лезвие под языком

Сергей проверяет на спинке стула, в шкафу, на полу возле кровати — нет. Хмурится, берет свежую футболку и домашние брюки, отправляется в ванную. В ванной тоже нет, на крючке болтается мокрое полотенце Олега. В целом, Сергей уже догадывается, но прежде чем начать выяснять отношения, принимает душ, чистит зубы… Времени уже к полудню, а он зевает. Смотрит на свое отражение. Олег, когда бы ни лег, встает рано, это дар — а может, и проклятие. И приведя себя в порядок, Сергей идет в гостиную. С кухни тянется запах оладий — или панкейков — или блинчиков — смотря на какое название у Олега сегодня больше настроения; сам Олег обнаруживается на веранде. Полулежит на деревянном шезлонге и листает фотографии собак в инстаграме. Тень от листвы дуба рисует на его лице и руках причудливые узоры. Сергей подходит к нему со спины, наклоняется и кладет ладони на плечи. Олег едва заметно вздрагивает от удивления. Сергей елейным голосом спрашивает, касаясь губами уха: — И почему ты снова в моем халате, м-м? Олег блокирует экран планшета, спускает его на деревянный пол. — С утра было прохладно в одной майке, — отвечает. Он поворачивает голову, ища поцелуй, и Сергей касается его губ. Ветер до сих пор прохладный, как и кожа Олега. Сергей запускает горячую ладонь ему в ворот черной футболки, между пальцев сжимает твердую горошину соска. Олег выдыхает чуть громче. — Согреть? — шепотом, пока Олег запускает пальцы ему в волосы. Сергей улыбается, проводя по губам Олега своими, по колючему подбородку. — Забирайся, — не то просит, не то велит Олег, похлопывая себя по бедрам. Напоследок прикусив нижнюю губу Олега, Сергей в один шаг оказывается рядом, перебрасывает ногу и легко седлает бедра Олега. Колени упираются в спинку и подлокотники шезлонга, неудобно, но Олег проводит ладонями от колен вверх, и весь дискомфорт отходит на второй план. Взяв лицо Олега в руки, Сергей погружает язык ему в рот, проводит по кромке зубов. Слышит прерывистый вдох — Олега плавит. Он кладет ладони на ягодицы, сжимает, тут же ведет по пояснице и спине. Обнимает и притягивает ближе, чтобы вжаться грудью в грудь. Сергей изгибается, чтобы касаться его всем телом. Обвивает шею руками. Все еще хозяйничает в его рту — кусает и целует, зализывает, обожает с ним целоваться, Олег не успевает за полетом его мысли и желания и покорно отдает контроль, и губы у него потом искусанные, покрасневшие. Сергей запускает ладони ему под футболку, жадно проводит по каменному прессу, по рельефу груди. Пальцы сами находят округлый гладкий шрам. Машинально поглаживают — хотя Олег и говорил как-то, что ничего там не чувствует. Олег дурманит, как шампанское на голодный желудок. Сергей тянется рукой вниз, чтобы опустить спинку шезлонга, а Олег прикусывает его шею, оттягивая кожу, к вечеру расцветет гематома. На его груди — как на камне, и хотя спинка шезлонга грохается вниз резко, со стуком, Олег опускается плавно, выдерживая и свой вес, и Сергея. Такой сильный и надежный — проносится мысль совсем как в детстве, когда Сергей только-только подружился с ним; много воды утекло с тех пор, а это так и осталось неизменным. Сергей облокачивается одной рукой рядом с головой Олега, лезет другой ему под резинку спортивок, изнывая — хочется, так страшно хочется, чтобы он хрипел, зажмурившись, и сжимал короткие волосы на затылке в кулак. Сергей обхватывает его член, наклоняется, исцеловывает — губы, лицо, шею. Оставляет засосы, которые Олег, несомненно, завтра попытается скрыть под воротом водолазки. Судорожно работает запястьем, приподнявшись на локте, и наблюдает, как дышит ртом Олег, как жмурится-хмурится. Его ладонь ползет по спине, вторая крепко сжимает бедро. Наконец — пальцы в волосах. Сергей выдыхает. Он кончить может только от того, как Олег под ним пытается сдержать звуки — и терпит неудачу, все же хрипло стонет, и с виска его срывается капля пота. Он распахивает глаза, и Сергей смотрит в них, никак не может насмотреться. Олег рывком подается вверх, целует в губы. Надавливает Сергею на затылок, заставляя наклониться. Второй рукой скользит под штаны и нижнее белье, проводит между ягодиц пальцами, задевает подушечкой узко сжатые мышцы. Сергей вздрагивает всем телом. Но не отвлекается — хочет, чтобы Олег кончил сейчас, под ним. Олег обессиленно роняет руку. Все чаще срывается хриплый стон с его губ. Сергей упивается его беспомощностью. Член его в кольце пальцев гладкий, каменный, вот-вот взорвется. Сергей, наклонившись, прижимается рядом с губами Олега, кончиком языка касается уголка, но не затыкает его поцелуем — хочет слышать. Знает, что Олег хочет целоваться. Но потом, мой дорогой, потом, а сейчас — закричи для меня еще раз. Олег стонет, выломавшись весь — дрожит в напряжении каждая мышца. Сергей еще пару раз проводит кулаком по его члену, пока толчками бьет сперма. Кончиками пальцев касается взмокшего виска. Мягко дотрагивается губами до скул. И лишь тогда замечает, что Олег тихонько подтянул полу красного шелкового халата вверх и кончил на него. Сергей резко садится, смахивает пот со лба. — Олег, — возмущенно звенит он, — как ты вообще посмел?.. — Ну не стирать же майку снова, — шепчет Олег и счастливо откидывает голову назад. Грудь его высоко вздымается на каждом вдохе. Сергей хочет на него злиться, очень хочет, но разбитый после оргазма Олег одним своим видом испаряет весь гнев. — Не смей больше брать мои вещи, — шипит Сергей — чисто для проформы, все равно Олег в его злость не поверит. Он наклоняется, прижимаясь к груди, и проводит кончиком языка по шее Олега. Вытирает руку о тот же край своего халата. — Тебя же это заводит, — отвечает Олег. — С чего ты взял? Сергей выпрямляет ноги, устраивается на Олеге удобнее. Прижимается к его паху членом. Вдыхает его с ума сводящий запах — одеколон после бритья, горчинка пота, чуть перебитая дезодорантом. — Каждый раз ебешь меня, если я твою майку по ошибке надену, — шепчет Олег. Чуть раздвигает ноги, сгибая в коленях. Сердце Сергея совершает кульбит. — Так ты меня провоцируешь? — вполголоса, проводя кончиком носа по линии челюсти Олега. Олег не отвечает. Но ноги его раздвинуты, ладонями он за ягодицы притягивает к себе, и Сергею кажется, что это достаточно красноречиво.