Запутавшись в проводах

Тошиюки стоял возле барной стойки, и уже так привычно, что даже не замечая этого, протирал стаканы. Как всегда в это время днем, людей почти не было, за исключением нескольких постоянных посетителей и какой-то компании молодых девушек. Было видно, что некоторые из них были в подобном заведении впервые, они долго обсуждали свой заказ, а когда все таки определились, заказали какие-то легкие коктейли с небольшим количеством закусок, и сейчас они просто сидели, медленно попивая свои напитки и что-то шумно обсуждали за одним из дальних столиков. Рядом с баром сидел одинокий мужчина, который приходил сюда почти каждый день со своим ноутбуком, и что-то в нем яростно печатал, а иногда наоборот, просиживал несколько часов в раздумьях. Именно в такие дни он заказывал больше всего виски. — Как давно ты в этом баре работаешь, а все на той же должности. Не думал уйти от сюда? — на высоком стуле прямо перед Тошиюки сидел такой же высокий и массивный парень с короткими тёмными волосами. Йоши иногда заглядывал к нему на работу, а сейчас, летом, приходил почти каждую его смену. Они, бывало, болтали, но в основном он рассказывал свои истории из университета, школьные слухи от Якотори. Это разбавляло скучное пребывание в этом баре в душные летние дни. — Три года вроде как... Мне нравится здесь работать, — спокойно отозвался Тошиюки, наливая в бокал очередную порцию вина для дамы неподалеку. — Эх, и ты планируешь всю оставшуюся жизнь тут работать? И хватает денег? — Нет, я же говорил, что это просто подработка, как и была. Основные деньги я получаю за фотографии... — А, да. Та девчонка, Мэзуми вроде как? — парень задумчиво поднял взгляд в потолок. На некоторые вещи у него была плохая память, особенно если они не касались его жизни. Но винить Йоши в этом нельзя было, это привычная особенность почти для всех людей. — Да, да, она. Я все еще продолжаю работать с ней, ну и еще с несколькими журналами, как выходит. Йоши ничего не ответил, а просто задумчиво хмыкнул, после делая глоток пива. Странно, но они всю школьную молодость постоянно пили только этот напиток, с чем-то другим этого парня было нельзя увидеть, даже и сейчас. — Как на счет танабаты в этом году? — спустя некоторое время спросил он у Тошиюки, который уже принялся в пятый раз протирать гладкую деревянную стойку. Как лак с нее еще не стерся за такое бесчисленное число чисток? — В этом году на фестиваль у меня не выпадает смен, поэтому можем наконец-то собраться, — Тошиюки невольно улыбнулся, вспоминая тот фестиваль. Все вместе они собирались на него только один раз, когда еще были на первом году обучения в старшей школе. А дальше как-то не срасталось то у одного, то у второго, то самого Тошиюки заграбастают в паб. — Мы как раз собирались с Ято-тян пойти. Надо будет узнать, что там у Рин-тян. — Я могу попросить Сатоши. Прогулка по летнему темному парку, тандзаку и куча развлечений, а после салют. Отличное время и отличное место, чтобы признаться кому-то в своих чувствах. На том фестивале Тошиюки как раз встретился с Сатоши спустя столько времени их большой ссоры, и именно там они наконец-то смогли помириться и начать свои отношения заново. Может, стоило использовать этот праздник еще раз в подобных целях? — Ничего не случилось? — как-то взволнованно спросил Йоши, прервав этот поток мыслей и заставив парня прийти обратно в чувство. — А... Да, вроде. Задумался о танабате просто, — отозвался Тошиюки, поспешив улыбнуться своему другу, чтобы тот не переживал. — Ооо, да, точно. Танабата, когда мы собрались тогда все вместе, вы с Сатоши еще были в ссоре? — Да, та самая танабата. — Отличные времена вспомнил, понятно. — Йоши сделал последний глоток и стукнул большим стаканом по дереву, поднимаясь. — Тогда, я напишу тебе, когда встретимся и где, хорошо? — он кинул деньги на стойку и протянул свою руку, чтобы попрощаться. Тошиюки пожал ее, кивнув в согласии, и просто продолжил заниматься своими делами. Чем дальше бежала стрелка часов, чем ниже клонилось солнце к горизонту, тем больше людей набивало зал, и тем меньше у Тошиюки оставалось времени на различные глупые мысли. И очнулся он лишь на улице, когда небо было темным, а вокруг лишь пустынные тротуары. Он терзался некими сомнениями всю дорогу, но открывая дверь и заходя в квартиру, времени на них также уже не оставалось. Раньше, приходя домой с работы, парень заставал Сатоши спящим или почти уже уснувшим. А сейчас этот низкий паренек сидел на диване, уткнувшись в свой компьютер, и даже не заметил как он вернулся обратно. — Привет, Сатоши-тян, — устало бросил Тошиюки, скидывая с себя кофту и шумно заваливаясь рядом. Паренек лишь промычал что-то в ответ, не отрываясь от своего занятия. В последнее время он был очень занят учебой, даже летом, когда у всех школьников каникулы, студенты не отдыхают так. Переведя дух, Тошиюки даже не снимая свою рабочую форму, придвинулся ближе и прислонился губами к шее паренька. Тот был так занят, что и на это особо не отреагировал, пробурчал что-то невнятное, и нахмурился, закусывая губу. Видимо, что-то не клеилось с тем проектом, над которым он работал. — Брось ты его, отдохни немного, — проговорил Тошиюки, продолжая настойчиво целовать паренька в шею, а потом поднялся выше, к щеке. Учеба в университете оказалась намного тяжелее, как Сатоши и предполагал. Он никогда не был глупым, но сейчас парень чувствовал себя именно таким. Как же тяжело было разобраться во всех этих сложных программах. Так ещё и Тошиюки, вернувшись, решил отвлечь его от работы. — Но мне надо закончить, — пробубнил Ходзё, громко нажимая на клавиши. Похоже, он злился из-за всех своих неудач. — Тоши-кун, — с неким недовольством буркнул Сатоши, чуть отодвигаясь от парня. Тот слишком настойчиво к нему приставал и даже не думал о том, что у Ходзё вообще-то дела. Тошиюки и не думал отставать от паренька. Да, он был недовольным и раздраженным из-за своего проекта, но ему не помешало бы отдохнуть. Да и тем более, сколько он еще планирует сидеть перед компом, если уже сейчас был почти час ночи. Парень опять пододвинулся ближе, засовывая свои ручонки тому под кофту. — Ты не хочешь переспать? — прошептал он Сатоши, слегка кусив его за мочку уха. Но таким образом Сатоши не получилось раздразнить. Ох уж эта учеба, она отнимала так много времени у него, а в последние дни сам Тошиюки был на работе и приходил постоянно поздно, и из-за этого они мало времени уделяли друг другу. А казалось, лето, все должны отдыхать, но нет. Вопрос был задан слишком напрямую, от чего Сатоши даже удивлённо взглянул на парня. Звучало это смешно. — Ох, Тоши-кун... — проговорил Ходзё, возвращаясь к компьютеру. — Я, может быть, и согласился бы, но мне проект сдавать послезавтра, а я даже половину не закончил. Лучше принеси чего поесть... Я как пришел, так и не ел ничего, — произнес Сатоши, тяжело вздыхая. Было грустно понимать, что из-за какой-то учебы он не может уделить время Хаттори, но парню просто нужно было подождать. Скоро Ходзё закончит со всеми проектами, сдаст свою практику и тогда у них будет много времени для друг друга. Тошиюки тяжело вздохнул, опуская голову. Как они докатились до такой жизни, где сам Сатоши отказывал ему? Он посидел так рядом несколько минут, все еще грея свои руки на теплой коже паренька, а потом все таки поднялся. — У нас есть что-нибудь из еды, или может заказать? — Тошиюки наконец-то стал переодеваться, а то еще запачкает или помнет как-нибудь свою рабочую форму и потом с ней будет еще больше мороки, чем до этого. — Честно, я не знаю. В холодильник не заглядывал, поэтому можешь сам посмотреть, — проговорил Сатоши, все также не отрываясь от компьютера. Даже холодные руки Тошиюки не заставили его вздрогнуть. Он был слишком поглощён процессом, поэтому не обращал внимание ни на что вокруг. — И поставь чайник, пожалуйста. Я хочу кофе, — пробубнил Ходзё напоследок, когда Тошиюки уже переоделся и выходил из комнаты. — Хорошо, милорд, хорошо, — кинул вслед Тошиюки, скрываясь в коридоре. Как оказалось, в холодильнике ничего готового не было, Сатоши слишком загрузили учебой и еще работой в кафе, что у него не оставалось времени на готовку дома, а если Тошиюки сейчас займется этим, они останутся голодными до утра. Да и проще просто было заказать что-нибудь из ресторана на дом, благо здесь было несколько заведений неподалеку, еду привозили достаточно быстро и в такое время. Он поставил чайник, достал две кружки и насыпал растворимый кофе. Жаль они так и не купили себе кофемашину, чтобы варить такой же напиток, как в кофейнях или даже в том же баре, где работал Тошиюки. И спустя несколько минут парень вернулся обратно в зал, ставя кружки на стол, а потом присаживаясь обратно на диван. — Может я могу тебе чем-то помочь? — да, это было такое смешное и тупое предложение с его стороны, но попытаться стоило. Тошиюки кое как втиснулся между спинкой дивана и пареньком, прижимаясь к его спине, обнимая, а после заглянул в монитор ноутбука. Какие-то многочисленные и непонятные слова, буквы и символы. Он даже не знал, что это такое, как собирался помогать Сатоши, не ясно. Все это время Ходзё ждал свой кофе, поэтому, как только тот оказался на столе, парень взял кружку и сделал пару глотков, возвращая ее на место. — Помочь? — спросил Сатоши, невольно усмехнувшись. И правда, забавное предложение. — Не думаю, что ты хоть что-то понимаешь в программировании, поэтому... Просто сиди так, Тоши-кун, ты теплый, — произнес Ходзё, чувствуя, как парень прижимает его к своей груди. Он успел немного замёрзнуть, поэтому Тошиюки был здесь как раз кстати. — Как дела на работе? — спросил Сатоши, даже не переставая печатать. Он, конечно, вряд ли сможет выслушать какую-то интересную историю или просто пропустит половину мимо ушей, но узнать все же стоило. — Йоши опять заходил после своей работы. Спросил, сможем ли мы сходить все вместе на танабату в этом году... она ведь скоро, — проговорил Тошиюки, следя за быстрыми движениями пальцев паренька. Тот печатал очень шустро, и это даже завораживало. — Ты напишешь Рин-тян, спросишь ее о делах? Сможет она с нами или нет? — Тошиюки продолжал прижиматься к Сатоши, положив свой подборок ему на плечо, и просто так греться теплом друг друга. Хоть в этом он не мог ему отказать, наверное потому что такие объятья никак не мешали дальше делать свой проект. — Точно... Фестиваль, — проговорил Сатоши. Он уже и забыл об этом, а все из-за учебы. Иногда ему казалось, что он как-то переоценил свои силы. — Да, я могу ей написать. А что? Вы хотите собраться все вместе? Просто, мы давно так не делали, — произнес Ходзё, наконец-то оторвавшись от монитора, но все это было лишь для того, чтобы сделать глоток кофе. После этого парень наконец свернул программу, открыв браузер. Сатоши быстренько нашел переписку с Рин и сразу задал ей этот вопрос. Лучше уж сейчас, а то потом он точно забудет. — Да, было бы неплохо, правда? Пойти погулять всем вместе, как раньше... — уже прошептал Хаттори. Он понимал, что парень занят и его не следует отвлекать, но ничего не мог с собой поделать, шея Сатоши была так близко и не поцеловать ее он не мог. А если Тошиюки целует ее один раз, то и еще несколько, сначала осторожно, а после уже намного настойчивее и сильнее. И именно сейчас Сатоши невольно вздрогнул от того, что Тошиюки начал его так целовать. Похоже, парень не понимал, что не нужно его тревожить. — Д...да, это должно быть весело, — проговорил Ходзё, тяжело вздыхая. — Тоши-кун, не целуй так сильно... Я понимаю, что ты пытаешься меня возбудить, но правда... Меня выгонят, если я не сдам этот проект, — пробубнил парень, опустив взгляд. Он даже перестал печатать. — Потерпи ещё немного. Я уже скоро его сдам и у меня будет свободное время, — добавил Сатоши, повернув голову к Тошиюки и легонько улыбнувшись. — А ещё у меня могут опять остаться засосы из-за тебя! Ты же знаешь, что в моем университете с этим строго. Опять придется просить Рин тональный крем, чтобы замазывать, — сказал Сатоши, возвращаясь к ноутбуку и вновь начиная яростно печатать. Похоже, Сатоши только что озарило. — Я знаю... извини, но не могу остановиться, — виновато пробубнил Тошиюки, после осторожно проведя языком по небольшим красноватым следам на коже. А потом все таки отвлекся, положив руку пареньку на щеку. — Можно поцеловать тебя хотя бы, и тогда я отстану от тебя... Ненадолго, — ухмыльнувшись, Хаттори потянулся рукой к руке парня, что лежала на мышке и придвинул курсор к кнопке «сохранить». — На всякий случай, Сатоши. Будет обидно, если что-то зависнет. Он даже не дождался ответа паренька, повернув его голову на себя и принявшись целовать Сатоши в губы. Как всегда, поначалу осторожно, легко и нежно, но потом он начал расходиться, прижав паренька к дивану не смотря на то, что тот явно был против. Тошиюки опять засунул свои руки под его кофту, хотя потом опомнившись, вытащил их, переведя ладони на лицо Сатоши. Надо было остановиться, сам Тошиюки это понимал, но ему так не хотелось прерывать этот долгий поцелуй. Еще немного, и он уже не сможет сдерживать себя, оставалось лишь надеяться на Сатоши, который остановит эту вакханалию. Сатоши-то очень хотелось возразить, когда Тошиюки начал сохранять его программу. Он же ещё не закончил! Но у него не получилось ничего сказать. Хаттори может и говорил, что все понимает, но сдержать себя не мог, из-за чего сейчас и накинулся на Ходзё. Парень дал ему немного воли, но, поняв, что Тошиюки сам не остановится, упёрся руками в его грудь и отпихнул Хаттори от себя. — Тоши-кун, не сейчас, — продолжал Ходзё, вновь возвращаясь к ноутбуку. — К нам все равно скоро придет курьер и хочешь не хочешь нужно будет меня отпустить и пойти забирать еду, — пробурчал Сатоши, снова печатая. Тошиюки оборвал его на совсем неподходящей ноте и сейчас парень старался записать все, пока не забыл. — Ты получил свой поцелуй, поэтому теперь дай мне спокойно поработать, — добавил он. Ходзё понимал, что на сегодня он почти закончил. Все равно нельзя так много времени проводить за компьютером, поэтому Тошиюки осталось подождать не так уж и долго. Всего-то часик, а может два, ха-ха. — Да, да, хорошо... — тяжело вздыхая, Тошиюки откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза рукой. Иногда он вел себя так эгоистично, что бесил самого себя, но при этом как-то исправить свою эту черту у него не получалось. Он просидел так еще минут пятнадцать, пока в дверь не позвонили и ему не пришлось подняться и пойти открывать ее. — Может разложим диван, чтобы потом не делать это? — поинтересовался он, ставя на пол рядом со столом их еду, а потом забрал пустые кружки с под кофе и отнес их на кухню. В итоге, Сатоши выдул все две порции кофе, а Тошиюки к нему не притронулся. Да и хотел бы, не смог, когда парень был занят своей работой, он не замечал, как быстро пил или ел что-то, а может это было связано с тем, что он жил с Тошиюки, который всегда ел, почти не пережевывая... Ну, так считал Йоши, хотя это было неправда. Сатоши даже с места не сдвинулся... Тошиюки понимал, что если парень не сделает свои дела, то ему будет очень плохо в его универе, но...