Дом у моря

Глава 7.

Девочка, ты стареешь: Ты устаешь от дней, Ты без меня болеешь Яростней и больней. Ты без меня страдаешь, Падая на пути. Ты без меня не знаешь Как и куда идти. Время без нас в отчаянии Девочка, ты права: Я без тебя — молчание, Ты без меня — слова. Д. Нагиев

      Огонь камина отбрасывал причудливые тени на пушистый ковер. Дождь барабанил по стеклам, а ветер завывал в печной трубе. Мужчина подал пузатый бокал с ароматным коньяком молодой женщине, расположившейся в кресле у очага. Обхватив длинными пальцами свой снифтер, он присел напротив нее. Молчание в комнате не было угнетающим. Все казалось обоим таким новым, и каждый погрузился в свои ощущения и мысли.       — Такой приятный запах, — медленно потягивая шоколадный напиток, прошептала Гермиона. — Уже очень поздно. Долгий вечер.       — Сейчас только слегка за полночь, — ответил зельевар, отвлекаясь от раздумий. — Вы устали?       — Скажите, Северус, а у вас есть музыка? — игнорируя его вопрос, задала она свой.       — Есть проигрыватель с пластинками.       — Можно мне посмотреть?        Вместо ответа мужчина махнул рукой в сторону винилового чуда маггловской техники.        Гриффиндорка некоторое время аккуратно перебирала потертые картонные конверты. Остановившись на старой пластинке, она повернулась в сторону Снейпа. Он сидел все в той же позе, временами поигрывая бокалом в воздухе. Сердце замирало от страха и нежности. На кухне ее легкий испуг от объятий остановил его. Слишком уважая чужое личное пространство, подозревая о возможных сомнениях, мужчина отступил. Теперь девушка жалела о внезапной реакции тела на столь желанные прикосновения. Нужно было решаться или уходить. Ей было так страшно вновь обмануться. Его гордый силуэт ничем не напоминал Рональда. Пару лет назад можно было лишь мечтать о таком. В этот вечер то ли от хмеля, то ли от долгого ожидания своей запретной любви, принять факт, что ее безумная привязанность ответна было проще.        Иголка проигрывателя зачиркала по черному кругу пластика. Когда первые аккорды гитары Гэри Мура разрезали тишину гостиной, профессор почувствовал на своих плечах тонкие женские руки.       — Вы сегодня танцуете? — легкий шепот защекотал ухо и мужчина повернул голову, накрывая ее руку своей. — Обычно я не имел подобного пристрастия, — он поднялся, возвышаясь над бывшей студенткой. В глазах мисс Грейнджер промелькнуло легкое смятение.       — Но в Вашей компании, пожалуй, готов пренебречь некоторыми привычками, — по-прежнему не сводя глаз с ее лица, Снейп мягко обнял ее за талию, боясь отпугнуть.       Поставив бокал на стол, мастер зелий обхватил свою пару и нежно сжал ее холодные пальцы. Гитарные переборы старой мелодии отлично передавали те кульбиты, что совершало сейчас его сердце. Кажется, оно было не таким уж мертвым. Короткие шаги, плавные движения — они смотрели друг другу в глаза. Как-то само собой обе худые ладошки опустились на вздымающуюся широкую мужскую грудь. Северус осторожно прижал Гермиону к себе и улыбнулся, когда почувствовал, как она вдыхает его запах.        — Ты пахнешь травами, — глухо пробормотала она, теснее скрываясь в плену его объятий. — Вереском и чабрецом.       Бывший директор Хогвартса слегка отодвинулся, наблюдая за бликами пламени в больших карих глазах. Мягко погладив белесую бархатную кожу щеки, он ответил:       — А ты морским прибоем и северным ветром, а еще … — маг запнулся, опустив взгляд на пухлые губы, — ты пахнешь надеждой…       Гермиона жадно всматривалась в обычное суровое лицо. Черты его были резкими. Но сейчас умиротворение и расслабленность завладели этим сильным человеком. Морщины залегли в уголках желанных темных глаз. Тонкие губы, с которых в школьные годы, слетали язвительные насмешки, были маняще полуоткрыты. Она потянулась к нему, сделав на этот раз уверенный шаг. Зельевар тотчас прильнул к ее дразнящему рту, нежно проводя языком по мягким губам. Это было то, чего оба так ждали. В это мгновение, казалось, что все тернистые пути, уготованные судьбой, вели их друг другу.       Зарываясь рукой в черные шелковые волосы, девушка потеряла остатки сомнений. Мужчина, так пылко терзавший девичий рот, нежно гладил ее спину.       Когда волшебник почувствовал, что проворные пальчики добрались до больших пуговиц кофты, он попытался взять себя в руки и с опасением спросил:       — Ты этого действительно хочешь?       — Конечно, Северус…       — Ты уверена, что готова? Я могу подождать…       — Профессор, я ждать больше не могу, — быстро ответила ведьма, нервно распахивая, наконец, его рубашку. — Я хочу тебя сейчас, у нас итак отняли слишком много времени.       — Мы его компенсируем, моя девочка, — удовлетворенно ухмыльнувшись, мужчина резко развернул ее спиной и прижал к своей разгоряченной груди.       В тот момент, когда он избавил ее от мешающей блузки и коснулся напряженных сосков, его слух был вознагражден томным глубоким стоном. Остальная одежда, которая сейчас словно стягивающий панцирь мешала дышать и чувствовать пылкие прикосновения, полетела на пол. Комната наполнилась ароматом страсти.       Когда голос на пластинке запел: « Whoa, my love ….My darling, I hunger for your touch, A long, lonely time…», сплетенные одним порывом — обладать друг другом — мужчина и женщина опустились на мягкий ковер. Короткие языки пламени, догорающих поленьев, бились в очаге, как двое любовников, что наконец обрели давно искомое.