Meant To Be

Оставшиеся дни недели тянулись медленно, что, как казалось Гарри, было несправедливо. Все его мысли были заняты предстоящим свиданием с Томом, а оно все никак не наступало, словно издевалось над ним. Он нервничал, хотя и понимал, что не должен, ведь это всего лишь Том, они жили вместе уже несколько месяцев… но это было их первое свидание как настоящей пары. Они собирались попробовать, и именно это волновало и немного пугало Гарри. Это была новая территория для них. У Гарри было всего несколько отношений за плечами, в то время как Том был более опытным, но это были первые настоящие отношения для них обоих. Тот факт, что Том вообще пытался, был удивителен. Гарри с трудом сдерживал свои надежды, он не хотел снова испытать боль, если что-то пойдет не так. Одна мысль о том, насколько уязвимым был Том, когда извинялся, заставляла его сердце сжиматься, и надежда выплескивалась наружу — это было то, чего он хотел. Но в то же время это было страшно. Он сказал об этом, когда пришли Рон и Гермиона. —…Марк пригласил меня на свидание, — сказал Гарри, когда они устроились поудобнее, а Винтер сидела на коленях у Гермионы. — Я немного нервничаю. — Правда? Это здорово, Гарри, — сказала Гермиона, прижимая к себе крестницу. — Ты никогда не ходил на свидания? — спросил Рон. — Нет, — ответил Гарри, покачав головой. — Я почти не выходил из коттеджа, кроме как на рынок, где мы и познакомились, а у меня была Винтер, поэтому он просто приходил ко мне. — Значит, вы просто спали вместе, — закончил Рон. Гарри покраснел, но кивнул: — В общем-то да. — Неплохо. — Рональд! — отчитала его Гермиона и шлепнула по руке. Он лишь потер руку и подмигнул Гарри поверх ее головы. — Мне хотелось чего-то большего, но я не думал, что это произойдет, нас вполне устраивало то, как все было. Но теперь, когда это происходит… — Ты боишься, что что-то пойдет не так, и тебе снова будет больно, — закончила за него Гермиона. Гарри слабо улыбнулся и кивнул. Он любил своих друзей, ему не нужно было много говорить, чтобы они поняли, о чем он думает. Даже не зная всей правды, они все равно точно понимали, что он чувствует. Это облегчало ситуацию, потому что иногда он сам ничего не понимал. — Ну, не стоит слишком много об этом думать, — сказала Гермиона, — ты же раньше ужинал. — Да, но тогда я готовил сам. А здесь все по-другому. — Да, на этот раз готовить будешь не ты, — заявил Рон. Гарри бросил на него раздраженный взгляд, на что Рон лишь усмехнулся. Гермиона закатила глаза: — Я просто говорю, не раздувай из этого проблему. Это всего лишь ужин, как и все остальные. Веди себя как обычно, и все будет хорошо. — Хорошо, — сказал Гарри, кивая и пытаясь успокоиться. — К тому же, сомневаюсь, что у тебя будет время нервничать, когда здесь эта девушка, — сказал Рон, дергая Винтер за ногу. Она взвизгнула и попыталась схватить его за руку: — Дя Он! — Я что, схватил тебя за ногу? — спросил Рон и схватил ее за другую ногу. — Ух ты! — воскликнула она. — Это правда, — сказал Гарри, улыбаясь, пока Рон продолжал ее поддразнивать. — А когда у вас наконец-то будет свидание только вдвоем, мы с удовольствием присмотрим за ней. — Тогда можно по-настоящему волноваться, — добавил Рон. — Ты ничем не помогаешь, — прошипела ему Гермиона. Она внезапно ахнула и попыталась удержать Винтер, когда та игриво бросилась на Рона, но он был готов и поймал ее, подняв в воздух так, что она взвизгнула. — Я тебя поймал! — Пома-а! — воскликнула Винтер. Гермиона вздохнула с облегчением. — Она меня