что это за программа такая, от которой ему так сложно оторваться?! （｀ェ´）Тошиюки злился из-за всего этого, словно ребенок. Ревновал своего парня к компьютеру, докатился. В итоге он спихнул его с дивана на пол, сам разобрав его и кинув подушки с одеялом, сел на него с пакетом в руках, принявшись доставать от туда еду. — Ты и есть будешь перед ним? — недовольно пробурчал Тошиюки, смотря за тем, как Сатоши поглощал лапшу, пристально смотря на свои буковки и циферки в каком-то графике. — Ну, если я не буду отвлекаться, то быстрее закончу, — ответил Сатоши, на секунду взглянув на парня. Тот выглядел каким-то злым и недовольным. Это так сказывалось на нем отсутствие внимания? — Уже к компьютеру ревнуешь? Не переживай, я не уйду от тебя к нему, хотя, конечно, плюсы в нем есть, да... — протянул Ходзё, невольно усмехнувшись. Ох, как же был зол Тошиюки, а сейчас он наверняка просто взорвется. А что поделать, если этот дурашка ничего не понимает? Уже можно над ним и поиздеваться, чтобы поменьше бесился и принял то, что у Сатоши бывают дела помимо него. — Тц... Ладно, он не так плох, соглашусь. Наверное, он единственный, кому я могу отдать тебя. — Тошиюки уже почти доел свою порцию, да и Сатоши тоже. Все таки, поели они намного быстрее, чем предполагалось, а эта программа все еще стояла нерабочая, как понял парень по тяжелому вздоху Сатоши из зала. А время уже было пол второго ночи... И не скажешь, что кто-то такой, как Сатоши, будет так поздно не спать. Убрав весь мусор, Хаттори пошел в ванную, и даже помывшись, паренек продолжал свое ужасно долгое свидание с компьютером. — Я выключу основной свет, хорошо? — спросить спросил, а ответа не дождался, сразу же щелкнув по выключателю. Благо рядом у них стояла напольная лампа, которую Сатоши сразу включил, после возвращаясь на свое место. Как у него не болит спина сидеть так уже час? Тошиюки лег на свою половину дивана, утыкаясь в телефон. — Может мне тоже стоило пойти учиться дальше? Вместе были бы заняты по горло, и времени на такую фигню, как поцелуи, даже не было бы, — размышлял Хаттори, открыв приложение с мангой и принявшись листать вниз к нужной главе. И как долго Сатоши планировал сидеть? — Может и стоило. Не знаю... Но как-то мне не хочется, чтобы ты тоже был постоянно занят. И вообще, поцелуи — это не фигня, Тоши-кун, — проговорил Сатоши, даже нахмурившись. Наконец-то на его лице показались ещё какие-то эмоции, кроме задумчивости. — Просто... Если бы ты тоже был занят, то нам стало бы ещё сложнее находить время друг для друга. Не хочу так, — тяжело вздыхая, пробубнил Ходзё. Он просто не смог бы такое пережить, поэтому хотел, чтобы все оставалось на своих местах. — Ты спать? Я не буду тебе мешать? Просто... Могу уйти на кухню, — спросил Сатоши, переведя взгляд на парня. Вроде он ещё не спал, а сидел в телефоне, но время то было уже позднее. — Не переживай, ты же тихо сидишь, — ответил тот. Тошиюки наконец-то смог отвлечься на что-то другое, помимо созерцания тела Сатоши и размышлений о своей похоти и эгоистичности. Хотя и не особо надолго, потому что глаза уже начали закрываться, и отложив телефон в сторону, Тошиюки повернулся на бок, и протянув руку, дернул Сатоши, сидящего перед ним, за край футболки. — Сатоши, уже поздно... Нельзя же так долго сидеть перед компом, потом доделаешь свою программу, — сонно пробубнил он, продолжая смотреть на спину паренька перед собой, а потом с удрученным вздохом уткнулся носом в подушку. Сатоши не мог пойти спать, пока не доделает свои дела, и это иногда раздражало и пугало. — Ложись спать, Тоши-кун. Я тоже скоро лягу, — проговорил Сатоши, все же поднимаясь со своего места. Он поставил компьютер на стол перед диваном и подошёл к Хаттори, погладив его по голове. — Спокойной ночи, — произнес Ходзё, целуя парня в лобик. Он надеялся, что Тошиюки скоро заснёт и уже не будет заставлять его идти спать. Решив ему не мешать, Сатоши вернулся к своему прежнему плану и свалил на кухню. Как раз он собирался выпить ещё чашечку кофе. Третью? Или уже четвертую? Парень явно не помнил, ведь он целиком был поглощён программой. Когда Сатоши покинул комнату, Хаттори состроил недовольную мину, скрестив руки на груди и уставившись в потолок. — Как он мог так просто сбежать от меня на кухню со своим компом?! — бурчал Хаттори себе под нос в темноту комнаты. Сатоши был так упрям, как и он сам, и это так бесило в данный момент, но поделать с этим ничего не получалось. Тошиюки несколько минут пролежал так, надув щеки с открытыми глазами, а потом невольно начал засыпать. Время все же было позднее, радовало лишь то, что он завтра не работал, как и следующие несколько дней. Ему наконец-то дали небольшой отпуск, который так удачно выпал как раз на фестиваль танабаты. Кстати об этом. Тошиюки хотелось провести этот день по-особенному, но учеба Сатоши могла испортить планы. Фестиваль уже через несколько дней, а у этого парня столько работы, что Тошиюки уже начал бояться. Если Сатоши в последний момент откажется от прогулки, не успев сделать свою программу. Сатоши, конечно, мог остаться, но он правда боялся помешать Тошиюки, поэтому и ушел. Уж лучше так, чем бессонная ночь у обоих. Сатоши так хотелось разобраться с этой программой сегодня, что он решил не идти спать, пока не доделает свою работу, но организм явно был с этим не согласен. Ходзё все также не привык ложиться спать поздно, из-за чего он вырубился прямо за столом, подложив под голову руки, чтобы было мягче. Его окружали кружки с под кофе, которые он вообще-то собирался помыть, но сон настиг его слишком внезапно. Парень даже не выключил компьютер, который в итоге проработал всю ночь до самого утра. Благо, он стоял на зарядке и не вырубился сам. Тогда Сатоши вероятно ни на какой фестиваль не пошёл. Когда Тошиюки проснулся под утро, он сонно стал водить рукой рядом с собой, но там было пусто и холодно. Кажется, кто-то так и не вернулся обратно. — Он что, все еще сидит на кухне, делая свою программу? — пробубнил Тошиюки, резко вскакивая с дивана, сна будто и не было, хотя поспал он всего-то от силы пять часов. Нашел Сатоши он за столом, уткнувшимся в свои руки, и кроме вздоха разочарования, у Тошиюки не получилось выдать из себя ничего другого. Какой же он был болван. — Сатоши, Сатоши, — причитал парень, подходя ближе и наклонившись, он взглянул на экран компьютера. Тот погас, но пошевелив мышкой, вновь вернулся к жизни, и тогда сохранив эту злополучную программу, Тошиюки наконец-то закрыл ноутбук. Теперь оставалось разобраться с этим непоседой, который на удивление, продолжал спать даже когда Тошиюки поднял его на руки и понес в зал. Вот надо же так крепко спать. У них еще было время, чтобы поспать, а также и желание. Поэтому парень осторожно стащил с Сатоши его штаны и лег рядом, прижимая паренька к себе. «С утра у него будет очень удивленное лицо» — подумал Тошиюки и невольно улыбнулся из-за представленной у себя в голове картины. Это будет невероятно мило, что он проснется в его объятьях, хотя засыпал в такой неудобной позе за столом. Ходзё так и проспал до обеда, но, открыв глаза, он обнаружил, что находится в гостиной. «Что-то не помню, что возвращался в комнату...» — подумал парень, потирая глаза. Хаттори ещё был рядом. Он крепко уцепился в Сатоши, что тот не мог даже пошевелиться. — Тоши-кун, эй, Тоши-кун, — проговорил Ходзё, легонько толкая парня в бок. Он быстро открыл глаза, да и похоже тот на самом деле не спал, а просто дремал. — Ты слышал, как я пришел ночью? — сразу же спросил Сатоши, пытаясь восстановить все события у себя в голове. — Нет, потому что ты не пришел, — как-то злобно буркнул Тошиюки, сразу же открыв глаза. Он смотрел на парня перед собой с нескрываемым раздражением, кажется все то время, пока он не спал, успел о многом подумать и даже обидеться. Ну а как еще он мог себя чувствовать, если Сатоши обещал не сидеть долго, а сам уснул прямо на кухне. — Как долго ты еще планируешь делать свою работу? Я же надеюсь, ты успеешь к завтрашнему дню, ведь завтра, танабата. И я хочу, чтобы ты отдохнул, и не динамил меня вечером, — продолжал с нахмуренным лицом говорить Тошиюки, не отпуская паренька. — Не динамил сегодня вечером или завтра? — спросил Сатоши, усмехнувшись, но у него все ещё оставался другой вопрос. Раз он не пришел, то как оказался здесь? — Тоши-кун, ты принес меня в зал, да? Как папа делал в детстве. Вроде засыпаешь в гостиной, а просыпаешься у себя в постели. Это всегда было так волшебно, — проговорил Ходзё, положив голову парню на грудь. Может этот бука и продолжал злиться, но вот у Сатоши было отличное настроение. — И не ругайся ты так... Я не специально заснул, оно как-то само получилось. Зато я почти все доделал, — добавил парень, улыбаясь. Он пытался таким образом порадовать Хаттори. — Я бы не ругался, если бы не говорил, что тебе надо лечь спать... А ты меня не слушал, ты такой... наглый! — процедил Тошиюки сквозь зубы и уложил свою сильную руку пареньку на щеку и сжал его личико пальцами. Теперь злиться на Сатоши не особо получалось, потому что он сейчас походил на милую булочку или пельмешку. Именно поэтому Тошиюки приблизился и быстро чмокнул его в нос. — Ты обязан закончить все свои дела за сегодня, а я, клянусь, мешать тебе не буду, понял? — он поставил перед Сатоши такие забавные условия, смотря на него очень серьезно. А потом взял руку парня и поднес ее ближе, внимательно рассматривая его тонкие пальцы. — Ловлю тебя на слове, — с улыбкой проговорил Сатоши. Почему-то такой Хаттори смешил его, хотя явно должно было быть совсем наоборот. — Только покушаем вместе, а ещё там надо посуду помыть... Как же лень, — пробубнил Ходзё, устало вздыхая. Его голова вновь оказалась у парня на груди, ведь вставать Сатоши совсем не хотелось. Иногда он начинал походить на Тошиюки, который готов целыми днями валяться на кровати и ничего не делать. — Чего глядишь? — спросил Ходзё, сжав руку парня в своей. Он так странно пялился на его пальцы, что Сатоши даже захотелось узнать, в чем именно дело. — Просто интересно... Они такие красивые, никогда почему-то не замечал этого, до прошлого вечера. — Тошиюки продолжал смотреть на левую руку паренька, а потом снял кольцо со своего безымянного пальца и одел его Сатоши. Оно было немного большеватым ему, стоило подобрать кольцо на размер меньше. Все его действия со стороны выглядели определенно немного необычно и странно, но Тошиюки сразу же принялся оправдываться. — Ахаха, я думал, мои руки намного больше твоих, а на деле оказывается совсем не так. Ты знатно подрос с десятого класса, Сатоши, — улыбаясь, Тошиюки снял свое кольцо с пальца паренька и вернул его на место, продолжая рассматривать его руку. От таких действий Сатоши затаил дыхание. Его мысли улетели куда-то далеко и он вновь невольно подумал о свадьбе. Господи, почему он думает об этом сейчас? Ничего такого же Хаттори не сделал. — Правда? — спросил Ходзё, подняв голову и взглянув на парня. Сатоши вытащил руку из его крепкой хватки и приложил свою ладонь к его, сравнивая. — А я ведь тоже так думал... Но пальцы у меня все равно чуть меньше, — проговорил Сатоши, улыбаясь, после чего он сцепил их руки в замочек. Так не хотелось его отпускать, но нужно было. — Ладно, Сатоши. Давай я пойду приготовлю завтрак...правда тебе придется подождать довольно много времени, хмм. — Тошиюки продолжал смотреть на паренька перед собой некоторое время, а потом все таки пришлось подняться с этого такого манящего дивана. Видимо, Сатоши оказался не против полежать еще, и немного вздремнуть, пока Тошиюки прибирался на кухне, а потом начиная готовить что-то на завтрак. Он так редко делал это, потому что готовить всегда вызывался Сатоши, хотя раньше, как только он сюда переехал, Тошиюки пытался научиться готовить для себя. А в итоге, это оказалось ненужным, как иронично. На удивление, парень справился довольно быстро, намного быстрее, чем предполагал, и решил принести еду в зал. Прямо в постель, как романтично, (нет). — Завтрак в постель? — проговорил Ходзё, приподнимаясь и уже садясь на диван. — Очень мило с твоей стороны, — добавил он, улыбаясь. Сатоши вчера так много работал, что сейчас ему совсем не хотелось готовить завтрак и вообще что-то делать, хотя уже скоро он вернётся за компьютер. Всё-таки парень обещал, что справится до завтра и они отлично повеселятся на фестивале. — Кстати, Рин ответила. Сказала, что придет и ещё кого-то с собой возьмёт. Хочет нас познакомить... Интересно, кто это может быть? — произнес Ходзё, уже начиная уплетать этот вкусный завтрак. Тошиюки присел рядом и тоже принялся есть. — Может у нее наконец-то появился парень? Хотя нет, это вряд ли... Это же Рин-тян, может она нашла себе подружку в универе? — поинтересовался Тошиюки, быстро отправляя в рот всю эту еду. Да, он опять съел все, даже не успев моргнуть глазом, и сейчас принялся пить кофе. А вот Сатоши он налил свежего зеленого чая, а то после этой ночи за компом, у того в сосудах вместо крови — растворимый кофе. Пить столько этого напитка ужасно вредно для здоровья, не смотря уже на то, что это становится привычкой, перерастающей в настоящую зависимость от кофеина. Хотя, с этим утверждением еще можно было поспорить. Так уж много ли кофеина в обычном растворимом кофе или есть он там вообще? — Не знаю, Тоши-кун... Вдруг она, правда, кого-то нашла? Рин-тян красивая и добрая, наверняка она кому-нибудь понравилась, — проговорил Сатоши, задумавшись. — И вообще-то Рин ещё в школе много кому нравилась. Помню, на белый день она получила три плитки шоколада... — сказал Ходзё, усмехнувшись. Вот он не получал ни одной, что было даже грустно. Тошиюки не уделял внимание таким праздникам, поэтому они все проходили, как обычный день. — Ну, вспоминая ее категоричное мнение к отношениям и парням... Мне слабо верится, что она кому-то могла дать шанс, но я не отрицал, что кто-то мог положить на нее глаз. Все же, она действительно неплоха, милая, и чем-то похожа на тебя. Думаю, Рин также реагировала бы на всякие приставания к ней, как ты, — размышлял Тошиюки с задумчивым видом. Он присел прямо напротив Сатоши, подгибая под себя ноги, это была его любимая поза, особенно, когда приходилось сидеть на диване с чашкой или телефоном в руках. — А чего это ты так интересуешься, какая она в отношениях? — спросил Сатоши, прищурившись и смотря на парня. — Да ничего я не интересуюсь... Просто говорю о своих предположениях... И все, — Тошиюки как-то странно сразу же напрягся, отводя взгляд в сторону в попытках найти место чтобы спрятаться, но увы, таких мест в их маленькой квартирке не наблюдалось. Приходилось терпеть этот жгучий взгляд Сатоши на себе. — Ага... Ещё так сравнил ее со мной... Колись, приглядывался к ней, да? — проговорил Сатоши, недовольно скрестив руки. Похоже, он придумал повод для обиды, хотя на деле парню просто было интересно это узнать. Вдруг Рин правда когда-то нравилась Тошиюки. — Да нет, не приглядывался я... Просто пару раз у меня в голове мелькала мысль, что если бы ты был девушкой, то скорее всего, был похож на нее... И все, — Тошиюки стал сразу же оправдываться, вернув свой взгляд обратно к лицу Сатоши, сильнее сжимая кружку в руках. Он же сейчас опять надумает себе что-то и будет сидеть и дуться. — Я совсем не похож на Рин... Она громкая и всегда может постоять за себя. Не то, что я, — буркнул Сатоши, все также надувая губы. Почему-то это сравнение показалось ему некорректно. — А ещё она очень редко плачет и умеет сдерживать свои эмоции, а у меня не выходит, — пробубнил Ходзё. — Ну... Не знаю, в чем-то вы все же похожи, а в чем-то нет, — облегченно выдыхая, ответил Тошиюки. Вскоре он уже поднялся и захватив все тарелки и кружки, отправился на кухню, чтобы все помыть, а потом надо было собраться и пойти погулять. Все же, Сатоши быстрее справится со своими делами, если его никто не будет отвлекать, а ведь Тошиюки любитель подоставать его, когда самому заняться нечем. Когда парень закончил с утренней приборкой после завтрака, Сатоши уже втыкнулся в компьютер, полностью поглощённый своей работой. Тошиюки оставалось только тихо пройти к шкафу, доставая из него свои вещи и начать переодеваться. Конечно, завтрак — это очень хорошо, но сейчас Сатоши вновь сидел за компьютером уже со свежей головой. У него было отличное настроение и парень уж точно был готов потрудиться, а все ради того, чтобы завтра пойти на фестиваль и ни очень не думать. — Куда собираешься? — спросил Ходзё, не отрываясь от монитора, но краем глаза он все равно заметил парня, который куда-то собирался. — Да хочу пойти погулять... Чтобы тебе не мешать. И думал прикупить что-нибудь домой из продуктов, а то смотришь в холодильник — вроде много всего, а начал готовить, и много чего стало не хватать. Да и к тому же, Мэзуми просила к ней заглянуть, она хотела что-то обсудить, — перечислил парень, натянув на надетую ранее рубашку тонкую кофту. — Вот как... Можешь купить мне пирожные дайфуку с ягодами? — попросил Сатоши, продолжая пялиться в экран. Ему захотелось чего-нибудь пожевать, поэтому он надеялся, что Тошиюки скоро вернётся с едой. Все то время, пока Хаттори не было дома, Ходзё сидел за компьютером и продолжал работать. Но он сумел закончить все пораньше, даже Тошиюки ещё не вернулся, поэтому Ходзё решил, что сейчас его очередь что-нибудь приготовить. Может Хаттори и не придумал, что делать с этими продуктами, а вот Сатоши нашел пару идей и принялся за ужин. Тошиюки как-то подозрительно долго не было, что Ходзё уже хотел ему позвонить. Вроде в магазин надо было зайти, да к Мэзуми, а он так пропадал. Та фраза, что ему нужно было зайти к Мэзуми была почти что правдой. Он попросил встретиться с ней как раз таки, чтобы девушка помогла ему с выбором кольца для Сатоши. Сказать, что ее это удивило, ничего не сказать — Мэзуми была первой из всех знакомых Тошиюки, кто узнал о его намерениях на эту танабату. И за всеми этими хождениями по магазинам и легкими разговорами, Хаттори даже и не заметил, как они оба потратили столько много времени, а ведь еще надо было забежать в продуктовый и купить что-нибудь домой. Если честно, Тошиюки даже и не помнил, чего именно не хватало, поэтому в магазине он провел еще около часа, судорожно стараясь вспомнить содержимое их холодильника, а также ища упаковки с дайфуку. Почему именно сейчас он не мог найти сладких пироженных? Пришлось еще изрядно побегать по нескольким магазинам в их поисках, а то Сатоши расстроится. И наконец, открыв дверь домой, он устало кинул пакет с немногочисленными продуктами на пол рядом, скидывая с себя кофту. Он не стал возвещать о своем приходе на всю квартиру, мало ли Сатоши еще был занят и