Пальментинский переворот: Санта-Гардо

На территории миларетовской Пальментины было расположено двадцать пять биолабораторий ОФО. Они находились там под предлогом борьбы с рвзличного рода инфекциями. Но каковой же была их истинная цель? Названия они носили самые обычные, никак не отражающие своих истинных намерений. Одна из них, например, называлась: «Научный центр общественной медицины Джона Смита.» Между тем для граждан Пальментины было очевидно то, что центр являлся местом проведения опасных экспериментов Рейчелтона и располагался в 15 км от Санта-Гардо. Как стало известно, в лаборатории вели деятельность биологи из ПОМИФО — Пальментинского Объединения Медицинских Исследований Файлендских Областей совместно с местными специалистами, которым вход в третий уровень лаборатории был строго запрещен. Питер Рэд и Джерри Стенфорд сидели в столовой и разговаривали. — Ну что, как поживаешь? — спросил его Питер Рэд, окинув взглядом. В руке у него была вилка. — Зажили уже ссадины? — Да, Пит. Все хорошо. Не переживай. — Я и не переживал. Хех! «Просто поразительно! Мне даже не приходится притворяться добреньким. Этот дурак принимает меня таким какой я есть. А все потому что я не позволяю его избивать и унижать другим курсантам. Он предан мне как собака. Проиграем ли мы войну, выиграем ли, для меня значения не имеет. Я все равно убью Решетникова.» — думал Питер Рэд, жуя кусок мяса. Под его глазами были темные круги. Было видно, что он устал за этот год. «Как же неприятно жрать, когда у тебя стоматит.» — подумал Питер Рэд, когда кусочек мяса коснулся язвы. Рядом с Рэдом и Стенфордом сидел еще один курсант. Его звали Энтони Холанд. Он был наполовину конгрейцем. Его кожа была бледной, как мел. Лицо с глазками-щелочками напоминало маску. — Знаешь, у меня мама заболела. — сказал вдруг Джерри Стенфорд и почесал ладошкой за ухом. — Что с ней? — спросил Энтони Холанд. — Чесотка. Пока я точно не знаю что это. Надеюсь, что все будет хорошо. Она недавно вернулась из Пальментины. Может ее укусило какое-то насекомое? — Хм. — задумчиво произнес Питер Рэд. — Были ли высыпания? — Да, темные петехии. — Насколько мне известно в Пальментине нет насекомых, которые разносят болезни с подобными симптомами. Ты ничего не путаешь? Может быть это маллярия? — спросил Энтони Холанд. Он был сыном биолога и потому хорошо разбирался в естественных науках. — Нет. При маллярии нет такой сыпи. — ответил Джерри Стенфорд. — А с чего ты вообще взял, что она заразилась в Пальментине? — задал вопрос Питер Рэд, а потом взял кружку с кофе и сделал несколько глотков. — В Файлендских Областях тоже нет подобного вида мух. — стал говорить Энтони, поправляя очки. — Если я правильно понял, ты говоришь о темной сыпи на коже. Возможно ее укусила лагардова муха. Внешне она такая, желтая. Но проблема в том, что лагардова муха не обитает ни в Пальментине, ни в Файленде. Она обитает в странах Дальнего Востока, насколько мне известно. Все это странно. Может кто-нибудь из знакомых твоей матери был на Дальнем Востоке? — Нет. Точно никого. — ответил Джерри. Было видно, что он взволнован. — Хм, может быть кто из военных? Есть знакомые военные? Сейчас как раз идет война в Минае. Может быть кто-нибудь из наших летчиков подцепил эту заразу и привез с собой? Может быть у знакомых твоей матери есть знакомые военные? — Вполне может быть. Но Энтони Холанд ошибался. Мать Джерри Стенфорда заразилась именно в Пальментине, а лагартовы мухи попали в Пальментину из-за опытов, проводимых в файлендских биолабораториях. — А что это за болезнь? — спросил Джерри Стенфорд. — Ты случайно не знаешь? Темная сыпь. — Точно не могу сказать. Темная сыпь является симптомом многих заболеваний. — А например какого? — Разве доктор ничего не сказал? — Я пока не знаю. — Ну значит надо просто подождать. А какие еще были симптомы? — Температура. Озноб. Рвало. Исходя из данных местного ветеринарного департамента, ни одна проба, взятая в трущобах, являющимися очагом болезни, не дала положительный результат. Эдгардо Миларет заявлял, что инфекция передалась людям от коров. Ученые считают, что болезнь распространялась искусственно потому что, когда произошло первое заражение человека, начались научные проекты министерства обороны ОФО в Пальментине. — Будем надеяться, что все будет хорошо. — сказал Энтони Холанд. — Слушайте! А может быть Стенфорд теперь заразен?! — внезапно выкрикнул Питер Рэд и как можно дальше отодвинулся от него. — Не подходи ко мне! — Во всем есть плюсы. — сказал Энтони Холанд и хихикнул. — Он не посмеет тебя тронуть и другие тоже. — Чувствую я, что училище закроют на карантин. — сказал Питер Рэд, — Это все ФСР! Спецслужбы Койнотистической Федерации! Это, благодаря им, в ОФО попала инфекция! — Ну, об этом никто не знает. — сказал Энтони Холанд. — Доказательств этому нет. Может быть просто какой-нибудь вирус просто мутировал. — Но я уверен, что это все койнотисты! Они всегда стремились навредить нам. Ты разве не ненавидишь их? — произнес Питер Рэд и оскалил зубы. — Мне на них пофиг. — ответил Энтони Холанд и сделал несколько глотков кофе. — Училище обязательно закроют на карантин! Вот увидишь! — Ну закроют и закроют. — Ты понимаешь, что мы можем все сдохнуть? — Ну сдохнем и сдохнем. Что поделаешь? — В смысле? Тебе просто плевать на нашу страну! — Мне не плевать на страну. Я просто не паникер. — А ну повтори, что сказал?! — заорал Питер Рэд и стукнул кулаком по столу. — Ты именно паникуешь. И не забывай, у меня черный пояс по карате. Я-то смогу заткнуть тебе глотку в любой момент. И не горячись, а то придется пить таблетки. Энтони Холанд сделал все чтобы раздранить Питера Рэда. Он словно бы махал мулетой перед быком. Питер Рэд занес кулак над головой Энтони Холанда и началась драка. В это время в столовую зашел лейтенант Ландерс. Не успел он опомниться, как со стола полетела кружка и забрызгала ему форму. За эту драку оба курсанта были помещены в карцер.