напугала. — Да, она быстрая, поэтому держать ее нужно крепко. — Это, должно быть, от мамы, — сказал Рон Винтер, и она громко согласилась. — Возможно, у нас появился еще один ловец. — Кто знает, — сказал Гарри, — может быть. Затем они перешли к разговору о квиддиче, свадьбе, о том, что происходит в рабочей жизни Рона и Гермионы, и о других вещах, тем самым отвлекая Гарри до конца дня. Но вот настал день их свидания, и Гарри изо всех сил старался занять себя делом, выполняя домашние обязанности, чтобы они заняли как можно больше времени, и сходив в магазин за продуктами – конечно же, в маггловском районе. Но он мало чем мог себя занять, особенно учитывая, что Винтер каждые несколько минут спрашивала, пришел ли папа, и чем ближе становилось назначенное время, тем чаще билось его сердце от волнения и предвкушения. После тысячного мытья столешницы он наконец решил, что пора собираться. — Винтер, пора купаться, — крикнул он, выходя из кухни в гостиную, где она играла. — Купа? Нет, — сказала Винтер, играя со своими кубиками. — Да, купаться, — ответил Гарри с улыбкой. — Мы сегодня ужинаем с папой, помнишь? Это привлекло ее внимание: — Папа? — Да, папа. — Папа тут? — Нет, пока нет. Но к моменту его прихода нужно быть чистой. — Цисто? — Да, ты немного вонючка. — Оке, — сказала она, встала и вытянула руки, чтобы ее подняли. Гарри лишь усмехнулся над ее логикой, поднял ее на руки и пошел наверх набрать ей ванну. — Мама купа? — Мама примет ванну позже. Сначала ванна для Винтер. — Оке. — Пора тебя помыть. Нам нужно снять с тебя одежду. — Нять! — повторила она и терпеливо стояла на месте, пока он раздевал ее. Когда в ванне набралось достаточно воды, он посадил ее туда вместе с несколькими игрушками, чтобы занять, пока будет мыть. Она особенно гордилась своими буквами из поролона. — А! — воскликнула она, поднимая букву «А». — Абус! — Да, это А — арбуз. А где Б? Она огляделась, посмотрела на плавающие буквы и нашла нужную. — Б! Бека! — воскликнула она, подняв их. — Отлично! — сказал Гарри. — Что дальше? — Воук! — Да, волк. Отличная работа! — Г! — воскликнула она, поднимая последнюю букву в ванне, потому что это было все, что она сейчас знала. — Гиб! — Да! Гриб! — гордо сказал Гарри, проводя пальцами по ее мокрым волосам. — Хочешь узнать следующую? — Да! — Хорошо. Готова? — спросил Гарри, доставая следующую букву из стопки, лежавшей под раковиной. — Да! — воскликнула Винтер, с ожиданием глядя на него. Он вручил ей букву, и она с благоговением приняла ее: — Оооо... Это? — Это Д. — Д-е-е? — Да, Д. — Д! — твердо сказала она, поднимая ее. — д! — Верно! Умница, — сказал он, и она радостно посмотрела на него. — Можешь назвать мне все буквы, которые ты знаешь? А… — А! Б! В! Г!... — сказала она, затем резко подняла новую букву: — Это! Гарри рассмеялся: — Д, Винтер, Д. — Д! — Ты такая умная. — Умая! — Ладно, пора выходить и одеваться. — Д! — лишь сказала Винтер, показывая ему букву. — Да, я понимаю, — сказал он, взяв у нее букву и отложив ее в сторону, чтобы поднять дочь и завернуть в полотенце. Выйдя из ванной, он применил свою магию для уборки и отнес ее в спальню, чтобы одеть, пока она снова и снова пропевала буквы до новой буквы Д. Одевшись, он отвел Винтер в свою спальню, затем в ванную, взяв с собой несколько игрушек, усадил ее на пол, чтобы принять душ. — Мама купа? — Да, маме пора купаться. Можешь остаться здесь и вести себя хорошо? — Да, — ответила она, кивнув. — Это моя желейная конфетка. Он зашел в душ, разговаривая с ней сквозь