отвлекать его не особо хотелось. Сатоши и сам услышал, как Тошиюки вернулся, чему он был очень рад. Ужин как раз приготовился, а проект был закончен, поэтому сейчас Ходзё выглянул из кухни, смотря на парня и улыбаясь. — Ты как раз вовремя, хотя мне все равно хочется спросить, почему ты так долго? — произнес Сатоши, не сводя взгляда с Тошиюки. Ему это явно было интересно. Все же вроде такой обычный поход не должен занимать много времени. — Ааа... Ты уже все... — проговорил Тошиюки немного нервно, отворачиваясь чтобы повесить свою кофту на вешалку, так можно было спрятать свой взгляд. — Мэзуми любит поболтать, поэтому я задержался, а потом еще бегал по магазинам в поисках дайфуку. Почему-то их не было в двух супермаркетах, в которые я заходил, но благо, в третьем я нашел то, что ты просил. — Он наконец-то закончил со своей одеждой и повернулся обратно, подняв пакет с продуктами и направляясь на кухню, чтобы все это поставить. — Ой, Тоши-кун, ты мог бы и не искать, раз в первом не было, — проговорил Сатоши, легонько улыбнувшись. — Я мог бы и обойтись, — добавил он, да и Сатоши не считал это трагедией, хотя было приятно, что Хаттори так старался ради него. Он отправился на кухню за Тошиюки и принялся разбирать пакет с продуктами, пока тот сел за стол. — Но все равно спасибо. Только ты стал бы ради меня бегать по магазинам в поисках каких-то там пирожных, — сказал Сатоши, наклонившись к парню и легонько поцеловав его в щеку. — Мне не сложно, Сатоши-тян, ты же хотел их. Когда я хочу тебя, ты всегда... ну или почти, выполняешь мои просьбы, — Тошиюки коротко взглянул на паренька, улыбнувшись, а потом поднялся из-за стола. — Я не голоден, Сатоши. Поел с Мэзуми в кафе недавно, извини. Я пойду спать, слишком уж устал бегать по городу, — бросил он, поспешно уходя с кухни. Даже и не подумал, что сморозил немного лишнего, ведь по идее он должен был зайти в фотостудию к Мэзуми, а не бегать по городу. Благо Сатоши не обратил на это внимание, и не пошел за ним следом, поэтому Тошиюки быстро подошел к шкафу и открыл ящик со своими вещами. Отодвинув подальше различные CD-диски со старыми песнями, некоторыми играми и какими-то тетрадками, он засунул в самый его зад небольшую коробку, стараясь после прикрыть ее всеми этими вещами. — Надеюсь, он не лазает в мои вещи регулярно, — тихо проговорил Тошиюки себе под нос, оглядываясь. Никого не было рядом, Сатоши все еще оставался на кухне, разбирая продукты. Игры в прятки закончились, поэтому сейчас Тошиюки спокойно сходил в ванную, и вернулся обратно в комнату. Конечно, подобный ответ не мог не разочаровать Сатоши. Хоть он не сказал ничего против, но он в любом случае был немного расстроен тем, что он так старался, а Тошиюки просто взял и отказался от еды. Вот же дурак. Ходзё ради этого ещё и пытался поскорее закончить проект, чтобы они наконец смогли нормально поужинать, но Хаттори уже умудрился наесться в каком-то кафе с Мэзуми-сан. Неужели там еда вкуснее, чем готовит Сатоши-кун? Ох, как же он был зол, но старательно это скрыл. Ругаться по такому поводу было очень глупо. — Спокойной ночи, — сказал Сатоши напоследок, дальше разбирая сумки. У него не было выбора, хотя один взгляд на дайфуку заставил его улыбнуться. Может и дурак, но такой заботливый. В итоге Ходзё поужинал один и, сходив в душ, также собрался лечь спать. Завтра должен быть отличный день, ведь они вновь встретятся все вместе на фестивале танабаты. Но сейчас он всего лишь перелез через Тошиюки и сам закинул руку парня на себя, уткнувшись носом в его грудь. Сатоши слишком привык к этой позе, чтобы спать как-то по-другому. Весь следующий день с самого утра, точнее уже с обеда, ведь и Тошиюки и Сатоши проснулись довольно поздно и оба не хотели долго вставать, они провели дома. Сначала они позавтракали, если точнее по времени был уже обед, а потом Сатоши принялся прибираться. Он итак ничего не убирал в квартире все то время, что был занят проектом, поэтому уборка в этот день обоснована. Тошиюки пришлось повиноваться и помогать, хоть он ленился так часто убираться, все же вовсе забить на уборку и лежать тупо на диване в тот момент, пока Сатоши вытирал пыль и пылесосил, он не мог. Парень был не таким уж и наглым лентяем, как иногда его величал Сатоши. Когда они наконец-то закончили, Тошиюки думал уже присесть расслабиться, но не тут-то было, у темноволосого паренька накопилось много дел, он решил приготовить ужин заранее, ведь после фестиваля у них не будет времени на это, так как вернутся они поздно, а вот голод будет еще тот. Хоть паренек и сказал, что сможет сделать это один, Тошиюки пошел за ним на кухню, стараясь хоть немного помогать, и за всеми этими небольшими делами день пролетел как-то незаметно. Хотя чем ближе приближалось время их встречи с друзьями в парке, тем сильнее начинал Тошиюки нервничать. Сидя на диване в ожидании пока Сатоши найдет их юкаты, Тошиюки нервно стучал ногой по полу. Почему-то у него сводило живот от волнения, а руки слегка подрагивали когда он думал о предстоящей прогулке и разговоре. Попытавшись отвлечься, Хаттори полез в телефон, и как раз вовремя, ведь ему пришло сообщение от друга. — Йоши написал, что он уже в метро вместе с Якотори, — проговорил он, набирая что-то на клавиатуре. Им надо было поторапливаться, иначе опоздают. — Надо торопиться, а то Йоши опять будет ругаться, — проговорил Ходзё, улыбнувшись. Наконец-то они собирались на фестиваль и сейчас Сатоши достал их юкаты. — Ты будешь такой красивый... — невольно пробубнил Ходзё, кладя одежду на диван и закрывая шкаф. — Давай быстрее одеваться, — добавил он после. Конечно, обоим понадобилась помощь, чтобы нацепить этот наряд на себя, но у них получилось отличное взаимодействие. Сатоши помог Тошиюки, а Тошиюки Сатоши. Очень удобно. Теперь ребята наконец-то были готовы и могли выходить. Вот только Хаттори почему-то не торопился и, когда Ходзё уже был в прихожей и обувался, парень чего-то копошился в комнате. Юката это конечно хорошо, но вот как в нее было засунуть коробку так, чтобы никто этого не заметил? Тошиюки не нашел выхода лучше, как просто оставить саму коробку дома, судорожно запихнув кольцо в карман, оставалось надеяться на то, что он не подведет и там не окажется никакой дырочки. — Извини, Сатоши-тян, я искал свои наушники, — проговорил парень, быстро обуваясь. Он всегда брал их с собой и иногда, когда они гуляли, Тошиюки доставал их, чтобы вместе послушать музыку по дороге. До нужного места они добрались достаточно быстро, на метро в котором сейчас было довольно много таких же людей, едущих на танабату в разноцветных юкатах, чтобы повеселиться и загадать очередные желания на тандзаку. Действительно многие любили этот фестиваль. Когда они вышли, Тошиюки ухватил паренька за руку и пошел вперед довольно быстро, даже не смотря на этот наряд, и на подходе к нужному месту, Сатоши уже успел запыхаться, да и сам Хаттори был не лучше, им понадобилось немного времени, чтобы перевести дыхание. — А мы думали, вы не придете, — радостно сообщил Йоши, хлопнув Тошиюки по плечу, а после пожав друг другу руки. Девчонки также поздоровались с ними, особенно со своим любимым Сатоши. Странно, но в их компании затесался кто-то еще, невысокий светловолосый парень, с неприметливым, но довольно приятным личиком, он широко улыбался, протянув свою руку Тошиюки. — Ааахх.. Тошиюки-кун, это Мэки Исихара... — как-то спохватившись, представила этого парня Рин. Все таки он тогда ошибся — это была не ее подружка. — Тошиюки Хаттори, рад встрече, — с такой же улыбочкой, Хаттори пожал руку незнакомцу. Он был так занят мыслями о кольце, а после и о самом фестивале, что совсем забыл про их нового знакомого, которого девушка обещала привести с собой. Плюс еще одна пара лишних глаз — это не есть хорошо, Тошиюки итак уже нервничал. Сатоши был рад наконец-то встретиться с ребятами, ведь они давно не виделись. Не опоздать не получилось, но у всех это уже вошло в привычку, поэтому их никто не ругал. Ходзё успел только поздороваться с Рин, которая, как всегда, накинулась на него с объятиями, а после она вспомнила про своего... друга? Что же это был за парень? Сатоши внимательно посмотрел на него и на Тошиюки, ведь они как раз сейчас здоровались. Рин сразу же поспешила познакомить этого парня остальными. — Мэки, а это Сатоши-кун. Помнишь, я тебе про него рассказывала, — проговорила девушка, улыбаясь и пихая Ходзё вперёд, чтобы он тоже поздоровался. Пришлось пожать руку этому незнакомцу. — Сатоши Ходзё, — все же представился он. — Мэки Исихара, ну ты уже слышал, — ответил парень, улыбнувшись. Он выглядел весёлым. И Сатоши заметил какое-то сходство... Точно, рост. Ходзё давно не ощущал этого. Тоже парень и ростом практически такой же. Наконец-то Сатоши был не один такой низенький. — Ну, думаю мы больше никого не ждем, поэтому можно пойти вперед, веселиться! — радостно провозгласила высокая девушка, и взяв Йоши за руку, она направилась ко входу в парк. Все остальные последовали за ними, выстроившись в небольшую цепочку по двое, так как народу стало увеличиваться, стоило им приблизиться хоть чутка к месту праздника. Так вышло, что Сатоши шел рядом с новым знакомым, а Тошиюки за ними вместе с... Рин. Удачно, удачно. — Он чем-то похож на Сатоши, согласись, — кинул Хаттори, взглянув на Рин, а та невольно нахмурилась. Он попал в яблочко. — Если бы я с самого начала не знала, что он занят, я бы разрешила стать ему моим парнем. — Как-то высокомерно вышло. Да, все же с каждым разом думая об этом, Тошиюки находил все больше отличий в ней и Сатоши. Как он мог подумать о том, что его парень будь девушкой, был бы Рин? Это невозможно. — Ахаха, так он все же нравился тебе, забавно, — усмехнулся Тошиюки. Она сама себя выдала. — Тц, может и нравился, но я не стала ему мешать, хоть и была уверена в том, что ты... — девушка не решилась сама закончить предложение, но смысл потерянных слов был и так понятен. — Что я урод моральный? Да, знаю. — Я не это хотела сказать... по крайней мере не так... экспрессивно, — немного потупив взгляд, замялась она. Кажется, Тошиюки заставил ее смутиться и немного почувствовать себя виноватой. Ведь Рин так долго не могла смириться с тем, что Сатоши любил его. Уже вскоре они наконец-то оказались на самом фестивале, в центре празднества и различных развлечений. Рин-тян вместе с Якотори сразу же отбежали куда-то, наверняка проверять ближайшие лавки со сладостями, а Тошиюки подошел к Йоши. — Не ревнуешь? — с усмешкой протянул тот, кидая свой взгляд на двоих парней, что стояли неподалеку вместе и о чем-то оживленно беседовали. Они нашли общий язык? — Не знаю... Я его совсем не знаю... Да и к тому же, он пришел с Рин, он ее парень, тут нечего переживать, — хотел сказать со спокойным голосом, но из-за волнения вышло как-то так себе. Тошиюки засунул руку в карман и крепко вцепился в твердый метал кольца. Оно было на месте и это хоть немного успокаивало Этот паренёк Мэки, оказался неплохим малым и Сатоши по каким-то причинам нашел с ним общий язык, и всю дорогу они шли вместе. Было, конечно, не очень хорошо оставлять Тошиюки, но тот сейчас разговаривал с Йоши. Ходзё явно не устроил этот момент, поэтому он подошёл к ребятам, уцепившись за юкату Хаттори ручками. — Тоши-кун, может мы тоже сходим и купим какие-нибудь сладости? — спросил Сатоши, глядя на парня. Пожалуй, Ходзё хотел кушать, а девчонки не взяли его с собой. — Да, пойдёмте тоже поедим, — согласился Йоши, хлопнув Хаттори по спине, а то тот так и продолжал стоять столбом. В итоге ребята подошли к Рин и Якотори, также покупая себе чего перекусить, хотя Сатоши явно нужно было только сладкое, как и Рин. Вот в этом они как раз были похожи. Закупившись вдоволь, ребята наконец-то пошли загадывать желание. Это всё-таки была самая главная традиция этого фестиваля. — Как у тебя дела с учебой, Сатоши-кун? — поинтересовалась Якотори, пока они все медленно прогуливались по парку в поисках свободного бамбука для своих пожеланий, да найти такое место было крайне проблематично, особенно сейчас. — Он целыми днями сидит занятый по уши этой учебой, — ответил Тошиюки за него. Уже вскоре они просто остановились возле угла какой-то лавочки, продолжая обсуждать учебу и различные последние новости. — Да, да, Тошиюки как-то рассказывал мне об этом, — посмеялся Йоши над одной из историй Сатоши. А он разговорился сегодня со всеми, что даже удивляло Тошиюки, этот Мэки произвел хорошее впечатление на Сатоши. — Когда он тебе рассказывал об этом? — как-то всполошилась Рин. — Я думала, вы с Тошиюки-куном... — Думала, мы с ним больше не общаемся? Как бы ни так, Рин-тян. Я часто захожу к нему после работы. — Йоши забавляло то, что девушка думала так. Если Тошиюки не пошел с ним в вуз — это еще не значит, что оба парня перестали дружить. — Ну, просто Сатоши-кун говорил, что вы редко встречались... — оправдывалась она, надув щеки. Они могли болтать так и препираться до конца фестиваля, но так они много чего не успеют сделать. Тошиюки заметил, что несколько людей отошли от веток бамбука, представляя возможность наконец-то пойти и написать свои желания на бумажках. — Сатоши-тян, — протянул Тошиюки, кладя руку пареньку на плечо и смотря на него. — Можем пойти загадать желание, ты ведь хотел так, — предупредил он, остальные наконец-то тоже заметили, что у них есть такая возможность, и все стали рыскать по своим сумкам в поисках ручки. — Да, пойдем, — произнес Сатоши, улыбнувшись. Ему нравилась эта традиция и он даже уже успел придумать желание. Благо, Ходзё не нужно было ничего искать, ведь он готовился к этому и специально взял с собой ручку. Именно из-за этого они с Хаттори пошли самые первые. На удивление, Мэки вышел следующий вместе с Рин, а за ними и остальные. Они решили пойти дальше и в этот раз направление выбрал Тошиюки. В принципе, никто не возникал. — Эй, Ходзё-кун, я хотел спросить про Хаттори. Вы давно с ним знакомы? — вдруг проговорил Мэки, подойдя к парню. Они вновь отстали от остальных, а те даже не заметили. — Ну... Мы, можно сказать, друзья детства, а что? — ответил Сатоши, ведь ему этот вопрос показался немного странноватым. — Да вы просто как-то по-особому общаетесь. Не так, как ребята. И даже называете друг друга по-разному... Вроде тут никто не зовёт Хаттори Тоши-куном, а ты зовёшь. Поэтому и подумал, что вы знакомы дольше, чем со всеми остальными, — объяснился парень, стараясь улыбаться. Похоже, он чувствовал это напряжение Сатоши. — Ну, это не только потому что мы так давно знакомы. Просто мы с Тоши-куном... — начал Ходзё, как вдруг к ним повернулась Рин. — Эй, идите быстрее сюда! Скоро начнется салют! — крикнула девушка и Мэки сразу же поспешил к ней, а Сатоши остался позади. Он так и не успел договорить. Даже грустно. Парень наконец мог сказать кому-то правду сразу, а то все ошибочно принимали их за друзей, но опять ничего не вышло. — Надо бы найти место, откуда будем смотреть салют, — подсказал Тошиюки, подходя к Сатоши и внимательно смотря на него. Тот выглядел каким-то расстроенным. — Он что-то не то тебе сказал? — Тошиюки указал взглядом на новенького паренька, а потом слегка наклонился к Сатоши, заглядывая ему в глаза и улыбаясь. — Рин-чан, давай купим еще тайяки! Кто-нибудь будет? — Якотори резко остановилась и стала указывать на одну лавочку, где продавались рыбки из теста с разными начинками и стала оглядывать всех друзей. Низкая девушка радостно закивала, как Йоши с Мэки. Видимо, они тоже были не против купить что-нибудь еще. — Не, я пас, — кинул Тошиюки, и все четверо оставили их наедине. Он опять сжал в руке кольцо, конечно хорошо, что у них с Сатоши было немного времени побыть одним, но сейчас было не подходящее время. — Н...