Meant To Be

Следующие несколько дней Гарри был на иголках, ожидая, что Том может прийти в любой момент. Любой скрип пола или ветер, бьющий в ставни, и он подпрыгивал, думая, что Реддл пришел для того, чтобы… В этом и проблема. Гарри не был уверен, что Том собирается делать. Не после того, что случилось в прошлый раз. Гарри покачал головой. Он отказывался возвращаться в эту рутину. Нельзя позволить этому случиться вновь. Поттер чувствовал то же самое влечение к Тому, что и в первый раз, но оно не было таким сильным. И все же оно было, а он ничего не мог сделать, чтобы остановить это. Не то чтобы Гарри хотел это прекращать, он бы солгал себе, если бы не сказал, что испытал облегчение от прикосновений Тома. Гарри жаждал этого с того первого раза. Ему не нравилась эта мысль, но тело чувствовало себя по-другому, оно предавало его самым худшим из возможных способов, и если это продолжится, то может стать серьезной проблемой. «Но не станет, потому что этого больше не повторится», — твердо подумал Поттер про себя. Хотелось бы ему знать, что будет дальше. Раньше он мог предсказать, что сделает Волан-де-Морт, но с тех пор, как тот узнал о Винтер… все изменилось. Волан-де-Морт, нет, Том, делал то, чего никогда раньше не делал. Проявлял эмоции. Шок, счастье, неуверенность, желание… Все это было так ново для Гарри. Как будто Реддл стал совершенно другим человеком. Но это не означало, что он не попытается что-то сделать. Вот только, что именно, Гарри не знал, а значит, должен был быть подготовленным ко всему. Он вздохнул и посмотрел на свою дочь, которая лежала на спине, расположившись на одеяле, расстеленном на полу. — Тебе так легко живется, ты знаешь? В отличие от меня. Моя жизнь так сложна, даже когда я ничего не делаю. Винтер пристально посмотрела на отца, моргнула своими ярко-зелеными глазами и, слегка улыбаясь, потянулась за соской. — Ты меня пока не понимаешь, — сказал он ей, — но это нормально. Просто лежишь и мило выглядишь. Его внимание привлек стук в дверь. Гарри наигранно удивился, глядя на дочь: — У нас посетитель! Интересно, кто это. Винтер моргнула, посмотрев на него, и время от времени дрыгала ногами, слыша его голос. Гарри улыбнулся ей. «Я не ожидал сегодня Рона и Гермиону…» — подумал он и пошел открывать дверь.

