Сердце титана

      Дик открыл глаза. Наверняка прошло не больше пары часов, хотя здесь, в этом прохладном темном месте, конечно, определить время было невозможно. Тревога закопошилась в груди неприятным комом, когда Дик обернулся и не увидел ни Роки, ни Эзры. Но первый тут же появился рядом, по своему обыкновению расплывшись в воздухе из крохотного пятна в совсем не крохотное чудовище.       — Где Эзра?       Роки прижал палец к безгубому рту и качнул головой в сторону ящиков. Эзра лежал за одним из них, завернувшись в свое потрепанное одеяло. Дудочка так и лежала в его расслабленных пальцах. Дик осторожно встал и на цыпочках пошел к выходу из пещеры.       Водопад встретил его ледяными брызгами. Солнце уже перевалило за полдень и скрылось по ту сторону титана, так что на этой стороне царила прохладная тень. Дик присел на краю уступа возле стены, глуповато болтая ногами над пропастью. Он не думал, что сон поможет, и все-таки ему стало легче. Словно все внутри него, замерзшее до огрубения, но не до боли, потихоньку начало оттаивать.       — Нужно что-то придумать, — сказал он, обращаясь к тихо рокочущему другу. Роки присел рядом, не обращая внимания на брызги, проходящие сквозь него. Отблески света играли и переливались на его полупрозрачном теле. — Что-то впечатляющее и отважное.       — И безумное, — ухмыльнувшись, добавил Роки. Дик кивнул.       — Именно. Что-нибудь… как делали Гиллель и Пак в истории о трёхглавой рыбе, то, что бы полностью повернуло историю в другую сторону. Есть идеи?       — Ты у нас мастер придумывать. — Пожал плечами Роки. — Постоянно что-то устраивал, когда мы были дома. Даже в последний день умудрился сбежать от Ноя.       Дик кивнул. Взгляд его был полностью прикован к Пятому. Казалось, он совсем близко, и можно спрыгнуть к нему и приземлиться рядом, даже не ударившись. Возможно, он бы и в самом деле не ударился, если бы спрыгнул — вернее, не почувствовал этого, потеряв сознание в долгом полете. Дик поежился от этой мысли. Не ему было страшиться высоты, но не будь в нем этого страха, вряд ли он был бы еще жив.       — Как думаешь, я смогу использовать магию?       — Что?       — Магию, чтобы спуститься туда. — Дик качнул ногами в пустоту. — Помнишь наш разговор с Фридой? Я вот все думаю: раз я смог вылечить ногу Рут…       — То сможешь и полететь? — закончил Эзра, внезапно подходя сзади. Дик дернулся от неожиданности, едва не свалившись, но Эзра успел удержать его за воротник. — Эй, тише! Ты пока не полетел!       — Добрый… что сейчас? Вечер?       — Вроде бы вечер. — Неопределенно пожал плечами Эзра. Он уселся рядом, едва не пройдя насквозь раздосадованного Роки. Дух перелетел на другой выступ в стене, сделав вид, будто так он и собирался сделать. — Скоро стемнеет. Так что ты там говорил?       — Да ничего толком не успел. Я просто думаю… может, я смогу как-то использовать свои силы? Может, все-таки от нее есть больше толку, чем зажигание фонариков. Не зря ведь Сильвестр пытался подговорить меня остаться.       Эзра отвел взгляд, всем своим видом показывая, что не хочет возвращаться к этой теме. Он вытащил из кармана один из свертков, который оставила им Рут. Дик развернул — внутри оказался небольшой прямоугольник из плотно сжатых зерен, теста, орехов и какой-то травы.       — Обычно это варят, но с дровами у нас пока натяжка. — Пожал плечами Эзра и, достав еще один сверток, с хрустом принялся его грызть. — А что Роки?       — Думаю, что у нас нет выбора, — устало ответил Роки. — Нам ведь нужно найти секрет как можно скорее. Но мне не нравится это. Я плохо себя чувствую, Дик.       И он робко приобнял себя за плечи. Пусть он и выглядел плотнее, чем до сна, но даже сейчас сквозь него просвечивали трава и какие-то камни в земле. У Дика невольно сжалось сердце. Он почти автоматически передал слова духа Эзре.       — Я постараюсь потратить как можно меньше магии, — пообещал он. — Честно. Ты мне веришь?       — А как еще. — Роки улыбнулся и приподнял голову, заглядывая Дику прямо в глаза. И Дик в этот момент заставил себя повторить данное обещание еще раз, и еще, пока оно не отпечаталось в памяти как следует. Он не позволит себе допустить, чтобы Роки стало хуже. Что, если он совсем исчезнет?..       — Извиняюсь, если прерываю лиричную сцену, — вмешался Эзра. — Но как ты вообще собираешься нас спускать? Создашь из воздуха волшебный лифт? Прилетят какие-нибудь огромные птицы или что-то в этом духе?       — Без понятия.       Эзра не ответил, лишь медленно вдохнул и воздел руки к небесам, видимо, призывая богов посмотреть на неизмеримое ничтожество и ущербность его непутевого друга. Это выглядело бы обидно, если бы изо рта Эзры не торчал недоеденный паек. Дик фыркнул и перевел взгляд на свои руки. Они не казались ни волшебными, ни хотя бы выдающимися по сравнению с чужими. Но нужно было заставить их колдовать.       Когда Дик лечил ногу Рут, это казалось совсем простым. Все было естественно, словно никак иначе и быть не могло. Но сейчас он понятия не имел, что нужно делать. А потому занялся тем, что умел пока лучше всего: воображать.       «Создать что-то будет слишком сложно. Может, в самом деле призвать птиц? Попробовать починить планер? Думай же, как ты можешь полететь?..»       Он сосредоточился. Внимательно прочувствовал все вокруг: прохладный ветерок, камень, на котором он сидит, воздух, который вдыхает, влажные брызги водопада. Стараясь сохранить все это в себе, Дик принялся делать сложные пасы руками, словно хотел заплести самого себя в косу. Но время шло, ничего не происходило. Никакого ощущения тепла или хотя бы намека на что-то необычное.       — Как прогресс? — Раздался рядом неожиданно громкий голос Эзры.       Дик вздрогнул и дернул головой в его сторону. В голове пронесся добрый десяток мыслей: «Я сбился», «Что он тут вообще делает?», «Мне нужно полететь, а он меня отвлекает!».       — Как видишь, пока на месте, — сердито проворчал Дик, открывая глаза. — Это не так просто. Будь здесь Фрида, она бы, может, и объяснила что-нибудь, но я пока совсем не понимаю, как вся эта магия работает.       Пожалуй, впервые за все время пути Дик вспомнил о фигурке дракона, все еще висевшей на его шее. Конечно, помочь это никак не могло, но Дик достал шнурок с драконом. На его спине все так же сидела грубо вырезанная фигурка Гиллеля. Дик огладил распахнутые крылья и вспомнил сон, что приснился ему по пути к Четыре-Тринадцать. Сейчас тот ужас, что он испытал, казался лишь дальним отголоском эмоций. Но Дик хорошо помнил сон, помнил полет на драконе. И это-то и было важно.       Деталь за деталью, осторожно доставая из памяти все пережитые чувства. Холодный ветер и влага. Золотистая чешуя дракона. От нее исходили одновременно тепло и прохлада. Серое неспокойное море далеко внизу. Леса, раскинувшиеся на величественных руках и спинах. Четвертый титан, к которому летел Алтай…       Дик вспоминал, стараясь воспроизвести все с абсолютной точностью, и при этом не добавить ничего чужого. Полностью повторить в своей голове это чувство полета. И даже падение вниз под черным ночным небом.       — Ты чего творишь?! Стой! — разнесся рядом и вдруг откуда-то сверху перепуганный крик. Дик не слышал. Чувство полета настолько захватило его, что он уже чувствовал ветер на своей коже, словно вернулся в тот сон.       А то, что он на самом деле камнем летит вниз, Дик понял лишь спустя несколько секунд — когда он ударился плечом об какой-то острый камень, выпирающий из наклоненного корпуса Первого титана. Боль мигом выдернула его из задумчивого созерцания воспоминаний. Он оттолкнулся и полетел дальше в опасной близости от всё той же спины титана. А перекошенное лицо Эзры стремительно удалялось.       «Но все в порядке. В тот раз я выжил. И когда летал на Алтае — тоже не пострадал. Сейчас все тоже будет хорошо, верно? Я ведь не могу умереть. Я ведь волшебник!»       Дик бегает быстро, но иногда ему нужно замедлить бег. Эта мысль совершенно не подходила под ситуацию, и все-таки Дик уцепился за нее, словно за спасательный канат: он просто слишком быстро бежит, нужно успокоиться. Успокоиться.       И впрямь — трава и камни справа от Дика перестали мельтешить. Он замер в воздухе, словно тополиный пух. Дик улыбнулся и сунул шнурок с фигуркой дракона обратно под куртку. Рядом на камнях стоял Роки, и на его одежде, на рогах и в глазах блестели золотистые линии, словно кто-то залил в него чистый солнечный свет.       — Как ты? — спросил Дик. Без сомнения, это был самый глупый вопрос, который можно было задать в его положении.       — Все хорошо. — Кивнул Роки. — Не отвлекайся.       «Замедлить бег, — повторял Дик про себя. — Замедлить полет… слышишь, не ускоряйся!»       Он сделал несколько шагов вверх, но шаги эти вышли куда длиннее, чем может сделать обычный человек. Дик тут же шагнул на каменный выступ рядом с побледневшим Эзрой.       — Ага… понятно… — слабым голосом пробормотал парень. — В следующий раз будь так любезен, предупреждай, прежде чем сигать в пропасть.       — Бери быстрее вещи, — сказал Дик. — Мы полетим!       — В каком смысле «мы полетим»? Ты издеваешься? А если ты вдруг потеряешь контроль? — Видимо, вся уверенность в силах Дика покинула Эзру вместе с самообладанием. Дик выразительно посмотрел на него, всем видом желая показать, что, если Эзра не возьмет себя в руки, он полетит один. Эзра, видимо, понял и быстрым шагом направился вглубь титана.       Долго концентрироваться на чем-то было трудно. Дику казалось, что он балансирует на очень неустойчивой поверхности, где один шаг может обернуться провалом. Он продолжал повторять про себя эту мысль про бег, словно в ней был заключен весь смысл работы мотуса. Роки мягко взял его за руку и сжал. Его ладонь была теплее обычного.       — Не бойся, — прошелестел он. — Страх только сбивает с толку.       — Но еще он дает достаточно сил, — возразил Дик. — А нам нужны силы.       Эзра выбежал через минуту. Помимо своего мешка, он не забыл и про фонарь, напрочь забытый Диком на фоне последних событий.       — И… как мы полетим? — неловко спросил он. Дик расправил плечи и чуть оттолкнулся от земли, тут же поднявшись почти на метр в воздух.       — Держись за меня покрепче, — сказал он и постарался вложить в слова побольше уверенности. Вышло весьма криво. — И не паникуй.       Эзре ничего не оставалось, кроме как крепко сжать ладонь Дика. Оторвать от земли простого человека оказалось сложнее, чем Дик думал, — и все-таки он подвел его к пропасти. Колени дрожали от предвкушения и страха. На много километров вниз раскинулась пустота, где властвуют только ветра. И лишь в самом низу темнело море и Пятый титан, устремивший взор в небо. Шаг в пропасть казался чем-то невозможным.       И Дику ничего не оставалось, кроме как закрыть глаза и шагнуть. Эзра нехотя устремился за ним и повис внизу, больно сжимая его руку. Дик открыл глаза — они не летели вниз, а все еще висели рядом с водопадом. Эзра что-то тихо бормотал под нос, то ли успокаивая себя, то ли ругаясь на всех известных ему языках.       — Все хорошо, — успокоил Дик, крепче хватаясь за его руки. — Залезай мне на спину!       И осторожно полетел вниз. Время для него словно замедлилось, оставалось лишь идти сквозь пустоту. Они летели очень, очень долго. Земля медленно приближалась, и вот уже можно было разглядеть детали — деревья, вспаханные поля, на которых все еще работали люди, деревушки с аккуратными домами… Солнце уже садилось, и титаны на западе заслоняли весь свет, так что в небесах уже можно было разглядеть тусклые звезды. Оставалось совсем чуть-чуть.       