нет, он ничего мне не говорил, — ответил на недавний вопрос Сатоши, нервно улыбнувшись. Не хотелось выставлять Мэки в плохом свете, да и проблема тут была вовсе в другом. — Просто... Он спросил, как долго мы с тобой знакомы, потому что заметил, что мы относимся к друг другу по-особому. Кстати, не думал, что это так заметно, мы ведь даже за руки не шли. — Вообще, Сатоши был рад, что они с Тошиюки сейчас недолго пробудут вместе, ведь с остальными они как-то все время разделяются. — И я не успел ему сказать, что мы встречаемся, поэтому так и ведем себя... Просто хотелось уже наконец-то сказать кому-то это напрямую, а то у меня никогда не выходило, — пробубнил Сатоши, смущённо опустив взгляд. Его проблемы были такими мелочными, но для парня это, правда, было важно. Он хотел научиться говорить все прямо, а не снова называть Хаттори другом или ещё кем-то. — Это все потому что я постоянно смотрю на тебя, даже когда стою далеко. Думаю, это со стороны очень заметно. — Тошиюки вытащил свою руку из кармана и спокойно взял ей руку Сатоши. Надо было немного успокоиться, а то он увидит и почувствует, как медленно его тело начинало трясти из-за напряжения. — Йоши даже поинтересовался у меня, не ревную ли я тебя к этому... Исихаре, представляешь? Потому что все время, пока мы тут гуляем, я постоянно пялюсь на тебя, — Тошиюки улыбнулся, тяжело выдыхая. Как же он выдавал себя таким поведением, но хорошо, что остальные принимают эту слабую нервозность за предосторожность на счет нового паренька и то, что сейчас почти всю их довольно долгую прогулку, Мэки шел с Сатоши. Лучше уж пусть так, чем непонятно откуда взявшаяся тревога. — А ты не ревнуешь, Тоши-кун? — спросил Ходзё, крепче сжав руку парня и невольно усмехнувшись. Понятное дело, что Сатоши знал ответ на этот вопрос, но все равно решил поинтересоваться. Так, для развлечения. — И, если что, он не в моем вкусе... Вот совсем, — добавил парень через пару секунд. Мэки все же был чем-то на него похож, из-за чего Хоздё уж точно не мог воспринимать его, как возможного парня. Только лишь как друга, хотя вряд ли они будут ещё общаться. Всё-таки именно Рин его сюда привела. — Нет, я не ревную, Сатоши-тян. Зачем? — Тошиюки коварно улыбнулся, продолжая смотреть на паренька очень внимательно. Ревновать к парню его подруги — они всерьёз считают, что Тошиюки настолько ревнивый? — Я же знаю, что к нему ты точно не уйдешь, Рин-тян не позволит. Так зачем тратить нервы попусту? — Просто ты какой-то нервный или мне кажется? — спросил Сатоши, внимательно смотря на Хаттори. Ему хотелось понять, правильны ли его предположения. — Или что-то случилось, Тоши-кун? — проговорил Ходзё. Он слишком хорошо знал Хаттори, чтобы не заметить его волнение. — Просто... а, нет, ничего, пошли к ребятам, они там уже почти все. — Тошиюки сначала опустил голову, уже тяжело выдохнув. Раз Сатоши заметил его волнение и стал интересоваться причинами всего, и он уже хотел поговорить с ним, но вовремя спохватился и заметил народ, который стоял и расплачивался за свои заказы. Все же сейчас было не время и место такое себе. Тошиюки потащил за собой паренька, стараясь не смотреть на него, чтобы не объясняться. Если они будут в компании, Сатоши не сможет поднять эту тему прямо сейчас, и подходя к Йоши и остальным, Тошиюки облегченно выдохнул. — Вы все уже купили? — сразу поспешил влезть в диалог Тошиюки, а Йоши с радостью ему ответил. — Да, почти. — Все, вперед! — сообщила Рин, кусая свою рыбку с невероятной улыбкой, Мэки тоже улыбнулся, смотря на нее. Чем-то они напоминали их двоих. — Да, я помню одно прикольное место. — Тошиюки и правда знал одно такое, и поэтому он пошел впереди со своим высоким другом, их обоих заметить в толпе было легко и поэтому все следовали за своими провожатыми. Тошиюки, похоже, отлично знал этот парк, потому что он нашел хорошее место, где никого не было и откуда прекрасно был виден салют. А все потому что это был небольшой холмик. — Тошиюки, как ты раздобыл такое местечко? — спросила Рин, улыбаясь. Ей явно тут понравилось и она первая заняла свободную скамейку, которая была как раз кстати. Ой, как удобно. Мэки последовал ее примеру, садясь рядом, и уже совсем скоро они вместе кушали сладости. Сатоши это напомнило об их первом совместном походе на танабату, ведь они с Тошиюки как раз ушли от всех в такой же тихий уголок и опять его нашел именно Хаттори. Ходзё не успел сесть, уступив место девчонкам, ведь Якотори, похоже, устала. Йоши подошёл к ней сзади, кладя руки на ее плечи. Со стороны это выглядело достаточно мило. — Ну... Иногда я бегал по утрам, иногда, — усмехнулся Хаттори, взглянув на девушку. Да, странное оправдание своему тщательному планированию сегодняшнего вечера. Не сказать же всем во все услышанье о том, что он несколько раз ездил сюда и искал хорошее место лишь для того, чтобы им никто не мешал. Народ так удачно расселся на этой одинокой скамейке, что Тошиюки пришлось отойти к небольшому железному ограждению и опереться на него, устало опустив голову. Все же, он стал нервничать еще сильнее, и это его смешило, никто из остальных сейчас не обращал на это внимание, все сидели сзади и о чем-то разговаривали. Но это не длилось так долго, потому что Сатоши не мог оставить своего парня вот так одного стоять неподалеку от остальных. Тошиюки вел себя немного странно и сейчас он отошёл от всех, похоже опять о чем-то думая. Выглядел парень все также встревожено и это, как оказалось, замечал только Сатоши. — Тебе тоже это напоминает наш первый поход на танабату? Здесь так спокойно... Только в этот раз с нами наши друзья, — проговорил Ходзё, кладя руку на железное ограждение. Он просто хотел узнать, чувствует ли Тошиюки тоже самое... Просто Сатоши нравилось это ощущение ностальгии. Когда Сатоши отошел к Тошиюки, Мэки пристально провел его взглядом. Почему-то ему было интересна причина такого вот расклада. — Они всегда так? — наклонившись к Рин, поинтересовался он, кинув взгляд на этих двоих. Они стояли в сторонке и о чем-то говорили. При этом высокий светловолосый парень смотрел на низенького с такой улыбкой, что начинали закрадываться какие-то сомнения. — Они? Ну да, всегда. Они же встречаются, поэтому постоянно ходят вот так вместе. Их друг от друга сложно оторвать, — с усмешкой сказала Рин, продолжая уплетать данго. — Встречаются? Так они... — Мэки удивленно посмотрел на Рин, а потом задумчиво перевел взгляд на этих двоих парней в отдалении. Теперь-то он понял, что это было очевидно. Как можно быть таким тупым? Но да ладно. Но поговорить дальше Рин ему не дала, она радостно взвизгнула, указав рукой на небо, что в данный момент разразилось бесчисленными яркими вспышками. Они все наконец-то дождались салюта, и сейчас замерев, уставились на красочное явление. Все, кроме Тошиюки, который опять тяжело вздохнул, а потом взял Сатоши за руку, тем самым отвлекая его от зрелища. — Сатоши... — нервно протянул он, сунув свою руку в карман и в облегчении нащупав кольцо, что все еще было при нем. Пути назад уже не было, и даже небольшая преграда в виде лишних глаз не должна была ему помешать. — Я не хочу вставать на колено, потому что... Думаю, ты понимаешь, почему... не хочу объяснять, иначе это затянется надолго... — Тошиюки старался говорить и тихо и при этом так, чтобы паренек стоящий рядом все слышал за этим грохотом салюта и радостными воплями их друзей сзади. Иногда они были излишне эмоциональны, но кому их винить за это? Тошиюки сейчас выглядел так странно, он нервничал, его руки тряслись уже намного больше, чем до этого, и Сатоши определенно мог это почувствовать. Хотя дело было даже не в этом. Сделав небольшую паузу, Тошиюки наконец-то взглянул на парня перед собой, и попытался улыбнуться, а потом достал свою вторую руку. — Ты вышел бы за меня? — как удачно, или неудачно, что эти слова выпали именно на тот промежуток между выстрелами, и все друзья сзади своим ушам не поверили. Кажется, он не рассчитал, и сказал это слишком громко, от осознания этого, Тошиюки занервничал еще сильнее. Как ему хотелось сейчас закрыть глаза и убежать куда-нибудь подальше от всех их взглядов, но это было бы так на него не похоже. Пути назад уже не было. Эти слова заставили Сатоши замереть, смотря прямо на кольцо, а после медленно переведя взгляд на Тошиюки. Он не мог просто взять и поверить в это... Хаттори правда сейчас это сказал? Прошло столько времени с того момента, когда они впервые обсуждали свадьбу и тогда это были всего-то фантазии, но сейчас... Сейчас все происходило на самом деле, по-настоящему. — Похоже, больше не встречаются, — пробубнил себе под нос Мэки. Благо никто не услышал его слова, ведь все вокруг уже визжали от радости. Пожалуй, никто не ожидал такого поворота событий. — Т...Тоши-кун, — тихо произнес Ходзё, чувствуя, как его глаза наполнились слезами. Теперь-то он понял, какие эмоции испытал Хаттори, когда получил кольцо в подарок. — Надо спрашивать... Выйдешь ли ты за меня? — ответил Сатоши, невольно улыбаясь, хотя слезы сами потекли по его щекам. — И... Да, Тоши-кун, да... Я люблю тебя и хочу провести с тобой всю свою жизнь, — продолжил Ходзё, уже не понимая, что он говорит. Эти слова сами вырвались из него, он даже не думал, а просто говорил... Сатоши не интересовали эти визги со стороны ребят. Они, услышав это, очень обрадовались и также не сдерживали свои эмоции. Казалось, Рин плачет уже вместе с самим Сатоши. Она никогда не была так счастлива за кого-то постороннего. Тошиюки же наконец-то смог облегченно выдохнуть, ведь Сатоши ответил ему согласием. Хотя по его лицу стали стекать слезы, и пришлось сразу же стирать их. — Я рад, Сатоши... Правда, не плачь, — причитал он, смотря лишь на паренька, а потом наклонившись, нежно поцеловал его в губы. Прямо как в тот раз, на той самой первой танабате, точно также Сатоши расплакался, а Тошиюки принялся его успокаивать, целовать ему щеки и влажные от слез глаза. Правда сейчас за ними со стороны наблюдали все их друзья, с улыбками до ушей, они перешептывались и в нетерпении топтались на месте. Не хотели пока что мешать этим двоим. А Мэки смотрел на все это, и сам не понимал, почему тоже был счастлив. Он знал этих ребят от силы несколько часов, а узнал что они встречаются лишь сейчас, но все же, не мог перестать улыбаться. — А сколько они вместе? — тихо спросил он, опять наклонившись к Рин. Та наклонилась к нему в ответ. — Около... Четырех лет, вроде. Они начали встречаться на танабате в десятом классе. Удивительно, что она помнила когда это было. Ну конечно, тогда Тошиюки у всех на глазах поцеловал Сатоши, явно давая им понять об этом, и тогда Рин была очень удивлена и даже зла на этого парня, а также на Сатоши. Она столько раз успокаивала паренька, видела его рыдающим от ужасных слов и действий Хаттори, а сейчас она спокойно наблюдала за тем, как этот Тошиюки сделал ему предложение. Все это было так смешно. — Я уже не могу терпеть, потом дома намилуетесь! — разразился Йоши. Он первый нарушил эту идиллию и сгреб в охапку этих двоих, смеясь. Все разделяли его чувства, поэтому также подошли, обнимая обоих парней. Лишь Мэки стоял немного в стороне, но он был рад и этому. Сатоши было так радостно от того, что их друзья тоже сейчас были с ними. Все они улыбались и выглядели такими же счастливыми, как и оба парня, которые теперь не просто встречаются. Даже поцелуи Хаттори не смогли остановить слезы Ходзё, но все это правда из-за от радости. Он продолжал тереть глаза руками, даже когда Рин накинулась на него с объятьями. Она что-то говорила, улыбаясь, но Сатоши честно не сильно вслушивался. — Рин-тян... Сбылось опять, — тихо проговорил Ходзё, наконец взглянув на девушку, которая сначала ничего и не поняла. — Стой... То есть ты загадал, чтобы Тошиюки сделал тебе предложение? — переспросила она, отстранившись, но все ещё держа парня за плечи. Тот лишь одобрительно покачал головой. Больше ничего сказать он не смог, продолжая улыбаться и заливаться слезами одновременно. Даже Рин уже стала его успокаивать, вытирая эти слезы. Оказывает, он ещё большая плакса, чем все предполагали. — Я готов поспорить, что ты загадывал это желание каждый год, когда мы приходили на танабату, и только сейчас оно сбылось... Или ты просто понял, что я хотел сделать, — Тошиюки стал успокаиваться и сейчас он даже усмехнулся, в своей привычной манере. Хоть что-то никогда не меняется. Йоши наконец-то отпустил их, а Рин продолжала пытаться успокоить Сатоши, но у нее выходило так себе. — Рин-тян, я сам. — Тошиюки осторожно отодвинул ее от паренька и сам прижал его к себе. Это был единственный действенный способ привести его в чувство после таких слов, просто ждать, обнимая очень крепко. Якотори забрала Рин к себе, тоже ее обняв, они как девушки были очень рады в такой ситуации, не меньше самого Сатоши, хотя и Йоши продолжал стоять рядом с улыбкой до ушей. — И когда тогда будет свадьба, а? — тут же поинтересовался он у этих двоих парней, что все еще стояли в обнимку. — Не знаю еще, я о таком и не думал... — Тошиюки задумчиво уставился куда-то в сторону. Свадьба... Как вообще к такому могли отнестись их родители? Родители Сатоши определенно будут в шоке, но вряд ли скажут что-то против, а вот что было делать Хаттори. От таких мыслей парень немного, так сказать, приуныл. Надо было же вспомнить о своем отце и о его реакции на то, что Тошиюки встречался с Сатоши, именно сейчас, портя себе настроение. Ну, Тошиюки умел портить себе настрой. В объятиях Тошиюки было намного спокойнее и сейчас Сатоши совсем не хотел его отпускать. Он продолжал утыкаться носом в грудь парня и только благодаря этому слёзы наконец остановились. — Мы попозже решим, — тихо проговорил Ходзё, наконец отстранившись. Вроде он успокоился и теперь мог нормально разговаривать. — Тоши-кун... Я, правда, загадывал это каждый год, — произнес Сатоши, легонько улыбнувшись. Этот парень оказался слишком догадливым, что даже забавляло. — И наконец-то сбылось... Кстати, что загадал ты? — спросил Ходзё, вновь прижимаясь к Хаттори. У него было одно предположение и он надеялся, что оно правдивое. — А... Ничего, — Тошиюки с простой улыбкой посмотрел на паренька сверху, а потом рассмеялся. Его удивленное лицо было слишком милым, да и остальные были немного в ступоре от такого его ответа. Да, что и говорить, такого никто не ожидал. — Я не смог ничего придумать, а загадывать желание, чтобы ты согласился... Было бы так глупо... Я был готов к любому твоему ответу, но где-то в глубине души я знал, что ты ответишь мне «да», хоть и не стал переживать из-за этого меньше. Очень странное, конечно, оправдание, но оно имело в себе долю логики, хоть и такой извращенной, как у Тошиюки. — Ох, Тоши-кун, ты как всегда, — тяжело вздыхая, пробубнил Сатоши. Хаттори не переставал всех удивлять, хотя Ходзё все равно улыбался. — Потому что я не мог сказать тебе нет... И ты прекрасно это знал, — добавил Сатоши. Они уже как-то обсуждали это и по словам Ходзё было понятно, что он не откажет Хаттори. — Да все это знали, — с усмешкой произнесла Рин, уже подойдя к Мэки. Наконец-то она обратила внимание на своего парня, а то Сатоши и Тошиюки забрали слишком много ее внимания. — Лады, салют закончился, так что теперь будем делать? — Якотори взглянула на часы, а потом горделиво хмыкнула. — У нас еще много времени, лично я не занята завтра, чтобы пойти куда-нибудь еще и выпить. Как на счет вас? — Я не против, и Мэки-кун тоже, — сразу же сообщила Рин-тян, хлопнув парня по спине. Тот даже слегка согнулся, зажмурившись. Вот они, отношения с Рин, она решает все за тебя. — Да я завтра вроде тоже свободен, — подключился Йоши. Оставалось узнать мнение двоих голубков, которые не отлипали друг от друга. В принципе, оба они знали, что им никуда не надо, но вот вопрос, хотели ли они пойти со всеми гулять дальше? Тошиюки даже и не знал ответа на этот вопрос. Он вроде как был и не против продолжить, но и не отказался бы пойти домой. — Сатоши, ты как? — решил скинуть ответственность за выбор на бедного паренька, вот засранец. Выбор был достаточно сложным и сейчас Сатоши даже не знал, что ответить. Ему пришлось задуматься на пару секунд. — Давай пойдем с ребятами... Но ненадолго и обещай, что не будешь много пить, — проговорил Ходзё, хотя звучало это больше как приказ. Он явно хотел, чтобы Тошиюки вечером ещё был в здравом уме. Рин же очень обрадовалась такому ответу, хоть и понимала, что ребята уйдут пораньше, но главное, что они вообще будут с ними. — Тогда пойдёмте уже! У нас не так много времени! — скомандовала девушка, таща за собой Мэки и совсем скоро за ней отправились остальные. Все они довольно быстро нашли подходящий бар, который работал всю ночь. Да, они оба не собирались сидеть там столько времени, но все же. Удивительно, как Мэки с легкостью вписался в их маленький и странный коллектив, а тем более после первых глотков пива, пили они все опять его. Исихара очень много рассказывал о себе, о том, как они с Рин познакомились и вообще создавал впечатление очень общительного парня, подстать такой болтушке Окамото. И за всеми разговорами их компания провела несколько часов, пока Тошиюки не взглянул в телефон, что показывал уже два часа ночи, а им всем еще домой ехать. — Думаю, мы все же пойдём, — возвестил парень, с трудом поднимаясь из-за стола. Выпил он мало, как и наказывал ему Сатоши, но все равно в теле чувствовалась какая-то усталость. Вчера он слишком долго бегал по городу наряду с Мэзуми, а сегодня днем отдохнуть не особо получилось. — Надеюсь, мы соберемся еще где-нибудь, — с надеждой сказала Якотори, а все остальные ей в такт закивали. Все же, всем было действительно весело вот так сидеть вместе. Тошиюки смог облегченно вздохнуть только на прохладной улице, в баре было уж слишком душно и жарко, а сейчас так хотелось свежего воздуха. — Достаточно рано для тебя, Сатоши-тян? — поинтересовался он, смотря на паренька. Пока что они все еще стояли рядом с тем заведением, где только что сидели и ждали свое такси, так как метро уже не работало. В итоге Сатоши выпил побольше, чем Хаттори, из-за чего сейчас у него было слегка