С ней...

Через некоторое время они добрались до дома. Сьюзен услышав звук открывающиеся двери дома, сразу побежала на встречу. — Вот и мама, — услышав шаги, сказал Джеймс и в этот момент увидел жену в проходе. — Джеймс, Эмма, — женщина очень ждала приезда мужа и дочери, чтобы всё выяснить. — Отсчёт пошёл, — подмигнула Эмма отцу, и тот специально глянул на часы, засекая время. — Привет, мам. Как дела? — Как дела?! Ты спрашиваешь как дела?! Отец не сказал тебе, что мне звонили из университета?! Джеймс?! — женщина просмотрела на мужа, желая знать ответы. — Сьюзи, мы сейчас спокойно всё обговорим и всё решим. Только обещай — без криков, — Джеймс подошел к жене, тем самым вставая между ней и дочерью. — Я очень хочу услышать хоть какие-то объяснения того, что происходит, — Сьюзен пошла в гостиную. Она была зла. — Пап, я сама. А ты следи за временем, — Эмма получила поддержку двух дорогих ей людей, а значит сможет и третьего склонить на свою сторону. — Мам, хочешь может что-нибудь выпить? — Я не хочу ничего пить, буду трезво слушать твои отговорки, — мать смотрела на Эмму с требующим объяснений взглядом, — я слушаю. Тем более отец уже повёлся на твои сказки. — Нет. У меня же нет детей. Я не умею рассказывать сказки, — Эмма не стала стоять, а села рядом с матерью на диван. Эмма улыбалась. — Эмма, хватит. Я слушаю. Что происходит и как так вышло? — Сью не велась на улыбку, она очень переживала и то, что сейчас происходило, ей абсолютно не нравилось. — Мам, вы заставили меня туда поступить. Но ни разу никто из вас не спросил, каково мне там было. Это не мой универ, не моя специальность. Я каждый раз буквально заставляла себя переступить порог этого здания. Меня там бесило всё. И коридоры, и кабинеты, и студенты и преподы. Абсолютно всё! — Почему ты сама нам об этом не сказала? Почему довела до такой ситуации? — Сью пока не понимала чувств и эмоций дочери, — зачем столько времени врала про экзамены, которые ты так тщательно сдавала. — По началу я думала, что справлюсь. Но… Не удалось, — Эмма вздохнула. Она не врала матери, желая понимания. — Ну хорошо, а где ты всё это время была? Твои библиотеки. Где ты все это время ночевала? — Сью и этот факт интересовал не меньше. — Я была в библиотеках. Готовилась. Просто не получалось сдать, — вот сейчас Эмме пришлось врать матери. — А сейчас ты мне врёшь! Ты не тупая, чтобы ходить готовить, а потом сдать лишь один предмет. Если человек читает, на тройку можно сдать в любом случае, — Сьюзен была в гневе. Она не понимала, как так вышло и что случилось с ее дочерью, у которой в школе были только положительные оценки. — Мам, не надо только кричать. Мы же хорошо начали общаться, — Эмма скорчила лицо. — Почему я не должна кричать, если моя собственная дочь мне лжёт?! Где ты была если не в библиотеке? У Миллс опять? — С чего ты это взяла? — громко возмутилась Эмма, в очередной раз не ведясь на провокации матери. — Потому что если взять твой телефон, там будет сотня сообщений Миллс и столько же звонков, хотя, наверное, сейчас их не будет, потому что ты постоянно рядом с ней, — Сьюзен вскочила с дивана, — где ты была все это время? — Где только не была! У Алисии, у Кэрол, у Люси. Я была везде, лишь бы не выслушивать вот таких скандалов! — Эмма быстро нашла, что соврать. Она тоже встала с дивана, эмоции зашкаливали. — Отличные отговорки. Ты бросила университет ради подружек, хотя могла хотя бы раз в жизни поступить разумно. Эмма у тебя всегда все так! Мы с отцом вырастили эгоистку, которая заботится только о себе, — Сьюзен продолжала стоять на своём месте, — почему ты не могла перевестись туда, куда у тебя лежит сердце? Да потому что у тебя оно ни к чему не лежит. — Так и есть! — Эмма крикнула, что есть мощи, при этом вскинув руками в стороны, — я не знаю, кем хочу быть. Не знаю! Всё? Ты довольна? — Конечно, я довольна! Я же всю жизнь мечтала, чтобы моя дочь была неучем! — выпалила Свон старшая. — Тогда просто убей меня! — Эмма расставила руки в стороны, — застрели и дело с