Племянник

      Скарлета качнуло в карете. Он зевнул, прикрыв рот рукой, и потëрся щекой о чужое плечо. Такое мягкое, удобное, мясистое. Плечи Томаса были совершенно другими. Острыми, угловатыми, а тут сама мягкость. Мистер Брэнсон ещё больше стал походить на медвежонка.       Вышеупомянутый мужчина слегка качнул плечом, отчего его камердинер недовольно забурчал и засопел. Спать хотелось всем, ведь выехали они в пять часов утра. — Нам пора выходить, — оповестил слугу Том и рассмеялся, увидев красные пятна на лице Скарлета. — И будь добр, не говори Томасу, что лежал на моём плече. Иначе он не простит мне этого. — Это будет нашим маленьким секретом, — пробормотал сонный Скарлет и вышел из кареты. Солнце ударило в лицо, он поморщился от яркости и холодного ветра, который дул с моря. — Каким по счету? — усмехнулся Том. — Пятым, — сладко протянул Аддерли и пошёл за багажом сира.       Лорд Грэнтем решил со своей семьей приехать на море на несколько дней. Не смогла присоединиться к веселью только леди Эдит, месяц назад покинувшая дом и отправившаяся отдыхать к тёте Розамунд. Из слуг были взяты немногие. Чета Бейтс, миссис Бакстер, Томас, Скарлет и Джеймс. После обеда, когда все господа были накормлены и желали прогуляться, слугам позволили несколько часов провести на море, искупаться и повеселиться.       Стоит ли говорить, кто первым залез в воду? Конечно же, Скарлет.       Со слугами остались немногие. Только Том, который чувствовал себя одиноко и неуверенно, поскольку детей было решено оставить с бабушками, остался со слугами. Он, как медвежонок, ходил рядом со Скарлетом, будто тот был его мамой-медведицей. Приходилось стойко переносить злые взгляды папы-мишки-Томаса.       Брэнсон устроился на берегу, когда Скарлет отошёл достаточно далеко, чтобы порыбачить. Он прислушивался к разговору слуг, которые играли в карты. Мистер Бейтс с лёгкостью обыгрывал Джеймса, отчего господин слегка радовался в душе. — Так странно, — хмурится Кент после очередной победы Бейтса. Он смотрит на своего приятеля. — Обычно Томас всех обыгрывает.       Камердинер с ухмылкой взглянул на Барроу, который с хмурым видом вглядывался в свои карты и молчал, словно ничего не слышал. Даже Том обернулся, чтобы увидеть его лицо. Мужчина подозревал, что дворецкого мучила ревность, не дающая ему развлекаться и обыгрывать своих соперников. — Я выигрываю, пока он не улыбается, — усмехается Бейтс и продолжает игру.       Барроу хотел что-то недовольно буркнуть, но в него прилетело мокрое полотенце. Он обернулся, и уголки его губ взмылись вверх, когда рядом уселся довольный Аддерли. — Скучал по мне? — с ухмылкой интересуется камердинер. — Скучал по победам, — отвечает Томас и поворачивается к Бейтсу, который состроил шутливо-недовольную гримасу.       Скарлет усмехнулся и повернулся к Тому, чьë сосредоточенное лицо не давало юноше покоя. Он схватил его за рукав и потянул на себя, призывая повернуться. Брэнсон ласково улыбнулся под пытливым взглядом Томаса: — Скарлет, тебе что-то нужно? — Раз вы здесь и смотрите на меня с улыбкой, то ни о чем большем я и мечтать не смею, — с нежностью отвечает Аддерли и отпускает рукав мужчины. Том неловко улыбается и поворачивается обратно, надеясь, что Томас не прожжет его рубаху одним взглядом. — То есть, — решил уточнить дворецкий. — Если Брэнсон рядом, то всё хорошо? — Томас, ты тоже здесь, — улыбнулся Скарлет и вцепился в чужую руку, чтобы потом носом зарыться в шею Барроу.       Идеальнее свидания Аддерли и представить себе не мог.