покрасневшее лицо и на нем также красовалась глупая улыбка. — Ага, могли бы ещё посидеть... — проговорил Ходзё, даже не понимая, что его слова противоречили друг другу. Он вцепился в Тошиюки, крепко обнимая его. Так было правда теплее, хотя Сатоши итак было жарковато от выпитого алкоголя. Вот почему Тошиюки не уследил за ним? — Хо... Вот как, Сатоши, можешь идти обратно к ним, а я пойду домой, — Тошиюки с ехидной улыбкой взглянул на Сатоши, а потом рассмеялся. Тот был пьяный и не понял его шутки, от чего состроил такое забавное выражение лица, что не потрепать его за розовые щечки было невозможно. — Ты такой лапочка, когда выпьешь, милый и вовсе перестаешь думать о том, как твои любые действия выглядят со стороны. Сразу становишься смелым. — Тошиюки продолжал тискать щечки паренька, стоя вот так прямо перед баром в ожидании такси. Хорошо, что людей не было в такое время, хотя в ночи были и свои минусы — холод. Оба парня стояли прижавшись друг к другу, но это мало помогало, хоть и было лето. Может Тошиюки это мало помогало, а вот Сатоши просто хотелось пообниматься. Он невольно заулыбался от того, как Хаттори мило тискал его за щёки. Почему-то ему это было приятно. — А зачем мне думать об этом, если я могу думать о тебе, Тоши-кун? — спросил Ходзё, приподнимаясь на носочки и целуя парня в щёку. Похоже, сегодняшнее предложение сказалось на нем именно так. Он просто не хотел отпускать Тошиюки, чуть ли не на ручки к нему лез. — Надо почаще тебя спаивать, — выдал Тошиюки, наклонившись поближе к пареньку и внимательно смотря на него. — Почему в щеку поцеловал? — сейчас его тон сменился на какой-то более резкий и холодный, словно это был не вопрос, а какая-то претензия. Ну, Тошиюки любил менять настрой в зависимости от ситуации. — Потому что захотелось в щеку! — показав язык, выдал Сатоши. В его пьяном состоянии есть и минусы. Он совсем не понимал намёков и подобный тон никак его не пугал. — А что Тоши-кун хочет большего? А до дома он потерпеть не может? — проговорил Ходзё, легонько щёлкнув по носу парню. Сатоши вдруг начал разговаривать так, как будто общается с ребенком, что даже забавно, ведь на ребенка походил как раз именно он. — Нет, не хочет, Тошиюки хочет только спать, ведь ему холодно, — передразнил его Тошиюки, показав парню в отместку язык. Теперь оба вели себя как маленькие дети, и даже не обратили внимания на машину, что успела подъехать. — Ура, такси, — радостно и с облегчением возвестил о прибытии Тошиюки, быстро залезая в теплый салон. После того, как ты с холода заходишь куда-то в теплое помещение, иногда тебя начинает сильно трясти, что сейчас и произошло с Хаттори. Выглядело забавно, и хорошо, что таксист не обратил на это никакого внимания, как и на то, что оба парня стояли до этого на улице в обнимку. Ох, им повезло, что таксист вообще был понимающим мужиком, ведь, оказавшись в машине, Сатоши мигом полез на Тошиюки, обнимая парня. Он тоже заметил, что того трясло и сейчас, по всей видимости, пытался его согреть, хотя это больше походило на домогательства. — А может Тоши-кун не хочет только спать? — пробубнил Ходзё, прижимаясь щекой к его щеке. Иногда он был слишком близко. — А что, Сатоши, ты хочешь мне предложить что-то? — прошептал Тошиюки, наклонившись ближе к пареньку и взглянув на его красное личико. Тот все еще был таким же веселым, активным, и не знал рамок приличия даже в машине. Такой Сатоши был, конечно, классным, но уж слишком не похожим на себя обычного. Сатоши легонько улыбнулся, засмущавшись. Пожалуй, здравый смысл ещё был где-то у него внутри и иногда он выходил наружу. — Я обещал не динамить тебя сегодня, Тоши-кун! А теперь ты динамишь меня, — пробубнил Ходзё, уткнувшись носом в его плечо и, похоже, стараясь таким образом спрятаться. — Я не динамил, пока что. Но не уверен, что будет тогда, когда я дойду до кровати, — посмеялся Тошиюки, взяв паренька за руку и осторожно начав гладить ее. Было так непривычно видеть на безымянном пальце это кольцо, не верилось, что оно там действительно оказалось спустя столько времени и столько всего. Тошиюки даже прикрыл глаза на мгновение, а потом снова открыл, и провел своим пальцем по металлу. Это был не сон, это все было взаправду. И это его очень радовало, что он не мог стереть эту еле заметную вечную улыбку с лица. — Нет, ну пообещай, что не будешь динамить, Тоши-кун... — взвыл парень, наконец подняв свой взгляд на Хаттори, который как раз в это время закрыл глаза. Интересно, что он пытался сделать? — Очень красивое кольцо, Тоши-кун... Наверное, дорогое да? — спросил Сатоши, тоже смотря на свою руку. Ну раз Хаттори нашел там что-то интересное, то и он найдет. На первую просьбу Тошиюки промолчал. Он просто подумал, что она была очень странной, особенно из уст Сатоши, точно такой же нереальной, какой и весь сегодняшний день. Тошиюки точно не спал все еще? А вот уже второй вопрос вывел его из раздумий и заставил встрепенуться. — Кто сказал, что я тебе отвечу на этот вопрос? — время было подразнить паренька, и понаблюдать. Сатоши сразу же нахмурился. Как же Тошиюки посмел скрывать от него такую важную информацию, а ведь они теперь помолвлены и никаких секретов быть не должно! — Скажи, скажи, скажи! — начал Ходзё, говоря каждое слово все громче. Похоже, таксист понял, что везёт пьяного пассажира, поэтому даже не реагировал. — Если не хочешь говорить, то точно дорогое! Тоши-кун, не стоило тратить столько денег на меня! — продолжил Сатоши, даже не понимая, что именно поэтому Тошиюки и не называл ему цену кольца. — Не скажу, по крайней мере сейчас, — Тошиюки продолжал улыбаться, и с каждой выходкой Сатоши она становилась все шире. Почему-то ему хотелось быть сейчас таким же веселым и немного раскрепощенным, чтобы вести себя так громко на глазах у постороннего человека, но Тошиюки выпил слишком уж мало. Ну да, если бы и он напился до такого состояния, они вряд ли бы до дома добрались. Всю оставшуюся дорогу Тошиюки старался успокоить буйного парня, но выходило не очень, он продолжал виснуть на нем даже когда они поднимались по лестнице в квартиру, и не отпускал когда разувались. Ну, что с него взять. — Сатоши, ложись спать, ты слишком напился, даже больше чем в новый год пьешь со своими родителями... Брать третий стакан было ошибкой, — проговорил Тошиюки, усадив паренька на диван. И принялся развязывать ему его пояс юкаты, чтобы раздеть, словно маленького ребенка. Сегодня Сатоши выражал свою любовь всеми возможными способами и наверняка Тошиюки это уже немного достало. Переизбыток любви... — Я трезв, как стёклышко! — заявил Ходзё, а после задумался, правильное ли это вообще сравнение. Да и звучит оно как-то глупо. На удивление, Сатоши не сопротивлялся и давал парню спокойно себя раздевать. Может он просто не понимал, что его как бы готовят ко сну? — Ты такой красивый в юкате... Почему ты не любишь надевать ее на фестивали? — спросил Ходзё, не отрывая взгляда от парня. Он явно восхищался им, что было видно по глазам. — Ну... Чувствую себя в ней немного неудобно на улице. Дома еще ладно, но на таких фестивалях... Словно я в халате вышел за молоком в ближайший комбини, это странно, но это так. — Тошиюки с легкостью стащил легкую ткань с тела паренька и кинул юкату на ручку дивана. Повесит ее после вместе со своей, а сейчас надо было уложить эту пьяницу спать, ну или попытаться. С такой же легкостью он уложил Сатоши на бочок и укрыл одеяльцем прям до самого носа, и с улыбочкой чмокнул паренька в лобик. Осталось спеть колыбельку и все, дитя будет в порядке. — Все, Сато-тян, спи моя радость усни... — да, только в итоге зевнул сам Тошиюки, как забавно. А у Сатоши сна не было ни в одном глазу. Ох, плохая из Тошиюки мамочка, раз даже сыночка уложить не может. — Но это же не халат, — пробубнил Ходзё, а после он вновь уцепился в Тошиюки, обнимая его за талию. — А я без тебя спать не буду! И вообще, не хочу, — заявил Сатоши. Ему как будто правда было холодно, потому что парень совсем не отлипал от Хаттори. — Тоши-кун, а ты уже подумал про свадьбу? Давай обсудим всё-всё! — продолжал Ходзё, воодушевленно вздыхая. Он стал чересчур болтливым, что ещё чуть-чуть и Тошиюки это явно достанет. — Давай тогда ты меня отпустишь, а я быстро схожу помоюсь? Хорошо? — Тошиюки не стал дожидаться ответа паренька, а просто скинул с себя его ручки и поднялся. Если оставить его одного, то он наверняка сразу же уснет... По крайней мере, Тошиюки только стоило коснуться подушки, как его сразу же вырубало, авось и в этот раз с Сатоши протянет. Поэтому он поспешил как можно быстрее скрыться из комнаты, как раз Сатоши будет думать, что он торопился быстрее помыться и вернуться обратно, хотя по сути, он просто спешил выйти, чтобы не мешать ему заснуть. Тошиюки устало выдохнул, стоя напротив зеркала и невольно задержался взглядом на своем нелепом наряде. Он, правда, выглядел красиво в этой юкате? Сам бы он никогда так не сказал. Это были просто пьяные мысли влюбленного в тебя парня, ничего более. Вздохнув еще раз, он развязал пояс и с облегчением снял с себя одежду, положив ее на корзину и зашел в ванную. Но включив воду, и присев на небольшой стульчик, его как-то резко поклонило в сон. Было тепло и вроде как даже удобно, и на какое-то время Тошиюки просто оперся своими локтями о ноги и сидел так опустив голову с закрытыми глазами. Еще немного, и он просто уснет здесь. Такие праздники это, конечно, весело, но если ты пьешь, а еще до этого не носишься весь день по городу, и не нервничаешь так сильно, как он. Что сказать, за эти два дня моральные силы Тошиюки почти покинули его, да и физические оставляли в данный момент желать лучшего, раз он готов был уснуть прямо в ванне. Отпускать парня Сатоши не хотел, но тот сам решил все за него. «А почему меня с собой в ванную не взял?» — пронеслось у Ходзё, в голове, когда он перевернулся на спину и, скрестив руки, недовольно нахмурился. Похоже, его обидел этот момент. Но Сатоши нарушил все планы Тошиюки, который думал, что сможет так легко уложить этого капризного мальчика. Ходзё решил не скрывать своей обиды, а отправиться прямиком к виновнику и заявить ему об этом. Он ещё никогда так вальяжно не заходил в ванную. Жаль забыл раздеться до конца... — Ты слишком долго, а обещал, что поторопишься! — заявил Сатоши, стоя на мокром полу. Это было небезопасно для его пьяной головы. — Тц, Сатоши... — сонно пробубнил Тошиюки, поднимая голову и смотря на паренька, что как-то резко оказался тут. — Ты разве не спал? — спросил он после, вновь возвращаясь к лицезрению своих рук, а потом потянулся к бутылке с шампунем. Кажется, кто-то уже минут десять сидит в ванне и даже не принимался за собственное мытьё, хотя пора бы уже. Как ему было не стыдно заставлять Сатоши ждать. — Конечно, не спал! Я вообще-то ждал тебя, Тоши-кун, — проговорил Ходзё, вновь скрестив руки, а ещё он надул губы, чтобы полностью соответствовать образу. — А ты даже не помылся... То есть ты мне наврал, да? — продолжал Сатоши. Его мозг явно работал неплохо и он даже смог догадаться до того, что Тошиюки пытался его развести. — Нет, нет... Не врал я... Почти... думал быстро помоюсь, но в итоге задремал чутка. И честно признаться, я думал, что ты уснешь раньше... но видимо у тебя железная воля, — Хаттори усмехнулся, наконец-то намылив свои волосы. Хоть какой-то прогресс в этом нелегком деле имелся, хотя Сатоши все равно придется подождать еще некоторое время, ну или все таки пойти спать одному. — Ты просто хотел, чтобы я заснул, пока ты тут моешься, — пробурчал Сатоши, подойдя к парню и приземляя свои руки на его голову. Теперь ещё и мыться мешают, ну прекрасно. — А я не буду спать, потому что ты мне обещал, что не будешь динамить! — сказал Ходзё, хотя на деле парень ничего ему так и не пообещал. Сатоши перенес руки на плечи вместе с пеной от шампуня. Он там волосы ему успел помыть или чего? — Как ты оставляешь такие засосы, Тоши-кун? Почему у меня не получается? — пробубнил парень, примкнув к шее Хаттори даже не дождавшись его ответа. Похоже, ему захотелось немного попрактиковаться. — Нужно просто больше усилия и больше времени... — Тошиюки слегка дернулся, когда Сатоши слишком сильно уж стал целовать его кожу. Кажется, он слегка укусил его. — С чего это вдруг ты заговорил об этом? — Тошиюки продолжал мыть свою голову спокойно и непринужденно, хоть и его тело покрылось от этих поцелуев мурашками, но он старательно пытался не обращать на них внимание. Если Сатоши продолжит его отвлекать, спать они оба пойдут еще не скоро, хотя очень хотелось. — Потому что давно хочу научиться, чтобы все знали, что ты мой. Ты же так делаешь, — спокойно ответил Ходзё, легонько сжимая его плечи. Он пытался сделать ему массаж или это как-то само выходило? Но Сатоши все равно долго так не простоял, ведь скоро он спустил свои руки ниже, повиснув на парне. — Такой теплый... — протянул Ходзё, начиная тереться щекой о щеку Хаттори. — А ты наоборот холодный. Ты вылез из-под одеяла и лежал все это время так? Заболеть хочешь? — немного бранился Тошиюки, а потом устало опустил свои руки и потянулся к душу, чтобы смыть с себя эту пену. Он слегка брызнул на Сатоши, а когда тот резко отпрянул от него, в неожиданности, то даже рассмеялся. Это выглядело забавно, словно капнуть немного воды на кошку, так она сразу же вскочит со своего места и побежит куда подальше. Зато теперь можно было спокойно сполоснуть свои волосы, чтобы никому пена в глаза или рот не попала, а то прижался своим лицом к лицу Тошиюки, и думал, что все будет нормально. — Нет, я не хочу болеть. Думал, что ты придешь и согреешь меня, — пробубнил Сатоши, давая парню ополоснуться. И только он закончил, как Ходзё вновь оказался рядом. — Тебе нужно помыть спинку? Ты всегда мне помогал! — произнес Ходзё, всё-таки наконец-то стягивая с себя нижнее белье и присаживаясь на пол за парнем. Отказ явно не принимался, потому что Сатоши даже сам смог раздобыть мочалку. Жаль шампунь с гелем для душа перепутал, но Хаттори вовремя его остановил. — У тебя такая спина красивая, — вновь заявил Сатоши, уже водя мочалкой по Тошиюки. — А вообще не только спина... Ты весь какой-то слишком красивый получился. И высокий... Ещё и блондин! Это незаконно, ты похищаешь мое маленькое сердечко! — возмущался Ходзё, уже явно не моя парня, ведь он вновь обхватил ручками его талию, прижимаясь щекой к мокрой спине. — Ты постоянно повторяешь это, когда пьяный. Все потому что ты пьяный, Сатоши... Ты начинаешь преувеличивать, — отмахнулся Тошиюки, просто сидя так и смотря прямо на небольшое зеркало, что висело на стене. По нему сбегало много капель воды, но пока еще можно было разглядеть собственное отражение. Тошиюки уложил свою руку себе на челюсть и стал слегка крутить голову, чтобы рассмотреть свое лицо с немного разных ракурсов. Выглядело так себе, с этими еле заметными синяками под глазами и усталой миной, да и еще не помешало бы побриться. Он лишь тяжело вздохнул и отвел взгляд в сторону. Сатоши явно преувеличивал, его смутная от алкоголя голова, была немного дурной, как и у всех, в принципе. — Неправда... Ничего я не преувеличиваю! Это просто ты не понимаешь, что красивый, — пробубнил Сатоши. — А я говорю правду! Не просто так тебя взяли в модели, — недовольно сказал Ходзё, вдруг кусая парня за бок. Наверное, это было неожиданно, из-за чего Тошиюки даже вздрогнул. — Ты всегда казался мне таким и никакая кружка пива на это не влияет... — добавил Сатоши через секунду, после чего он наконец освободил парня из своих объятий, но вместо этого Ходзё пополз и сел перед ним. — Хочешь отсосу? — спросил Сатоши, улыбаясь. Он так резко перескочил с одной темы на другую, что Хаттори наверное впадет в ступор. Это было слишком глупо. — Хах... Сатоши, это вряд ли. Видимо я слишком устал, но от твоих нескольких поцелуев в шею у меня даже не встал, — усмехнулся Тошиюки, кинув быстрый взгляд вниз, а потом вновь на паренька перед собой. Такая просьба, конечно, была заманчива, но Сатоши был действительно пьян, раз предлагал подобное так просто и при этом с таким спокойным лицом. Кажется, они поменялись местами, ведь Тошиюки просто взял мочалку и продолжил мыться, водя ей по своей шее, при этом так забавно отклоняя голову слегка в бок. Его вообще не смущало, что перед ним сидел Сатоши, при чем очень даже близко, так как их ванна была довольно маленькой. Сатоши нахмурился, глядя на такого невозмутимого парня. — То есть ты совсем меня не хочешь, да? — проговорил Ходзё, прищурившись. Он успел найти в этих словах настоящий скрытый смысл и сейчас внимательно следил за всеми эмоциями на лице Хаттори. — Я знал, что этот день настанет... Но не так же быстро! — продолжил Сатоши, опуская взгляд в пол. Ему оставалось только тыкать пальцем в ногу парня, похоже таким образом пытаясь поторопить его. Кому-то надоело сидеть в ванной. — Эй, я не это имел в виду, Сатоши! — теперь Тошиюки наконец-то в возмущении слегка