концом! — Хватит тут устраивать цирк. Я тебе говорю о жизни, о твоём будущем, а тебе лишь бы с друзьями где-то шататься, — Сьюзен была вся на нервах, её очень беспокоило поведение дочери, — хочешь вообще остаться без содержания. Вот я бы посмотрела на тебя. Хотя я знаю, кто у нас сразу станет доброй феей, наша великолепная Реджина, мать Тереза! Сразу к ней побежишь?! — Достаточно! — обе женщины услышали грозный голос, вошедшего в гостиную Джеймса. Он слышал весь разговор и решил, что шуточные тридцать девять минут закончились, — Сьюзен, хватит. Успокойся и перестань кричать на нашу дочь. — А вот и защитник подоспел! Что хорошо она тебе мозги промыла? — Сьюзен быстро переключилась на мужа. — Сьюзен! Я сказал — прекрати. Закончи! — Джеймс прикрывал дочь собой. Эмма же сейчас молчала. Она даже уже боялась, что либо говорить. Девчонка увидела, что мать не верит ей, а значит дальше будет только хуже. Женщина тоже увидела, что она одна в данной ситуации и добиться своего ей не удастся. — Вы оба меня не слышите! Я никогда не думала, что знания и университет будут злом, а в вашем понимании это именно так, — она покачала головой, зло смотря на мужа, так как именно в нем она хотела видеть поддержку. — Ты ни черта не понимаешь, мам! — Эмма прикрикнула на мать, не в силах сдержаться. — Эмма! Хватит. Обе. Прекратите. Дочь, иди в свою комнату. Сейчас, — Джеймс решил остудить любимых женщин, а заодно поговорить с женой сам. — Да я лучше совсем от вас съеду. Надоели сплошные скандалы. Именно поэтому я шляюсь по подругам. Это всё из-за тебя, мам. Ты в этом виновата! — высказалась эмоционально Эмма и убежала из гостиной. — Ну давай, скажи мне, что я во всем виновата, — проводив взглядом Эмму, сказала Сью смотря на мужа, — она же ангел. — Её пожалеть надо, Сьюзен! Просто подумай, каково ей — не знать, кем ты хочешь быть, — Джемс не стал кричать. Он пытался спокойно донести до жены свои мысли. — Ну давай, конечно, мы её сейчас пожалеем, денег дадим, пусть отдыхает. Пусть еще куда-нибудь с Миллс слетает, — Реджина была как красная тряпка для Сью. Она с одной стороны хорошо относилась к брюнетке, но с другой считала, что именно она плохо влияет на её дочь. — Тебе не кажется, что у тебя мания? Ты всегда и во всех отношениях связываешь всё с Реджиной. Это уже какая-то навязчивая идея. Может стоит походить к психологу? — Джеймс подошёл к дивану и сел на него. — Нет, мне не кажется. А ты не видишь, что эта женщина полностью завладела Эммой. Наша дочь смотрит ей в рот, для нее есть только одно мнение Реджины. — Они — друзья. Не вижу в этом ничего плохого, — Джеймс вздохнул, — скажи лучше Миранде, чтобы распорядилась накрыть на стол. Будем ужинать все вместе. — Хочешь ужинать, иди и ешь, я не хочу. Да и вообще с врагом за стол не садятся, — Сью развернулась и пошла на верх. — Ты ведешь себя, как ребенок, Сьюзен! — крикнул вдогонку Джеймс. Сьюзен не удостоила эту реплику ответом. Она была зла на мужа, а тем более на дочь. — Ты так быстро поговорила с мамой? — ответа брюнетка на телефонный звонок Эммы. Реджина лежала под капельницей, но медсестра помогла ей взять телефон. — Я собираю вещи. Я так больше не могу. Она ненавидит меня, я ненавижу её. Реджина, я не буду здесь больше жить. И если ты не пустишь меня к себе — пойду в гостиницу, — Эмма была настроена решительно. — Не говори так. А главное успокойся. Не пори горячку, тебя что из дома выгоняют? Я так думаю, что нет, поэтому, пожалуйста, успокойся, — повторяла Миллс, — твой уход приведёт к ещё большим последствиям. — Давай им уже всё расскажем! Она и так обо всём догадывается. Из-за моего вранья сплошные скандалы. Нам нужно всё им рассказать! — Я так понимаю, что ты хочешь, чтобы я вообще не вышла из больницы?! — Миллс пыталась шутить, — давай ещё немного подождём? — Хорошо. Мы подождём. Но жить здесь я не буду. Я поеду в гостиницу, — Эмма не отступалась от своего. Она разговаривала с Реджиной и одновременно с этим швыряла вещи в чемодан. — Езжай домой. Хватит истерить, — Реджина