Библиотека, биология и щепотка гейства.

      ***

      — Ты опоздал на 20 минут, — злостно проговаривает Арсений, смотря через очки на запыхавшегося мальчика.       — Ага, есть футболка? — расстегивая белоснежную рубашку и смотря на дверь, спрашивает Антон.       — Тебе вообще плевать на мои слова? Что за вонь? — морща нос, брюнет подходит к юноше, дергая за воротник сорочки.       Открывшийся вид неокрепшего тела невольно заставляет голубоглазого облизнуть сухие губы.       — Вы должны мне помочь, — умоляюще смотря в глаза мужчине, просит ученик.       — Ну и что мне с этого будет? — ухмылка появляется на лице Арса, он прищуривает глаза.       — Сколько?       — Не, слишком просто. Я пас, — поднимая руки перед собой, библиотекарь разворачивается.       — Окей окей, все, что захотите, в пределах разумного, естественно, — прикрывая глаза и делая глубокий вдох, Антон борется с волнением и накатившим адреналином.       — Другое дело, Антоша, — брюнет, подходя к шкафу, открывает дверцу, достает черную футболку — дай сюда, — Арс выхватывает рубашку, пропитанную запахом дыма от сигарет, кинув ее в ванную комнату и захлопнув дверь, идет открыть окно, чтобы проветрить.       — Здравствуйте, Арсений Сергеевич, мне сказали…оу, он тут, удивительно. А что происходит? — директор, недовольно смотря то на парня, то на библиотекаря, хмурит брови.       — Занимаемся. Антон, покажи Павлу Алексеевичу, где косые мышцы живота, — брюнет, как ни в чем не бывало, садится в кресло, с ухмылкой смотря на парнишку. Арс надеется на сообразительность и светлый ум, которыми наделен Шастун.       Голубоглазый прочел его как открытую книгу еще при первой встрече. Арсений все-таки занимался психологией в университете 4 года, приметил для себя интересную вещь.       Парень занимается только тогда, когда ему по-настоящему интересно, ну или когда жаренный петух в голову клюнет и времени не остается, от слова совсем.       Ученик проводит двумя пальцами по участку кожи между концом ребер и началом тазовой кости, прожигая взглядом брюнета, поворачивается к главному и бросает короткое тут.       — Занятно, хорошо, продолжайте, — задумавшись над чем-то, Павел разворачивается и выходит из кабинета, негромко закрыв дверь.       — Что вы, блять, делаете? А если бы я не знал? — Шаст сейчас взорвется от недовольства, бушующего в нем.       — Спасаю твою задницу, — спокойно проговаривает Арсений, откладывая учебник на край стола, подходит к парню, — раз уж мы заговорили о мышцах, расскажи мне все, что знаешь об этой теме, — голубые глаза гуляют по телу Антона — прежде, вопрос. Цель твоего действа? Подставить меня? Сам-то боишься отвечать за свои поступки, не так ли? Гробишь табаком свою жизнь? Слишком взрослый? — брюнет разочарован.       Изумрудный взгляд тупится в пол, пальцы похрустывают друг друга, мальчишка хочет успокоить волнение и дыхание.       — Эм…нет, не знаю…не боюсь, ничего я не боюсь! Это уже мое дело, как гробить жизнь, не вам меня учить, — уже уверенно бросает паренёк, натягивая футболку мужчины, принюхиваясь к приятному аромату.       Арсений лишь хмыкает, развернувшись к нему спиной, идет к креслу. Паренек, все также стоя, начинает.       — Мышцы — органы, состоящие из мышечной ткани. Они способны сокращаться под влиянием нервных импульсов… Разум Арса проваливается в небытие, он слышит только лишь бархатный и заинтересованный голос юнца, подробно описывающего данную ему тему. Голубые глаза внимательно смотрят на совсем детское личико, взгляд которого направлен в окно, из которого доносится то трель соловья, то веселые крики свободных от занятий учеников. Старший видит угасающие зелёные огоньки, грустные глаза наконец поднимаются к лицу брюнета.

      — … пять типов мышечных сокращений: эксцентрическое, изометрическое, изокинетическое, баллистическое и… — мальчонка, замявшись, отводит взгляд.       — И концентрическое, да? Можешь, когда хочешь. Беги к друзьям, — Арсений ведь и сам был в таком возрасте, он все понимает, тем не менее, намерен научить мальчишку тому, в чем он отстает.       — Но прошло только 40 минут. Тем более я вам еще и должен.       — Ты хочешь пораньше уйти или как? — у брюнета в голове возникает идея.       — Не особо. Мне нравится, что хоть кто-то меня слушает.       — Тогда за мной, — Арсений выходит за дверь. Ученик следует за ним.