повысил голос. — О чем ты вообще думаешь, дурья башка? Просто надо получше стараться... А не всего лишь два коротких поцелуя в шею да и еще пять минут назад... — он тоже нахмурился, смотря в другую сторону, продолжая мыться. Теперь они сидели молча, отлично поговорили. Вот поэтому Сатоши надо было и пойти спать, он в таком состоянии туго соображал. — Но ты сказал, что устал, — пробубнил Ходзё через пару минут. Он слишком долго думал над всеми этими ответами. — Или ты от меня устал... Или просто устал? Хотя, как ты мог от меня устать, если сделал мне предложение? Хммм... — невольно говорил Сатоши, пытаясь похоже думать, но все это он произносил вслух, даже не замечая. — А если я ещё поцелую тебя, то ты снова меня захочешь, Тоши-кун? Я вообще все ещё нравлюсь тебе? — вдруг спросил Ходзё, положив руки парню на ноги и приподнимаясь на колени. Он внимательно смотрел прямо в его глаза, хотя их положение со стороны выглядело странно. — Если ты хорошо постараешься... — пробубнил Тошиюки немного в смущении. Почему-то все эти вопросы, фразы и такая интонация Сатоши лишь вгоняли в краску, а смотреть сейчас парню в глаза вовсе не хотелось. Он был так на себя не похож, что это сбивало с толку, заставляло Тошиюки метаться в сомнениях и краснеть, как ученицу средней школы, когда ее чмокнул в щечку любимый парень. Он даже не мог спокойно ответить парню на все его вопросы, чего уж тут говорить. Хорошо, что Сатоши редко пил, а если и случалось, то Тошиюки удавалось его сразу же уложить спать, это сегодня что-то пошло не по плану. Тошиюки так ничего и не ответил, что заставило Сатоши начать переживать. Он ещё и покраснел... Что так сильно смущало его? — Не нравлюсь? — спросил Ходзё, повернув голову набок, стараясь ещё внимательней смотреть на парня. Тому как будто неловко было это признавать. — Точно не нравлюсь... Если бы нравился, ты бы сразу так и сказал. Ты же всегда всё прямо говоришь, — проговорил Сатоши. Он пришел к такому неутешительному выводу, но с места все равно не сдвинулся, продолжая пялиться на него. — Да нравишься, нравишься! Я бы не стал делать тебе предложение, если бы это было не так... Ты такой глупенький сейчас. — Тошиюки уже ужасно занервничал, сразу же ухватив парня за плечи и чуть ли не плача смотря на него. Кажется, Тошиюки был слишком напряжен весь день, а сейчас Сатоши опять заставил его нервничать своими словами, из-за чего он просто сорвался. Ну как он мог говорить такие вещи после того, как Тошиюки сделал ему предложение? Парень просто не понимал, то ли из-за усталости, то ли из-за своего напряженного состояния сейчас, что Сатоши просто шутил с дуру, по пьяни. А Тошиюки, Тошиюки, принял все близко к сердцу. Даже пьяная башка Сатоши смогла понять, что что-то пошло не так и он тоже занервничал. — Ты мне тоже нравишься, Тоши-кун. Точно также, как и три года назад, — проговорил Ходзё, улыбнувшись. В отличие от Тошиюки в нем ещё оставалась частичка расслабленности. — Сегодня же такой хороший день, Тоши-кун... Почему ты так напряжён? Причем с самого утра. Ты думал, что я ничего не замечу, да? Тоши-кун, не нужно так переживать из-за предложения. Ты же сам знал, что я тебе не откажу, — произнес Сатоши, легонько поглаживая колени парня. Странное занятие. — Я знал... Но все равно боялся...боялся, что в последний момент ты передумаешь, что тебе все это время было плохо со мной и сейчас был бы отличный повод все это бросить... я опять засомневался в себе, извини. — Тошиюки опустил голову, а потом прижал свою руку к лицу, вздыхая. — И даже сейчас, не могу успокоиться, думая обо всем этом, меня почему-то начинает бросать в дрожь... — бубнил он, не убирая руку. Сатоши заплакал, когда Тошиюки только доставал кольцо, а сам Тошиюки еле сдерживал свои слезы некой радости, смешанные с печалью, только уже под конец их дня. Странно, но он часто держал все в себе до последнего момента и иногда все эти чувства просто переполняли его. — Тоши-кун, я никогда тебя не брошу, — проговорил Сатоши, все же поднимая руку к лицу парня и кладя ее на его щеку. — Иногда мне кажется, что ты сомневаешься не в себе, а во мне. Как будто думаешь, что я мог все это время тебе врать и не любить. А я не вру вообще-то, — пробубнил Ходзё, все также смотря на парня. Похоже, это была его единственная умная мысль за день. — Скажи... Ты рад, что сделал мне предложение? Ты хочешь провести со мной остаток своей жизни, как я? — тихо спросил Сатоши. Все эти сомнения Хаттори заставляли парня задумываться совсем о другом, из-за чего он невольно переживал. — Хочу... Именно поэтому я и сделал тебе предложение. — Хаттори положил свою ладонь на руку паренька и наконец-то взглянул на него, а потом спустился вниз с этого стульчика и прижал его к себе. — Я очень рад, просто... слишком перенервничал из-за всего этого. Я очень люблю тебя, и не хочу переставать любить тебя даже спустя много-много лет. Я все также хочу тебя целовать, хочу просыпаться с тобой по утрам, смеяться с тобой и плакать, — шептал Тошиюки пареньку в волосы, сильнее обнимая его за худые плечи. Он хотел бы сказать это все еще там, на фестивале, но что-то ему помешало. Наверное, все же он не мог показать свою такую сторону перед всеми ними, только перед Сатоши он мог говорить такие слова, со слезами на глазах, при этом стоя на коленях в ванне и прижимая паренька к своему мокрому от воды телу. Очень странное место они выбрали для таких признаний, но именно здесь в ванне каждый становится немного философом, вместе с отсутствием одежды открывая не только тело, но и душу. Даже пьяная голова Сатоши смогла уловить всю суть и он как всегда расплакался. Обычно парень менее эмоциональный, но сейчас Ходзё не знал, что такое сдерживать свои эмоции. — Тоши-кун, я так люблю тебя! — громко проговорил Сатоши, крепко-крепко обнимая парня, что даже для него было слишком сильным. — Ты у меня самый хороший, Тоши-кун! — продолжил Ходзё, сквозь слезы, которые сейчас его совсем не напрягали. Сатоши не дождался ответа, отстранившись, а после также быстро приблизившись, поцеловал Хаттори. Он редко делал это сам, но сейчас никаких рамок приличия для него не было. Хотелось просто целовать этого дурака, который опять нервничал из-за какой-то глупости. Когда Сатоши отстранился, Тошиюки сразу же поспешил подняться и потащить за собой паренька. — Пошли уже обратно, — Тошиюки говорил опять как-то нервно и немного возбужденно, а его действия были каким-то дерганными и неловкими. Тошиюки быстро протерся полотенцем, особо этим не заморачиваясь и даже не стал одеваться, а поплелся обратно в комнату, где он сразу же повалил паренька на диван, прижимая его сверху. Почему-то слова Сатоши раззадорили Тошиюки, он наклонился ближе, начав целовать паренька в шею, медленно спускаясь ниже к ключицам. Он опять очень сильно старался оставить следы на его коже, и похоже был слишком намерен делать это почти по всему ему телу. Сопротивляться тот не стал, ведь в этом не было смысла, потому что Сатоши сам уже хотел поскорее вернуться в комнату. Но он не думал, что Тошиюки всё-таки так на него накинется. Ходзё невольно посмеялся, когда парень начал его целовать. Наверное, это было странно со стороны. — Тоши-кун, щекотно, — проговорил Сатоши, ухватив Хаттори за голову и поднимая ее от своих ключиц. — Ты хочешь, чтобы все знали, что я твой, да? — спросил Ходзё, улыбаясь, ведь он прекрасно чувствовал, с какой силой Тошиюки целовал его. — Не то чтобы... просто хочу оставить тебе столько засосов, сколько смогу. И хочу посмотреть на твое лицо с утра, когда ты протрезвеешь, — протянул Тошиюки, прильнув обратно к выпирающим костям на теле Сатоши, осторожно проведя языком по ключице. Он продолжил целовать паренька, после себя оставляя небольшую извилистую дорожку из красных следов. Тошиюки был слишком увлечен этим делом, он не замечал сколько времени проходило за этим. — Тоши-кун, тогда тебе долго придется меня целовать. Ты сможешь оставить много засосов! — проговорил Сатоши, все также улыбаясь. Ему так нравились эти поцелуи, что он больше и не мешал парню. Но через какое-то время Ходзё все же устал так просто лежать и он начал отпихивать Хаттори от себя. — Ты меня только целуешь, а как же остальное? — спросил Сатоши, утыкаясь руками в его грудь, из-за чего Хаттори сейчас нависал над ним. — А я хочу ещё! — продолжал бурчать Тошиюки, вновь надув губы. Этому маленькому мальчику не нравилось, когда все шло не по его плану. Тошиюки молча смотрел на него, а потом удрученно вздохнул. — Мы же поздно пришли, ты себя не подготовил... А сейчас ты вряд ли в состоянии сделать это сам. Единственное, что я могу тебе предложить, так это... — Тошиюки даже не обратил внимание на то, что Сатоши не хотел больше так лежать, он просто опять продолжил целовать паренька, но перевел свои руки ему на грудь, аккуратно начав гладить ее. Если Сатоши хотел, то Тошиюки придется отложить свои странные планы на потом, а то ведь он не уснет, пока не получит своего. Тошиюки сделал последний засос на боку у паренька в районе рёбер, а потом вернулся к его личику, и впился своими губами в губы Сатоши, стараясь целовать его так, чтобы тот сразу же возбудился. Пока что у него это с легкостью получалось, но после продолжительного поцелуя, парень опять вернулся к его груди, но в этот раз он уделял внимание соскам. Тошиюки слегка проводил по одному языком, осторожно покусывал его, а на второй аккуратно надавливал пальцем. Главное было не переусердствовать и подловить правильный момент, пока Сатоши не привык и его напряжение с возбуждением не стало спадать. Сатоши хотел было возразить, что он ещё в состоянии подготовиться, хотя это было не так, но Тошиюки опередил его, поцеловав в губы. Это было очень мило с его стороны, ведь Ходзё давно просил о чем-то таком. — Тоши-кун, — прошептал парень, невольно закрыв глаза от таких действий. За столько времени Хаттори успел выучить все его чувствительные места и Сатоши сейчас просто не мог спокойно наслаждаться. Он неприлично громко вздыхал, что чуть ли не переходя в стоны, а лицо все равно покраснело, хоть по парню и не скажешь, что он смущён. Алкоголь все также давал о себе знать. — Мне так нравится, Тоши-кун... Трогай меня везде, кусай сильнее, — продолжал Ходзё, открыв свои помутненные глаза. Он вновь кусал свой собственный палец, стараясь скрыть стоны, которые уже вырывались из него всего-то из-за таких ласк. — Если я буду сильнее кусать, тебе будет больно, Сато-тян... Я же не хочу этого, я хочу, чтобы тебе было приятно, — Тошиюки вздохнул, присев рядышком, а потом переложил свои руки на одну ногу паренька, гладя от щиколотки до бедра, а потом приподнял ее, сам устроившись рядом. — Интересно, каково это, когда тебя целуют в подобных местах? — задумчиво прошептал Тошиюки, а потом наклонился и аккуратно чмокнул паренька в коленку, а потом стал спускаться ниже, осторожно покрывая голень своими поцелуями. Он слишком буквально воспринимал фразу — целовать всего Сатоши. Он действительно целовал почти каждую часть его тела, время от времени пробуя что-то новое. — Мне очень нравится твоя нежная кожа... а еще больше мне нравится видеть на ней красные следы от моих губ и зубов, даже в таких странных местах, как ноги. Тошиюки последовал своим словам и кусил паренька за тыльную сторону его ноги. Там кожа была более нежной, ее намного проще укусить, чем под коленом, а потом он провел языком сразу же с другой стороны коленной чашечки. Почему-то от мысли о том, что кто-то будет целовать тебя там, у Тошиюки пробегали мурашки по коже, хотя его сейчас как раз таки никто и не трогал, только он сам продолжал издеваться над изнывающим от удовольствия телом Сатоши, стараясь раздразнить его еще сильнее. Это было так странно и приятно одновременно. Сатоши изнывал от каждого прикосновения парня и его поцелуя. Он целовал такие странные места, но почему-то это все равно было приятно и очень заводило. Ещё немного и Ходзё начнет подрагивать при каждом движении Хаттори. — Я не понимаю, Тоши-кун... Почему это так возбуждает? — тихо проговорил Сатоши, невольно закусывая палец. — Ты... Ты меня дразнишь... — наконец догадался Ходзё, закрывая глаза от наслаждения. — Да, мне очень нравится тебя дразнить... Знаешь, — Тошиюки резко отстранился, просто спокойно присев напротив и смотря на Сатоши. Будто они до этого только разговаривали и ничего больше. — Это можно сравнить с едой. Когда ты не голоден, и будешь есть что-то вкусное, ты несомненно будешь получать удовольствие от этого, но если ты ужасно голоден... И точно также съешь ту еду, ты получишь несравнимо больше радости от этого. Не только от вкуса, но и от ощущения долгожданного насыщения... Понимаешь? С этим все точно также, мне нравится смотреть на тебя, когда ты так дергаешься, но при этом терпишь и ждёшь, как ты от таких простых моих действий начинаешь чуть ли не стонать... — Тошиюки вновь уложил свои руки пареньку на ноги и медленно повел их выше. — Ты так жаждешь продолжения, и когда оно все таки наступает, ты облегченно вздыхаешь... Это похоже на тот вдох облегчения, когда ты наконец-то кладешь себе в рот первую ложку еды и понимаешь, что она прекрасна на вкус... И у тебя есть еще целая тарелка и такой же несравненный аппетит.— Он наконец-то дошел руками до паха, и осторожно провел рукой по твердому члену парня от самого его основания до головки. Как же Сатоши изнывал от желания, но продолжал терпеть. Тошиюки не мог так, но именно то, что Сатоши был таким, от лицезрения всего того, что происходило с ним, сам Тошиюки возбуждался не меньше. Он обхватил его обеими руками, а потом наклонился и провел языком по верхней части, при этом после задержавшись на мгновение. Ему слишком нравилось так тянуть и издеваться, слишком нравилось, когда Сатоши умолял его, просил или приказывал. Все эти сравнения с едой и вообще слова перемешивались у Сатоши в голове. Он не мог нормально думать сейчас, так Тошиюки ещё и говорил такие сложные речи. Вроде хотелось заткнуть его, но этот томный голос заставлял Ходзё вслушиваться, не понимая смысла. Он все же жаждал действий и Хаттори прекрасно это понимал, даже начиная вновь трогать парня, но он продолжал все также останавливаться и делать это ужасно медленно, от чего Ходзё стал дрожать. То ли от небольшой накопившейся злости, то ли от удовольствия. — Тоши-кун, пожалуйста... — тихо протянул Сатоши, чувствуя, как Хаттори проводит по нему языком, а после замирает. Как же он всё-таки издевался... Заставлял умолять его продолжить... Это все было в стиле Хаттори. Сам он никогда не любил ждать, но вот с Ходзё парень вел себя по-другому, растягивая удовольствие. — Ну... Сатоши, мне не нравится, когда ты так просишь. Надо лучше. — Хаттори с усмешкой перевел взгляд на личико парня, но при этом уже начал слегка сжимать и разжимать руки, опять подначивая Сатоши умолять его о продолжении. — Скажи что-нибудь пошлое, Сатоши, чтобы у меня в груди ёкнуло, а живот предательски сжался, — подсказал он, а сам наклонился немного в бок и кусил Сатоши за бедро, предварительно аккуратно чмокнув его туда. Почему-то у Сатоши появилось только желание ударить этого дурака. Вот это у него запросы конечно. Даже пьяный Ходзё покраснел от подобной просьбы, смущённо отводя взгляд в сторону. Он хочет услышать эти стандартные фразочки из яойной манги, с которой Сатоши уже успел познакомиться? Парень ничего и не ответил сначала, а лишь легонько вскрикнул от такого неожиданного укуса. Вроде сначала целует, а потом так резко кусает. Это вообще законно? — Пошляк, — пробубнил Сатоши, вновь надув губы. И как он вообще додумался говорить это в таком состоянии? Именно Ходзё сейчас тут лежит без одежды и умоляет Тошиюки продолжить. — Ты заставляешь своего мальчика говорить такие вещи? Хочешь услышать, что я уже чуть ли не дрожу от каждого твоего прикосновения и мне хочется, чтобы ты трогал меня ещё и ещё, а потом развернул раком и не сдерживаясь отымел... — проговорил Сатоши, приподнимаясь и смотря на парня своим томным взглядом. — Хочу почувствовать тебя внутри... Чтобы ты заходил так глубоко и грубо, что я начинал ощущать боль вперемешку с удовольствием. Чтобы крепко сжимал мои бёдра, затыкал мне рот, потому что я буду слишком громким, — продолжил Ходзё, не следя за тем, что говорит. Он бы не смог сказать это в здравом уме, хоть и пытался не скрывать свои желания. Просто это было слишком откровенно для него. — Ох, Сатоши, Сатоши, — неожиданного для него, Тошиюки ухмыльнулся, а потом придвинулся ближе и коротко поцеловал паренька в щечку. — Ты сейчас злой, но будешь еще разъереннее, потому что я не смогу сделать такое с тобой сейчас. — Тошиюки продолжал издеваться, смотря на паренька с ехидной улыбкой. — Мы сегодня пришли слишком поздно, а ты еще и напился, и как следует не подготовил себя, поэтому сегодня тебе придется обойтись лишь минетом, уж увы. Надо же, заставил Сатоши сказать все это с таким чувством, довел его