***

Том аппарировал за пределами фальшивого коттеджа и прошел мимо него к настоящему. Он одиноко стоял среди деревьев и кустов, простой и незаметный, и маг чувствовал присутствие Гарри внутри. К счастью, он не уехал. Тому действительно не хотелось снова отправляться на его поиски. Он был очень нетерпелив, желая просто уйти и вернуться сразу обратно, но у него, как у Темного Лорда, есть дела, которые нельзя было откладывать. И спустя несколько дней, пока последователи отправились выполнять новые задания, у него наконец-то появилось время повидаться со своей дочерью. Его дочь. Том все еще не мог в это поверить. У него есть дочь! Каждый раз, когда он думал об этом, на лице появлялась улыбка. Реддл должен быть осторожен, потому что нежелательно, чтобы его последователи видели, как он улыбается. Это не только вызвало бы у них подозрения, но и разрушило его имидж. Но Том ничего не мог с собой поделать. Ему было интересно, как она выглядит, как ее зовут, сколько ей уже… Было так много вещей, которые он хотел знать. В прошлый раз он… отвлекся, но в этот он добьется своего. Не то чтобы он действительно возражал против того отвлечения внимания. Это было очень, очень приятное занятие. И все же это не должно было случиться. Все его исследования в этом вопросе ни к чему не привели. Самым близким, что у него было, была Связь соулмейтов, но она имела значение только в первый раз. Согласно книге, они уже «закрепили» связь, и все же это произошло снова. Было что-то более глубокое, он просто должен был понять, что. Том поднялся по ступенькам и потянулся к дверной ручке, но остановился. «Если я хочу продолжать видеться со своей дочерью, то должен, по крайней мере, быть вежливым с Поттером. Бесцеремонное вторжение делу не поможет», — Реддл глубоко вздохнул, поправил мантию и постучал в дверь. Она приоткрылась, и появилось лицо Гарри. Он явно не ожидал его увидеть, судя по реакции, а именно, спешной попытке закрыть дверь перед носом незваного гостя. Но Реддл остановил ее ногой, прежде чем она успела закрыться. Гарри не сопротивлялся, это было бесполезно. Поэтому отпустил дверь и отступил назад, когда Том вошел внутрь. — Поттер, — небрежно произнес маг. Гарри промолчал, не зная, как ответить. Он не был Волан-де-Мортом (если бы он явился в этом облике, Поттер определенно не впустил бы его, это напугало бы Винтер), и он не назвал бы его Томом, даже если бы это его раздражало, поэтому просто ответил: — Реддл. У Тома дернулся глаз при упоминании его маггловской фамилии, но он продолжил. — Ты знаешь, почему я здесь. — Да, — сказал Гарри, — хотя я бы хотел, чтобы ты не приходил, — пробормотал он, закрывая дверь. Том услышал невнятные слова, но проигнорировал их: — Где она? — Кто? — переспросил Гарри, изображая святую невинность. — Ты знаешь, кто, — прорычал Том. Он остановился, чтобы успокоиться. — Где моя дочь? Гарри слегка напрягся и посмотрел туда, где лежала Винтер. Том уловил движение и повернулся, чтобы посмотреть. Увидев край одеяла, направился к нему. Гарри бросился вперед и поднял Винтер. — Вот она, ты увидел, теперь можешь идти. Том сделал глубокий вдох и выдохнул: — Послушай, Поттер. Я не собираюсь причинять боль тебе или ей, и я не собираюсь забирать ее у тебя. Гарри нахмурился: — Почему я должен тебе верить? — Она нуждается в своей матери, и я не собираюсь лишать ее этого. Даю тебе слово. Гарри в шоке моргнул. Он явно этого не ожидал. — Т-Ты не заберешь Винтер у меня? — спросил он. — Нет. Ее место здесь. Через секунду Гарри кивнул, ему придется согласиться, кроме того, Том дал ему слово, и к этому нельзя было относиться легкомысленно. Однако любой признак угрозы, и они отсюда уйдут. К черту то, что он отец Винтер, Поттер не станет подвергать свою дочь опасности. — Я просто хочу узнать свою дочь, Поттер, вот и все, — подбодрил его Том. — Хорошо, — наконец сказал Гарри. — Но если ты попробуешь что-нибудь… Том понимающе кивнул. Гарри глубоко вздохнул, прежде чем сесть на диван. Том последовал за ним и сел на другой конец. Поттер на мгновение крепче прижал к себе Винтер, прежде чем развернул ее и усадил на колени лицом к Тому. Именно тогда он впервые увидел свою дочь. Первым делом ему пришло в голову, что она похожа на Гарри. Большие зеленые глаза с любопытством смотрели на него из-под копны черных волос. Ее лицо было милым и беззаботным, с мягкими пухлыми щечками и маленьким ртом, в котором была соска. Она была одета в светло-розовую пижаму с чем-то похожим на медведя и выглядела совершенно довольной в объятиях Гарри. — Она прекрасна, — прошептал Том, впитывая каждый дюйм своей дочери, запечатлевая это в памяти. — Спасибо, — тихо сказал Гарри и посмотрел на Винтер. Она смотрела на Тома с нескрываемым любопытством, пытаясь понять, кто это вообще. Все, что знала — это то, что он был кем-то незнакомым. Том протянул руку, чтобы коснуться, но увидел, как Гарри крепче прижал ребенка к себе, и остановился. «Маленькими шажками», — напомнил он себе и опустил руку. — Что ж… — Тому нужно было так много спросить, но он не знал, с чего начать. — Как ее зовут? — Винтер. — Винтер? — повторил Том, нахмурившись. — Не смотри на меня так. Хорошее имя, мне оно нравится, — сказал Гарри. — Но почему Винтер, а не что-нибудь более классическое? — Поскольку она особенная, я хотел, чтобы у нее было особенное имя. Кроме того, зима — мое любимое время года, и оно ей подходит. — Так есть много других уникальных имен… — Том остановился, увидев сердитый взгляд Гарри. — Но Винтер — тоже прекрасный вариант, — Гарри удовлетворенно кивнул, — она просто Винтер или… — Ее полное имя Винтер Лили Поттер, — ответил Гарри. Том улыбнулся: — Винтер Лили… Оно приятно звучит. — Спасибо. — Сколько ей? — Три месяца. — Три? Только три? То есть она родилась… — Тринадцатого декабря, — сообщил Гарри. Было проще просто сказать ему желаемую информацию, вместо того, чтобы препираться. Кроме того, если Том вежлив, почему он не мог? — Декабрь… — пробормотал Том и слегка улыбнулся. — Что? — Ерунда, — Гарри подозрительно прищурил глаза, и Том вздохнул: — Мой в конце декабря. Гарри удивленно откинулся на спинку дивана: — О… Тогда с днем рождения. Том удивленно моргнул: — Спасибо, — пробормотал он. Когда в последний раз кто-либо говорил ему это? Очень давно, если вообще в жизни говорили. — Я думаю, что назвать ее Винтер было не просто случайностью. — Нет, когда она родилась, шел снег. — Ты был один? — с любопытством спросил Том. — Нет. Мои друзья были здесь со мной. — Хорошо, — кивнул Реддл и замолчал. — У тебя есть все, что тебе нужно? — Да. Дамблдор снабдил меня всем необходимым, — сказал Гарри. Том кивнул. — Если тебе что-нибудь понадобится… — сказал он, замолкая. Гарри понимающе кивнул и слегка улыбнулся. Было… Приятно осознавать, что он готов быть рядом со своей дочерью. Они устроились в уютной тишине, Том наблюдал за своей дочерью, пока Гарри играл с ее пальцами, которые были сжаты вокруг его собственных. Иногда их глаза встречались, когда Винтер что-то делала, и они улыбались, как улыбаются родители, когда их ребенок делает что-то, заслуживающее внимания, что с Винтер и происходило каждую секунду. После нескольких минут молчания Том заговорил: — Я… Ничего не пропустил, не так ли? Гарри на мгновение задумался, не понимая, что он имеет в виду. — О, нет, все хорошо. Она только недавно начала поворачивать голову. Все, что Винтер на самом деле делает, это лежит здесь и играет со своими ногами. Она их обожает. Том улыбнулся: — Ногами? Гарри кивнул и тоже улыбнулся: — Ты бы видел ее лицо, когда она их обнаружила. Лежала на спине и дрыгала ногами, потом подняла одну из них в воздух… — Гарри засмеялся, вспомнив. — Она посмотрела на нее и очень удивилась, вроде «откуда это взялось?». Это было так забавно. — Похоже на то, — пробормотал Том. — Есть ли что-нибудь еще, что ты можешь мне рассказать? Гарри поднял глаза и увидел в глазах Тома отчаянное желание узнать все, что только можно, об их дочери. Поттер посмотрел на Винтер, которую держал на руках, и почувствовал, как гордость переполняет его грудь. Если Том хотел знать и был готов выслушать, то Гарри был более чем счастлив побаловать его.