шум воды, чтобы понимать, что она делает, что было несложно, ведь она прижималась лицом к стеклу, чтобы видеть, что он делает. Ему нужно было лишь один раз остановить ее от того, чтобы она положила игрушку в унитаз, но в основном она вела себя хорошо. — Мама циста! — сказала она, когда он вышел. — Да, я чист. Пошли, — сказал он, открывая дверь в свою комнату, чтобы попытаться выбрать, что ему надеть. Винтер завизжала и забегала по комнате, развлекая себя, пока Гарри собирался. Четыре смены рубашек и попытка причесаться — и он был готов. Но теперь, когда он был готов, оставалось только дождаться прихода Тома, и теперь волнение начинало давать о себе знать. Гарри снова разгладил рубашку и глубоко вздохнул. «Это просто ужин, ничего особенного», — попытался успокоиться Гарри. Он не понимал, почему так нервничает. Они ужинали вместе много раз, но на этот раз они собирались КУДА-ТО пойти, на публику… на настоящее свидание. Он глубоко вздохнул и отвернулся, чтобы посмотреть, где Винтер в его комнате. Он нашел ее наполовину под кроватью, бормочущей что-то себе под нос, задрав попу вверх. Он пощекотал ее босые ноги, заставив взвизгнуть, затем схватил ее за лодыжки и вытащил наружу. Винтер хихикнула и повернулась, широко улыбнувшись ему: — Мама! — Что ты делаешь? — Игаю. — Ты играешь? — Да. — Хорошо. Ты готова идти? — Да! — воскликнула она. — А как насчет твоих туфель? Винтер опустила взгляд на свои ноги: — О нет! — воскликнула она и выбежала из комнаты, чтобы взять их, а Гарри последовал за ней. Одну из них она нашла у двери, а другую — под кроваткой. Она села на пол, и Гарри помог ей надеть носки и обувь. Как только туфли были надеты, она воскликнула: — Ова-а! — Хорошо, — сказал Гарри, улыбаясь, поднял ее на ноги и поправил юбку. Он одел ее в один из нарядов, подаренных Гермионой на Рождество. Милая бежево-темно-коричневая клетчатая юбка и пушистый коричневый свитер с большим карманом спереди. К нему даже прилагалась маленькая сумочка в тон, в которую Винтер положила угощения для Хедвиг в виде сов и игрушечную машинку. Он собрал ее волосы в небольшой боковой хвостик на макушке. Она выглядела так мило! — Хорошо, тогда пойдем ждать папу, — сказал он, поднимая ее на руки и спускаясь вниз. — Папа! — радостно завизжала она, хлопая в ладоши. Гарри лишь улыбнулся, глядя на ее восторг, как это было каждый раз, когда Том подходил и целовал ее в висок. Как только он опустил ее внизу лестницы, она бросилась в гостиную, где у окна, открывавшегося само собой, когда она хотела вылететь, стояла подставка для Хедвиг. Винтер порылась в своей маленькой сумочке, достала лакомство и протянула его: — Эдиг! Хедвиг спустилась на нижнюю перекладину своей подставки, оказавшись на одном уровне с Винтер, и взяла предложенное лакомство, отчего та захихикала. Затем она погладила мягкие пушистые перья. — Нежно, — напомнил ей Гарри. — Нена, — повторила Винтер и продолжила гладить полярную сову, которая, радуясь вниманию, чистила перья. Им не пришлось долго ждать Тома, так как он был всегда пунктуален, поэтому ровно в пять часов вечера раздался стук в дверь. Винтер взволнованно подбежала прямо к двери: — Папа? — спросила она, хлопнув по двери ладонями. — Проверь окно. Она выглянула в окно и увидела Тома. — Папа! — закричала она. — Мама, окой, окой! — сказала она, потянувшись к дверной ручке, за которую теперь могла ухватиться, но повернуть не могла. — Подожди, я открою, — сказал он, приподняв ее и легко отодвинув в сторону, чтобы открыть дверь. Как