до такого состояния, что его трясло от ожидания и уже от злобы, и взял так резко обломал. Как ему было не стыдно. — Я бы с радостью сделал так, я бы не успокоился пока ты сам не стал бы меня упрашивать остановиться, но увы, увы, Сато-тян. Не сегодня, уже поздно что-либо начинать, а я слишком устал... — Тошиюки показал парню язык, а потом пихнул его обратно, сам спускаясь ниже и опять начиная осторожно заигрывать с его достоинством. Сейчас Сатоши определенно заорет что-то в духе «ты чо, вообще оборзел?», и от такого у Тошиюки опять губы поползли в разные стороны. Ой, как хотелось его ударить. Этот пьяный Сатоши совсем не понимал, что значат слова «не подготовился» и «устал». Его это все как-то не сильно интересовало, парень хотел, чтобы все было здесь и сейчас без каких-либо преград, но Тошиюки отверг его, как знакомо. Вроде с Сатоши такого не случалось, но он почему-то ощутил себя на месте Хаттори, которого он как раз вечно динамит. — Тогда отсоси мне уже! — с явной злобой сказал Ходзё, хватая парня за волосы и с силой нажимая на его голову. Может, хватит уже всех этих прелюдий и пора начинать! Это совсем не похоже на Сатоши, который обычно все терпит и никогда не торопиться. — Я тебя сейчас укушу, Сатоши! Не подгоняй меня, настроиться на подобное не так уж и легко, по крайней мере для меня! — Тошиюки поднял взгляд к Сатоши и состроил недовольную мину, нахмурившись. Но то, что парень так вцепился ему во влажные волосы даже немного возбуждало. Его речь была действительно хороша, Тошиюки она очень понравилась, хоть он и не подал виду. — Сейчас... сейчас, не злись так, — процедил парень, и тяжело вздохнув, он наконец-то открыл рот и стараясь не задеть член зубами, обхватил его. Тошиюки редко занимался подобным, у него было намного меньше опыта в этом, и сейчас он не понимал, как Сатоши удавалось поместить все к себе в рот, и при этом так спокойно долго держать его там. Если бы Тошиюки мог, он определенно бы удрученно вздохнул, но увы, пришлось сделать так только в мыслях. У Сатоши правда уже отлично это получилось, когда Тошиюки не мог даже настроиться. Как смешно. — Я делаю это постоянно! И настраиваться не нужно, — пробурчал Ходзё, уже мягче держа волосы парня. Они все же были влажными и Сатоши только лишь протягивал их сквозь пальцы. — Вот так, только глубже, — проговорил он, наконец откинув голову назад. Когда все перешло к тому, что Сатоши давал советы? Тошиюки наверняка будут раздражать его комментарии, но Ходзё молчать не очень-то хотел. — Я не могу... так, глубоко, как ты, — тяжело дыша прохрипел Тошиюки. Он совсем чутка попытался двигать головой, взяв в рот намного больше, чем до этого, а уже так запыхался. Лучше уж было действовать по старинке и не пытаться сделать горловой минет, когда ты не умел так. Немного отдышавшись, Тошиюки не стал прыгать выше головы, и просто сосредоточился на том, чтобы работать как можно быстрее, помогая себе языком, а не стараться пропихнуть себе в рот член очень глубоко. У каждого из них были свои сильные и слабые стороны и приходилось довольствоваться тем, что имеем. Определенно сейчас Сатоши чувствовал собственное превосходство, но Тошиюки не мог винить его за это. Пусть хоть он насладится этим днем, или уже ночью, и немного позлорадствует, пока светловолосый парень пытался превозмогать себя. Почему-то это заставляло Сатоши улыбаться. Тошиюки так старался, хоть и понимал, что идеально все равно не получается. — Ну, ты пытаешься, — с усмешкой проговорил Ходзё. Он вел себя просто ужасно, вот так издеваясь над парнем, который итак выглядел очень уставшим, но это все равно было приятно. Сатоши также покраснел и наконец заткнулся из-за своих же тяжёлых вздохов. Похоже, такое долгое ожидание заставило парня быстро сдаться. Хаттори не пришлось долго стараться, потому что через пару минут Ходзё, не выдержав, кончил. Если бы не все эти предварительные ласки, то он продержался подольше. — Хоть я и не идеально делаю минет... я хорошо тебя подготавливаю к нему, согласись? — Тошиюки устало плюхнулся рядом с Сатоши на бок и уткнулся носом в его ребра. Они так выпирали, что даже немного пугало. — Ты же...доволен? Хотя бы на сегодня... я старался. — Хаттори все еще тяжело дышал, закрыв глаза и положив свою руку на Сатоши. Еще немного и он уснет, только сейчас стало понятно, как на самом деле Тошиюки устал, ведь времени было уже очень... много или мало? Смотря от чего отталкиваться. Сатоши вновь улыбнулся, услышав такие слова Хаттори. Он все также забавно об этом говорил, из-за чего Ходзё так посмеялся. — Конечно, доволен, Тоши-кун, — произнес парень, глядя на Тошиюки. — Ты так старался, что я не могу быть недовольным. Просто сегодня ты надо мной слишком много издевался, — пробурчал Ходзё, хотя это и помогло ему получить намного больше удовольствия. — Я не издевался, Сатоши. Я просто в отместку тебе капризничал, да и только... И неужели мне нельзя было захотеть услышать подобное от тебя? Такие слова очень даже заводят. — Тошиюки уже опять прислонился губами к коже парня. Хоть он и хотел спать, не поцеловать Сатоши не получалось, и вот уже вскоре парень опять прыгал от одного места к другому, уж очень ему это нравилось, а та мнимая цель так и манила к себе. — Только мы не смогли сделать то, что я хотел, — пробубнил Сатоши, положив руку парню на голову и вновь поглаживая его ещё влажные волосы. — Потому что ты мне запретил! — добавил Ходзё, состроив недовольное лицо. — Эй, Тоши-кун, а завтра? Завтра ты сделаешь все, о чем я тебя сегодня просил? — вдруг спросил Сатоши, подняв голову парня на себя, а то тот также продолжал его целовать, что пора было останавливать. — Я запретил для твоей же и моей... Безопасности, хах, — Тошиюки немного улыбнулся. Какой же он был капризный. — Боюсь, что сегодня с утра ты не сможешь мне повторить всю ту же речь с таким же лицом, чтобы я действительно сделал с тобой что-нибудь. — Тошиюки убрал ручки паренька от своего лица и опустил голову на его грудь. Даже сквозь сумерки комнаты можно было разглядеть слабые пятна, что рассыпались по всей коже, от такой картины Тошиюки улыбнулся еще сильнее, проводя по ним пальцем. Осталось только накрыться одеялом и можно было спать так, ну если Сатоши, конечно, захочет. А то он был уж слишком активным для такого времени и для того, кто выпил столько алкоголя. Как он только держался? Тошиюки уже закрыл глаза. — Но я уже все сказал тебе сегодня, Тоши-кун. Почему мне нужно будет повторить все завтра? — спросил Сатоши, тяжело вздыхая. Ему не нравился такой расклад, ведь Тошиюки уже получил свое. — Щекотно и холодно, — добавил Сатоши. Оба парня уже успели остыть и теперь холод настиг их. По крайней мере, Сатоши. — Ну, если ты проснешься раньше меня и на трезвую голову вспомнишь весь этот диалог и все еще будешь хотеть этого, то ты встанешь и как следует подготовишь себя, а потом... — Тошиюки зевнул, и наконец-то накинул на свое тело одеяло, опять кладя голову на грудь парня. — Разбудишь меня, и я... не смогу тебе отказать, — с улыбкой пообещал он с закрытыми глазами. А вспомнит ли сам Тошиюки о таком своем обещании с утра... Или точнее не с утра, а с обеда, ведь вряд ли он проснется так рано. — Но я же не проснусь раньше тебя, Тоши-кун, — произнес Сатоши, тяжело вздыхая. Его явно не впечатлили такие условия, ведь парню хотелось, чтобы Тошиюки обо всем ему напомнил и вообще помог. Ходзё ещё пару минут подулся и, заметив, что Хаттори как бы на это плевать, он всё-таки тоже закрыл глаза, поудобнее устраиваясь под одеяльцем. Он заснул очень быстро, явно сказался алкоголь. Сатоши обычно валялся дольше, а тут хватило пары минут и можно было уже слышать его тихое сопение. Когда Тошиюки открыл глаза, пошуршав под подушкой своего телефона он там не обнаружил, а часов на руке также не было. — Черт, — лишь и выдал он, кладя руку на глаза и тяжело вздыхая. Теперь надо было встать и искать телефон, а так не хотелось. — Сатоши, — протянул после он, повернув голову на бок, но к превеликому удивлению Тошиюки, парня рядом не оказалось, хотя и место было слегка теплым. Вот же ш как, значит, он проснулся не так уж и давно. Пришлось подняться и поискать свой телефон, благо тот оказался рядом с диваном на небольшом столике, видимо положил его туда, когда укладывал Сатоши спать ночью. На часах показывало уже три часа дня, отлично поспали однако. Интересно, где же был Сатоши? Потрепав себя по голове, Тошиюки поднялся на ноги и довольно громко позвал парня, если бы тот был на кухне или в прихожей, он наверняка отозвался бы, но в ответ на его вопрос была лишь тишина. — Он что, успел свалить куда-то? — немного в раздражении парень приоткрыл дверь в ванную и подошел к раковине, смотря на свое отражение в зеркале. Мда, вчера он лег спать с мокрой головой и сейчас там был просто какой-то хаос, но если немного причесаться — будет более менее. Пока Тошиюки тут прихорашивался, он даже и не замечал какие-то странные звуки, что доносились из самой ванной, но потом какой-то приглушенный вздох привлек его внимание. — Кажется, я нашел свою пропажу, — с ехидной лыбой протянул он, открывая дверь, а потом в неком ужасе и шоке застыл на некоторое время. Сатоши еле держался на ногах, его тело было покрыто мурашками, а дыхание прерывистым, а еще пытался, ну или не пытался, у него хорошо получалось ублажать себя самому используя свои пальцы. От такой картины Тошиюки невольно засмущался, хотя ехидная лыба с лица никуда не пропала, а вот Сатоши ужасно покраснел. Как он мог застать его за таким занятием? Да и еще стоять там и просто наблюдать, нежели чем подойти и помочь? Какой он был ужасный парень. — Вижу, тебе отчаянно чего-то не достает. Хочется большего, но сам ты не можешь, — кинул Тошиюки, продолжая просто стоять там возле двери и смотреть на красного паренька, что пока не мог и слова проронить. Проснувшись утром, Сатоши обнаружил рядом ещё спящего Тошиюки. Ему нужно было подумать некоторое время, чтобы вообще вспомнить, что вчера происходило. Его лицо покраснело лишь от осознания того, что он вчера напился и это парень ещё не восстановил все события вчерашней ночи. Было так неловко и как-то стыдно, но Тошиюки вроде обошёлся с ним очень мило, не считая многочисленных засосов. Ходзё обнаружил их сразу и у него возник вопрос, как Хаттори вообще умудрился оставить их так много... Прошло минут десять в раздумьях и Сатоши вспомнил последнее, о чем они говорили. — Как я мог такое сказать? — тихо пробубнил Ходзё, невольно закрывая смущенное лицо руками. Он вывалил все свои желания и даже договорился, что сегодня они воплотятся в жизнь. «И он правда так спокойно на это отреагировал?» — подумал Сатоши, поднимаясь с кровати. Ему хотелось умыться, чтобы освежить память. В итоге он застрял в ванной надолго, даже не думая вылезать. Все эти мысли продолжали мучить его и Сатоши даже не знал, что делать. Ходзё то и дело невольно пробегался по своему телу взглядом, замечая все больше и больше засосов. Тошиюки совсем не стеснялся и всегда делал то, чего ему правда хочется, так почему Сатоши не может делать также? Казалось, будто он заново ощущает все, что происходило вчера, дотрагиваясь до каждого красного следа на своем теле. Ох, Ходзё становилось все сложнее сдерживать свои желания... После вчерашнего тем более. Ему хотелось, чтобы все, о чем он говорил, правда, сбылось и Хаттори согласился на это. Так почему бы не попробовать? Он же не сможет ему отказать. За всеми этими мыслями тяжёлыми вздохами, Сатоши даже не услышал, как кто-то прошел в ванную. Он был слишком занят самим собой и своими желаниями. Лишь громкий голос Хаттори заставил его вновь вернуться на землю. Ходзё покраснел за секунду, пытаясь понять, что происходит. Почему Тошиюки ворвался сюда и... Он что, правда, застукал его с поличным? Боже, это было очень стыдно. Сатоши ощущал себя неправильным, как будто ему вечно всего мало. Может он правда слишком многого хотел? Сказать что-то было непосильным для Ходзё. Он мог лишь смотреть на Хаттори, хотя и это было тяжело делать. Тот не осуждал его, но выглядело все так, как будто он отчаянно насмехается. Опять эта ужасная улыбка. Иногда она просто выводила из себя, но сейчас заставляла чувствовать стыд. — Т...Тоши... — тихо проговорил Ходзё, хотя это больше походило на шепот. Боже, да можешь ты уже хоть что-нибудь сказать или сделать? Почему Тошиюки не мог просто уйти и не смущать парня, ведь он прекрасно видел, как тому было неловко. — Что, Сато? — протянул Тошиюки, подходя ближе. Эта тихая протяжная фраза, словно вопль, молила о пощаде, и Тошиюки не мог ее игнорировать. — Бедный, бедный Сатоши, — прошептал Тошиюки, кладя свои руки пареньку на плечи. Он уже отвернул свое личико, чтобы тот его не видел, но его уши, как и щеки, горели огнем, а тело покрылось мурашками от легкого прикосновения к плечам. Как же он был развратен в данный момент, то, что вел себя тебя так, то с каким удовольствием, лишь заводило Тошиюки. Парень прижал Сатоши к своей груди и взяв его подбородок слегка наклонил голову в бок, опять целуя шею. Хотя это было и не особо нужно, ведь Сатоши уже сам довел себя, но ему просто хотелось сделать это. — Ты все таки вспомнил все, что хотел ночью и правда решил это осуществить? — поинтересовался Хаттори, опуская руки к груди паренька, его соски были невероятно твёрдыми, как и то, что снизу. Все таки он действительно хорошо постарался и как удачно, что Тошиюки нашел его в таком состоянии. Эти слова заставляли Сатоши краснеть лишь сильнее. Хотелось сквозь землю провалиться, а Тошиюки все продолжал улыбаться. Но он хотя бы наконец-то сдвинулся с места и подошёл к Ходзё, обнимая его со спины. — Д...да, — тихо пробубнил он, стараясь отвернуть голову так, чтобы Хаттори его не видел. — Прости... Я вел себя, как дурак, — продолжил Сатоши, чувствуя, как Хаттори дотрагивается до его груди, от чего мурашки сами разбежались по его телу. — Т...ты не злишься? — с небольшим удивлением спросил Ходзё, ведь Хаттори выглядел так, как будто он доволен тем, что сейчас происходит. — С чего бы мне злиться? С того, что ты, как и обещал, проснувшись раньше пошел приводить себя в порядок? Я наоборот очень даже рад тому, что нашел тебя таким... Разве не чувствуешь, что от одного взгляда на тебя такого я уже возбудился? — Хаттори наклонился к красному уху паренька, шепча последние слова. Все таки, он хорошо выспался, раз у него так быстро встал лишь от созерцания возбужденного тела Сатоши, он прижимался своей грудью к спине парня, и тот все прекрасно мог ощущать своим копчиком, а потом он просил прощения за что-то. — Как тебе твое тело с утра? Понравилось? — он стал осматривать шею Сатоши и с довольным лицом проводил пальцами по этим следам. Некоторые были очень красными, явными кровоподтеками, а некоторые лишь слегка розовели на фоне основной кожи, и все это выглядело очень красиво по мнению Тошиюки. Интересно, какие мысли могут возникнуть у того, кто увидел бы Сатоши в таком виде? Тошиюки, правда был возбуждён и Сатоши уже успел ощутить это на себе. То есть, он совсем не злится, из-за такого ужасного вчерашнего поведение Ходзё-куна? Иногда парень просто его не понимал. — Тело? — переспросил Сатоши, взглянув на себя ещё разок. — Также, как и вчера... Я чувствую себя твоим... И мне нравится, что ты так хочешь оставить побольше следов на мне. Не знаю почему... Только я не знаю, как у тебя это получилось, — тихо проговорил Ходзё. Он как не умел это делать, так и не умеет, поэтому удивлялся. — Т... Тоши-кун, я чувствую его... Ты же хочешь, Тоши-кун, — смущённо говорил Сатоши, вновь отворачиваясь от парня. Кому-то уже было невтерпёж и таким образом он старался поторопить Тошиюки, который, как всегда, любил поболтать. — Да, да, хочу. Помнишь, что я вчера сказал? — парень как-то грубо пихнул Сатоши ближе к стене, буквально вжимая его в нее, заставляя паренька повернуть голову на бок, а потом взял его руку, и также прижал ее к стене, тем самым опираясь на нее. — Что я буду делать это до тех пор, пока ты сам не взмолишь меня о пощаде, чтобы я прекратил, — томно шептал Тошиюки Сатоши на ухо, а сам уже грубо стал пропихивать свой член в разработанную дырочку. Никакой пощады, раз он сам себя подготовил и раз он сам говорил, что ему нравится когда с ним обращаются грубо, но конечно в пределах разумного. Тошиюки издал тяжелый вздох, сильнее сжав руку парня и его бок, а потом кусил нежную и разгоряченную кожу шеи. Сатоши был слишком притягательным сейчас, а это место, их поза также заводили Тошиюки. Их диван ему уже порядком поднадоел, а прижимая Сатоши к стенке, все ощущалось как-то иначе. Он не стал церемониться, сразу же принявшись двигаться довольно быстро и грубо. Тошиюки, оказывается, умел быть очень грубым, от чего Ходзё даже ненадолго опешил. Это было немного неожиданно для него, ведь сначала Хаттори слишком уж осторожно проводил руками по его шее и говорил таким томным