И за это я боролась...

      Я встретила рассвет на этой гребаной лестнице. Спать не хотелось совсем, мысли были ни о чем, даже приблизительно тематику не вспомню.       Как только небо на горизонте начало светлеть, озаряя тёмное полотно блеклым, голубоватым цветом, только тогда я соизволила поднять свою скромную пятую точку с нагретого бетона. Даже посмотрела на свое «сиденье», приняв вертикальное положение, боясь увидеть на серой поверхности вмятину или какие-либо намёки на продавленность.       Мышцы затекли, и это ощущалось только сейчас, когда сознание вернулось обратно в этот дерьмовый мир. Потянувшись с тихим стоном, пробежалась взглядом по ближайшим окнам, но в ответ мне смотрела лишь чернота. Будто проемы в каждой комнате завешаны чёрными плотными шторами, не пропускающими даже самые яркие лучи солнца.       Не найдя ничего интересного в изучении мрака за стеклом, направилась обратно ко входу, двери которого стали на несколько тонов темнее. Оно не удивительно, ведь былое освещение отсутствует, вот и отзеркаливать нечего, кроме тьмы окружения. Скрип двери на несколько секунд нарушил утреннюю тишину, что царила вокруг. Правда, внутри помещения он отразился мерзким скрежетом несмазанного металла.       «Настолько мне известно, это здание для простых смертных» — не испытывая и капли вины, уверенно шагала по пустому коридору. — «Вряд ли рядовые имеют столько смелости, чтоб упрекнуть меня в нарушении сна».       Каждое соприкосновение подошвы сопровождалось протяжным скрипом половиц. А из-за окружающей беззвучности, повисшей в четырёх стенах, мерзкий звук усиливался трехкратно, и, казалось, доски вскоре не выдержат вес моего тела и лопнут, как только я сделаю следующий шаг.       Проходя мимо дверей, ведущих в комнаты, где мирно спали разведчики, отчего громкое сопение нескольких человек сливалось воедино, создавая ощущение, что тихий полухрап воспроизводится прямо у моего уха, — я поняла, что не так уж и сильно стоит беспокоиться о недовольство к излишнему шуму. Если они способны высыпаться с такими соседями, то им и рев титана будет звучать мелодично, ещё сильнее укутывая в объятия прекрасных тёплых сновидений.       Ну, так их описывают. Свои же я стараюсь забывать, как можно скорее. Не знаю, что делала бы, если бы не придумали такую замечательную незаменимую вещь, как снотворное.       Правда, голова от него раскалывается после пробуждения, но это лучше, чем просыпаться и резко вскакивать, жадно глотая воздух и сжимая мокрые простыни. Из-за пота, разумеется.       «Хотя, кто его знает, может это мой страдающий мозг проектирует ложную оценку происходящего. И я действительно, в свои двадцать четыре года обсыкаюсь в кровати» — подняв глаза вверх, надеясь увидеть в кромешной тьме потолок, я задумалась, продолжая медленно вышагивать вдоль длинных стен. — «А потом измазываюсь в этом, постоянно метаясь по мебели. Вот и кажется, что вспотела».       — Так, блядь, — тихо прошептала, выдыхая воздух из лёгких, искренне не понимая собственные мысли, что проводили меня до необходимой комнаты. Лёгкая короткая усмешка над тематикой, выбранной для раздумий, эхом отразилась от поверхности двери, в которую я уткнулась лбом, приятно холодя кожу.       Аккуратно надавив на металлическую ручку, тихо и неспешно открыла деревянные преграду, стараясь не разбудить товарищей. Моё ночное отсутствие было замечено лишь несколькими единицами, отчего несколько голов лениво приподнялись, изучая меня сонными глазами. Но долго заинтересованность нескольких пар глаз не продлилась, и усталость взяла верх, вынуждая моих наблюдателей вновь уткнуться в подушку, согреваясь в уютных объятиях сновидений.       Бесшумно ступая, вновь направилась к подоконнику, игнорируя кровать, так и не получившую тепла моего тела. Расположившись возле окна и вытянувшись по всей его ширине, устремила взгляд на улицу. Там, на горизонте, медленно поднималось солнце, постепенно озаряя мир своими лучами, одаряя его теплом и светом. Оно приветствовало всё вокруг, ознаменовывая собой начало нового дня. И мир просыпался, избавляясь от сладкой сонной неги.       *Спустя несколько часов*       Жарко. Невыносимо жарко, а мы ещё и на открытой местности стоим, дабы разведчики смогли нас рассмотреть получше и со всех ракурсов.       В общем, Эрвин любит заморачиваться и разжевывать всю информацию своим подчинённым. Мои товарищи стояли ровным строем, держа на лицах непоколебимую незаинтересованность в происходящем, впитывая изучающие взгляды разведчиков, стоящих напротив.       Тренировочная площадка. Именно это место выбрал Смит для нашего более наглядного знакомства. Я лениво бегала взглядом по солдатам, задерживаясь лишь на знакомых лицах, медленно прикрывая веки в качестве безмолвного приветствия.       — …Теперь клейморы будут участвовать с нами в предстоящих вылазках. Надеюсь, с вашей помощью мы продвинемся в исследованиях намного быстрее, — стоя посреди двух строев, блондин обернулся в мою сторону, получив лишь скучающий взгляд зелёных глаз.       — Посмотрим, — лениво протянула, сдувая с лица прядь волос, что прилипла к слегка вспотевшей коже. Голубоглазый кивнул мне, будто мой пустой ответ его вполне удовлетворяет, а после вновь повернул лицо в сторону крылатых.       — Корра является лидером членов Капитолия, что прибыли к нам вчерашним вечером…       — Эрвин, нет смысла знакомить нас сейчас, — взвыла, запрокидывая голову к чистом небу без единого облака и немного щуря глаза от невероятно ярких, палящих лучей. Смит замолчал, удивлённо обернувшись опять на нас.       Прикрыв глаза на мгновение, вернула прежнее спокойствие и медленно, протяжно начала сокращать дистанцию до командора.       — Корра Кросс, — поравнявшись с крепким телом, на фоне которого я выглядела ещё ниже своего роста, представилась солдатам. — Любые просьбы, вопросы, претензии, касаемые моих товарищей, и все в этом духе — говорите мне. Думаю, пока вам этой информации будет достаточно. Мы ещё успеем познакомиться поближе. Наверное… надеюсь.       Хмуря брови, отвела взгляд в сторону, задумываясь над адекватностью произнёсенных слов. Но поняв, что мне особой разницы к мнению разведчиков нет, вернула стальной взор на ряды в коричневых куртках. Вновь, без особого интереса, визуально прыгая с одного человека на другого, я врезалась в удивлённые, ошарашенные жёлто-зелёные глаза. Зрачки сузились, занимая самый малый процент белка, а веки отдалились друг от друга на приличное расстояние.       Кони стоял неподвижно, словно статуя, на молодом лице застыл дикий ужас. Видимо, малец вспомнил сегодняшнюю ночь и громкие речи о моем повышении. А теперь я стою пред ним, являясь командиром двадцати пяти клейморов позади, которым достаточно лишь одного моего слова, и приказ будет исполнен.       Мило улыбнувшись ему, попыталась показать коротко стриженному, что давления с моей стороны не стоит ожидать. Но это не особо спасло ситуацию, парень ещё сильнее напружинился.       — Эрвин, лучше покажи моим воинам одну из основных причин нашего нахождения здесь, — потеряв интерес к Спрингеру, начала искать глазами силуэт, на которого очень тонко намекнула.       — Эрен Йегер, — низким голосом обратился к толпе голубоглазый. Скосив зрачки к уголкам глаз, недовольно смотрела на Эрвина.       «Ты сейчас посмеяться решил? Я знаю, как его зовут. Моим бойцам покажи его, кусок придур…» — мои мысли резко оборвались, стоило боковым зрением уловить шевеление среди крылатых. — «Извиняюсь».       Знакомые черты стали особо ясно выделяться среди толпы. Пока он не начал шевелиться, я не видела и не могла различить носителя, что стоял, оказывается, в первых рядах.       