И за это я боролась...

      Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами, но я, видимо, исключение из правил.       Если честно, мне всегда казалось, что все эти истории с последними мгновениями, мысленным сканированием жизни — звучат довольно зловеще. У меня была лишь ненависть.       Ненависть к самой себе и своим стремлениям, которым так и не суждено быть достигнутыми. Никаких воспоминаний из прошлого, что должны растрогать до глубины души. Лица тех, кто имел огромное значение в моей жизни. Ровным счётом ни-че-го.       Единственное, что пронеслось перед моим взором — земляное полотно. А следом за ним — адская боль по всему телу в результате соприкосновения спины с твёрдым грунтом. Кубарем прокатившись по почве, отчётливо ощущая размеры и формы встречающихся на моём пути камней, я жадно глотала выбитый из лёгких воздух, как только тело остановилось.       «Жива?» — разлепив веки, игнорируя небольшие крупицы песка на слизистой, устремила взгляд в голубое небо, что постепенно перекрывалось густым облаком пара. — «Почему? Меня должно было разорвать в клочья. Расстояние было непростительно ничтожным. Если только…».       Осознание пришло моментально, от чего тело, изнывающее от каждого малейшего движения, превозмогая собственные возможности — пришло в движение, принимая сидячее положение. Глухо простонав от не самых приятных ощущений в отбитых мышцах, устремила взор на место наших мирных посиделок, которое теперь было окутано густым молочно-белым туманом. Вот только плотная пелена не даровала воздуху ожидаемой влажности, что свойственна подобному явлению.       «Он не превратился» — подняв взгляд выше, подытожила, присев на одно колено. — «Пятнадцатиметровая туша уж точно не уместится в зоне ограниченной видимости. Но отбросило меня не хило» — оценив дистанцию до былого местонахождения, улыбнулась, мысленно показывая средний палец смерти, в ледяных объятиях которой уже успела побывать много раз. И вот я снова выхожу победителем, не веря собственному везению.       Светлая энергия до сих пор чётко осязалась в пространстве, но из-за пара мне не давалось возможным увидеть количество спасенных и их состояние. Да, я была готова увидеть трупы тех, кого барьер союзников не успел накрыть.       Слабый, неощутимый ветер стремительно разгонял образовавшееся облако, куда был устремлен мой взгляд, будто пытаясь что-то увидеть сквозь плотную завесу. В висках нещадно давило, сердце готово выпрыгнуть из груди, но серьёзная мина на моем лице полностью противоречила физиологическим изменениям организма, который отходил от огромного притока адреналина, образовавшегося путем осознания высоковероятной смерти.       Я не видела своих товарищей, но их энергия вопила о жизнедеятельности клейморов, словно луч света в непроглядной мгле, сквозь которую постепенно начали виднеться огромные мышцы, не покрытые защитным слоем эпидермиса. Кроваво-красные, с желто-белыми полосками сухожилий и с непрерывным выделением пара. Но тело Атакующего все никак не спешило показаться мне, да и площадь, окутанная облаком пара, просто физически не позволяла уместиться пятнадцатиметровой туше.       «Что-то не так. Почему так тихо? Где крик титана?» — столько вопросов крутилось в голове, сопровождаемые непрерывным звоном, что ещё сильнее давил на мозг. — «Если я жива, значит превращения не было или произошло не полностью, оставаясь не завершенным. Не понимаю».       Но все вопросы и сомнения развеялись вместе с перекрывающим обзор облаком, позволяя лицезреть одну огромную руку, зафиксированную в странной форме и возвышающуюся пальцами к небу. Что-то блеснуло в ещё нерасчищенной зоне видимости, привлекая моё внимание, а после два темных силуэта метнулись в сторону конечности. Поток светлой энергии прекратился, а вместе с ним прекратилось и моё временное помертвление, на замену которому пришло осознание происходящего.       — Стоять! — срывая голос, прокричала бойцам, очертания тел которых исчезли, как только они приблизились к руке. Сжав челюсти, поднялась на ноги и поморщилась, ощутив во рту частички песка, смешавшиеся со слюной и кровью. Неуклюже пошатываясь, сделала несколько неуверенных шагов, давая телу возможность быстрее адаптироваться к нагрузке.       — Знаем, командир, — прозвучал голос одного из товарищей, от чего я устремила свой взор в сторону говорящего, пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь чёртов пар, который не особо спешил исчезать, до последнего оставляя напоминание о себе в виде полупрозрачной дымки. Но, наконец, ветер справился со своей обязанностью, открывая вид на самую прекрасную картину, что даровала мне исключительное наслаждение.       Йегер, сидящий на корточках, прикрепленный запястьем к несформировавшейся до конца титанической руке, такой беспомощный и полностью обездвиженный. Бирюзовые глаза, наполненные нескрываемым страхом, сильно подрагивали, метаясь от одного бойца к другому.       Светлые стояли по обе стороны от дрожащего мальчишки. Бесстрастные взгляды устремлены сверху вниз, а лезвия, находящиеся по одному в руке каждого, скрещивались у шеи носителя, оставляя до тонкой побледневшей кожи жалкие миллиметры.       — П-простите! — завопил мальчишка, создавая музыкальное сопровождение моему уверенному приближению, позволяя полноправно даровать себе роль хищника в сложившейся ситуации. — Я не хотел. Даже не пытался использовать силу! Почему она самостоятельно высвобождается! И почему… — он опустил взгляд на правую конечность, что буквально вросла в соединительно-тканные образования. — Почему я тогда не превратился полностью?       «Знаю, Йегер» — остановившись в нескольких метрах от огромной руки, лениво бегала глазами по мышечным волокнам, сухожилиям, переплетающимся с кровеносными и лимфатическими сосудами, дарующим объекту визуального изучения кроваво-красный оттенок. — «Если бы твоей целью было убийство всех, кто сопровождает тебя — я бы уж точно здесь не стояла. Ошметки моего тела разлетелись бы по всей округе и, словно ёлочные игрушки, свисали бы с ветвей деревьев, расположенных на немалом расстоянии. Тем более, Ханджи с Моблитом отсутствуют. Сомневаюсь, что тебе нужны свидетели, а на крайний случай, и преследователи в лице упомянутых» — подняв взгляд на парня, что неотрывно наблюдал за мной, я улыбнулась, прикрывая глаза. — «Ты прошёл проверку, Эрен».       — Успокойся, Йегер, — выплюнула, положив ладонь на лицо, с нажимом проводя пальцами вниз, будто стирая раздражение, вызванное мольбами шатена. — Будь у тебя такие намерения, я бы тут не находилась. Но не дай мне после пожалеть об этом.       Коротко, ровным тоном, полностью противореча напряжённой атмосфере, что осязалась каждым миллиметром кожи. Светлые не прекращали прожигать взглядом макушку шатена, но редкие быстрые взгляды мимолетно бросались и в мою сторону. Они ждали. Замерли в ожидании моего решения.       Только борьба объективности с предубеждением прекратилась, и я разъединила губы для озвучивания дальнейшего распоряжения, как меня прервало приближение нескольких тел позади носителя.       — Спокойствие, — настойчиво, не принимая никаких возражений прозвучал голос Леви. Эрен обернулся, подставляя мне профиль своего лица, но стоило увидеть ему происходящее, скрытое для моих глаз огромной конечностью, как мальчишка моментально сменился в лице.       Веки отдалились на огромное расстояние друг от друга, будто намереваясь выпустить глазные яблоки наружу. Губы приоткрылись, замирая в немом вопросе, озвучить который он явно не мог.       Лишь наблюдая его реакцию, во мне пробудилась дикая заинтересованность, позволяя любопытству затмить собой сдержанность, от чего я направилась в сторону, обходя до сих пор источающую пар руку.       — Как интригующе, — прошептала одними губами, стоило лишь лицезреть представление под названием «искреннее доверие людей».       Аккерман стоял к нам спиной, вытянув в сторону одну руку в останавливающем жесте. А пресекались действия именно тех, кто недавно прожигал недовольными взглядами меня за не самые приятные слова в их адрес. Теперь же, четыре пары глаз с ненавистью устремились на беззащитного шатена, будто пытаясь уничтожить его визуально.       — Я сказал спокойствие. Живо, — ровный безэмоциональный глас вновь вызывает волну мурашек по коже. Аккерман продолжал сохранять хладнокровие, не обращая внимание на напряжение обстановки что за его спиной, что перед глазами.       Рука каждого члена Элитного отряда покоилась на рукояти, и неизвестно, что именно удерживает разведчиков не обнажить острый металл: страх перед неизвестностью, касаемо реакции Эрена на их враждебный настрой, который «верные» друзья-товарищи демонстрировали в открытую; или же капитан, стоящий у них на пути. Зубы плотно сжаты, даруя всей четвёрке озлобленный оскал, а брови сместились к переносице.       С неподдельным интересом наблюдала за происходящим, но среди всех шестерых участников данного представления большее внимание уделялось Эрену и Леви, что принял нейтральную сторону, оказываясь меж двух огней.       — Что это было? Что за звук? — послышалось со стороны леса, куда я лениво перевела взгляд и после наблюдала за скачущей вприпрыжку Ханджи, позади которой бежал и Моблит, явно не поспевая за возбужденной учёной.       Усмехнувшись, переключила все внимание обратно на выяснение отношений. Но стоило моему взору наткнуться на крепкую широкую спину Эрда, стоящего уже впереди меня — я удивилась, вскидывая одну бровь и вспоминая упущенный момент, когда Элитный отряд успел окружить Йегера со всех сторон. Лезвия уже не прятались в металлических ножнах, а задорно поблескивали в лучах солнца, отражая голубое небо.       — Эрен, что это значит?! — вопросил впереди стоящий блондин, чуть наклонив корпус.       — В смысле? — глупый вопрос в сопровождении с дрожащим голосом добавлял ещё больше драматичности, вызывая желание объяснить Йегеру его шаткое положение в глазах разведчиков.       — Почему превратился без разрешения?! Отвечай!       — Эрд, погоди, — спокойный тон Леви целиком и полностью диссонировал с настроем подчинённых, от чего я жаждала ещё больше окончания его выдержки, когда он прекратит играть роль здравого рассудка, пытаясь устаканить психическую неуравновешенность элитной четвёрки.       — Отвечай, Эрен. Что ты творишь?! — практически перебивая брюнета, включился в жалкий допрос и Базард. Бойцы молчали, продолжая держать лезвия у шеи, но отдалив их на несколько сантиметров от кожи, позволяя мальчишке вертеть головой во все стороны и отвечать на вопросы. А вместе с Йегером, головой вертела и я с почти незаметной тенью улыбки.       — Нет, это мы будем решать потом, — более сдержанно объявил Гюнтер, медленно шагая к носителю, и с каждым его последующим движением шкала заинтересованности в устроенном представлении доходила до максимальной отметки. — Докажи, что ты не враг нам и всему человечеству! — но ответом ему был лишь ошарашенный взгляд бирюзовых глаз, что не особо остановило давление на подозреваемого. — Докажи это сейчас же! На тебе ведь сейчас такая ответственность.       — Только попробуй двинуть своей рукой. Голова сразу полетит с плеч. Я ведь могу. Правда. Хочешь проверить? — крепче сжимая рукояти, разбрасывала угрозы направо и налево копирка Аккермана.       — Похоже, ваше нахождение здесь — шутка какая-то, — тихо усмехнулась, посмотрев на двух светлых. Но те лишь на одно мгновение скосили зрачки в мою сторону, после снова возвращая свое внимание на окружение разведчиков. Спокойствие на их лицах было непоколебимо. Сейчас мы заняли позиции зрителей, наблюдая со стороны, но при этом находясь в самом эпицентре событий.       — Оруо, я ведь сказал успокоиться, — не удостоив того взглядом, Леви не оставлял попыток усмирить четверых напуганных разведчиков, что не умело пытаются спрятать свой страх за устрашением, бросая вызов причине своего напряжения.       — Капитан, отойдите. Вы слишком близко, — включилась Петра, находясь в нескольких метрах к предмету своего воздыхания, стоя напротив.       — Нет. Это вы должны отойти. Назад.       — Надоело… — прошептала одними губами на выдохе, приподнимая ладонь, и реакция клейморов на мой жест была незамедлительной.       — Почему? — вопила Ралл, а после замерла, наблюдая за приземлением на почву палачей Йегера, а после нашим приближением. — Корра… Что вы делаете?       — Моя интуиция, — ответил ей брюнет, оборачиваясь назад, желая увидеть причину ошеломления рыжеволосой. Когда наши взгляды пересеклись, в ледяном серебре уловила едва заметный блеск, больше схожий на признательность.       Все-таки, насколько уверенным и сильным ты не был — поддержка необходима каждому. Видимо, сейчас мои действия выглядели для него именно так.       — Не знала, что обязана отчитываться о каждом своём решении, — напомнила рыжеволосой о принадлежности клейморов к организации, и кому я обязана отвечать на данные вопросы.       Пока Ралл рассматривала мою аналогичную со стоящим рядом брюнетом каменную мину — для трех парней будто весь мир прекратил существовать. Они видели лишь один силуэт, они хотели слышать лишь одного человека, что обязан ответить на их бесконечный поток вопросов: Эрена, сидящего все так же неподвижно, лишь изредка вдыхая воздух.       Он молчал. Ему нечего было сказать. Ему необходимо и самому разобраться в произошедшем. Я это понимала, но не спешила озвучивать свои мысли, пытаясь перекричать балаган, устроенный тремя мужчинами.       «Почему. Зачем. Отвечай. Не молчи!» — их голоса уже будто в мозг въелись, затмевая собой собственные мысли. — «Ну же, Леви, успокой своих подчинённых. Мне ты когда-то говорил, что получаешь удовольствие, когда ломаешь таких личностей, как я» — скосив зрачки в сторону Аккермана, изучая профиль его спокойного лица без единого намёка раздражения от излишнего шума, тихо усмехнулась. — «Что ещё мне расскажешь, укротитель хренов?»       — Да помолчите вы! — заорал Йегер позади, от чего тело немного напряглось, стоило лишь уловить новый тембр голоса среди привычных. Брюнет, наконец, пришёл в движение, оборачиваясь на носителя.       — Бам, — озвучила взрыв нервной системы мальчишки, прикрывая глаза, но прекрасно ощущая недовольные ожоги на лице, оставленные прожигающим взором серебряных глаз.       Мы все замерли в ожидании. Мне и самой до жути хотелось услышать умозаключение шатена, и как раз затянувшаяся пауза позволяла высказаться, не перекрикивая остальных. Но нет, мальчишка молчал. И это только отягощало ситуацию, от чего я настороженно обернулась назад, пытаясь предугадать мысли и дальнейшие действия его окружения. Готовность встать между носителем и элитным отрядом удивляла и меня. Но пока его действия не угрожают существованию человечества — я намерена пресекать необдуманные решения, подпитываемые излишней эмоциональностью и несущие необратимые последствия, о которых будут жалеть всю оставшуюся жизнь.       — Эре-е-ен! — словно гром средь бела дня и молния, Ханджи, что раскидала Джина и Оруо, стоящих на своём пути, стремительно неслась к несформировавшейся плоти. Одно её внезапное появление подобно огненному смерчу, сжигающему все, до чего дотронется, включая и напряжённую атмосферу.       Сейчас всеобщее внимание принадлежало ей, и только ей. Увидев её впервые, я бы не смогла соотнести звание майора, присущее безумной учёной и то, как она скачет вокруг оболочки Атакующего, радостно прикрикивая, словно ребёнок.       — П-подождите… — послышалось сквозь множество вопросов, которыми осыпала Эрена возбужденная женщина, от чего я лениво перевела взгляд на причину предостережения.       — Ханджи, не советую… — решила предупредить, немного нахмурив брови.       — Горячо!!! — не дав мне договорить, прокомментировала соприкосновение своих ладоней с плотью титана, отпрыгивая на несколько метров назад. — Эрен, твои мышцы чертовски горячие.       Прокатившись коленями по зелёной траве и пачкая белые брюки, Зое вцепилась в обнаженную кожу, запрокидывая лицо к небу. Но в её голосе не было и лёгкого намёка на боль, здравомыслие давно покинуло сознание, а любое физическое воздействие на тело являлось определённой частью опыта, из которого она извлекает выводы. Как, например, сейчас.       — Во что я ввязалась.? — выдохнула, делая шаг в сторону импульсивной разведчицы, вокруг которой уже начал кудахтать Моблит, читая той нотации о безрассудстве.       Подойдя к Ханджи, сидящей ко мне спиной, уверенно положила руку на плечо, слегка сжимая сустав пальцами, заранее зная, что вряд ли мою конечность брезгливо отбросят. Взгляд упал на ладони: покраснения покрыли большую часть некогда светлой кожи, а множество вздутий, в виде пузырей, лишь добавляли омерзительности.       Она даже не обернулась, так и оставляя без внимания неизвестного позади, полностью уходя в собственные мысли, что явно готовы разрывать черепную коробку, выплескиваясь бурным потоком. Казалось, она даже не испытывает никакого дискомфорта по отношению к обожженной чуть ли не до мяса коже.       Мысленно закатив глаза, все больше и больше поражаясь отсутствию инстинкта самосохранения, призвала светлую, пропуская её через плечо в тело учёной. Кожа на нескольких открытых волдырях начала стягиваться, приобретая здоровый изначальный цвет. Покраснения исчезали на глазах, а Ханджи так и продолжала пребывать в неком трансе, не обращая на происходящее никакого внимания.       «Будто так все и должно быть» — улыбнулась собственным мыслям, не понимая, когда добродушие перестало являться чем-то чуждым. Я не ждала никаких слов благодарности, нежной улыбки. Мной двигало лишь одно: желание помочь, избавить от боли. Словно мать залечивает раны гиперактивного ребёнка, который постоянно находит приключения на свою задницу. А если таковых и не имеется, то он создаёт их из ниоткуда.       — Эрен, а тебе не горячо?! — стоило только светлой выполнить свою обязанность, как Зое подскочила с места, чего я уж точно не ожидала. Энергия дарует умиротворение разуму, расслабляет тело и пропитывает каждую клетку организма непоколебимым спокойствием. Но нет, Ханджи абсолютно плевать на все правила.       