слышала, что Эмма вся на нервах, — выспись, а потом все решим. — Ладно. Так и сделаю. Заодно открою наконец ту бутылку коллекционного вина, который тебе подарил тот испанец, — Эмма давно покушалась на этот алкоголь, но каждый раз получала отказ. — Эй! Я не дам тебе запивать ссору с родителями дорогим коллекционным вином, — возмутилась Реджина, — оно достойно большего. — То есть это вино не достойно моего испития? — воскликнула возмущенно Эмма. — Оно намного выше по уровню твоей трагедии. Его нужно пить только когда что-то очень хорошо или что-то очень плохое. — А что мне тогда по твоему пить из-за подобного? — Чай, — Миллс усмехнулась, — выпей чаю и ложись спать, не хочу, чтобы ты завтра воняла перегаром. — Тогда я приеду к тебе. Уж там-то пить точно не буду! — Нет. Хватит капризничать. Езжай домой, ложись спать, а завтра я решу, что с тобой делать, — Миллс уже устала разговаривать, её клонило в сон. — Ты там спишь чтоли уже? Раз меня уже который раз отправляешь в постель, значит сама этого хочешь, — сделала вывод Эмма. — Очень, — пробубнила Миллс, — у меня уже глазки закрываются. — Хорошо, — Эмма улыбнулась. После разговора с любимой её гнев ушёл. Ей стало легче, — спи, любовь моя. Я поеду к нам домой. Приеду завтра. Обещаю. — Спокойной ночи, — сказала брюнетка. Капельница заканчивалась, а Реджина засыпала. Она только отдалённо слышала слова Эммы. — Спокойной ночи. Люблю. Жду завтра и целую, — Эмма прошептала нежные слова. Она в этот момент ощутила себя самой счастливой на земле. Даже после ссоры с матерью, разговор с Реджиной вселил положительные эмоции в голову и сердце Эммы. Ссора пройдёт, а любовь будет греть еще долго. По крайней мере Эмма желает этого больше всего на свете. — Пап, я не хочу портить тебе аппетит. Но я ухожу, — Эмма зашла в столовую, где в одиночестве обедал отец. Она не могла уйти и не попрощаться с ним. Джеймс поддержал её, но только на этой поддержке Эмма не сможет пересилить себя и остаться дома. — Эмма, куда ты? Зачем? — Джеймс встал из-за стола, — хватит тебе. Мама не права, но тебя никто не выгоняет, это твой дом. Куда ты пойдёшь? — мужчина не хотел, чтобы все было так, он любил свою семью и переживал из-за того, что все так складывается. — Я собрала вещи и поеду к Алисии. Пап, я поживу у неё. Знаешь, это будет полезно и мне, и маме. Она должна понять, что я уже не ребенок, — Эмма на удивление и своё и отца говорила мудрые вещи. — Хорошо, дочь, — Джеймс выдохнул и подошёл к Эмме, — может ты снимешь себе квартиру? Зачем стеснять Али? — Я подумаю над этим. И возможно, ты прав, — Эмма сама обняла отца, — спасибо, что понимаешь меня. — Я так хочу, чтобы было все хорошо, — Джеймс действительно этого очень хотел, ему надоели скандалы в семье. — Я думаю, это в скором времени случится. Она успокоится, когда поймёт, что я в праве сама решать свою судьбу. Я даже устроюсь на работу, чтобы она увидела во мне взрослого человека. — Надеюсь на это, — Свон улыбнулся, — ты сама за рулём? Ой, это же я тебя привёз, давай и отвезу? Твоя же машина у больницы?! — Пап, я доеду с Робом. Он сейчас переносит мой чемодан в машину, — Эмма попросила отвезти её водителя семьи. Свон не хотела играть с такси, да и отца просить не собиралась. — Хорошо, давай я тебя провожу, — Джеймс приобнял дочь. В этот момент в столовую вошла Миранда, — мистер Свон, можно Эмму на минуту?! — Да, пап. Я сейчас. Подождешь у машины тогда? — попросила Эмма и отец ушёл из столовой. — Что ты хотела, Миранда? — Я слышала ты уезжаешь. А еда то у твоей «Алисии» есть, пока кто-то в больнице, — женщина знала, что Эмма едет к Миллс. Она несколько месяцев назад узнала об отношениях брюнетки с Эммой и даже хотела всем об этом рассказать, но решила, что Эмма действительно взрослая, чтобы решать сама. — Миранда, ты знаешь, что ты слишком прозорлива?! — фыркнула Эмма. Но делала это не со зла. Миранда, конечно, не Алисия, с которой обо всём можно поговорить, но всё же хорошо, что она знает о тайных отношениях. Хоть перед кем-то