Бирюзовые глаза не отлипали от меня, не смотря на множество прожигающих взглядов, которыми одаривали Эрена клейморы, стоящие за моей спиной. Зрачки мелко подрагивали, как бы парень не пытался скрыть страх под маской уверенности. И этому я не особо удивлялась, вспоминая обстановку наших встреч: измазанная кровью комната с разбросанными частями тела и тюрьма.             Прекрасно.       — Это и есть Атакующий? — подала голос Алиса, в словах которой улавливались лёгкие нотки насмешки. И я была вполне солидарна с тёмной. Обычно разумные обладают крепким телосложение и прекрасными физическими показателями. А мы имеем… то, что имеем.       — Да.       — До последнего думала… Нет, не так. До последнего надеялась, что это глупая шутка, — не унималась брюнетка, на что я прикрыла глаза, укусив внутреннюю сторону щеки, всеми способами избегая улыбки и блеска полного согласия в темно-зелёных глазах.       — Что-то не так? — вопросил Эрвин, возвращая нам обеим былое хладнокровие.       — Легче спросить: «Что так?» — парировала, оставляя Смита без ответа.       «Не скажу ведь всем разведчикам, что их надежда на спасение человечества выглядит не так, как представляли мои товарищи. Все мы ожидали большего, как и должны являться обладатели силы» — изучая параметры тела Йегера, будто сканируя: начиная со стоп и медленно, издевательски медленно, поднимала взгляд к лицу. — «Щупленький. Если верить источникам, то к выбору носителей — марлийцы относятся со всей строгостью. Вряд ли бы ты вообще смог числиться среди кандидатов. Тогда, как и откуда у тебя эта сила?»       — Вот, в общем, Атакующий, — выдохнула, рукой указывая на Эрена, и обернулась к своим сородичам, с трудом формулируя речь. — Думаю, дальнейшее озвучивание приказов излишне.       Некоторые кивнули сразу, другим же понадобилось ещё несколько секунд. После чего и они, отцепившись от Йегера прожигающими взглядами, посмотрели в мою сторону, согласно качнув головами.       Довольно прикрыла глаза на мгновение, радуясь, что не придётся все разжевывать, вновь развернула лицо в сторону разведчиков, смотря сквозь них. Стало тихо, и это только даровало наслаждение уставшему мозгу, вот только затянувшаяся тишина немного настораживала. Будто от меня чего-то ждут. И я, к сожалению, не ошиблась.       — Кажется, нам стоит знать, — бархатный голос приятно ласкал слух, невзирая на нарушение блаженной тишины.       — Ты так считаешь? — ляпнула с лёгкой насмешкой, понимая всю актуальность его возражения и попутно ища глазами всегда недовольную физиономию. Уставшие серебряные глаза, отражая яркие лучи солнца, прекрасно показывали степень желания Аккермана раздать мне знатных пиздюлей.       — Чего вы от меня ждёте? — прервал мою любимую игру Эрен, предварительно громко проглотив ком в горле.       — Конкретно от тебя? — задала риторический вопрос, не отрываясь от ледяного взгляда Леви, но все же стоит обратить внимание на собеседника. Мне необходима каждая его реакция, каждая эмоция.       — Ничего. Мы не ожидаем никаких действий, никаких заслуг. Здесь и сейчас клейморы являются твоими наблюдателями. А я твоим личным демоном, что дарует лишь одно наказание — смерть. Если не натворишь делов, то быструю, и даже понять ничего не успеешь.       Сделав глубокий вдох, мальчишка прекратил дышать совсем, ошарашенными глазами бегая по моему лицу, на котором красовалась исключительная уверенность, смешавшаяся с хищной улыбкой и немного сощуренными глазами. Моё внимание привлекли пальцы вытянутых вдоль тела рук. Сжатые кулаки моментально были замечены мной, из-за чего я сразу вернулась к молодому лицу.       Боялся ли он? Да. Но это был страх иного рода: не перед опасностью, врагом или личной фобией. Нет. Ранее неизвестная мне эмоция. Но, примерно, по его глазам мне удалось поймать секундную задумчивость, сменившуюся настороженностью, а после яркая вспышка уверенности, заполонившая всю бирюзовую радужку. Подняв глаза к небу, Йегер глубоко выдохнул, не видя мой изучающий, любопытный взгляд, что прожигал его насквозь.       — Я согласен. Полагаюсь на вашу помощь! — буквально прокричал он, сжимая веки. От его ответа тело сковал кратковременный ступор, а брови автоматически чуть сместились к переносице.       — Не думаю, что выбор у тебя имеется, — стальным тоном напомнила шаткое положение мелкого в наших глазах, после чего вопросила, выгнув одну бровь: — Помощь?       — Да, — тихо, понурив голову, прошептал тот, не позволяя рассмотреть лица, скрыв его за чёлкой серо-коричневых волос. — Если я потеряю контроль. Не смогу управлять этой силой… — речь давалась ему с трудом, будто тот тщательно обдумывает каждое произнесенное слово, рассматривая собственную ладонь.       — То-о-о? — протянула, будучи заинтригованной продолжением и не позволяя парню задаться вопросом: «А стоит ли говорить?»       — То вы остановите меня. Не позволите навредить друзьям и окружающим, — сжав кулак, впиваясь короткими ногтями в мягкие мышцы, заключил он. После чего, собрав всю смелость, посмотрел в мои глаза с надеждой. Но ему и не стоит переживать. И без его просьбы или разрешения — каждый из клейморов моментально набросится на носителя, стремясь отделить голову от тела.       — Хах! — короткий смешок сорвался с губ. — Слышал, Аккерман? Тебя сняли с должности «раздавателя пиздюлей носителю».       — Заметил, — поддержал меня брюнет, демонстративно скрестив руки на груди и окидывая трясущегося Эрена колючим взглядом.       — К-капитан! — заикаясь начал Йегер, шарахаясь в сторону от Леви, не смотря на то, что между ними стоит около трех-четырех солдат. — Я не это имел ввиду. Просто…       — Ну-ну, — выдохнул он, игнорируя жалкие оправдания и возвращая былой скучающий взгляд куда-то в сторону.       — Ооо, — протянул Кони с довольным лицом, запрокидывая руки за голову и прикладывая ладони к затылку. — Кажется я знаю, кто сегодня конюшни чистит.       — Ага. А лошадей-то ещё больше стало, — активно кивая головой, поддержала шатенка с карими глазами. Видно было, что девушка весьма эксцентрична.       «Надеюсь, это из-за юного возраста, а не в силу личного характера…» — гуляли мысли, но стоило только увидеть, как глаза обоих загорелись, стоило только Спрингеру визуально встретиться с ней, то мрачная мина перекрыла прежнее спокойствие на моем лице. — «Пиздец нам».       Но, как бы там ни было, эти двое за несколько секунд умудрились сменить напряжение окружения, заменяя его лёгкими, расслабленными улыбками на лицах разведчиков. Но вместе с тяжёлой атмосферой исчезла и тишина.       Крик и отчаянные вопли Эрена. Звонкий смех самого страшного дуэта, что раздавит морально, заставляя чувствовать себя против всего мира, насмехающегося над тобой.       С каменными лицами остались лишь единицы. Леви, который уже явно готов накормить песком под ногами, лишь бы заткнуть каждый источник шума.       Эрвин был спокоен. Оно и не сильно удивило, ведь приятно наблюдать радость, расслабление подчинённых, постоянно рискующих своими жизнями, и, возможно, на следующей вылазке не каждый вновь ступит на территорию Розы.       Алиса стояла неподвижно, удивлённо наблюдая за происходящим, игнорируя мой взгляд. Обернувшись, заметила, что и остальные клейморы не понимали и не успевали за сменой обстановки, которую разведчики меняли, как по щелчку пальцев.       «Вроде бы серьёзное мероприятие намечалось. Ну да ладно» — оценивающим взглядом пробежалась по шумным крылатым, не задерживаясь и не находя ничего интересного ни на одном, пока. — «А это что?»       Черные глаза не сводили с меня угрожающего взгляда, будто пытаясь пропитать меня тьмой бездны радужки, пронизывая до самых костей. А тень от чёрных волос лишь придавала более мрачный вид молодому лицу с бледной кожей и розоватыми пухлыми губами.       