только он вошел, она тут же бросилась к Тому и крепко держалась за него, пока он не поднял ее на руки. Гарри было ужасно стыдно, что он не пускал ее к отцу, но этот ужин был первым шагом к попытке вернуться к новой нормальной жизни. — Ты готова? — спросил Том Винтер, и она кивнула, снова ответив: — Да! Затем он посмотрел на Гарри, вопросительно приподняв безупречную бровь. Гарри кивнул: — Позволь мне только взять пальто. Пока Гарри ходил к шкафу, Том немного оттянул Винтер назад, чтобы рассмотреть ее наряд. — Ты очень красивая, Винтер. — Касива? — спросила она. — Да. Мне нравится твоя юбка, — сказал он, слегка дернув ее за край ткани. Винтер лишь улыбнулась и похлопала по тому месту, которого он коснулся. — Винтер, скажи папе спасибо, — сказал Гарри, надевая пальто. — Сибо, — сказала она. — Пожалуйста, — сказал Том и опустил ее на пол, чтобы Гарри тоже мог надеть на нее пальто. — Ты тоже очень хорошо выглядишь, — сказал Том Гарри. Гарри почувствовал, как покраснело его лицо, и сосредоточился на застегивании пуговиц на пальто Винтер. — С-спасибо, — закончив, он повернулся к Тому: — Так куда мы идем? — Ресторан для магглов. Не думал, что ты захочешь, чтобы нас узнали. — Фу, нет, — согласился Гарри, сморщив нос от отвращения. — Я даже не знаю, с чего начать объяснения, откуда она взялась, — сказал он, сжимая щеки Винтер, отчего она захихикала. — Тебе все равно придется это сделать. — Я знаю. Просто не сейчас. Я не готов и все еще пытаюсь во всем разобраться… — Понял, — сказал Том и поднял Винтер на руки. — Я аппарирую нас в ресторан, — сказал он и повернулся к Винтер. — Готова? — Да, папа! — воскликнула она. — Хорошо, держись крепче. — Оке, — сказала она, уткнулась лицом ему в шею и крепко обняла его. Том посмотрел на Гарри и протянул ему руку. Гарри глубоко вздохнул и подошел ближе, чтобы Том мог крепко обнять его, и как же это было приятно. Через мгновение комната исчезла, и они аппарировали прочь. Они оказались в переулке между магазинами на оживленной мощеной улице, и неподалеку слева Гарри увидел парк и широкую реку у железнодорожных путей. Он никогда раньше не бывал в этом месте, поэтому не знал, где находится. — Отсюда нужно немного пройтись, — сказал Том, выводя их из переулка. — Ой-ой, — сказала Винтер, лишь оглядываясь, а затем начала ерзать. — Ити. — Хочешь прогуляться? — Да, — согласилась она. Том поставил ее на землю и взял за руку, чтобы она не убежала. — Мама! — сказала она, потянувшись к Гарри. — И мою руку тоже? — Да! — Хорошо, — сказал он и взял ее за другую руку, чтобы она шла между ними. Это очень обрадовало ее, и она, сияя, оглядывалась вокруг. — Где мы? — спросил Гарри, присоединившись к Винтер и оглядываясь по сторонам. — Неподалеку от Брикстона, в Баттерси. Тут есть очень хороший итальянский ресторан. Он находится чуть дальше. Они завернули за угол и оказались рядом с рекой, которая тянулась вдоль тротуара и протекала под мостом. Вдоль тротуара располагались магазины, где ходили покупатели-магглы. На углу стояло большое здание, застекленное окнами, которое, казалось, было частью чего-то другого. С одной стороны были столики с сиденьями под огромными зонтами, а вокруг дверей было много зелени — горшечные растения и длинные кашпо с высокими папоротниками. Слева, немного смещенная от центра, находилась дверь с золотой надписью «Fiume». — Ты уверен в этом, Том? Выглядит очень… нарядно, — сказал Гарри, чувствуя себя недостаточно одетым. — По сравнению с другими местами, которые я рассматривал, это