***

      — Правда здорово. И многие знают об этом месте? — Антон восхищается укромным и тихим уголком в парке при школе.       — Только я, теперь и ты, — голубоглазый часто сидит тут во время обеда и перерывов, думает о своем.       — Чем я удостоен такой чести? — теперь мальчишка совсем другой, напористый, озорной, не официальный.       Взгляд зелёных глаз встречается с голубыми, они долго смотрят на свое отражение в радужке и зрачках друг друга, не смея прервать тишину.       — У меня нет ответа на этот вопрос, — наконец прервав молчание, проговаривает Арсений, садясь в беседку и хлопнув ладонью по месту рядом.       Младший опускается, откинув голову назад, разминая затёкшую за день шею, закрывая глаза. Мужчина боковым зрением смотрит на открытый участок рядом с ключицей, манящий к себе. Делает глубокий вдох, выдох.       — Это место заряжает энергией. Спокойствие, тишина, ты и твои ощущения, почувствуй.       Парень послушно выполняет просьбу, глаза закрыты, грудь часто вздымается. Длинные пальцы Арсения тянутся к плечам ученика, от чего тот вздрагивает.       — Ого, откуда столько напряжения? — удивляется Попов, разминая мышцы шеи и плеч.       Антон плывет от этих действий, ему нравятся ощущения.       — Так-то лучше, идём, — брюнет поднимается, выходя из беседки.       Мальчишка идёт за ним, они возвращаются в кабинет библиотекаря.       — Тест до завтра, хорошего окончания дня, — лист передается в руки Шастуна.       — Спасибо, — тихо бросает тот, выходит за дубовую дверь.

В эту фразу Антон вкладывает намного больше, чем кажется на самом деле. Спасибо за прикрытие, спасибо за разрядку в парке, спасибо за разговор, за настрой, просто спасибо, что вы есть.

      удивительный - проносится в голове мужчины, когда Антон покидает комнату. Ноги почти не держат, Арсений очень устал и хочет спать. До дивана пара шагов, однако энергии не хватит даже на один. Сонное тело плюхается в кресло, разум Арса уже в царстве Морфея.

***

      — В чем это ты? — удивлённо смотря на входящего в комнату Антона, спрашивает товарищ, — ай, не важно, идёшь сегодня на тусу? Во втором корпусе. Скоро же каникулы, Влад пригласил отметить. Все, как мы любим: выпивка, веселье, рок-н-ролл.       — Дима, умеешь заинтриговать. Конечно идем. В 8? — стягивая футболку Арсения и аккуратно складывая вещи, весело говорит Шастун.       — Ага, классная футболка. Где взял? — спрашивает Позов, поправляя съехавшие очки.       — Тебе все возьми да расскажи, — протягивает парень, смотря в карие глаза, — так-с, сделаю тест, схожу в душ и будем собираться.       — Учебой решил заняться, похвально. Давай, я следующий, — товарищ залипает в телефоне.       — Да это от библиотекаря, — уже отмечая кружочками правильные ответы, как бы между прочим говорит Антон.

***

      — Ого, какие люди, и без охраны, — Влад поочередно здоровается с парнями, предлагая им различную выпивку, стоявшую на столике перед входом.       — Тусовка что надо, ты украл ключи от зала у охранника? — в шутку спрашивает Антон.       — Одолжил без его ведома, — ребята смеются и расходятся по своим предпочтениям. Дмитрий приближается к танцующей Кате; Владислав встречает приходящих ребят; Антон открывает бутылку с пивом, плюхается на диванчик, мирно попивая пшеничный напиток.       — Антоша, привет, — Оксана, девушка из параллельного класса, присаживается рядом с юношей, — чего грустишь тут?       — Нужно догнаться, чтобы веселиться, — хохочет зеленоглазый.       — Потанцуем? — с надеждой спрашивает она.       Шастун встаёт, протягивая руку девушке. Вечеринка продолжается дальше.