Девушку я узнала практически сразу. Уничтожающая аура, направленная всецело на меня, — замедлила воспроизведение воспоминаний, связанных с ней.       — Ты что-то хочешь мне сказать? — издевательски улыбнулась, немного приподнимая подбородок. Стоило мне задать вопрос, что, казалось, затерялся в многоголосом шуме, как моментально наступила тишина. Разведчики, проследив за направлением моего взгляда, устремили все внимание на азиатку. Но та даже не думала меняться в лице, будто не замечая на себе десятки пар изучающих глаз.       — Микаса… Все хорошо? — поинтересовался Йегер, наклоняя корпус вперёд и пытаясь заглянуть своей верной защитнице в глаза.       — Не смей ему угрожать, — сталь голоса чувствовалась каждым нервным окончанием, что подавало сигнал в мозг. Сигнал опасности, угрозы собственной жизни.       — Слишком нелепая просьба, — равнодушно пожала плечами. — Особенно, учитывая, кто он, и кем являемся мы…       — Это была не просьба, — скрипя зубами, перебила меня так называемая Микаса.       — Да мне как-то безразлично, что ты подразумевала, — моментально отрезала на корню все её попытки запугать. — У меня имеется чётко поставленная цель. Вряд ли твои слова что-либо изменят.       Радужка глаз девушки стала… Да темнее уже просто некуда. В ней пропало все: блеск солнечных лучей, расплывчатое отражение окружения. Даже сам зрачок слился с тоном уничтожающего взора. Но я была непоколебима, спокойным и ничего не выражающим взглядом лениво бегала по лицу разведчицы, что явно раздражало её ещё сильнее.       Она не обычный солдат, и мне это известно. Тогда, в Тросте, я даже не успела среагировать, как темноволосая уже заносила ногу, метив мне в корпус. И даже сейчас, зная, кто я и на что способна, Микаса без страха смотрит мне прямо в глаза, демонстрируя полную готовность в любой момент встать между мной и Эреном, закрывая его своим стройным телом.       Она сильна, уверена в своей силе, в своих собственных возможностях и не глупа. Отсутствие интеллекта не позволило бы ей бездействовать и молчать в данный момент.       — Как я поняла, в качестве наказания здесь у вас уборка дерьма, — бесстрастным голосом разрушила крепкую завесу временного помертвления, задумчиво скосив зрачки в верхний угол глаз. — В таком случае, стойла будут блестеть на протяжении всей недели. Да, Эрен?       Обращение к носителю прозвучало с нескрываемым издевательством, а довольная лыба засияла на моих губах.       — Раздаешь указания моим солдатам? — без намёка на недовольство вопросил Эрвин, слегка улыбаясь.       — Я подчиняюсь элд… Людям, — вовремя заткнулась, прикусив кончик языка передними зубами. — Носитель является исключением из этого списка.       — Меня все устраивает, — внедрился в наше обсуждение Аккерман, предварительно блеснув глазами.       — Вот и замечательно, — выдохнула, переводя взгляд с погрустневшего Йегера, что представлял прекрасную неделю, наполненную ароматом свежевыжатого навоза, на его боевую подругу. — Этого диалога не было, если бы ты сдерживала свои порывы верной защитницы. Инициатива наказуема, вот только страдать от каждого твоего слова и поступка будет он. Каждый из вас занимает верхнюю ступень в установленной иерархии, но носитель является исключением. Впредь, советую задумываться над каждым действием и словом, последствия «разгребать» не тебе придётся.       Мне было известно, что Микаса обнажила лезвия против всех солдат, когда была раскрыта его истинная сущность, от чего люди требовали его смерти. Этого стоило ожидать, я уже давно предполагала, что вся ненависть к титанам обрушится на мальчишку. Страх, понимание собственного бессилия перед молодым парнем — не позволяло элдийцам мыслить здраво. Но когда ещё и она открыто начала угрожать ликвидаторам Атакующего, то сделала лишь хуже. Азиатка явно намеревалась запугать их, но не думала, что это лишь пробудит первородный инстинкт самосохранения. И, вместо ружей, на трех детей направили пушку, намереваясь убрать как и девчонку, так и Йегера.       Благо, третий из их компании вовремя осознал, что здесь не обнажать клыки, словно дикий зверь, надо, а прогибаться и извиваться, втаптывая собственную гордость в землю. Именно неверная оценка обстановки и собственного плачевного положения одного чуть не погубила всю троицу. Но умение пока неизвестного мне из их компании, извлекать из всего и положительные стороны, а после грамотно внушать их окружающим — спасло слишком эмоционального Эрена, что своими воплями усугублял и без того шаткое положение. Так ещё и девчонка, навыки которой у всех на слуху, выставляет себя беспощадной убийцей.       «Я не ищу войны. Мне необходимо достучаться до тебя, указывая на ошибки. Уверена, ты понимаешь, на что я намекаю, когда тема касается тебя и Эрена» — взгляд тёмных глаз уже давно перестал прожигать меня, стоило лишь Йегеру недовольно посмотреть на виновницу своего наказания, отчего девушка виновато опустила голову вниз, зарываясь по нос в красный шарф, обмотанный вокруг бледной шеи. — «Надеюсь, ты не зарежешь меня за углом штаба…»       — Командир, — вырвал меня из мыслей голос Карины позади, вынуждая прекратить жалкие попытки изучения эмоционального состояния Микасы и обернуться на светлую. Клейморы продолжали стоять ровно, вытянув спины, но вот измученные лица моментально были мной замечены. Из-за дебильных правил носить форму в полном её составе мои товарищи изнывали от невыносимого пекла, что лишь усиливалось с каждой минутой, намекая на предстоящий жаркий день.       — Надеюсь, мы закончили знакомство и информирование обоих сторон? — кивнув своим сородичам, обратилась к Эрвину, который вместе со мной обернулся назад, бегая любопытным взглядом по каждому.       — Да, — наконец удостоил он меня ответом и вниманием голубых глаз, оставляя в покое позади стоящих, а после обратился к «крылатым». — На этом все. Свободны.       — Есть! — проорали разведчики, отдавая честь, и лишь Леви не шелохнулся, скучающим взглядом бегая по площади окружения.       — Можете идти. Насчёт наблюдения договаривайтесь самостоятельно, — прекратила пытки клейморов, лениво махнув ладонью. Короткие, облегчённые выдохи позади, а после поспешные отдаляющиеся шаги, направленные в сторону казарм.       Белые плащи, среди которых редко мелькали малочисленные синие ткани, быстро увеличивали дистанцию между нами, поднимая пыль с мелкими вкраплениями раскаленного песка, что не особо спешила ложиться обратно на землю. Несколько бойцов шли отдельно от остальных, давая мне визуально понять о начале реализации моего приказа.       Убедившись, что каждый из товарищей благополучно добрался до спасительной двери, ведущей в прохладные коридоры, воздух которых ещё не успел нагреться, — выдохнула, оборачиваясь на Смита, что ожидал моего внимания, прожигая взглядом временно повернутый к нему затылок.       — Пожалуй, тоже покину вас, — объявила блондину, боковым зрением наблюдая приближение к нам Аккермана. — Дела есть.       — Дела? — повторил подошедший, выгнув тонкую тёмную бровь.       — Угу, — промычала, вытирая тыльной стороной ладони капельку пота, стекающую по виску, неприятно щекотя и щипля кожу. — Ханджи найти надо.       Мужчины одновременно удивились, посмотрев друг на друга, а после вернув обратно свои взгляды на меня. Усталый стон сорвался с губ, стоило мне только запрокинуть голову к небу, понимая, что просто так от меня не отцепятся.       — Мне необходимо узнать о наличии, а после позаимствовать у неё некоторые препараты, — оттянула ворот белой рубашки, что создавала иллюзию лёгкого удушья, но истинной причиной нехватки кислорода была невыносимая духота, а синий плащ лишь сильнее привлекал лучи солнца.       — Сильно рискуешь, — предупредил Леви, на что я слабо улыбнулась, но моя милая улыбка не произвела особого впечатления на каменную физиономию.       — Мы проводим. Ты ведь не знаешь, где она, — оповестил Смит, уже сделав несколько шагов в сторону главного корпуса.       — Избавьте меня от своей компании, — не сдвинувшись с места, ровным тоном озвучила свое желание. Главнокомандующий остановился, но не спешил повернуться в мою сторону, пока Аккерман обливал душу недовольным взглядом, хмуря брови. Но я упорно терпела его прожигающий взор, сравнимый с палящими лучами солнца, что явно дарит слишком много тепла сегодня.       — Как же с тобой тяжело, — не удержался брюнет, понимая, что я не намерена отвечать ему взаимным вниманием.       — Правду здесь не особо воспринимают, как я погляжу, — усмехнулась, рассматривая оценивающим взглядом тренировочное поле, заранее подбирая упражнения для поддержания физической подготовки клейморов.       — Здесь воспринимают уважительный тон и соблюдение субординации по отношению к вышестоящим, — намекнул мне о наличии здешних правил и, сделав небольшую паузу, продолжил: — Благо, не придётся терпеть тебя.       — Кто ещё кого терпит?! — не сдержала злости от услышанного, бросая недовольный взгляд на нудного брюнета, что продолжает пытаться достучаться до моей совести путем непрерывной езды по ушам.       — Корра-а-а!!! — радостный крик разнесся по территории всего острова, от чего тело резко напряглось, чуть подпрыгивая. Резко обернувшись в сторону источника шума, переполненного огромным счастьем, я не смогла сдержать улыбки.       Ханджи Зое — самый яркий человек, что когда-либо попадался мне. Даже сейчас, несясь в нашу сторону, отчего волосы, небрежно убранные в хвост, развевались по голубому небосводу и всем своим видом должны были отталкивать от себя окружающих, — она продолжала снова и снова заставлять меня искренне улыбаться. Она затмевала собой яркое солнце, непроизвольно заставляя мои глаза выделять её силуэт сквозь ослепляющие лучи.       Если организация и отдаст приказ уничтожить всех жителей стен, то моя рука дрогнет, лишь когда очередь дойдёт до неё. До той, что первая подошла ко мне, когда я стояла одна посреди главной дороги, истекая кровью. До той, что не могла смотреть мне прямо в глаза, когда мы встретились в замке Фрица, получив приглашение на бал, являющийся началом нашего конца. Она не могла смотреть и после, пока не услышала слова о моем лживом частичном прощении.       А теперь, блеск и лучистость её карих глаз вновь доступна мне. И не имеет временного ограничения, ведь обладательница не отведет их вновь в сторону, не найдя в себе силы держать длительный контакт из-за чувства вины, что пожирал её изнутри.       Зое, невероятно быстро перемещая конечности, уверенно сокращала дистанцию между нами, держа одну руку у груди и прижимая предплечьем белоснежные листы. Но единицы, все же, выскальзывали из захвата женщины и медленно, плавно покачиваясь в воздухе, исчезали в клубах пыли, теряя былую белоснежность.       Позади учёной, понурив головы и чеканя шаг друг друга, шли двое бойцов, что самовольно вызвались открыть эстафету по получению и передаче информации. Видимо, парни не ожидали встретить на своём пути непреодолимую преграду в лице сумасброда без инстинкта самосохранения, добившегося получения информации о нахождении их командира.       В этом вся Зое, и потому я действительно рада была её видеть. Вот только, как бы её вопли не привлекли излишнее внимание, которое сейчас не нужно ни мне, ни двум бойцам. Которые, опустив взгляды в землю, изредка перебрасывались короткими фразами, отвечая друг другу покачиваниями головы как в отрицательном, так и согласном жесте.       — Здравствуй, — приветствовала Ханджи меня, повернувшуюся в её сторону всем телом. Но учёная и не думала останавливаться, будто намереваясь снести меня с ног, отчего мышцы автоматически напряглись, готовясь к столкновению.       Подпрыгнув вверх, крича что-то наподобие «Ех-ху», тело чересчур эмоциональной женщины летело прямо на меня. Но я даже с места не сдвинулась, заранее просчитав и определив точку её приземления.       Как только подошва сапог коснулась твёрдой поверхности, продавливая рыхлый песок, тело учёной резко двинулось вперёд, стирая между нами жалкие остатки расстояния.       Зое навалилась на меня всем своим весом, вынуждая немного прогнуть назад спину, заставляя позвоночник удерживать наши тела в вертикальном положении. Кольцо из рук обвивало меня со всех сторон, заключая в тёплые объятия.       — Поверить не могу, — прошептала, впиваясь пальцами в каменные мышцы.       — Кросс, я бы не советовал обтираться об нее, учитывая, где побывала и что повидала одежда очкастой. Явно стирки в списке не будет, — предупредил Леви, из-за чего я моментально начала прислушиваться к запахам, что пропитали её жёлтую рубашку. Пахло медикаментами с лёгкими нотками крепкого кофе, что говорило либо о недавнем пробуждении женщины, либо о бессонной ночи, и кофеин использовался для получения необходимой бодрости.       — Отстань, — посмеиваясь, парировала Зое, не желая продолжать излюбленную брюнетом тематику чистоты, отлепляя свое тело от меня и располагая ладони на моих плечах, вытягивая руки, недовольно глянула на двух мужчин. — Почему меня не оповестили о прибытии клейморов к нам?       — Леви сказал, что тебя не было в кабинете, — пожал плечами Смит, разворачиваясь полубоком, и медленно перевёл взгляд на него.       — Верно, — коротко, чётко и без единой эмоции, намёка на вину или ложь.       — Как не было? Я два дня оттуда не вылезала, — взвыла шатенка, отпуская мои плечи и перемещая пальцы на виски, с нажимом массируя их. — Коротышка, открыть дверь и не увидеть меня за рабочим столом — не означает отсутствие человека в помещении.       — Не раз я предупреждал: пока ты не разберёшься с захламлением своего кабинета — ноги моей там более трех секунд не будет.       Ханджи ещё громче простонала, запрокидывая голову и даруя лицу солнечные лучи, кожа которого явно не так часто получает ультрафиолет в последние дни. Прикрыв глаза, я продолжила улыбаться, слегка покачивая головой в стороны. Не знаю почему, но мне нравилось находиться рядом, когда они публично начинают выяснять отношения. В такие моменты атмосфера вокруг наполняется не ненавистью или злорадством. Она пропитывается дружбой, самой настоящей. Проверенной и закреплённой множеством испытаний, пройденных совместными усилиями и сплоченностью.       — Как узнала, что мы здесь, тогда? — поинтересовалась, привлекая внимание карих глаз, блеск которых искренне рад был моей компании.       — Сижу я, значит, в архивах копаюсь. Слышу, дверь в кабинет открылась, и кто-то активно направился в сторону моей скромной библиотеки…       — Пылесборник, но явно не библиотека у тебя, — перебил её Аккерман, постукивая носком сапога по песку. Закатила глаза, совместно приоткрыв рот, выражая всем своим видом надоедливость нудного разведчика, после чего Зое прочистила горло и продолжила.       — Микаса пришла. Злая, очень прям злая. Меня это удивило, обычно она всегда спокойна и не поддаётся эмоциям. А тут прям аура убийственная, — на этом моменте лёгкий смешок сорвался с моих губ, но я быстро вернула прежнюю заинтересованность. — Попросила таблетки одни, видимо Эрен что-то не то съел, ну или Саша. А пока я их искала, она не прекращала бубнить себе под нос. Ну, мне интересно стало, и решила прислушаться.       — И кто же так разгневал её? — поинтересовалась, поймав на себе скептические взгляды Леви и Смита.       — Как я поняла, вернее услышала — клейморы. Меня аж переклинило после этого. Начала расспрашивать её, но та даже внимания не обратила, пропуская вопросы мимо ушей. Будто в трансе каком-то пребывала. Просто взяла таблетки и поспешно покинула кабинет.       — Что за таблетки хоть? — интерес был неподдельный, а вот учёная непонимающе смотрела на меня.       — Слабительное, — мышцы на лице сразу напряглись, сдерживая улыбку, но действия рядовой разведчицы по отношению ко мне, а после их реализация — всплывали перед глазами, будто в будущее заглядываю.       Не имея больше сил и возможности скрывать приступ безудержного веселья, я засмеялась в голос, закрывая лицо ладонью. Тело мелко дрожало, когда громкие смешки сменились на беззвучные, выталкивая кислород из лёгких мелкими, быстрыми выдохами.       — Уборная в другом конце коридора, по левую сторону от ваших комнат, — любезно поделился Аккерман, понимая намерения девчонки. Подняв на него взгляд, я благодарно кивнула, проглатывая новый приступ смеха.       — Что? — вопросила Зое, смотря на чуть смягченное лицо брюнета, а после на задыхающуюся меня. — Так это для тебя было?       — Ага, — прочистив горло в кулак, выдохнула. — Ладно, а дальше что?       — Ну, я за ней следом. В голове множество вариантов получения ответов, путем пыток как моральных, так и физических. Уже почти догнала её, как в окне увидела два белых силуэта с позолоченными узорами на одежде. Осознание пришло мгновенно, и я рванула на улицу, найдя новых жертв. Они отказывались говорить, но надолго их упертости не хватило, — пожала плечами Ханджи, явно довольная собой. — И вот я здесь.       Переведя взгляд на двух бойцов, что пришли следом за майором, хотела увидеть выражения их лиц, зная тему нашего обсуждения. Но двое парней активно собирали упавшие листы, присев на корточки и всем видом показывая крайнюю степень занятости важным делом, что требует особой концентрации.       — Вот как, — монотонно проговорила, замечая редкие, робкие взгляды бойцов, которые пытались оценить моё отношение к услышанному, что веселило меня ещё больше. — Кстати, можно будет одолжить у тебя парочку таблеток?       — Так тебе Микаса не отдала их? — вопросила учёная, поймав мой уставший вздох.       — Нет. Надеюсь, и не отдаст.       — Не понимаю… Объясните уже! — отчаянный возглас эхом разнесся по тренировочный площадке, которая с каждой минутой становилась более людной. Начался один из обычных дней разведчиков, и наступает черёд выполнять повседневные обязанности, к чему солдаты и приступили.       — Разошлись во мнениях, не более, — наблюдая за очередными утренними сборами крылатых, лениво бросила учёной. — Мне снотворное необходимо, если оно имеется.       — Да, есть. Пошли, — дважды мне повторять не нужно. Получив желанные слова, махнула рукой бойцам, и те, не задумываясь, приняли вертикальное положение тел, сжимая пальцами листы, выпавшие из рук невидящей ничего на своём пути разведчицы.       Получив листы, Ханджи с лучезарной улыбкой поблагодарила парней и уверенно направилась в сторону торцевой части. Если от компании Аккермана и Смита я отказывалась до последнего, то за харизматичной женщиной пошла моментально, даже не задумываясь. Бойцы двинули следом, пропуская всех четверых вперёд, и следовали беззвучно, словно наши собственные тени.       Спокойным, прогулочным шагом майор вела нашу небольшую группу какими-то обходными путями, будто давая возможность рассмотреть и изучить расположение объектов на территории. Чем и занимались двое клейморов позади, пока мы обсуждали все на свете, начиная от погоды и заканчивая событиями вчерашнего дня, что плавно перетекли в сегодняшнее утро.       — …Вот и все, в принципе, — закончила повествование от своего лица, рассматривая странную конструкцию с высоким ограждением в виде натянутого зелёного полотна высотой метра четыре.       — Меньшего от Закклая я и не ожидала, — подняв руки к голубому небу, потянулась Зое, но после довольный голос приобрёл беспокойный, даже предостерегающий звон. — Но будь аккуратнее с Аккерман. Она способна на многое, если дело касается Эрена.       — Что? — непонимающе протянула, выгибая одну бровь, и начала изучать женщину, ища симптомы перегрева на солнце. — Она? Причём тут вообще Леви? И с каких пор он — это она?       — Леви? — в ответ удивилась шатенка, смотря на меня как на дуру, а после осознание чего-то достигло её разума. — Ааа… Прости. Микаса. Микаса Аккерман.       — Насколько мне известно, сестры у тебя нет. Либо у тебя была незабываемая и весёлая подростковая жизнь. Либо… — задумалась, прикладывая пальцы к нижней губе, а после резко остановилась, не прекращая прожигать взглядом спокойное лицо брюнета. — Леви, ей всего около шестнадцати лет!       — Совсем охренела? — прошипел брюнет, не по-доброму блеснув серебром зрачков. — Однофамильцы. О существовании девчонки я даже не знал до её вступления в разведку.       — Надеюсь, в ней дерьма поменьше будет, — съязвила напоследок, даруя себе мнимую победу в словесной битве, где преимущество было явно не на моей стороне.       — Ну, по-крайней мере она не такая чистоплюйка, как наш коротышка, — присоединилась ко мне Ханджи, задорно подмигнув.       — Угу. Да и метает молнии лишь на причину своего нервоза. А не тявкает на каждого встречного, — поддержала учёную, замечая, что и бойцов позади тоже заинтересовало сооружение, спрятанное от посторонних глаз плотным полотном. Тёмные остановились, наблюдая за силуэтами, что непрерывно появлялись и исчезали у предположительного входа в пространство.       Выпустив едва ощутимый поток светлой, привлекла внимание парней и, не останавливаясь, кивнула в сторону темно-зеленой стены. Прекрасно понимая мои ожидания, товарищи качнули головой в ответ, незаметно покидая нашу компанию, пока я отвлекала разведчиков своим присутствием. Развернувшись на пятках, высокие фигуры поспешно исчезли с поля моего зрения, напоследок мелькнув белоснежными плащами, исчезающими за серым бетоном одного из невысоких сооружений, которых здесь было достаточно.       Звонкий смех Ханджи, к громкости которого я все никак не привыкну, вновь вернул в сопровождающую меня «свиту». Очередная битва разногласий между Сильнейшим воином и маньячкой титанов полностью поглотила разведчиков, отчего те даже не заметили отсутствия двух членов Капитолия, и даже примерно не смогут предположить время их ухода. Лишь дойдя до главного корпуса, Эрвина заинтересовал факт пропажи моих подчинённых, на что я лениво пожала плечами, напоминая о свободе действий каждого клеймора вне выполнения заданий. Очередные недоверчивые взгляды с множеством вопросов, что бушевали в настороженных взорах. Но разведчики молчали, зная, что я не скажу и слова, если не посчитаю необходимым.       В итоге, мы молча зашли в главный корпус. И я надеялась на быструю и краткую экскурсию по планировке немалых размеров здания, но нет. Эрвин и Ханджи шли впереди, довольно часто встречались взглядами, будто оба обладали навыками телепатии. Напряжение возрастало с каждым шагом, а Аккерман, идущий по правую руку от меня, нервировал все сильнее и сильнее. Если командора и майора я читала словно открытую книгу, отталкиваясь от эмоционального состояния изучаемых, то каменное лицо Леви не позволяло даже предположить ход мыслей и отношение к происходящему, что быстро уничтожило расслабленную обстановку, созданную на улице.       — Заебало, — прошептала, скрипя зубами и не выдерживая очередного зрительного контакта впереди идущих. — Слушайте, что касается носителя и нас — касается исключительно носителя и нас. Никто не убьёт его. Вы не обнаружите труп Эрена где-то в кустах или его отрезанную голову, надетую на лезвие, воткнутое посреди вашей территории. Я и мои товарищи лишь выполняем свои обязанности. Прекращайте эти игры в обиженных детей и неумело спрятанные взгляды исподтишка. Нервирует.       