернувшись, Лестер не увидел её рядом, впрочем, лишь до тех пор, пока она не дала новой подсказки, осторожно дотронувшись до его плеча уже с другой стороны, успев за это время сделать вокруг Лестера пол-оборота. — Мне показалось, что я увидел Отгера. — Ах, вы же познакомились. Верно-верно.       Остановившись, она окинула партнёра оценивающим взглядом, словно решая достоин ли он продолжения, а после чеканным жестом протянула ему руку. Благодарно кивнув в ответ, вызвав на лице принцессы улыбку, полную самолюбования, Лестер осторожно подхватил её ладонь, и они вновь мерно зашагали за остальными парами, опять начавшими выстраиваться в торжественную процессию. — Ты ему не понравился, — продолжая источать яд, прошептала она, — говорит, ты себе слишком многое позволяешь. И что тебе вообще не стоило доверять. — Вот как? — Лестер постарался легкомысленно пожать плечами, на что Изабелла ответила проницательным, обжигающим взглядом. — Если ты почему-то думаешь, что это ты такой хитрый и коварный, то спешу тебя огорчить, — принцесса промолчала, в то время как её пальцы скользнули по его ладони чуть дальше, — всё, что ты делал со мной, ты делал исключительно потому, что я тебе это позволяла. Не огорчайся Лестер, но, в отличие от благородства и преданности, различные подлости тебе совершенно не удаются. — Ну что же, — теперь он пожал плечами совершенно искренне, — могу ли я это понимать так, что ты и дальше намеренна быть подлой вместо меня? — Если будешь хорошо себя вести, — требовательным тоном демонстративно заключила она.       Не сумев сдержать улыбки, Лестер вновь послушно склонил голову, за что был награждён пронзительным взглядом и мягким движением тёплых пальцев по его ладони. Знала ли Изабелла всю правду? Скорей всего нет. Сестра Аврелия слишком хорошо владеет своими методами, однако, Лестер был по-настоящему удивлён, столкнувшись с тем, как она проигнорировала его предупреждения относительно Изабеллы. Могло ли случиться так, что принцесса превзошла свою наставницу? Или же это её поведение не больше, чем следствие привычки или даже самообмана? Как бы то ни было, слова Изабеллы, похоже, смогли облегчить чувство вины, терзавшее Лестера, избавив его хотя бы от части переживаний. Но может… Может быть именно этого она хотела? — Касательно поведения, — Лестер быстро взглянул на свою спутницу, вызвав тем самым в ней вспышку живого интереса, — твой отец знает? — Знает о чём? — Она повернула голову и едва наклонилась в сторону, так что их пальцы сейчас едва касались друг друга. — О том, что я бываю здесь? Кто, же по-твоему, оплачивает тот номер?       Увлёкшись разговором, Лестер совершенно перестал обращать внимание на музыку, и о смене тона он понял лишь благодаря реакции Изабеллы. Пары вновь расходились, нарушая свою колонну, выстраиваясь в порядке, похожем на доску для регицида. — Что об остальном, то он в неведенье, — выпустив его руку, Изабелла плавно шагнула вперёд, оказавшись от чуть сбоку от партнёра, — и нам обоим будет лучше, если это останется так, — приблизившись ещё на полшага, почти что прошептала она.       Сейчас ярче всего зазвучали струнные, и Лестер, вовремя вспомнив о том, чем же он здесь прежде всего занят, успел опуститься перед принцессой на колено, так же, как и остальные, принимавшие участие в танце, мужчины перед своими партнёршами. Но, в отличие от остальных дам, спутница Лестера отказалась принять его руку, демонстративно пригрозив пальчиком, и просто прошлась вокруг. Придерживая подол платья одной рукой, свободную ладонь она всё же подняла на уровень его плеч, пройдясь вдоль них, но совершенно не касаясь, отвечая на его смутившийся и полный непонимания взгляд своей коварной ухмылкой. Демонстрация власти, о которой она только что говорила?       Лишь в самом конце, не удержавшись, Изабелла позволила себе коснуться его бронзовой щеки, но вновь лишь для того, чтобы быстро убрать руку назад. Ритм поменялся, вновь вернулась флейта. Поднявшись на ноги, Лестер в очередной раз попробовал протянуть руку, но принцесса, изобразив притворное смущение, отступила, но не назад а в сторону. Ещё раз. И ещё раз. С каждым ритмичным шагом становясь всё ближе, но теперь лишённые даже того малого физического контакта, что у них был до этого. Её ладонь почти коснулась его плеча. Почти коснулась его лица. Ещё один медленный помпезный оборот, в такт затихающей музыке. — Лес…       Он не слышал её голоса, даже несмотря на то, что сейчас расстояние практически отсутствовало между ними, балансируя на самой грани дозволенного. — Лес…       Но её прерывистые вдохи несли в себе его имя. Едва различимое. Читаемое лишь по губам, изогнувшимся в сладкой манящей улыбке. — Лес…       Всего на миг она припала к его плечу, но даже этого хватило, чтобы жар охватил всю его душу, а на шее, кажется, остался след от её губ, произносивших лишь одно слово.       Едва удержавшись от того, чтобы дотронуться до её рук, Лестер совершил плавный оборот, пропуская её вперёд. Удивительным образом это всё ещё была павана, и для наблюдавших со стороны она продолжала оставаться чопорным придворным танцем, идеально выверенным и организованным. Но никогда раньше, даже во время их прошлого совместного танца, Лестер не испытывал такого жара и холода, страсти и раздражения, гнева и покорности. — Скажи…       Переступив ногами, Изабелла вновь чуть отодвинулась назад, оказавшись перед ним вполоборота. В улыбке — сладкий яд, во взгляде — невыносимая пытка. — Ты всё ещё ничего не помнишь о прошлом вечере? — Лестер смог лишь отрицательно мотнуть головой, не сводя с неё глаз. — М-м-м… — Принцесса сделала ещё шаг, теперь оказавшись у него за плечом. — Тогда…       Её пальцы коснулись его спины, заставив вздрогнуть, испытать одновременно облегчение и боль, эйфорию и томительное ожидание продолжения. Флейта взяла последнюю ноту. Танец закончился. — Тогда, придётся поверить мне на слово. — Проскользнув дальше её ладонь коснулась другого плеча. — Тебе понравится.