довольно спокойное место. — Правда? Боже, теперь интересно, куда ты нас поведешь в следующий раз. — Главное, чтобы был следующий раз, — сказал Том. Гарри лишь отвел взгляд, чувствуя, как румянец ползет по его шее. Том мягко улыбнулся. — Все в порядке. Просто доверься мне. Том пошел впереди и направился к ресторану. Гарри догнал его, так что они шли вровень, и Винтер могла идти между ними. Когда они дошли до ступенек, ведущих к зданию, каждый из них крепче схватил Винтер за руки, поднял ее и понес вверх по ступенькам, пока она радостно визжала. Затем Том открыл им дверь и последовал за ними внутрь. Как только они вошли, официантка оживилась и улыбнулась им. — Столик на двоих? — она посмотрела вниз и увидела, как Винтер смотрит на нее снизу вверх. — И еще на половинку? — Да, пожалуйста, — согласился Том. — Хорошо, следуйте за мной, — сказала она и проводила их к столику в дальнем углу, где было более уединенно. — Вот, пожалуйста, — сказала официантка, раскладывая два меню и детский листок для рисования с цветными карандашами. — Позвольте мне принести вам детский стульчик, — с этими словами она повернулась и ушла. Том отодвинул для Гарри стул, и тот сел, устроив Винтер у себя на коленях. Девочка тут же потянулась к завернутым столовым приборам на столе, но Гарри остановил ее руку. — Не трогать. — Нет, нет? — спросила Винтер. — Да, прикасаться нельзя. Официантка вернулась с детским стульчиком и поставила его в угол стола. — Спасибо, — сказал Гарри, усаживая Винтер на сиденье, а Том помог ей просунуть ноги в отверстия. — Сибо! — повторила Винтер, заставив официантку улыбнуться. — Для начала принести напитки? — Э-э… — начал Гарри, не зная, какие маггловские напитки существуют. Дурсли ведь никогда не водили его куда-либо. — Вода? Официантка, Рэйчел (судя по ее бейджику), кивнула и повернулась к Тому. — Бутылку вашего Pieropan Soave Classico. — Поняла. А что насчет малышки? — Яцо! — объявила Винтер. — Нет, никакого яйца, — сказал Гарри с улыбкой, — что будешь пить. — Э-э… ​​Ок, — сказала она затем. — Если есть, то яблочный сок, — уточнил Гарри. — Я сейчас же все принесу. — Пока! — воскликнула Винтер, помахав пальцами. — Она вернется, — сказал Гарри, поправляя ее локоны. — Ага? — Да, — согласился Гарри. — Оке. Гарри показал ей лежащие на столе цветные карандаши и бумагу для рисования и позволил ей рисовать сколько душе угодно. Отвлекшись, Гарри огляделся вокруг. Ресторан оказался просторне, чем он предполагал, подойдя к нему. Интерьер был оформлен в белых, светло-голубых тонах и с использованием натурального дерева. Сразу у входа слева располагалась барная стойка со стульями, стены были украшены разноцветными бутылками, а над стойкой висела подвесная полка для бокалов. В глубине зала находилась открытая кухня, от зала ее отделяла лишь островная стойка, а в левом углу стояла печь для пиццы. Из обеденного зала можно было наблюдать за приготовлением еды. Сам зал был разделен на две части деревянной перегородкой, по которой, словно по шпалере, вились растения. В первой части, возле входа, стояли два длинных высоких стола со стульями по обеим сторонам. Справа располагались обычные столики и длинный диван вдоль стены. За перегородкой была почти такая же планировка, но дальше стояло несколдько столов на четверых и один длинный стол у окна на шесть человек. Гарри и Том сидели во второй части зала, с учетом интересов других посетителей, поскольку у них был ребенок. — Это место действительно прекрасное, — прокомментировал Гарри. — Я