***

      3:19. Тяжёлые веки поднимаются. Голубые глаза оглядывают комнату во мраке. Арсений проспал долгое время, тело в порядке, однако разум все ещё в плену усталости и сна.       Он поднимается, более спать не хочется. Брюнет зажигает свечу, садится за стол. Ему привычно и спокойно работать в такое время. Он ночной житель, темное время суток придает ему силы и вдохновение, которое проснулось буквально недавно и теперь не даёт покой мужчине, преследуя в любом месте. Из шкафчика достается блокнот, исписанный шедеврами вдоль и поперёк, единственный уголок на 17 странице пустует.       Перьевая ручка касается чернил, а затем — бумаги. Мысль льется рекой, заставляя кисть руки неметь от большой нагрузки. Работа подходит к концу, но заливистый и такой родной смех (хоть и был он услышан впервые пару дней назад) раздается в коридоре.       Что этот несносный мальчишка здесь делает? - мысли убегают, забивая голову только этим вопросом. Арсений открывает дверь, прислушиваясь.

***

      — А как Влад за раз бахнул стакан коньяка?! Жойско, видимо, завтра его не будет на занятиях, — громко смеясь, Антон проводит ладонью по коротко стриженному затылку.       — Это конечно повод поугорать, но, Шаст, какого хера ты орёшь? Мы вообще-то тихо хотели пройти…       — Не так быстро, — схватив двоих парней за ворот рубашки, брюнет ведёт их в помещение библиотеки.       — И что вы тут потеряли в 4 утра? — усадив учеников на кожаный диван, Арсений отчётливо слышит запах алкоголя.       — Мы хотели незаметно пройти в свой корпус… — пытается оправдаться Дима.       — Откуда шли? — голубоглазый решительно настроен на допрос.       Позов, рассказывая про вечеринку, увлёкся и выдал все, что происходило. Шастун уже мирно сопел, подперев рукой подбородок.       — Вот говнюк. И что прикажешь с тобой делать? — Дмитрий растерянно и отчаянно смотрит то на Попова, то на друга.       Голубые глаза закрываются, подушечки пальцев нервно массируют переносицу.       — Номер комнаты, — Арсений с лёгкостью поднимает сонное тело паренька, не напрягшись даже, будто это пёрышко, удивляя Дмитрия.       — 708… — удивленный шатен шагает за ним.

***

      — Вот так, — Шастуна легонько опускают на кровать, тот обвивает руками подушку, уткнувшись в нее. В нос брюнета проникает запах, исходящий от всех вещей юнца, до дрожи приятный, колкий, освежающий, как и сам мальчишка.       — Спасибо, ээ…       — Арсений Сергеевич, — брюнет собирается уходить, однако что-то невидимое и необъяснимое останавливает его.       Дима уже ушёл в душ. Сильные руки тянутся к краю кофты паренька, стягивая ее. То же происходит с черными рваными джинсами. Старший заворожён видом юноши. Острые линии скул, ключиц, ребер, плавные переходы подбородка, плеч, колен. Прикосновение холодной ладони к горячему плечу заставляют тело дрогнуть. Арс резко одёргивает руку, резко выходит из комнаты.

— Ты совсем?

— Минутная слабость не более.

— Но если бы ты не остановился?

— Ничего бы не было, я просто задумался.

— О том, что бы было, если бы он почувствовал это?

— Нет…да…я не знаю…

      Диалоги в голове не давали уснуть мужчине.       Уже рассвет. 5:38. Леденящие лучи солнца будят мир, одаряя его своим сиянием. Брюнет, стоя напротив большого окна и встречая светило, жмурится, проводит рукой по темным волосам, наводя беспорядок на голове.       Щелчок замка окна. Холодный воздух проникает в комнату, меняясь с теплым, Арсений вынужден накинуть одеяло, дальше наблюдая за улетающими на юг птицами. Кажется, они не вернутся сюда больше…       Арсений проходит в ванную комнату, видит белую рубашку мальчишки. Запах сигаретного дыма давно выветрился, остался только тот приятный аромат, исходящий от комнаты и от самого Антона. Арсений берет рубашку в руки, зарываясь в неё носом. Он чувствует себя уютно и безопасно, совсем как дома, но почему?       Неужели, он дал слабину и теперь у него на уме крутится только один человек?       Неужели тот, с кем он хотел просто иметь общение, отнял эту возможность и заставил чувствовать нечто необъяснимое, когда тебя бросает в холод, потом в жар, а иногда это происходит одновременно и ты не понимаешь, что творится?       Неужели Арсений теряет самообладание? Да, так и есть…