Встав посреди промежуточной площадки, получила некое облегчение, высказав недовольство по отношению к обстановке, созданной из-за гребаной паранойи крылатых, что видят врага в каждом, кто пытается скрыть от них информацию. И не важно, насколько это конфиденциальные сведения, обсуждаемые лишь в узких кругах мне подобных.       — Всё сказала? — небрежно бросил через плечо Аккерман, стоя на несколько ступенек выше и смеряя меня ледяным взглядом.       — Сударь шутить изволит? — выгнув бровь, парировала колкость брюнета, а после перевела спокойный взгляд на Смита, врезаясь в сталь голубых глаз. — Пока клейморы действуют самостоятельно, пытаясь понять происходящее и увидеть картину в целом. Пусть наши выводы будут ложными, что вскоре опровергнуться — это не страшно, ведь мы не озвучим свои догадки.       — Выводы, касаемые Йегера. Я прав? — словно загробный шепот, пробирающий до костей, и блеск проницательной, строгой голубизны радужки. — Мы готовы поделиться информацией о нем, облегчая вам задачу…       — Нет, Эрвин, — перебила блондина, покачивая опущенной головой и закрывая длинными локонами лицо, приятно щекотя нежную кожу. — Мы смотрим с разных колоколен, и моя намного выше. Мне всего лишь нужно время, чтоб убедиться в принадлежности мальчишки. Или же, наоборот, обрезать на корню его причастие к определённой общине.       — Чем больше я получаю ответов, тем больше появляется вопросов, — устало выдохнул Смит, вызывая у меня лишь короткий смешок.       — Знаю, — понимающие посмотрела на командора, запрокидывая вверх голову, ибо стоя посреди лестничного пролёта, мужчина стал выше меня раза в два, а то и три. — Эрвин, я не врала, когда изначально предупреждала тебя о наличии личностных целей. У меня имеется чётко-поставленная задача, выполнение которой стоит превыше всего, даже важнее вашего положительного и доброжелательного отношения. И я готова идти по головам, но добьюсь своего, чего бы мне это не стоило.       Никто более не произнёс ни слова. Даже дыхания присутствующих невозможно было уловить, хоть нас и разделяли жалкие метры. Мы все нуждаемся в тишине, но в нашей жизни такие моменты выдаются все реже. Что происходит в человеческом мозге, когда вокруг не раздается ни звука? Правильно — он уходит в собственные мысли, погружаясь в особое состояние, что повышает креативность, улучшает память и развивает личность, помогая разобраться в самом себе. Так, наверное, было для них. Но не для меня. Уж слишком часто я пребывала в подобной атмосфере, оставаясь наедине с собой.       Мной это безмолвие воспринималось ничем иным, как давлением на веру в собственные убеждения, которым я следую. И сейчас сомнения уверенно прокрадывались в моё сознание, активно разрушая стремление достичь необходимого результата.       — Благодарю за внимание, — прервала обработку разведчиками сказанных мной слов и уверенно, не удостоив ни одного из них взглядом, продолжила подниматься на второй этаж, оставляя тех позади. Да и они не особо спешили останавливать меня, или пойти следом. В любой другой ситуации я была бы рада подобному исходу, но не сейчас. Незнание здания и неспособность ориентироваться в пространстве — сыграло явно не в мою пользу.       Выйдя на этаж, устремила взор на длинный коридор, почему-то пустующий. Серьёзно, сейчас утро, а в главном корпусе ни души, что на первом этаже, что на втором. И я бы подумала, что здание заброшено или используется крайне редко, но этим выводам противоречило отсутствие пыли и паутины, даже в самых труднодоступных местах.       — Что-то быстро твоя решимость пропала, — прозвучало позади, прямо у самого уха, опаляя его горячим дыханием, которое вообще никак не сопоставлялось с ледяным тоном. Волна мурашек пробежала по позвоночнику, щекотя затылок, от чего я наклонила голову вбок, отстраняясь подальше от Аккермана, растягивая мышцы шеи и прикрывая глаза от приятных ощущений.       — Боялась наговорить лишнего. Кто же знал, что разведчики такие ранимые, — сдержанный тон давался с огромным трудом, но мои попытки как-либо зацепить брюнета оказались ничтожными, ибо стоящий сзади лишь усмехнулся, выпрямляя чуть прогнутую спину.       — Та-а-ак, — протянула Ханджи, влезая между нами и кладя ладони на плечи каждого. — Думаю, достаточно нам кусаться. Ещё столько всего нужно сделать. Совместными усилиями, разумеется.       — Будущее не вижу, но предполагаю, что один из нас не доживёт до этого момента, — улыбнулась, скосив зрачки на брюнета, врезаясь в стальной взор серебряных глаз.       — Если клейморы и дальше будут действовать за нашими спинами, то продолжительность нашего сотрудничества окажется ничтожно мала, — проходя мимо нас, объявил Эрвин, даруя предупреждающий взгляд, адресованный исключительно мне, конечно.       — Десятый раз говорить одно и то же не намерена. Против разведчиков никто козни не строит, уж в этом будь уверен. Мы предпочитаем добычу покрупнее, — сощурив веки, приподняла один уголок губ, превращая обычную улыбку в хищный оскал.       — Кросс, пошли! — вцепившись в моё плечо и протягивая каждую гласную в двух словах, Зое потянула меня в сторону пустого коридора. Не ожидая подобных действий и наличия в ней такой силы, моё тело за считанные секунды развернули на девяносто градусов, от чего я, несколько раз споткнувшись, еле удержала равновесие.       — Можно аккурат… — нахмурив брови, начала оборачиваться на виновницу моего чудом не случившегося падения, но не успела и боком встать к крылатым, как кости лопаток вновь ощутили ладони, что железно продолжали толкать вперёд.       — Пошли-пошли, — не обращая внимания на моё недовольство, что явно виделось каждому, шатенка не позволяла мне обернуться назад, стремительно проталкивая в другой конец коридора.       «Как я до этого докатилась?» — наблюдая за усердными стараниями моего штурмана, что так активно задаёт направление моему телу, не сдержала улыбки, продолжая смотреть на неё широко раскрытыми глазами, удивлённо приподняв брови. Мужчины тоже не ожидали подобного, и им потребовалось несколько секунд, чтоб прийти в себя, а после последовали за нами, явно не думая прекращать устроенный спектакль.       — Заходи, располагайся! — именно с этими словами перед моим носом распахнулась дверь, находящаяся в самом конце коридора, и, соблюдая все нормы гостеприимства, меня «вежливо» пригласили пройти в помещение, буквально швырнув в дверной проем. Сделав несколько неуверенных шагов, чуть не подвернув стопы о разбросанные на полу книги, я оказалась в кабинете, снося несчастный стул, что оказался преградой в процессе полёта до деревянного стола.       Уперев руки в твёрдую поверхность из светлой древесины, сминая пальцами листы, что плотным слоем покрывали рабочее место, прикрыла глаза, прислушиваясь к собственному телу, проверяя его на наличие вывернутых суставов, вероятность появления которых крайне велика. Особенно с таким-то сопровождением. Дверь позади закрылась, отрезая нас от внешнего мира окончательно.       — Пиздец, — не выдержала, выпрямляя тело и медленно оборачиваясь на возбужденную разведчицу, придерживающую дверь спиной. — Ну ты даёшь.       — Извини, — выдохнула она, виновато улыбнувшись. — Мне казалось, что следующий разговор имел бы ужасные последствия. Как для нас, так и для тебя. И лучшим решением было…       — Не продолжай, — прервала её, представляя, как это выглядело со стороны. Мой тихий, приглушенный смех эхом разнесся по кабинету, воздух которого пропитался лекарственными препаратами, и если не иметь возможность видеть, то можно подумать, что находишься в лазарете.       — Не сердишься? — вопросила учёная, отлепляя спину от двери и проходя вглубь комнаты.       — Да как-то похрен. Если ты переживаешь, что таким образом задела мою гордость, то расслабься, — запустила пятерню в корни мягких волос, зачесывая их назад. — Но целеустремлённости и смелости тебе не занимать. Похвально.       От моих слов Ханджи моментально засияла. Видимо, впервые её хвалили за отрицательные качества, присущие упертым людям. Благодарно улыбнувшись, она наклонилась, поднимая опрокинутый мной стул и поставив его рядом со мной, обошла стол, усаживаясь напротив.       — Извини за беспорядок, — пробубнила кареглазая, убирая разбросанные отчёты, пока я присаживала свою задницу на предоставленное место. — У меня всегда так.       — Ну, хоть честно, — пожала плечами, передавая несколько книг, освобождая около себя необходимое пространство. — Прекрасный оберег от надоедливых капитанов.       Зое замерла, протягивая руку к плотной обложке передаваемой книги, удивлённо смотря на меня. Опустив голову, продолжая нависать ладонью над темным переплетом, она тихо засмеялась, подрагивая плечами.       — Ты только ему не говори. А то направит весь штаб на уборку кабинета. Будет нашим укрытием от него, — сквозь смех пролепетала, подняв на меня довольный взгляд.       — Договорились, — улыбнулась в ответ и, заглянув ей в глаза, продолжила. — Но скажи им, что у нас нет намерений вредить вам и всем людям на территории стен. Сейчас мы не можем доверять никому, кроме себя. Поймите наши чувства, поставьте себя на наше место и задумайтесь: какого это, быть на чужой территории, когда тебя продали люди, отправляя к себе подобным.       — Я понимаю, Корра. Потому сейчас я здесь и с тобой. Но не стоит провоцировать Эрвина. Он хоть и делает вид, что ему нет особой разницы о свободном перемещении твоих товарищей. Но когда это происходит на его территории, возле его людей и за его спиной — это не особо радовать будет.       — Знаю. Но пока у меня нет иного выбора, потому и прошу у тебя помощи, — выдохнула, отведя взгляд в сторону.       — Я не прошу раскрывать мне все карты, — освободив мои руки от удержания на весу передаваемого предмета, произнесла Ханджи, заглядывая в глаза и тем самым привлекая мое внимание. — Но всех нас интересуют твои намерения. Для чего ты отдаёшь приказы подобного рода?       — Наблюдение. Изучение расположения зданий на вашей территории и их содержимое, — начала, поочерёдно загибая пальцы, а когда очередь дошла до третьего, улыбнулась, обнажив клыки и придавая зелёным глазам хищный прищур. — Превратить беззаботную жизнь Йегера в сущий ад, состоящий из бесконечных тренировок под моим контролем.       *Неделю спустя*       — Корра, отойди оттуда! — вопила Петра, мешая мне наслаждаться беззаботным времяпровождением, наблюдая за плывущими облаками и расслабленно покачивая ногами над пропастью, сидя на нагретом камне, — А если он превратится!       — Тут, скорее, мы превратимся в прах от старости, нежели Йегер использует силу! — прокричала обеспокоенному рыжику в ответ, заглядывая в глубь колодца, от чего прохладный воздух ударил в лицо, охлаждая кожу от палящих лучей. — Как дела?       Злорадства в моем голосе хоть лопатой греби, но и говорила я так специально, нежели пыталась доказать бесполезность мальчишки, что смотрел на меня со дна высушенной скважины. Парень упертый, и мне это безумно нравилось, вот только питать ложными надеждами, что у него все получится, он сможет и бла-бла-бла, — не намерена.       — Не выходит, — прошептал он, смотря на кровоточащую руку со множеством следов от укусов, от чего кожа протестующе лопалась, высвобождая алую жидкость. Вновь подняв на меня полные надежды бирюзовые глаза, Эрен всем видом показывал безысходность, отчаяние и незнание дальнейших действий, как и причины отсутствия силы титана. Но я была непоколебима, и ответом ему было безразличие тёмной зелени, что скучающе наблюдала за его жалким попытками.       — Жаль, — повела одним плечом, вновь теряя интерес к происходящему внизу, и снова искала покой, провожая белоснежные пушистые облака, что медленно плыли по голубому полотну, подгоняемые слабым ветерком. Ноги, висящие над пропастью, продолжили свободно раскачиваться в стороны, приятно вытягивая мышцы.       — Ауч, — послышалось снизу, отражаясь от каменных влажных стен, прерывая мой уход в нирвану. Лениво склонив голову, вновь принялась наблюдать за действиями мальчишки, что продолжал нещадно вонзать клыки в собственную конечность.       «Мазохист чёртов» — промелькнуло в голове, когда пришло осознание, что ещё несколько укусов, и мякоть под большим пальцем уж точно окажется у него во рту.       — Прекращай, — выдохнула, махнув рукой трём светлым, что стояли в десяти метрах от нас, закрывая собой разведчиков, чтобы в случае превращения защитить от осколков камней и земляного полотна, используя барьер. — Учти, что лечить тебя я не стану. Используй регенерацию, ну или рану перевяжи.       — Почему? — вопросил шатен, сжимая и разжимая погрызанную руку. — Не быстрее ли будет заживить мои раны, и я снова продолжу…       — Снова продолжишь пытаться, — закончила за него, выгнув бровь. — Не думаешь, что сначала надо разобраться в причине несрабатывания превращения? Поверь, я не желаю попусту тратить на тебя энергию.       Носитель хотел было открыть рот, дабы продолжить отстаивать свою позицию, но вовремя подоспело наше наблюдение, тем самым избавляя меня от воодушевляющих речей. Один из светлых стоял возле меня, заглядывая в глубь колодца и оценивая состояние мальчишки. И, кивнув своим мыслям, в одно мгновение преодолел каменное ограждение, ныряя вниз за Атакующим, если его ещё можно так называть.       Нехотя перекинула конечности, ставя стопы на мягкую почву с короткой свежей травой, что приступила к активному заполонению площади, создавая яркий, зелёный ковёр из молодых ростков.       — Перерыв, — озвучил мои действия Аккерман, разворачиваясь спиной к колодцу, и, уверенно шагая, направился в противоположную сторону. Нотки раздражения были отчётливо мной услышаны, видимо, Эрвин ожидает от своего верного пёсика определённых результатов, к реализации которых Эрен не спешит приступать.       — Почему у меня не получается? — загробным голосом вопросил Йегер, сидя за столом, который разведчики притащили с собой, позаимствовав его из столовой замка. Сейчас нашим временным убежищем являлся небольшой замок, расположенный где-то в глуши, ближе к стене Роза.       Мне нравилась эта изоляция ото всех, позволяющая отдохнуть от ежедневной рутины и нескончаемых возгласов разведчиков, что начинали орать с самого утра, словно петухи. Тишина, гармония и умиротворение — вот что сопутствовало нескольким последним дням.       — Не дергайся! — прикрикнула на парня Ралл, старательно перебинтовывая искусанную ладонь. — Может, сила пропала. Вдруг ты исчерпал её полностью?       — Это исключено, — вмешалась в диалог, прерывая поток глупых предположений, лёжа на мягкой траве и разбросав по молодой растительности длинные пряди. — Ты потеряешь способности носителя, лишь когда умрёшь. По-другому никак не избавиться от силы титана, она уйдёт с тобой с последним вздохом.       — Но почему тогда её нет сейчас? Почему я не могу использовать её? — вопросил мальчишка, разглядывая результаты старания Ралл, а вместе с ним состояние искусанной конечности изучал один из светлых, сидящий недалеко от носителя.       — Даже не регенерирует, — оповестил меня клеймор, на что я лишь дёрнула уголком губ, выражая полное безразличие к возникшей проблеме.       — Вы ведь знаете много о таких, как я! — осознание к носителю пришло моментально, будто по щелчку пальцев, от чего он не контролировал громкость своего тона. — Что мне мешает? Может, я делаю что-то не так?       — Да чтоб тебя, — прошептала, нехотя отлепляя спину от мягкой травы и принимая вертикальное положение, после чего направилась к столу, неотрывно наблюдая за бирюзовыми глазами, переполненными надеждой, что блестели с противоположного конца стола.       Аккерман, мирно потягивающий чай и не обращающий внимания ни на кого, игнорируя слишком эмоциональные речи шумного рядового, заметно напрягся, стоило оказаться на расстоянии нескольких метров до носителя. Настороженный взгляд неотрывно наблюдал за каждым моим действием и изменением в лице, пытаясь заранее предугадать намерения.       — Я не вездесущая и никогда не увлекалась принципом работы вашей силы. Мне это просто неинтересно, — встав слева от Йегера, прожигая тяжёлым взглядом сверху, наклонилась ближе и, обнажив клыки в и без того хищной улыбке, продолжила: — Единственной моей задачей является уничтожение тебе подобных, имея в наличии лишь краткую информацию. Но поверь, её будет вполне достаточно, чтоб за считанные секунды прекратить твое существование, и уж тогда сила Атакующего точно исчезнет навсегда.       — Командир, — привлёк моё внимание голос светлой, тонкие пальцы которой придерживали протянутую мне кружку горячего напитка.       Приняв фарфоровый сосуд, благодарно качнула головой, лениво ища взглядом сладкую добавку к напитку, содержащую глюкозу. Как только чашка оказалась в моих руках, девушка прекратила нависать всем телом над поверхностью стола, садясь обратно на деревянный стул и, отсканировав состояние шатена, выдохнула, мило улыбаясь.       — Она имела ввиду, что познания о силе ничем не отличаются от ваших. Мы обучены лишь противостоянию разумным. Для нас все происходящее здесь и сейчас — тоже впервые, — голос тихий, нежный, успокаивающий, и лишь моё громкое помешивание сахара металлической ложкой нарушало убаюкивающий гипноз. — Здесь мы лишь в качестве наблюдателей. Вряд ли стоит от нас ожидать многое.       — Верно. Отчёт ведь не от меня ожидают. Вот я и не рыпаюсь сильно, — бросила в сторону Леви издевательский взгляд, ехидно улыбаясь. В ответ на меня устремились два серебряных зрачка, видневшихся из-за края белой посуды, приподнесенной к губам, которые моментально закатились, а после продолжили изучать центр стола, демонстрируя полную отвлеченность от нашего обсуждения и всего мира, в целом.       — Эрен, — подала голос Петра, сидящая, как всегда, рядом с Аккерманом, всегда стараясь быть как можно ближе к брюнету. — Но мы с тобой. Знай: мы всегда тебя поддержим и поможем, что бы не случилось.       — Верно, — поддержал рыжика Эрд, согласно кивнув головой. — Ты ведь теперь являешься членом нашего отряда. Сделаем все возможное, но не позволим тебе опустить руки.       И вот наступил очень милый, теплый и такой душещипательный момент, подпитываемый улыбками Элитного отряда и Йегера. А меня раз десять успело передернуть, пока слушала очередные сладкие речи, наполненные бесконечной поддержкой и защитой верных товарищей. Благо, адресовано это было все не мне, иначе, мои язвительные ответы уж точно не создали бы эту прекрасную атмосферу единства.       — Запомни этот момент и сказанные ими слова, Эрен, — усмехнулась, прикрывая на мгновение веки и кладя ложку на край стола, и окинула взглядом каждого элитного разведчика, уже обращаясь к ним. — Поспешили вы с подобными речами. Он-то верит вам, особенно сейчас.       Удивление, смешавшееся с непониманием читались на лицах подчинённых Аккермана, пока тот все так же продолжал сидеть молча, наблюдая за происходящим со стороны. Я ожидала его принятия одной из сторон, и больше склонялась к поддержке брюнетом своих подчинённых, которых необоснованно обвинила в легкомыслии. Но нет, Леви будто и не находился с нами, уж слишком тихо он себя вел, изредка бросая в сторону Йегера взгляд.       Четвёрка элитных тоже молчала, прожигая меня недовольными взглядами, но чувство благодарности не позволяло и рот раскрыть в мою сторону. Видимо, на всю жизнь запомнят своего защитника в Тросте, прикрывающего их отступление и продолжающего смело смотреть смерти в глаза. Знали бы они только, что я это делала не из личных побуждений, мной двигала обязанность, навязанная руководством ещё с малых лет.       — Пустая трата времени, — выдохнула, резко разворачивая корпус, и с силой, от боли сжимая челюсти, впечаталась тазовой костью в чёртов угол стола. Деревянная поверхность слабо пошатнулась, заставляя весь стоящий на нем сервиз по-музыкальному зазвенеть, ударяясь друг об друга. Стук стекла разнесся по небольшой поляне, окруженной редким лесом, от чего птицы, скрывавшие свое присутствие среди небольших недавно раскрывшихся листов, — распахнули крылья, унося небольшие тела как можно дальше от громкого, неприятного звука.       — Неуклюжая, — без особых эмоций прокомментировал Аккерман, пока я изучала состояние посуды, опасаясь увидеть небольшие трещины на недёшевом материале. Пропустив мимо ушей его попытки задеть меня, опустила взгляд на поблескивающий предмет, отражающий солнечные лучи.       Ложка, которую я положила на край огромного стола, свалилась на землю, сминая под собой мягкую свежую и невысокую траву. Выдохнув, поставила кружку на стол, намереваясь поднять упавший элемент сервиза, но прямо перед носом, чуть не ударяя меня затылком, нырнула голова Эрена.       — Я подниму, — оповестил меня шатен, наклоняя тело к земле, продолжая греть тощей задницей поверхность занятого места. Вскинув бровь, выпрямилась обратно, не понимая порывов мальчишки поухаживать за мной.       «Что за благородие пробудилось столь неожиданно?» — задалась вопросом, наблюдая за действиями носителем, а после, найдя это занятие более неинтересным, перевела тёмную зелень в сторону окружающего нас леса. — «Плевать. Один хрен моего снисхождения не получишь, особенно учитывая выбранный тобой самый омерзительный, низкий способ».       — Ай! — послышалось шипение внизу, и я бы даже внимания не обратила, если б не свечение у моих ног, возле которых мелькали небольшие молнии. Время будто замерло, позволяя мне более детально рассмотреть желтоватые искры, отчётливо виднеющиеся на фоне черных сапог.       Я прекратила дышать, понимая происходящее. Понимая, что меня сейчас просто разорвёт на куски, а последствия, что скажутся на остальных — мне неизвестны, мысли просто остановились.       — Барьер! — приказ сорвался на крик, в котором я не узнавала собственного голоса. Такой напуганный, такой отчаянный, потерявший прежнюю строгость и спокойствие.       «Не успею…» — даже собственные мысли шептали в голове, не позволяя собраться для использования светлой, когда энергия бойцов пропитали воздух в округе, от чего я осязала её собственной кожей. Клейморы, что находятся в моем подчинении, не относящиеся к элитным — смогли своевременно среагировать, пока я молча наблюдала за мерцающими линиями у собственных конечностей.       Тело, управляемое инстинктами, бесконтрольно подало импульс в мозг, от чего ноги напряглись и оттолкнули меня от превращающегося мальчишки. Но я знала, что это бесполезно.       «Я подпустила врага слишком близко к себе, будучи обманутой его прекрасной игрой в беспомощную жертву стоит мне лишь рядом оказаться» — оттолкнувшись одной ногой от земли, находясь в воздухе, и до скрипа сжимая челюсти, наблюдала за процессом превращения разумного, от чего яркий столб света уверенно приближался ко мне. Прикрыв глаза, не смогла сдержать улыбки над собственной беспомощностью, в которой виновата только я. — «Глупая, наивная дура…»       Яркий свет больно ударил по закрытым векам, означающий приближение жёлтых молний к моему телу, что ещё пребывало в воздухе.       Взрыв.