рад, что тебе нравится, — сказал Том. — Итак, — сказал Гарри, беря меню, — что-нибудь порекомендуешь? — Зависит от того, чего ты хочешь. Баранина хороша, как и треска, или ты можешь заказать пиццу. — Я видел там печь для пиццы, но пиццу можно заказать где угодно… все выглядит очень аппетитно. — Если хочешь, мы можем разделить блюдо на двоих, чтобы ты смог попробовать разные варианты, — предложил Том. — Мы можем это сделать? — спросил Гарри. — Конечно. — Хорошо, тогда... ягненок. — А я возьму треску, она очень вкусная. — Отличный план. Что же мы возьмем ей? — спросил Гарри, указывая на Винтер, которая все еще была сосредоточена на раскрашивании. — На обороте есть детское меню, — сказал Том, переворачивая меню, и Гарри сделал то же самое. — Детское меню, как мило, — сказал Гарри, просматривая ограниченный выбор блюд. — Винтер, что ты хочешь съесть? — Яцо! — сказала она. —Здесь нет яиц, желейная конфетка. — Пюе, — ответила она. — Картофельное пюре? — спросил Том. — У них есть картофельное пюре. — Ты хочешь курицу или пиццу? — спросил ее Гарри. —Мы можем разрезать ее на кусочки. — Куицу, — объявила она после недолгой раздумья. — Мама мотли! — сказала она, показывая свой рисунок. — Очень красиво. Значит, ей достанется курица. Том кивнул, и как раз вовремя, официантка Рейчел вернулась с напитками. На стол перед каждым из них поставили стакан воды, детский поильник с яблочным соком для Винтер и бутылку вина. — Вы готовы сделать заказ? — Э-э, да. Я закажу жареную баранью вырезку, — сказал Гарри. — А я закажу треску гуаццетто, — приказал Том, а затем положил руку на голову Винтер. — Она закажет… — Куицу! — прервала Винтер. Том улыбнулся: — Курицу по-милански. — Конечно, — сказала Рейчел, записывая их заказ. — Это все? — Да, спасибо, — сказал Том, и она ушла. Он открыл бутылку вина и налил в два бокала, стоявших на столе. — Папа пить? — спросила Винтер, хватая свой стакан. — Нет, дорогая, только для меня и мамы, — сказал Том. — Ах, — надула губки она, а затем ее внимание переключилось на пустые стаканы на столе, и она тоже потянулась к ним. — Винтер, нет, — предупредил Гарри, выхватывая их у нее и кладя на соседний стол. — Оцю! — Нет, — строго ответил он, а она надула щеки и вернулась к рисованию. Он лишь надеялся, что на этом все закончится. Они и не подозревали, что это было только начало. Обычно Винтер вела себя хорошо, но это было потому, что они были дома. Это был их первый поход в ресторан, и все было новым и удивительным, и ей непременно хотелось это попробовать. Когда принесли еду, Гарри разрезал курицу на более мелкие кусочки и поставил перед ней тарелку с ложкой, которую принес из дома — ложкой, которая была удобнее для ее рук. Сначала она пользовалась ею, но вскоре начала есть руками, пачкая лицо, стол и пол картофельным пюре. Никакие увещевания типа «Винтер, используй ложку» не могли ее остановить. Она просто говорила: — Оська? — поднимала ложку и держала ее в кулаке. Использовала ее какое-то время, а затем снова начинала брать курицу пальцами, энергично размахивая ложкой, и картофельное пюре разлеталось во все стороны. Гарри лишь с облегчением вздыхал, убирал за ней, Том помогал ему незаметной магией и продолжал пытаться заставить ее нормально поесть. А потом был ее постоянный поток разговоров и вопросов. Опять же, дома все было хорошо, но на публике, в ресторане, где собрались люди за ужином… это было уже совсем не то. Винтер была заядлой гурманкой и открыто об этом говорила. — Кусно, папа! — Хорошо, дорогая. Говори