Дом у моря

ГЛАВА 8.       «Северус, я поражен твоим новым увлечением. Никогда бы не подумал, что ты вдруг решишь научиться игре на скрипке, — удивление в голосе Альбуса Дамблдора было совсем не наигранным.       — Я не понимаю, директор, — вздохнул мастер зелий, переминаясь на пороге кабинета, — кому помешало мое хобби в подземельях? Ты меня вызвал только из-за этого? Я вообще имею право на свободное время?       — Успокойся, мальчик мой! — поднял руки великий маг в примирительном жесте, — просто кое-кто хотел встретиться.       — Я теряюсь в догадках, — с едва скрываемым раздражением процедил профессор. Легкий шорох за спиной. Стоило Снейпу резко развернуться, как красные глаза Темного Лорда встретились с его собственными. Ошеломленный такой встречей, мужчина замер. В следующее мгновение Воландеморт удивил его еще больше: стеснительно улыбнувшись, он наклонился близко к лицу зельевара и лизнул его. Прошепелявив на ходу, что-то вроде:       «Видно призыв через метку не сработал», Том Реддл вновь слюняво прошелся по мертвенно-бледной преподавательской щеке. Шок от подобного поведения обоих хозяев был так велик, что Северус с ужасом зажмурился.»       Глубоко вздохнув, мужчина распахнул глаза. Шершавый язык ирландского волкодава соперничал с еще более слюнявыми ласками тибетского мастифа. Две далеко не мелкие собаки решили напомнить ему о своих естественных потребностях. Отирая рукой лицо, Снейп повернулся. На подушке мирно покоилась голова девушки.       Шумно выдохнув, отгоняя весьма странный сон, мужчина осторожно высвободил руку. Стараясь не разбудить Гермиону, он укрыл ее шерстяным пледом и поднялся. Производя минимум шума, Северус прикрыл дверь в гостиную и, накинув шерстяную мантию на плечи, вышел на крыльцо. Лола и Бенни наперегонки вырвались на улицу и быстро скрылись за каменным забором. Ожидая их возвращения, мастер зелий закурил. Он выудил сигарету из пачки Грейнджер перед выходом. Дождь прекратился. Выдыхая густой дым, мужчина залюбовался ночным звездным небом. Издалека доносился шум прибоя. Дело близилось к рассвету. Было видно, как вдалеке, несколько рыбацких суденышек встали на якорь. Рождество уже завтра. Здесь его дух в меньшей степени ощущался из-за климата, нежели в Шотландии или Англии.       Наблюдая за надвигающимся рассветом, Северус размышлял о произошедшем сегодняшней ночью. Та степень доверия, которая установилась между ним его ученицей в последнее время, была достаточно глубокой. Однако же, теперь это общение явно стало нечто большим, чем взаимодействие двух одиноких людей, связанных общими воспоминаниями. Снейп видел, что Гермиона не врала, признаваясь в давних чувствах к нему. Его поразило глубокое смирение и почти безнадежность в ее голосе. Он и сам отметил, что за несколько месяцев, собственная легкая заинтересованность сменилась глубокой симпатией и, что уж греха таить — он был вполне полноценным нестарым мужчиной, — желанием. Отличница гриффиндора всегда была умна и начитана, со временем же пришла и житейская мудрость, спокойствие. Маг с удовольствием пускался с ней в дискуссии, рьяно затевал жаркие споры, совместная научная деятельность была невероятно интересной. Вместе здорово было посещать местный паб, где их стали воспринимать, как завсегдатаев, выгуливать собак вдоль побережья, даже делать вылазки в лес за ингредиентами. Северус не мог с уверенностью назвать свои чувства любовью, но те, ощущения, что рождались в его душе, когда рядом была Грейнджер, были очень на нее похожи. Было бы гнусно: воспользоваться ее чувствами и жизненной ситуацией во благо себе и обманывать тем, что он полюбил. Что в таком случае отличало бы его от Уизли? Но ведь он был честен, сказав, что не готов отказаться от нее… Хотя, ведь не сказал прямо, что… А с другой стороны, что если он разочаровал ее и теперь, утром, она будет неловко прятать глаза и искать повод уйти? Вдруг тот образ, который вызывал трепет в ее сердце, оказался слишком далек от него самого — живого человека из плоти и крови, с дурацкими привычками, недостатками. Возможно, она проснется и пожалеет об этой безумной ночи и просто растворится в предрассветном тумане. Холодная испарина выступила на лбу мастера зелий. Он совершенно не был готов потерять эту женщину, просто не желал больше с ней расставаться ни на минуту. Так что же означает это? Что же получается — старый уродливый ворчун из подземелий влюбился?       — Профессор, тебя сейчас продует, — прервал рой мыслей женский голос за спиной. Волшебник обернулся. Хрупкая фигура, закутанная в плед, предстала перед ним. Девушка переступала босыми ногами по полу и с нежностью смотрела ему в глаза.       — Прости, я, наверное, тебя разбудил, — неуверенно проговорил зельевар, с трудом вырывая себя из внутренних терзаний.       — Ох, Северус, если бы сейчас здесь была Полумна Лавгуд, она бы сказала, что ее разбудил топот стаи мозгошмыгов, мечущихся вокруг тебя, — с улыбкой ответила Гермиона. Она сделала несколько неловких шагов без трости к нему, и проведя легким касанием ладони по бледной щеке, отбросила прядку темных волос, скрывавших лицо мужчины. — Пожалуйста, не тревожься. Я ничего не требую от тебя. Все было так прекрасно.       — Все будет прекрасно, Гермиона! — уверенно ответил Снейп, решительно обхватив ее за талию и притянув к себе. — У нас все только начинается. Мне казалось, что ты не владеешь легилименцией?       — Конечно, нет! — усмехнулась волшебница. — Но у тебя все написано на лице. Несложно догадаться, о чем ты размышлял.       — Как спалось? — неловко попытался сменить тему мужчина.       — Как никогда великолепно! — лучезарная улыбка озарила лицо собеседницы. — Рядом с тобой…совершенно великолепно!       — Ты… — замялся мастер зелий, — ты не жалеешь?       Гермиона привстала на цыпочки и обхватила хмурое лицо любимого ладонями. Нежно проведя пальчиками по щекам, она вынудила его склониться ближе к ней. Мягко и невесомо девушка коснулась губами холодных губ мага, не прекращая смотреть ему в глаза.       — Это лучшая ночь в моей жизни, Северус. Снейп смотрел сверху вниз на ее лицо. Оно было красиво, несмотря на шрамы от ожогов. Ее глаза были яркими, в них плескалась жизнь. Все сомнения, терзавшие его, отпали. После стольких лет разочарований, он с уверенностью мог сказать сейчас, что к нему пришло счастье. Он заслужил его, черт побери!       Стоило только ему набрать в грудь побольше воздуха, чтобы озвучить главную мысль этой сумасшедшей женщине, полюбившей его каким-то чудом, как рядом раздался хлопок и собачий лай. Оба волшебника вздрогнули и обернулись. Над высоким каменным забором была заметна только двигающаяся в их направлении остроконечная шляпа. Спустя несколько секунд, ее обладательница в неизменном зеленом бархатном платье и темной мантии появилась у калитки. Задумчиво разглядывая обитателей дома сквозь стекла аккуратных маленьких очков, директор Хогвартса деликатно кашлянула и сказала:       — Доброе раннее утро, Северус! Гермиона! Надеюсь, я не слишком отвлекла вас. У меня хорошие новости!