Но чем ближе становилась цель, тем труднее становилось лететь. Все тело нещадно тянуло к земле, словно ему к ногам подвесили мешки с песком. Медленно, но верно они снижались к морю.       «Вспоминай сон, вспоминай сон, вспоминай…» — повторял Дик, все яростнее оживляя в голове воспоминания о полете на драконе. Ему нужны были эмоции. Нужно было вдохновение. Но силы кончались, и в какой-то момент Дик с ужасом понял: ему абсолютно плевать, долетят они или нет. Даже если упадут в море, что с того? И даже Роки куда-то вновь исчез, и Дик не ощущал рядом его присутствия. Некому было подбодрить его. Впрочем, и это теперь ничуть не волновало. Он и вовсе не понимал, почему продолжает лететь — наверное, из чистого упрямства.       «Нет… мне нужно что-то почувствовать. Быстро!»       Вода все приближалась. Эзра тревожно сжимал плечи Дика, что-то говоря, но Дик не слышал. Что же тут можно предпринять? Что почувствовать?       Ответ пришел, и он был невероятно глупым. У Эзры на поясе все еще висел охотничий нож, которым он еще несколько дней назад угрожал Дику. Дик выхватил его и резким движением провел лезвием по ладони. Руку прошило болью, металл тут же защипал рану.       — Ты совсем сбрендил?! — донеслось до него словно сквозь толщу воды. Нож тут же отняли, но Дику он больше не был нужен. Боль отрезвила его, буквально выдернула из полудремы. Что-то животное зашевелилось внутри, заставляя чувствовать страх. Короткий, необоснованный, но все же страх перед болью и смертью. До воды оставалось метра два — и тут они дернулись вверх. Этого должно хватить, чтобы долететь.       Наконец ноги коснулись холодного влажного камня, и Дик по инерции сделал еще несколько шагов вперед, прежде чем споткнуться и упасть. Море пахло солью и водорослями. Между крупных камней забился серый песок, в котором копошились муравьи и какие-то незнакомые Дику существа. Эзра мигом слез и принялся хлопать Дика по спине и щекам.       — Ты как? Эй, приди в себя! Давай хоть к лесу поднимемся, не оставаться же тут!       Дик лишь слабо кивнул и поднялся на ноги. Он постоянно поскальзывался на камнях и путался, а шум прибоя, такой необычный и тревожный, смывал все мысли, пытающиеся пробиться сквозь усталость. Они прошли не больше сотни шагов, и наконец Дик остановился возле первого же дерева. Камни сменились жесткой землей и короткой темной травой.       — Давай отдохнем, — взмолился Дик, из последних сил поднимая голову. Эзра выглядел не менее уставшим, чем он сам. В уголках губ две острые складки, взгляд растерянно скользит по всему подряд. — Завтра разберемся. Завтра.       — Ладно.       И они уснули прямо там, под деревом, не раскладывая ни палатки, ни костра.       Проснулся Дик оттого, что кто-то настойчиво толкал его палкой в бок. Дик попытался отмахнуться и перевернуться на другую сторону, но его ткнули сильнее. Явно попали по какому-то старому синяку, потому что вышло больно. Дик раздраженно заерзал и наконец разлепил глаза. Небо пестрило от кучерявых облаков и было ослепительно-голубым, и пусть Дик лежал в тени, от этого света у него заболели глаза. Рядом что-то подозрительно сопело.       — Эй, вы там того, живые? — Раздался сверху хриплый мужской голос. — Вы вставайте, чего разлеглись тут?       Дик прищурился. Неясная темная фигура превратилась в пожилого мужчину, толкающего кончиком трости в Дика. Судя по шевелению рядом, Эзра тоже был тут и тоже не был рад такому внезапному пробуждению. А мужчина продолжал тыкать их, пока не понял, что его наконец услышали.       — О, очнулись наконец! Вы откуда такие взялись?       — А вы, собственно, кто такой, чтобы спрашивать? — сердито спросил Эзра. Несмотря на всклокоченность и запутавшийся в волосах сор, он уже проснулся и настороженно смотрел то на мужчину, то на крупную бело-рыжую лохматую собаку, с заинтересованным видом обнюхивающую незнакомцев.       — Местный я, — ответил мужчина, потирая затылок. — Анкер, рыбак из деревни неподалеку. А это Мальва. — Он потрепал собаку за ухом, и та довольно зевнула. — Пошел сети проверять, вас не заметил. А как обратно пошли, так она вас унюхала. Вы с юга, что ли?       — С запада, — пробормотал Дик и встал. Судя по всему, было еще раннее утро. Ветер шелестел листвой и расталкивал волны, заставляя их разбиваться о камни и рифы. Намечался просто прекрасный день. А мужчина несколько секунд помолчал и лишь присвистнул.       — Серьезно? А лодка ваша где?       Дик с Эзрой переглянулись. Видимо, ни у кого не возникло желания говорить на эту тему. Дик, наученный горьким опытом, опасался, что здесь тоже не слишком хорошо относятся к магам мотуса. Впрочем, от мужчины не исходило совершенно никакой угрозы, он казался самым простодушным из всех знакомых Дика. Собака явно была под стать хозяину и даже не пыталась напасть.       — Уплыла, — объяснил Эзра. — Ветер наверняка был, вот ее в море и унесло. А где, говорите, ваша деревня?       — Я не говорил. — Заморгал Анкер.       — Ну так скажите.       — Да… туда, минут двадцать пешком. — Анкер неопределенно махнул рукой на северо-восток. — А вы зачем приплыли?       — Из культурного интереса, — оскалился Эзра, демонстрируя одну из своих самых очаровательных улыбок. — Попутешествовать и все такое. Говорят, ваш титан хранит много всяких секретов… ничего об этом не знаете?       Анкер задумался и пожал плечами. Через плечо у него был перекинут наполовину заполненный мешок. Собака держалась у ног хозяина, и когда он пошел вдоль берега, посеменила за ним. Ее длинные уши забавно дергались на бегу. Дик и Эзра пошли следом.       — Знать не знаю, вроде бы ничего интересного. Мы тихо живем, никого не трогаем. Нам секретов не надо.       Дик почувствовал было укол разочарования, но тут же одернул себя. Нет, это еще ничего не значит. Вдруг он просто сам не знает о том, что под его ногами находится нечто, что может помочь Дику?       Свежий ветер нес с востока запах земли и березовой смолы. Дик вдыхал его полной грудью — совершенно незнакомая смесь ароматов, с которой даже лес Третьего титана не стоял и рядом. Близился конец августа, но на этом берегу пахло весной. Эзра широкими шагами переходил с камня на камень, словно опасался наступать на влажный песок. Волны били по прибрежным скалам с такой настойчивостью, что Дик удивился, как эти скалы еще не обрушились под силой воды. Мир только просыпался.       — Вы не против, если мы пройдем с вами в деревню? — вежливо спросил Дик у Анкера. Тот, кажется, и вовсе забыл, что с ним кто-то идет.       — Да пожалуйста, заходите. У меня племянница дома есть, вот как ты примерно. — Он кивнул на Дика. — Вы ей понравитесь.       Вскоре они стали проходить мимо больших участков, обнесенных заборами, за которыми виднелись ряды огородов. Дома стояли не слишком организованно и сильно различались между собой, но выглядели уютно. Дик невольно вспомнил дом волшебника в лесу Третьего — пожалуй, он был больше всего похож именно на эти дома. Люди, выглядывающие из окон и проходящие мимо, казались дружелюбными и не обращали никакого внимания на гостей. Кажется, все они лишь спали с открытыми глазами и занимались делами, досматривая приятный сон. Где-то вдали звенел колокол и слышался стук копыт, но в этой части деревни было совсем тихо.       Один участок стоял чуть поодаль, рядом с небольшой березовой рощицей. Он выглядел старым и явно требовал ремонта: крыльцо покосилось, огород наполовину зарос. И все-таки было очевидно, что дом не заброшен: окна были чисто вымыты, забор недавно покрашен, а на калитке сидел весьма упитанный домашний кот.       Мальва громко гавкнула, видимо, собираясь спугнуть кота. Тот, впрочем, никак не отреагировал, кроме как лениво глянул на надоедливое животное и потянулся. Зато в доме началось шевеление — с грохотом открылась одна дверь, затем другая, и наружу вышла миловидная девушка лет семнадцати. Она еще издалека замахала Анкеру рукой и побежала навстречу. Анкер же открыл калитку, согнав кота, и вошел.       — Вы это, заходите тоже, не стесняйтесь, — пробормотал он Дику и Эзре, затем повысил голос и обратился к племяннице: — Встречай гостей!       Девушка остановилась и посмотрела на всех пришедших. Глаза у нее были внимательные, но почти кукольные — словно кто-то пришил на круглое лицо два больших зеленых камушка.       — Здравствуйте, — поздоровалась девушка, приседая в вежливом поклоне. — Меня зовут Елена. Проходите, я сейчас поставлю чайник!       — Компот лучше достань, — сказал Анкер. — А чай я буду!       — Ишь ты, — раздался над ухом Дика нервный смешок. — Из крайности в крайность: все нас хотят либо убить с особой жестокостью, либо напоить до смерти. Ты не обращал внимания?       — Не будь таким грубым, — фыркнул Дик, проходя следом за Анкером. Он ткнул пальцем в сторону дома, а сам пошел вглубь участка, мимо заросших картофелем грядок. — Это простое гостеприимство.       Он не успел ничего толком и понять, как вдруг понял, что сидит за столом на весьма ухоженной веранде, напротив него стоит чашка с компотом, а по другую сторону стола сидят Елена и Анкер и выжидающе смотрят на гостей. Дик посмотрел на Эзру, надеясь хоть на какую-то подсказку, но тот и сам выглядел скорее растерянным, чем обрадованным.       — Так расскажите о себе. — Глаза у Елены восторженно блестели. — Дядя сказал, вы с запада. Это правда?       — А-ага. — Закивал Дик. — Мы путешественники.       — А где вы путешествовали? А где родились? Неужели вам не страшно? — Елена посмотрела в ту сторону, где в облаках исчезала фигура Первого титана. — Там ведь ужасно высоко. Я ужасно боюсь высоты! А вы? Впрочем, глупый вопрос, конечно же нет…       Она тихонько рассмеялась, но тут же поникла.       — Простите, я опять слишком много говорю. У нас в деревне не так уж много моих сверстников, так что мне совсем не с кем говорить.       Дику даже представить такую ситуацию было трудно. В его голове куда легче укладывалась идея полного отшельничества, чем такой вариант, что на целую деревню не найдется хотя бы одна банда подростков.       — Все в порядке! — поспешил заверить Эзра. — Нам давно не доводилось болтать с такими милыми дамами. — Он хитро подмигнул Елене. — Так что не стесняйся!       Елена смущенно заулыбалась и отвернулась. Анкер, напротив, смерил Эзру весьма недружелюбным взглядом и внимательно потрепал Мальву по голове. Та раскрыла пасть, демонстрируя здоровые белые клыки. Эзра сделал вид, что не заметил.       Дик смотрел на них и не знал, стоит ли ему хоть что-то говорить. Он все еще чувствовал себя уставшим, но здесь было… весьма неплохо. Под столом ерзала лохматая собака, а на столе стояли компот, чай и наскоро сделанные бутерброды. Дик лишь сейчас вспомнил, что со вчерашнего утра ничего не ел, и потому ему казались невероятной глупостью все извинения Елены. Она говорила, что если бы знала о приходе гостей, то сделала бы что-нибудь получше, что как раз собиралась обменять у соседа ягоды на свежее молоко, да и вообще она не слишком хорошая хозяйка…       — Все замечательно, — искренне сказал Дик. Кажется, он уже упустил момент, когда стоило это сказать, и тема разговора уже сменилась. Но Елена облегченно улыбнулась и кивнула.       — О таком доме ведь мы мечтали, да?       Роки появился, как всегда, неожиданно. Возник на перилах веранды, бледный, но довольный. Дик озадаченно посмотрел на него.       — Уютный дом, — объяснил дух, обводя рукой все вокруг. — Огородик, где можно вырастить все, что нужно…       «Где Ною не придется надрывать здоровье, чтобы купить еды», — слова Роки будто обрели продолжение в голове Дика.       — …Милые соседи. Тепло. И родители… и ничего лишнего. Здесь было бы здорово остаться.       «Когда мы найдем секрет и остановим Сильвестра, мы сможем здесь остаться, — решительно подумал Дик. Эта мысль была настолько уверенной и самодовольной, что ему понравилось, и он продолжил: — Заберем Ноя и уйдем жить сюда. Будем навещать Эзру каждое лето, а может, уговорим его перебраться к нам. Построим свой дом, лучше нашей старой лачуги. И все будет просто отлично».       — Ты как, парень? Эй, я с тобой говорю!       Дик заморгал. Разговор здесь, за столом на веранде Анкера, казался чем-то совсем далеким и почти несуществующим.       — Тебе нехорошо? — обеспокоенно спросила Елена, подходя ближе. Дик смущенно отстранился, но она не обратила ни малейшего внимания и положила руку ему на лоб. — Жара вроде бы нет. Может, постелить тебе отдохнуть?       — Все в порядке! Просто задумался! — Поспешно замотал головой Дик и, покосившись на Эзру, добавил: — Волшебные штучки.       Судя по огоньку, загоревшемуся в глазах Елены, говорить этого не стоило.       — А расскажи!       Они сидели дольше, чем Дик мог предположить. Анкер вскоре откланялся и ушел по делам, оставив Елену и Мальву наедине с гостями. Елена долго расспрашивала, и говорил в основном Эзра. Вскоре к рассказу присоединился и Дик, и вместе у них вышла весьма цельная история. Вчера близость смерти и побег от Сильвестра казались Дику чем-то ужасным, и он опасался, что рассказ об этом вновь погрузит его в неприятные мысли. Но на деле оказалось, что со стороны это выглядит как самая интересная часть истории, точка высшего напряжения, момент испытания героя. Дик помнил, как его едва ли не за шкирку вытащили из лап врагов, и все же Елена смотрела и на него, и на Эзру как на победителей драконов или нечто подобное. А уж когда Дик показал ей, как работает его фонарь, она, видимо, твердо убедилась в его божественной природе.       Были, разумеется, моменты, которые Дик предпочел опустить. Он весьма поверхностно рассказал о Роки, все еще чувствуя неловкость в объяснении того, чего он объяснить не мог. Он полностью опустил истории о том, как искал Эзру по всему городу, и об одноруком мужчине по имени Дигори. Впрочем, история не сильно пострадала от этого упущения. Солнце уже высоко встало, чай был выпит, а бутерброды съедены. И лишь когда у Елены начали кончаться вопросы, Дик подвел тему к секрету титанов.       — Мы слышали, что где-то здесь спрятан некий секрет, который помог бы нам больше узнать о титанах, — сказал он, внимательно глядя на Елену. — Где-то в вашем титане. Ты ведь живешь здесь всю жизнь. Не знаешь ничего такого?       Елена призадумалась. Впрочем, ее лицо не выглядело серьезным: она едва сдерживала улыбку, как ребенок, которому дали загадку.       — Я никогда не ходила в пещеры титана. — Покачала головой она. — Дядя говорит, что там опасно, а «девчонки вроде меня только заиками станут с перепугу». — Она надула щеки и запыхтела, пародируя Анкера. Дик улыбнулся, но довольно слабо, и она поспешила добавить: — Но я могу показать вам дорогу. Может, вы найдете там что-нибудь интересное?       Надежда, уже едва трепетавшая в сердце Дика, вновь ожила. В самом деле, то, что никто здесь не знает о секрете, не означает, что его нет! На то это и секрет, не так ли?       — Спасибо! — горячо воскликнул Дик, хватая Елену за руки. — Ты не представляешь, как это важно для нас!       — Мы преклоняемся пред вашей добротой! — рассмеялся Эзра, поднимая руки ладонями вперед и глупо кланяясь. — Ваше имя достойно воспевания в легендах! Будьте уверены, прекрасная леди, если я когда-нибудь напишу песню…       — Не увлекайся, — фыркнул Дик, пихая друга в бок. — Выглядишь глупо.       — Сам ты глупо выглядишь, чудик!       Елена рассмеялась, прикрыв рот ладонями. Мальва засопела и вылезла наконец из-под стола, громко гавкнув в подтверждение всеобщего веселья.       — Помогите мне убрать со стола, и я вас провожу.