потише. — А? — Говори потише, — повторил Гарри. — Исе? — Да, здесь другие люди, они тебя слышат. — Ой-ой, — говорила она, прикрывая рот рукой, а затем, после недолгой паузы, снова начинала говорить громко. Она ничего не могла поделать, ей был всего год. Но большую часть свидания они пытались заставить ее поесть и успокоить. И все же, несмотря на это, Том и Гарри улыбались друг другу через стол, разделяя общее разочарование и веселье. К тому же, еда была действительно вкусной. Баранина, которую заказал Гарри, была очень нежной и сочной, и ему удалось попробовать треску, которую заказал Том, — она тоже была очень хороша. Винтер тоже попробовала, ей понравилась баранина, но не треска, потому что она сморщила свой маленький носик и сказала: — Фу! Им придется попробовать еще раз позже, когда у нее будет более утонченный вкус. После еды они прогулялись по набережной, Винтер шла между ними, иногда они ее покачивали, чтобы рассмешить. Они заглядывали в витрины магазинов, чтобы увидеть, что внутри, и даже заходили в некоторые из них, чтобы осмотреться. В одном из магазинов Гарри купил кое-что для кухни, а в другом — небольшой сувенир с изображением электростанции Баттерси, чтобы он не забывал об их первом свидании. Когда Винтер начало клонить в сон, они решили закончить вечер, и Том отвел их домой. Том помог ему отнести Винтер наверх и искупать ее еще раз, после чего она чуть не уснула, поэтому ему пришлось ее подержать. Когда ее одели в пижаму, Гарри нежно покачал ее из стороны в сторону, и прежде чем он успел дойти до кресла-качалки, она уже уснула. Поэтому, работая вместе, они положили ее в кроватку и укутали, чтобы ей было тепло и уютно рядом с ее плюшевым мишкой. — Ну, это не заняло много времени, — прошептал Гарри, когда они выходили из комнаты. — Сегодня она много ходила и двигалась, и ей было очень весело, — ответил Том, следуя за Гарри вниз по лестнице. — И животик у нее был хорошо наполнен, — добавил Гарри. — Мне кажется, она в итоге размазала большую часть еды, вместо того, чтобы съесть ее. Гарри рассмеялся: — Это правда, — сказал он, обернувшись возле двери. — Я тоже хорошо провел время. — Я рад, — сказал Том, изо всех сил стараясь не протянуть руку и не прикоснуться к нему, хотя ему очень этого хотелось. — Мы можем повторить это? Гарри еще раз подумал: — Да, — сказал он, покачиваясь на месте, крепко сжимая собственные руки за спиной. — Я бы хотел. Может быть, без нее? — Отличный план. На следующей неделе? Гарри кивнул с улыбкой. — На следующей неделе. — Хорошо, — сказал Том, отступая к двери, чтобы как можно дольше держать Гарри в поле зрения. — Спокойной ночи, Гарри. — Спокойной ночи, Том, — тихо ответил Гарри. Они молча смотрели друг на друга, после чего Том повернулся и вышел за дверь. Гарри выдохнул весь воздух, подошел, чтобы запереть дверь, и откинулся на нее. На секунду ему показалось, что Том вот-вот поцелует его, и он не был уверен, что смог бы ему отказать. Он скучал по Тому, скучал по общению с ним, но знал, что еще не готов. Пока нет. Но если все пройдет так же хорошо, как сегодня вечером, это вполне возможно в будущем. Хотя сегодняшнее свидание прошло не совсем так, как он ожидал, оно все равно было самым веселым за последнее время. Просто быть вместе как семья, как раньше… одна мысль об этом заставляла его сердце биться чаще. Но все равно потребуется время, чтобы вернуться к тому, какими они были раньше. Нет. Даже больше, чем к тому, какими они были раньше. Гарри не мог дождаться.