голосом, а сейчас так резко изменил свой настрой. Сатоши успел лишь пискнуть, как уже оказался прижатым к стене. Тошиюки, правда, не церемонился, ведь через секунду Ходзё ощутил его внутри, невольно сжавшись. В этот раз не было никакой передышки, из-за чего Сатоши не смог так сразу расслабиться. Он крепко сцепил зубы, утыкаясь щекой в стену и закрывая глаза. Приглушать стоны было бессмысленно, ведь Сатоши знал, что все равно не сможет молчать. Мурашки разбегались с бешеной скоростью. Ходзё ощущал каждое грубое движение, из-за чего его рот невольно издавал стоны, которые становились все громче и громче, пока Тошиюки заходил все глубже и глубже. Пальцы свободной руки крепко сжались в кулак, пытаясь найти, за что можно ухватиться, но, как назло, тут была лишь голая стена. — Сатоши... Ты был очень плохим мальчиком сегодня ночью... Так капризничал, не хотел слышать мой отказ, и не хотел отпускать меня спать... — процедил Тошиюки сквозь собственные хрипы, шлепнув парня по попке своей свободной рукой. Второй он продолжал прижимать его к стене, при этом грубо имея. Он был немного зол, ну или пытался таким казаться, и у него это неплохо выходило. Спустя некоторое время такого ужасного действия, Сатоши тяжело дыша задрожал сильнее, кончив, но Тошиюки не забыл о своем обещании. Он вытащил свой член, а потом схватил паренька за плечо и повернул его лицом к себе, впиваясь в губы. — Тебя надо сильно наказать, Сатоши. — Его тон был таким холодным, а глаза горели неистовым огнем, как и все тело. Тошиюки ухватил паренька за бедра и резким движением приподнял его, все также прижимая спиной к холодной стене, а потом также резко вошел в него обратно, продолжая грубо и с силой толкать член в Сатоши, казалось он входил все глубже и глубже, хотя это было не так. Эмоции переполняли Сатоши, слезы сами потекли практически сразу, но сейчас Тошиюки этого хотя бы не замечал, что даже хорошо. Ходзё полностью наслаждался процессом, пытаясь как можно дольше себя сдерживать. Это было так тяжело, когда Хаттори был так настойчив и груб. Сатоши чуть ли не сползал по стене вниз, ведь сил практически не оставалось. Он вновь кончил достаточно быстро, но в этот раз все ощущения были в разы сильнее. Тело дрожало больше обычного, а ноги уже ели держали, но Тошиюки это не остановило. Его слова заставили Сатоши правда почувствовать вину и желать наказания. Они сменили позу и благо сейчас Ходзё не пришлось стоять самостоятельно, ведь он бы быстро сдался, упав на пол. Сатоши лишь ухватился за плечи парня, сжимая их также крепко, как сжимал его сам Тошиюки, держа его на весу. Он не мог так просто регулировать это. Все тело было напряжено, а глаза то и дело закрывались. — Накажи... — смог лишь произнести Сатоши между громкими стонами. Ему будет очень неловко перед соседями в будущем за такой ужасный шум, но сейчас Ходзё мог думать лишь о Тошиюки. Он ещё ни разу не видел его таким. Да, парень иногда бывает грубым, но чтоб настолько... Почему-то именно такой Хаттори заводил его сильнее и заставлял полностью подчиняться. — А ты бы лучше помолчал, Сатоши. Ты слишком громко стонешь, — в раздражении процедил Тошиюки, сильнее жмурясь. Ему нравилось слушать все это, но Сатоши нельзя было так расходиться, ему, правда, лучше стараться быть потише, но спокойно сказать ему об этом не получалось. Тошиюки сам уже чуть ли не стонал, громкие и хриплые вздохи вырывались из его рта, а руки немного дрожали из-за веса, но остановиться не получалось. Уже вскоре Сатоши вновь кончил, видимо он был слишком возбужден из-за всего того, что тут происходило, а Тошиюки старался еще держаться, он стал кусать плечо паренька, утыкаясь в него носом, а потом тоже наконец-то выдохнул. — Это еще не все, Сатоши... я еще не наигрался с тобой, — запыхавшись, парень отпустил Сатоши, а тот обессиленно рухнул на пол, сам Тошиюки оперся на стену и пытался отдышаться. Нужно было немного передохнуть, иначе он сейчас просто задохнется. Сатоши уже не мог стоять на ногах, поэтому он сразу рухнул на пол, когда Тошиюки его отпустил. Сил совсем не было, а Хаттори хотел чего-то ещё. Возможно, Ходзё переоценил свои возможности. Только сейчас парень ощутил ту небольшую боль, которая появилась из-за такой грубости, но почему-то она приятно расходилась по всему телу. — Уверен? — тихо спросил Сатоши, утыкаясь руками в пол. Ему даже сидеть было тяжело, что приходилось придерживаться. Хаттори выглядел также уставшим, но он хотел ещё чего-то, что даже немного удивляло. — Я уверен. Ведь я сказал, что остановлюсь лишь тогда, когда ты сам начнешь просить меня об этом. — Тошиюки уже полегчало, поэтому он ухватил паренька за руку и с силой потянул наверх, стараясь придерживать его, а потом быстро, для своего состояния, пошел к выходу из ванны обратно в гостиную. Он пихнул Сатоши на диван, а сам захватив масло, забрался сверху, прижимая его голову к подушке. — Не забудь, что если тебе больно, то говори... не молчи об этом. — Тошиюки наклонился к спине паренька и провел по позвоночнику ладонью от низа к верху, а потом ухватился за его темные волосы, приподнимая за них голову и заглядывая Сатоши в глаза. На это было странно смотреть, его глаза наполнились слезами, а рот был приоткрыт в тяжелом вздохе. Почему-то у Тошиюки немного кольнуло в сердце и в голову стали закрадываться сомнения. Может, стоило все таки быть нежнее и прекратить это? Но Сатоши ничего не говорил ему все это время, а сейчас у него был шанс отказаться от всего этого. Такие заботливые слова не очень подходили к образу Тошиюки, который сейчас казался грубым и непреклонным, а тут заговорил про боль. Ходзё, как и всегда, не сопротивлялся, направляясь прямо за парнем, хотя идти было очень тяжело, но благо они скоро оказались на диване. Из глаз продолжали литься слезы, но, на удивление, Хаттори ничего об этом не сказал, когда так похабно поднял его голову. Интересно, он вообще заметил это? — Я... Я помню, — тихо произнес Сатоши, выдавив из себя лёгкую улыбку, но он также быстро вновь открыл рот, жадно хватая воздух. В отличие от Хаттори, парень не успел отдышаться. «Не плачь, Сатоши... пожалуйста» — только и подумал Тошиюки, но вслух ничего не сказал. Он старался надеяться на то, что парень действительно скажет и не будет терпеть, если тот сделает что-то ужасно плохо. Тошиюки приподнялся и открыл баночку, выливая довольно много масла себе на член. Если он продолжит в таком темпе с тем, что было, он может сделать Сатоши нестерпимо больно, ему очень не хотелось этого. А потом он придвинулся ближе и ухватив паренька за бедра приподнял их, заставляя того согнуть ноги в коленях, при этом верхняя его часть оставалась на том же уровне, ему было сложно оторвать голову от подушки и сейчас его тело очень красиво прогнулось. Тошиюки опять вошел в него, слегка поглаживая бока и поясницу, а потом пробежавшись пальцами ниже, вновь шлепнул ладонью по мягкой ягодице. Он опять с силой двигался вперед, от каждого толчка ноги Сатоши дрожали все сильнее, и уже вскоре Тошиюки пришлось опять поддерживать его таз на нужном уровне. Он так устал, но при этом все еще не просил его остановиться, а вместо стонов из горла у него вырывались какие-то хрипы, будто пытался сдерживать себя или ему было больно. Сатоши ещё никогда не был настолько уставшим. По крайней мере, ему так казалось. Он просто не мог самостоятельно держать свое тело в одном положении, а поднять голову было ещё сложнее. От хлесткого удара Ходзё невольно вздрогнул, но уже не крикнул. Похоже, сил не осталось даже на звуки, из-за чего парень стал подозрительно тихим. Лишь его громкое дыхание и хрипы продолжали разбавлять эту тишину. — Б...бо... — пытался говорить Сатоши, утыкаясь лицом в подушку. Со стороны, наверное, выглядело странно. — Больше н...не могу, — спустя небольшую паузу произнес Ходзё, понимая, что стоит Хаттори на секунду отпустить его, он свалится на диван замертво и не сможет двигаться ближайшее время. Тошиюки услышал то, что пробубнил Сатоши в подушку, но пока он не мог остановиться, хотя и стал стараться действовать менее грубо. Парень все еще держал Сатоши, и уже вскоре тот вновь кончил, его тело пронизывала дрожь, что расходилась словно волны, его всего трясло словно листик на ветру, да и с самим Тошиюки происходило тоже самое. Он также тяжело хрипел, его руки опять были напряжены до предела, что они дрожали, и благо он также смог кончить, наконец-то отпустив паренька. Тошиюки устало лег рядом, смотря на него, его глаза были мокрыми и красными, и казалось, что он рыдает именно от боли. От такого выражения лица Тошиюки резко стало не по себе и он приподнявшись, сгреб Сатоши в свои объятья, смотря ему на лицо и вытирая эти слезы пальцами. Какой он все таки дурак, нельзя было так расходиться и так перегибать палку. Да, может Сатоши и не было так уж больно, чтобы кричать и просить его прекратить, но Тошиюки не мог спокойно смотреть на него. Единственный, кому было сейчас действительно больно, так это ему. — Сатоши, прости... не плачь, Сатоши. Я больше не буду так никогда делать, даже если ты попросишь... — шептал он, осторожно утыкаясь носом в его темные волосы. Почему сейчас было как-то паршиво на душе, словно он делал все это против его воли? Ещё тогда в ванной Сатоши понял, что сегодня его ждёт куча извинений, ведь Тошиюки никогда не мог обойтись без этого. Но сейчас Ходзё был слишком уставшим, чтобы начинать сразу же его утешать и говорить, что все совсем не так. Сатоши просто старался отдышаться, лёжа в его объятиях, а с места сдвинуться он не мог. Силы окончательно покинули парня. — Я... Я же тогда обижусь, Тоши-кун, — тихо проговорил Ходзё с паузами на дыхание. — Ты такой дурак... Каждый раз просишь прощение, — явно без сочувствия сказал Сатоши. Может ему это уже надоело? — У меня всего лишь болит задница, а ты так переживаешь... — вдруг выдал он, тяжело вздыхая. Ничего ужасно страшного не произошло, а Тошиюки опять драматизирует. — Я же много раз тебе объяснял, что плачу не потому что мне больно... И за что ты извиняешься, если я кончил три раза? Я просто устал... И не могу встать, — пробубнил Сатоши, легонько поглаживая шею парня рукой. Тот вечно переживал из-за любой малейшей боли, даже не понимая, что Ходзё это вообще не сильно напрягает. Да, сейчас ему правда было больно, но этого стоило ожидать с самого начала и Сатоши совсем не злился по этому поводу. Наоборот он чувствовал, насколько сильно Тошиюки старался, что сейчас все его тело подрагивает и предательски ноет. — Не могу смотреть на тебя такого... такое чувство, что я изнасиловал тебя, хоть я и знаю, что тебе это понравилось... ты слишком странный... или это я такой, я не могу спокойно так с тобой обходиться. Я могу быть грубым, даже очень, но после... Сатоши, ударь меня пожалуйста, чтобы я прекратил. — Тошиюки продолжал прижиматься к пареньку, гладя его по спине и думал о том, что практики подобные бдсм видимо не для него. Он слишком переживал за Сатоши, слишком жалел после о своих решениях, даже если парня все устраивало и он готов был идти на такие жертвы. — Ты остановился, как только я тебе сказал... О каком изнасиловании идёт речь? — проговорил Сатоши, недовольно хмурясь. Ему так не нравилось то, что Тошиюки вечно переживает из-за таких глупостей. Иногда, правда, хотелось его ударить, чтобы он наконец прекратил. — Тоши-кун, я уже много раз говорил тебе о том, что... Ты чересчур меня опекаешь! Я не такой слабый, как ты думаешь! — произнес Ходзё, ухватив парня за щеки и подняв его взгляд прямо на себя. Он сделал это достаточно грубо, из-за того, что был уже зол. — Я разве кричал от боли? Умолял тебя остановиться, а ты этого не делал? Да, я плачу... Потому что я не могу сдерживать эмоции и они сами вырываются наружу. Это не значит, что мне больно или мне не нравится... Это значит, что эмоций слишком много и я уже не могу это контролировать, — продолжал Сатоши, быстро протерев свои ещё мокрые щеки рукой. — Все, я больше не плачу. Со мной все хорошо, видишь? И... Я благодарен тебе за то, что ты сделал это, — сказал он, отпуская лицо Тошиюки. Вот ему наверное уже больно от такой хватки. Хаттори лишь молча смотрел на Сатоши, что с силой ухватил его за щеки. Если что-то шло не так, как раньше, если Тошиюки выходил за прошлые рамки, он всегда после ужасно сомневался в правильности своего решения. И даже спустя столько времени, это продолжалось вновь и вновь, и каждый раз, когда что-то подобное случалось, Сатоши приходилось говорить все эти слова в надежде, что балбес хоть на этот раз все усвоит, но увы. — Я хочу, чтобы ты отругал меня за это, назови меня придурком, Сатоши, и скажи, чтобы я наконец-то заткнулся, — попросил он, смотря на паренька с такими глазами, полными надежды. Может это хоть как-то ему поможет? — Мне кажется, что бесполезно называть тебя придурком, потому что ты и сам это знаешь! — недовольно проговорил Сатоши. Откуда у него появилось столько сил для разговоров? Это даже удивительно. — Когда уже твоя глупая башка поймет, что не нужно винить себя во всяком бреде! Ты не сделал ничего плохого. Ты сделал все так, как я тебя просил, понял? И знаешь что? Мне понравилось! Я доволен и я бы это повторил! — продолжил Ходзё, уже правда стуча кулаком по голове Хаттори. Может он наконец хоть что-то усвоит. — Иногда ты бываешь капризнее меня, — пробурчал Сатоши, перевернувшись на спину и скрестив руки на груди. Он был очень зол. — Почему тебе это так нравится? Почему ты сильнее возбуждаешься, когда я вдавливаю тебя в стену или диван, или когда не жду время, чтобы ты привык, — с удрученным вздохом поинтересовался Тошиюки, казалось у самого себя. Тошиюки и не рассчитывал на то, что Сатоши будет пытаться искать на этот вопрос ответ, ведь это определенно было бы невозможно. Откуда он мог знать это? Вопрос и правда был странным и немного некорректным, ведь Сатоши не мог выбирать, что возбуждает его больше. Оно само как-то определилось. — А почему ты сильнее возбуждаешься, когда вдавливаешь меня в стену или диван? — в ответ спросил Ходзё, ведь он прекрасно замечал то, как меняется Тошиюки в зависимости от ситуации и казалось, что ему это тоже нравится. — Может тебе стоит пойти помыться? Ведь я два раза кончил прямо внутрь, тебе наверное неприятно... — Хаттори приподнялся, опираясь руками о диван и взглянул на Сатоши. Тот хоть и так оживленно ругался на него, все же еще не мог спокойно улежать на месте, чтобы слегка не дрожать от напряжения и даже холода. Нет, ему определенно надо было в ванную, а потом срочно одеться. А то с такой ночью и таким «утром», недолго и заболеть. Тошиюки поднялся и ухватив паренька, опять взял его на ручки, как всегда. Это была уже его привычка, и не сказать, что она ему не нравилась. — Я не могу сам подняться... — только начал Сатоши, как Хаттори вновь взял его на ручки и понес в ванную. Именно это нравилось Ходзё в парне. Он мог быть так жесток с ним во время секса, а после заботливо отнести в ванную и даже помыть. — Спасибо... — смущённо проговорил Сатоши, когда они пришли в ванную и Тошиюки осторожно усадил его на стульчик, включив воду. — Наверное, потому что я вижу, как твое тело реагирует на это, и мое начинает реагировать в ответ... Или потому что во многих людях заложена любовь к подобному насилию, нам на подсознательном уровне нравится что-то подобное, просто кому-то такое отношение нравится больше других, кто-то начинает перегибать в этом палку. Как и во всех направлениях, в общем, — размышлял Тошиюки, пока в очередной раз мыл Сатоши спинку. Этой ночью все было наоборот. — Ты сейчас ответил и на свой вопрос, Тоши-кун, — произнес Сатоши, легонько улыбнувшись. Конечно, размышления были очень интересные, но Ходзё все равно продолжал веселиться. В итоге они достаточно быстро помылись, ведь уже были сегодня один раз в душе. Ребята наконец-то оделись и решили пойти поесть, а также прибраться в комнате. Тошиюки пока грел еду, а Сатоши в это время заправлял кровать. Он пошел на кухню только тогда, когда закончил с уборкой. — Хорошо, что мы перед фестивалем приготовили поесть, а то сейчас бы пришлось ещё час торчать у плиты, — произнес Сатоши, устало присаживаясь за стол. — Да, это хорошо... — подтвердил Тошиюки, ставя на стол две тарелки и подавая Сатоши его палочки. — Ты был таким уставшим, что не мог дойти до ванны, а уже сейчас так живо принялся убираться в комнате. Откуда у тебя столько сил, Сато-тян? — он присел рядышком, заглядывая ему в глаза с интересом. Его правда удивляла выдержка этого паренька, он выглядит таким слабым и хрупким, хотя на деле выносливее, чем кажется с первого взгляда. Эта черта Сатоши ему нравилась все больше и больше. — Не знаю. После ванны мне стало намного легче, а ещё я не могу смотреть на эту неубранную кровать, — проговорил Сатоши, усмехнувшись. Даже ему самому нравилась его такая забавная черта. Не каждый смог бы также. Например, у Тошиюки так не получалось.