не нужно играть роль и всё время врать. — У меня очень хороший слух и хорошие очки, — женщина чисто случайно узнала об этих отношениях, она услышала разговор Эммы по телефону, а потом и в городе увидела, как Реджина и Эмма обедали в ресторане, — хотя спасибо за комплимент. — Это чистейшая правда, — Эмма усмехнулась, — так что ты хотела? Учить уже поздно. — Я хотела узнать не останешься ли ты голодной? Если сейчас её дома нет, значит и еды там нет, — предположила Купер. — Ой, — Эмма выдохнула, — прости, Мири. Я что-то загналась. Мне кажется, все, кроме нас, против этих отношений. — Я не против или бы уже давно рассказала все твоим родителям, — Миранда сейчас хотела лишь помочь. — Спасибо, дорогая, — Эмма обняла экономку. У них в последнее время были не совсем близкие отношения, как раньше в связи с частым отсутствием дома Свон. Но сейчас Эмма почувствовала облегчение. — Не за что. Так что с ужином? — уточнила женщина. — Да. Буду. Мне нужна закуска, — Эмма отстранилась с грустной улыбкой. — Эмма, лучше бы ты этого не говорила, — Миранда покачала головой и пошла на кухню собирать еду. — Она уехала, Сью, — как только Джеймс проводил дочь, он поднялся в спальню к жене. Он не собирался обвинять её, просто хотел поговорить. — Куда? — уточнила женщина, читая книгу. Она старалась не показывать своих переживаний. — К Алисии. С полным чемоданом вещей. Сказала, что будет жить самостоятельно, — Джеймс присел на край кровати, с которого лежала жена. — А, ну да, Миллс же в больнице, — Сью закатила глаза, — ну теперь посмотрим, чего стоит наша дочь. Хотя ты явно дал ей денег. — У неё есть личная карточка. И она вправе пользоваться семейным счётом столько, сколько ей понадобиться, — Джеймс забрал книжку из рук жены, добиваясь внимания к себе. — Тогда я о ней не беспокоюсь, — Сью не хотела разговаривать, ей было тяжело говорить на эту тему. Конфликт с дочерью ей не так просто давался, как она хотела это показать. — Мне кажется, нам стоит с ней поговорить позже. Когда вы обе остынете и будете трезво оценивать ситуацию, — Джеймс лишь вздохнул, поднимаясь с кровати. Он собирался раздеться и лечь в кровать, — я же вижу, как ты переживаешь. — Нет, я абсолютно не переживаю, ведь это не моя дочь рушит себе жизнь, — язвила Сьюзен. У нее было много мыслей по этому поводу, но она не хотела озвучивать их Джеймсу, ведь он опять воспримет их в штыки. — А заниматься всю жизнь нелюбимым делом разве не разрушение жизни? — уточнил спокойно Джеймс. — Не обязательно работать по специальности, но университет это новые знакомства, знания, а она ничего вокруг не видит. — Зачем тратить годы на то, что потом не пригодится? — Тогда я тоже потратила все свои годы зря. Сначала в университете, потом в браке, теперь как мать, — Сью встала с кровати, — не один из моих навыков не нужен. — Ты зря утрируешь. В поведении Эммы нет катастрофы, как ты её рисуешь. — А в твоём поведении нет катастрофы? Всё рушится, а ты абсолютно этого не замечаешь, — Сью считала, что ей не о чём говорить с мужем, ведь он её не слышит. — Это бесполезно. Мы говорим на разных языках, — Джеймс тоже уже не выдерживал. — Тогда мне кажется и нам пора пожить раздельно, — Сьюзен не хотела выгонять мужа, — по крайней мере я бы хотела переночевать сегодня одна. — Интересный поворот событий. Сьюзен, выключи режим эгоистки. Не думай, что мы все против тебя, — Джеймс не отнесся серьезно к заявлению жены. Просто решил договорить, чтобы хоть немного достучаться до неё. — Это не эгоизм, это обычное человеческое желание. Если ты не хочешь поступить по джентльменски, я сама пойду спать в гостевую комнату, — женщины не хотела ни чего слышать. — Ладно. Не думал я, что ты такая. Раньше для тебя существовало не только своё мнение, — Джеймс разозлился и быстро вышел. Он не хотел больше разговаривать с женой. По крайней мере сегодня. Сьюзен не побежала за мужем, она впервые за долгое время ночевала одна. Эта ссора была очень морально тяжёлой, семья когда-то очень крепкая рушилась на глазах.