Знатно охреневая от её резкого прилива сил вместо безмятежной неподвижности, я встала как вкопанная, выставив ладони вперёд. Карие глаза полны безумства, а блеск азарта полностью перекрывал расширенные зрачки.       — Твое запястье. Ты что-нибудь чувствуешь? — пронёсся мимо меня вихрь, чуть не сшибая с ног и вновь направляясь в сторону Йегера.       — Надоело, — устало выдохнула, опуская руки и возвращая бесстрастное лицо, после чего проводила удаляющуюся спину Зое и лениво перевела взгляд на клейморов, с тенью улыбки на губах.       «Весело вам, значит. Ну, раз компания по душе» — поймав взгляд одного из бойцов, демонстративно вытащила из одной небольшой сумки, коих было несколько зацепленных на ремне у талии, небольшой блокнот с карандашом, — «наслаждайтесь». Именно с этими мыслями подкинула поочерёдно предметы канцелярии в сторону светлых, не прекращая зрительного контакта с уже непонимающим взглядом товарища.       — Командир? — вопросил боец, поймав каждую брошенную вещь.       — Если что интересное будет — запиши и мне потом отдашь. Более в этом спектакле участвовать — нет желания, — намёки на хорошее настроение моментально испарились с лиц светлых, даровав мне возможность ядовито улыбнуться. — Развлекайтесь.       *Несколько часов спустя*       Стало прохладнее. Лучи солнца уже не дарили прежнего тепла, лишь изредка выглядывая из-за объемных облаков, находящихся несколько выше линии горизонта. Но легкий ветерок всё ещё оставался тёплым, лениво подгоняя фиолетово-оранжевые массы, разбросанные по закатному небу.       «Красиво. Этот гребаный мир насквозь пропитан дерьмом, но он все так же чертовски прекрасен» — устремив тёмную зелень вдаль, с замиранием сердца наблюдала за окончанием дня, сидя на крыше замка.       Тишина и спокойствие — вот моя компания, которой я была рада всегда, и чашка почти остывшего чая, стоящая на серой черепице у моих ног. Пребывая здесь, в отдалении от городов и иных поселений людей, невольно в голове всплывало ощущение нахождения на территории организации.       Кругом леса и небольшие рощи, зелень которых утопала в нежно-розовых цветах, отражая закатные лучи. Правда, замок намного меньше, окружение состоит из разведчиков, да и если приглядеться вдаль, то можно увидеть на горизонте темно-серую линию, не имеющую ни конца, ни края. Стены. Защита человечества от угрозы в лице титанов. Вот только, если бы они знали истинных врагов — гиганты показались бы им лишь пешками на шахматной доске, позади которых имеются фигуры куда опаснее. Куда сильнее.       — Не помешаю? — послышался неуверенный голос за спиной, вырывая из раздумий. Лениво запрокинув голову, одарила Эрена ничего не выражающим взглядом.       — Ты уже это сделал. Нет смысла и дальше ждать моего ответа, — выдохнула, теряя интерес к мальчишке, тело которого наполовину торчало из окна чердака. — Хотел что-то?       Но он не ответил. Помедлил несколько секунд, после чего перелез через деревянную раму и направился ко мне, сопровождая свое шествие скрежетом черепицы.       — Не знаю, — пробормотал шатен, усаживаясь рядом и устремляя взор на открывшиеся виды, пока я рассматривала профиль лица выжидающим взглядом.       — Решил уединиться? — поняв, что взаимного взгляда ожидать не стоит, повторила занятие Йегера, провожая закатное светило.       — Тебя искал, — голос спокойный. Если раньше постоянно замечала робкие взгляды от него и волнующийся, слегка дрожащий тон, то сейчас он крайне сдержан и уверен.       — Возвращаемся к первому вопросу: чем обязана?       — Ты знала? — вопросил шатен, на что я лишь нахмурила брови, предполагая тематику предстоящего диалога. — Знала, что они так отреагируют?       — Предполагала.       — Даже если так, — прошептал он, опустив голову. — А я вот не был готов. И когда все это произошло, то я не мог ответить на их вопросы. В мыслях было лишь одно.       — «Почему?» — перебила, заканчивая за носителя. Изучающий взгляд бирюзовых глаз моментально вцепился в профиль безэмоционального лица. Боковым зрением я все же уловила слабый кивок головой. — Ты чувствовал себя ужасно, и я это знаю. Будто весь мир настроен против тебя, и ты остался один. Но из-за этого ты не видел, не замечал поддержку.       — Поддержку?       — Верно, — улыбнулась, протягивая руку к еле теплому напитку, проводя указательным пальцем по ручке сосуда. — Леви. Он не был на твоей стороне, но и не принимал сторону набросившихся на тебя. Он не задавал вопросов, зная, что не получит ответы, будто чувствуя твоё моральное опустошение.       — Да… Он пытался остановить их, — прошептал мой собеседник, наблюдая собственное отражение в темном напитке.       — Нет. Не остановить, — улыбнулась, делая глоток. — У Сильнейшего воина человечества и «бла-бла-бла» была иная цель, которую дал ему командир разведывательных войск и…       — «Бла-бла-бла», — дополнил парень, который явно оценил моё скептическое отношение к его непосредственному руководству. Улыбнувшись друг другу, я непроизвольно запечатлела этот момент в своей памяти. Ещё никто не поддерживал мои насмешки в адрес самых «крутых» носителей крыльев свободы.       — Эрен. Тебя видят, как надежду на спасение всего человечества. Но ты ещё слишком юн, а окружающие будто и не замечают, продолжая взваливать на тебя непосильную ношу. С которой не справились сами. Тебя, словно птенца, выпустили из гнезда, так и не научив летать, а лишь задали конкретное направление — истребить всех титанов на земле. Вернуть свободу.       — Но разве это плохо? Корра, я сам преследую такую цель, и я не откажусь от неё. Чего бы это мне стоило, — выражение «сказал как отрезал» здесь весьма окажется уместно. — У меня есть мечта. У моих друзей, близких и дорогих мне людей тоже есть мечта. Ради них я готов.       Непоколебимая уверенность в тоне буквально осязалась кожей. Кулаки сжаты, а взгляд ледяной, устремленный далеко, будто даже просматривая просторы за пределами стен. Впервые мне открылась такая сторона парня, способная настойчиво придерживаться своих идеалов. Я будто видела его впервые, от чего вцепилась в молодое лицо изучающим взглядом.       — Поверь, если они узнают, через что ты прошёл, дабы воплотить это все в реальность — вряд ли по голове погладят. Да и сомневаюсь, что хоть кто-то оценит старания, но это благородно с твоей стороны.       — Почему? Ты настолько разочарована в людях.       — Доверяя безоговорочно человеку, ты получаешь одно из двух: или человека на всю жизнь, или урок на всю жизнь. В моем случае я получила урок, — подняв спокойный взгляд на мальчишку, протянула ему кружку, делясь тёплой жидкостью, приятно смягчающей горло.       — Даже если так. Тебя предал один человек. А ты разучилась верить всему миру, — немного помедлив, Эрен принял из моих рук сосуд, неуверенно обхватив его двумя руками. Как только фарфор коснулся губ носителя, почувствовала некое облегчение, поняв всю легкость окружающей обстановки.       Честно, мне всегда нравились диалоги подобного рода. Никакого лишнего окружения, выступающего в качестве ненужных слушателей, не позволяя быть откровенным до конца. Правду услышать готов не каждый, а Эрен, оказывается, стойко выдерживает мою излишнюю прямолинейность.       «Нам всегда есть что сказать, просто мы боимся реакции на эти слова» — мелькнула в голове одна из любимых фраз Элиаса, прозвучав его голосом. До боли знакомым и родным. Мне его не хватает, даже поймала себя на мысли, что успела соскучиться по теплому насмешливому взгляду тёмных, словно бездна, глаз.       — Знаешь, в чем твоя проблема? — убирая длинную прядь с лица, заправила её за ухо, не позволяя той более развеваться в такт лёгкому ветру, и продолжила на выдохе. — Ты все ждёшь от людей, что они перестанут быть теми, кем они являются. Не ищи искренности там, где лицемерие — это норма. Тебе обещали поддержку, а после обнажили клиники, стоило лишь хоть раз не соответствовать ожиданиям.       Шатен замер, смотря куда-то в область подошвы сапог. Это был взгляд в пустоту. Да, эти речи могут оказаться слишком громкими и подходят далеко не каждому жителю стен. Но такова реальность в моих глазах, и пока её никто не опроверг. Ни один человек.       — Но, как бы там ни было, тебе не стоит держать обиду на четвёрку Аккермана. Мы видим шрамы, но не их причину появления. Поговори с Леви, он знает своих подчинённых куда лучше меня. Думаю, у него выйдет более подробно объяснить мотив их действий. От меня ты услышишь лишь беспочвенные предположения, — подняв руки к небу, растягивая каждую мышцу на спине, не смогла сдержать довольный стон и с улыбкой поинтересовалась. — Почему мне не заедешь аналогичный вопрос? Мои товарищи были намного ближе к реализации угроз разведчиков.       Вопрос был с подвохом, основанный на проверке памяти носителя и того, насколько глубоко проникли мои слова в его мозг. Но даже если мальчик и не сможет вспомнить, давая понять, что все предупреждения были пропущены мимо ушей, то мне не составит труда продублировать.       — Ты предупреждала.       — Именно. Чувствуешь разницу? В этом и есть наше различие: клейморы всегда действиями закрепляют свои обещания. И сегодняшнее представление тому доказательство, — улыбнулась, нехотя поднимаясь на ноги и напоследок окидывая взглядом просторы, утопающие в оранжево-розовом цвете, наслаждаясь тёплым ветерком, нежно ласкающим кожу лица. — Думаю, я ответила на многие твои вопросы.       Последние слова прозвучали скорее как утверждение и, не дожидаясь ответа, я направилась в сторону оконного проёма, намереваясь покинуть крышу. Носитель даже не обернулся в мою сторону, продолжая любоваться закатом. По-крайней мере, так выглядело со стороны. Но я знала, что сейчас ему тяжело.       Очень тяжело. Он оказался совсем один и сейчас бросается из крайности в крайность, пытаясь найти поддержку, которую ему давали друзья, находящиеся всегда рядом. Удивительно, что он пришёл и ко мне.       «Обладая такой силой — ты обязан в первую очередь разбираться в самом себе. Знать и понимать, как поступишь в сложных ситуациях. Если ты действительно на стороне людей, то будь готов встретить предательство. Неизвестно, кем являются Бронированный и Колоссальный. Может они будут тебе знакомы, а может и нет. Будут ли у тебя силы увидеть их смерть и принять её?» — непроизвольно остановилась возле настежь открытого окна, бросая взгляд через плечо на спину, скрытую под тускло тканью ближе к оттенку болотного цвета. Его тело замерло, и лишь еле заметное, редкое расширение боков грудной клетки давало понять, что мальчишка жив. — «Будь готов к любой ситуации. Не смей опускать руки, когда все отвернулись от тебя. Одному легче. Намного легче. Привыкай. Лишь слабые жмутся к толпе».       Осознание бессмысленности моих не озвученных советов пришло моментально, от чего я почувствовала себя полной дурой, теряющей былое здравомыслие, пребывая в окружении клоунов, постоянно устраивающих различного рода представления. Сделав глубокий вдох, наполняя легкие до предела чистым воздухом, в одно мгновение перескочила через раму, исчезая в темноте чердака. Радовало, что не было ни единого намека на затхлый, пыльный воздух помещения. Благодаря Аккерману, разумеется. Чистюлька отказывался размещать свои немногочисленные вещи в замке до тех пор, пока камень стен снаружи не отзеркаливал территорию вокруг.       Ох и поцапались мы с ним, когда тот припёрся ко мне с тряпками и шваброй, прерывая создание плана дальнейших действий в компании клейморов. Битва взглядами, противостояние моего непоколебимого взора и его уничтожающего, длилась до тех пор, пока его Элитная четвёрка вместе с Йегером не вылизали каждый угол.       Итог таков: все чисто, все блестит. А я свинья.       Ну, очередной ярлык меня не особо то и обижает, да и, тем более, горничными мы не нанимались. Нас все вполне устраивает. Мы способны существовать в самодельном сооружении, созданном из говна и палок, на протяжении нескольких недель, питаясь лишь одной водой и пойманной дичью, которой на территории титанов не так уж и много.       «Как же мне не терпится отправиться с тобой на, так называемую, вылазку, Аккерман. Уж там я искупаю тебя в крови и желудочном соке титанов, выдавая все за случайность» — шагая по пустому коридору, улыбнулась, прикрывая глаза и представляя поток ненависти и ругани в свой адрес. — «Никогда бы не подумала, что люди и клейморы настолько разные. И если бы не этот чёртов социальный статус, гордилась бы своей принадлежностью. Лживые, лицемерные и видящие во всем лишь одну выгоду».       *Вечер того же дня*       Полутемное помещение, взявшее на себя роль и обязанности столовой, освещалось несколькими свечами, расставленными на нескольких обеденных столах. Слабый, тусклый свет постоянно мелькал, меняя свою яркость, из-за чего глаза готовы были лопнуть от напряжения, пока я вчитывалась в отчёт товарищей. Светлые предпочли расположиться у стены, подпирая её спинами, и с довольными лицами наблюдали за моим медленным, но уверенным переходом в агрессивное состояние.       — А нельзя было просто написать, что после моего ухода — разведчики не обсуждали произошедшее? — недовольство в голосе скрыть не получилось, как бы я не старалась всем видом выражать спокойствие. — К чему эта пустая писанина и трата времени?       — Это была ваша инициатива, командир, — промурлыкал боец, гордо вскинув подбородок. Откинувшись на спинку стула и небрежно бросив блокнот на деревянную поверхность, скосила зрачки на взбунтовавшихся сородичей, которые активно закивали головами, поддерживая говорящего.       — Ага. А инициатива ебёт инициатора. Приемлемо, — улыбнулась, признавая поражение и мягко массируя уставшие глаза.       Тихие смешки эхом прошлись по «столовой», отражаясь от каменных стен и возвращаясь обратно, доносясь со всех сторон. Полумрак и тишина воцарились в четырёх стенах, но воздух был пропитан исключительной лёгкостью и уютом. Только в окружении себе подобных я находила умиротворение, довольствуясь их нахождением рядом.       Но моя кратковременная безмятежность длилась не так долго, как хотелось бы. Дверь в помещение открылась, протяжно поскрипывая металлическими петлями и впуская в пространство Элитную четвёрку. Лениво переведя взгляд на вошедших, вновь прикрыла веки, прислушиваясь к направлению шагов разведчиков. Крылатые расположились за столом, находящимся в центре комнаты, где восседала и моя скромная персона.       — Спишь что ли? — послышалось прямо у лица, от чего я моментально отпрянула от говорящего, ещё сильнее вжимаясь в деревянную спинку, будто намереваясь её сломать.       — Ты способна на тихое появление? — выдохнула, не понимая, почему не расслышала движение ещё одного человека. Улыбнувшись, учёная выпрямилась, прекращая заглядывать в моё лицо, а после зачем-то выжидающе уставилась на дверь.       — Да задумалась просто, — ответила шатенка, когда вопрос уже утратил былую актуальность, на что я лишь выгнула бровь.       — Понятно.       Сухости в моем ответе хоть отбавляй, но интереса к продолжению диалога не было вовсе. Даже решила не спрашивать причину их прихода, тем самым нарушив созданную нами идиллию.       — Слушай, — протянула учёная, выдержав паузу, будто формулируя вопрос. — Что способствует превращению? — скептически взглянув на майора, намереваясь показать бессмысленность её обращения ко мне, но нет, Зое восприняла это иначе и решила переформулировать вопрос. — Ну, какой фактор влияет на благополучное…       — Ханджи, — прервала её старания, устало выдыхая. — Я не носитель и не вездесуща. Может, ты спросишь Йегера? Не думаешь, что он имеет ответы?       — Просто, у меня есть пара предположений, — прошептала она, отведя разочарованный взгляд в сторону, отчего мне стало немного некомфортно. — Да, ты права. Не сходишь за ним?       — Без проблем.       Не спрашивая примерное местонахождение Эрена, поднялась из-за стола и направилась в сторону выхода, оставляя шатенку позади. Проходя мимо Элитного отряда, быстренько обвела глазами каждого, встречая лишь задумчивость на лицах и некое подобие вины, стоило тем лишь услышать о скором приходе мальчишки.       Видимо, моя уверенность в стремлении сотрудничества носителя с людьми, от чего тот не откажется поделиться информацией — даёт определённый повод для размышления. Ибо, это клейморы должны видеть угрозу в каждом его действии, а здесь наоборот. Я предлагаю его участие в предстоящем обсуждении.       — Овца, — прошептала одними губами в пустоту тёмного коридора, стоило только двери закрыться за моей спиной. Не думала, что разочарование и потеря озорного блеска карих глаз настолько сильно ударит и по моему настрою.       Сделав несколько глубоких выдохов, возвращая себе понимание принятия верного решения, хоть и донесла его до остальных в весьма грубой форме. Но лучше уж сразу обрезать на корню их лживую уверенность в нашем глубоком познании всего о разумных. Взаимоотношения между клейморами и носителями лишь одно, как и исход столкновения: убей или стань убитым. Иного выхода для нас нет.       По крайней мере, не было. Пока не появился он, став второй надеждой человечества… Эрен Йегер.       Тёмные коридоры ночью казались ещё длиннее и уже, нежели днем. Создавалось впечатление, что стены сжимаются с каждым новым шагом, грозясь вот-вот раздавить, сжимая тело до хруста костей.       Бессмысленно шатаясь по замку, заглядывая в каждое помещение, где мог находиться мальчишка, я уже и позабыла, для чего ищу его. Будто вышла на очередную ночную прогулку, не желая принимать снотворное, одним своим видом вызывающее рвотные позывы.       Все комнаты на втором этаже замка оказались пусты. Мне особо терять нечего, если я не смогу найти мальчишку, вот только время, потраченное впустую, жалко. Недовольно цокнув языком, проклиная мелкую дрянь, что решила где-то уединиться, направилась вниз.       — Они все. Так сильно сомневаются во мне, — приглушенно послышалось с другого конца коридора, от чего я остановилась, прислушиваясь и мечтая услышать продолжение диалога, дабы убедиться, что мне не почудился голос искомого.       — Ещё бы, — низкий, слегка хрипловатый глас я узнаю из тысячи.       «Аккерман» — улыбнулась, бесшумно приближаясь к двум голубкам, что решили пошушукаться, скрываясь от остальных во мраке этого безлунного вечера. Прислонившись спиной к стене, за которой расположена лестница, чьи бетонные ступени грела задница Эрена, решила не прерывать выяснение отношений, вспомнив, что сама и предложила обратиться к Леви.       — Поэтому я и выбрал их. Выжить и вернуться домой целыми — вот, что я думаю о разведкорпусе, — Эрен молчал, я тоже замерла на месте, изредка насыщая лёгкие кислородом, боясь оказаться замеченной и прервать получение информации подобного рода. — В битве с титанами нам часто не хватает сведений, сколько не строй планы. Они действуют молниеносно, принимая серьёзные решения, готовясь к худшему.       Он был прав… Чертовски прав. Будто вслух произнёс мысли, что посещают и мою голову каждый раз, когда создаётся стратегия по уничтожению гигантов или план опасных операций.       Воспоминания о защите стены Мария, когда клейморы впервые вступили на территорию людей, а после приступили к уничтожению основной причины нахождения здесь — калейдоскопом пронеслись пред глазами. Все было идеально, все шло именно так, как и планировалось. Но стоило лишь одному из товарищей ошибиться — все пошло наперекосяк. А линия, перечеркнувшая тщательно продуманный план, перечеркнула и жизни товарищей, поплатившихся за мои слишком поспешные решения.       — Но это не значит, что они бессердечные. Что-то они наверняка почувствовали, когда направили в твою сторону клинки, — бархатный голос прекратил свое звучание, а последующий тяжёлый выдох прервал мои мысли. — Долго ты там стоять собралась?       «Меня заметили?» — приподняв один уголок губ, ухмыльнулась в темноту, продолжая стоять за стеной, позволяя темноте поглотить тело, обволакивая своим мраком.       — Не спешила прерывать, — огибая стену, заранее оттолкнувшись от неё спиной, вышла к разведчикам, держа спокойное лицо. Йегер был явно удивлён моему неожиданному появлению, а вот Леви лишь лениво скосил зрачки в мою сторону, продолжая подпирать холодный бетон, скрестив руки на широкой груди.       — Корра? — непонимающе уставившись на меня своими бирюзовыми глазами, вопросил шатен. — Давно ты здесь?       — Достаточно, — отмахнулась, подойдя к разведчикам, а после все же удостоила носителя вниманием зелёных глаз. — Ты получил ответы? Думаю, да. Ведь я полностью согласна с ним.       — Но ты ведь говорила…       — Знаю, — перебила мальчишку, на мгновение прикрывая веки. — Я предупреждала, что все сказанное мной основано лишь на жалких догадках. А теперь вижу произошедшее совсем иначе. Преимущество гнева в том, что он сильнее страха…       — Так это ты его ко мне подослала? — вмешался Леви, тихая усмешка которого была мной замечена, но изменение в каменном лице долго не длилось, ведь после снова ледяной взор серебряных глаз вонзился в меня. — Мне не нужна поддержка. Я лишь сказал, как есть.       — Как грубо, — пробубнила, театрально стирая с щеки несуществующую слезу, от чего брюнет моментально закатил глаза, недовольно цокнув языком. — Было бы прекрасно, если подобное прозвучит в момент очередной уборки, когда тебе моча в голову ударит.       — За языком следи, — прошипел мой оппонент, нахмурив брови. — Если тебя устраивает жизнь в свинарнике, то не стоит тянуть следом остальных.       — А… Так это я тяну, значит? — улыбнулась, наклонив голову чуть в бок. — Не смущает, что ты навязываешь всем свою чистоплотность? Пихаешь тряпки в лицо, не взирая на нашу занятость. Ибо уборка — дело важное.       Последнюю фразу я произнесла чуть кривляясь, показывая полную абсурдность его действий на тот момент. Но тот лишь смерил меня многострадальным взглядом, выгнув тонкую бровь, от чего я почувствовала себя полной дурой. Эрен молча продолжал сидеть на ступеньке, наблюдая ошарашенными глазами за нашей очередной перепалкой.       Выдержав небольшую паузу, будто давая мне возможность отказаться от собственных слов, Леви тяжело выдохнул. И только было открыл рот, дабы дать отпор, как позади носителя раздались чьи-то шаги.       — Капитан Леви, — приятный голос Моблита нарушил тишину, стоило тому выйти из мрака лестничного проёма, спускаясь к нам вниз. — Вас зовёт командир Ханджи. Эрен, тебя тоже искали, — взгляд переместился и на мою скромную персону, после чего веки немного увеличили расстояние друг от друга, выражая удивление, но разведчик все же сдержанно оповестил и меня. — Тебя тоже заждались.       — Чего так долго? — первое, что сказал Аккерман, стоило ему лишь пересечь порог комнаты. Серьёзно, он будто всегда чем-то недоволен, и понятие нормального настроения вряд-ли ему известно.       Зайдя последней в столовую, моментально бросила взгляд в сторону светлых, до сих пор находящихся у стены, все так же подпирая её. Получив взаимное внимание, незаметно приподняла подбородок, задавая безмолвный вопрос о наличии важной информации за время моего отсутствия. Но, к сожалению, ответом мне было лишь слабое покачивание головой в отрицательном жесте.       Ещё раз оглядев разведчиков, направилась в сторону товарищей, неотрывно наблюдавших за моими действиями. Подойдя к понравившейся бойцам стене, обернулась лицом в сторону крылатых, и, скатываясь спиной по бетону, села на пол, согнув одну ногу в колене и удобно размещая на него локоть.       — Надо было все объяснить начальству, — провожая меня взглядом, ответила Зое, слабо улыбаясь. — В любом случае, посмотрите.       С этими словами учёная положила небольшой свёрток белой ткани, который я бы даже и не заметила, на стол. Аккуратно развернула края, показывая содержимое.       — Что там? — поинтересовалась у бойцов, которым было прекрасно видно происходящее, пока сама продолжала греть деревянный пол своей задницей.       — Чайная… ложка? — удивился Эрен, а один из парней кивнул мне в знак подтверждения его слов.       — Ты держал её между указательным и большим пальцем. Вот так, — подняв кухонный прибор, Ханджи продемонстрировала хват, сжимая металл длинными пальцами. — Вряд ли она там случайно оказалась. Следы повреждений или вмятин тоже отсутствуют. Есть какие-нибудь идеи?       Обращалась Зое исключительно к Йегеру, за что я была крайне признательна. Велика вероятность получить более внятный ответ, заодно и не упустить возможность наладить более доверительное отношение после произошедшего. Дать возможность ему объяснить намерения превращения. Даровать удобный момент высказаться, что явно не мог предложить разъяренный Элитный отряд, окруживший его со всех сторон сегодняшним днем.       — Я просто хотел её подобрать, как сразу появилась та рука, — почти сразу дал ответ шатен, но было видно, что он и сам сомневается в адекватности сказанных слов.       — Возможно причина, по которой ты не смог стать титаном, кроется в этом, — устремив задумчивый взгляд ложку, цеплялась за полученную информацию, без сомнений веря носителю.       Бойцы, стоящие по обе стороны, скосили скептический взгляд вниз, ожидая моей реакции на услышанный бред. Но я, лишь удостоив их безразличным взглядом, пожала плечами, вновь возвращая все внимание на говорящих.       — Ханджи, больше конкретики, — промурлыкала, пытаясь понять ход мыслей учёной, что явно близка к разгадке, на которую мне откровенно плевать, если честно. — Окружающий контингент не столь развит, дабы понять тебя с полуслова.       — Тебе и самой ничего не ясно, — ледяной тон разнесся по полутемной столовой, вызывая мурашки, и я уже заранее знала, кому принадлежит этот будоражащий душу глас, ведь только один человек не упустит возможность возразить мне. — Не прячь собственное непонимание за чужим.       — Верно, — улыбнулась, откидывая голову назад, соприкасаясь затылком с твёрдым камнем. — Но вы ведь молчите, так с чего мне казаться глупой на вашем фоне? Если уж тупить, так всем вместе.       Лениво опустила глаза на собеседника, прекращая пытаться разглядеть потолок сквозь мрак помещения. Зато блеск серебра радужки, отражающей слабое освещение, я увидела моментально. Вот только взгляд у брюнета был уставшим. Казалось, только недавно мы стояли на первом этаже, устроив очередную словесную дуэль. Да и уверенный, железный голос внушал лишь непоколебимую готовность вступить в обыденный спор, вновь начиная битву уничтожающими взорами.       — Убить титанов. Остановить снаряд и спасти друзей. Поднять валун, — не замечая ничего вокруг себя, бормотала Ханджи, отводя взгляд от ложки и перемещая его на мальчишку. — В каждой из этих ситуаций у тебя была конкретная цель…       — Абсурд, — прошептала светлая, прикрывая голубые глаза и чуть опуская голову на выдохе, мгновенно привлекая внимание каждого. — Наличие открытой раны позволяет моментально превратиться в разумного. Сомневаюсь, что носители имеют время на поиск причины использования силы.       — Согласна, — поддержала девушку, задумчиво переводя взгляд на Зое, а после на Эрена, окидывая оценивающим взором с головы до ног. — Но не будем забывать, что навыки Йегера в этом деле — хуже некуда. Возможно, пока ему необходима внутренняя мотивация.       — Да, — кивнула Ханджи, благодарно улыбнувшись, на что я лишь ухмыльнулась, повернув лицо в сторону окна, стекло которого тихо царапали тонкие ветви, покачиваемые ветром, будто призывая взглянуть и раствориться в ночной атмосфере. Мириады огоньков, рассыпанных по темно-синему полотну, мерцали, будто пульсируя, и таким образом усиливали свою яркость на короткий миг.       — Сегодняшнее превращение похоже на то, когда я остановил снаряд, — первым нарушил тишину Йегер, разглядывая собственную ладонь, будто ища в ней ответы. — Но превратиться в титана, чтоб поднять ложку? Что за бред…       — Видимо, самоизувечения тебе пока недостаточно, — подал голос один из бойцов, поудобнее располагающийся у стены, расправив широкие плечи и опираясь на неё согнутой в колене ногой. — Проблемно… Ведь у тебе подобных огромное преимущество во времени превращения. Пока ты будешь стоять и искать смысл жизни, тебя уже сожрут.       — Рик! — прервала его девушка, ткнув локтем под рёбра, бросая напоследок недовольный взгляд. Парень лишь усмехнулся, пожав плечами и всем видом выражая, что не собирается отказываться от своих слов.       И правильно. Пусть ищет решение этой проблемы, если хочет остаться среди живых, стоит только встретить на своём пути Бронированного. Уж про схватку с Колоссом я и не думала даже. Там у шатена и с прекрасным контролем силы шансы нулевые.       — То есть, — неуверенно начал Гюнтер, — получается, ты не специально нарушил приказ?       — Конечно нет!       Облегчённые, смешанные с отчаянием выдохи послышались со стороны четырёх разведчиков, от чего интерес к манящим звездам испарился моментально, перенося сознание обратно в столовую. Кивнув друг другу, члены Элитного отряда поднесли руки ко рту, после чего каждый вонзился в мягкую плоть зубами, оставляя на коже внушительные следы.       Ханджи удивлённо заверещала, наблюдая за происходящим, а каждый клеймор в помещении, включая и меня, сместил брови к переносице, непонимающе выгнув одну.       — Вкусно? — насмешливо поинтересовалась, заметив, как Ралл слизывает небольшое количество крови на клыках.       — Больно. Как ты её прогрызаешь каждый раз? — игнорируя мое издевательство, оповестил Эрд, слабо улыбнувшись.       — Да уж. Мы ошибались. Хоть так получится отплатить, — поддержал его Гюнтер. — Это история из разряда «не удивляйся».       — Мы сделали то, что должны. Наша работа — держать тебя в узде! — наклонив корпус вперёд и оперев на раздвинутые ноги локоть, отчеканил Оруо, всеми способами избегая слов извинений. — Не зазнавайся, сопляк!       — Прости, Эрен. Мы испугались, что ты., — тонкий, нежный голосок Петры ласкал слух после громких речей Базарда, а её неуверенность заставляла поражаться слаженной работе столь разных личностей. — Ты, наверно, разочарован. Но даже если так, мы на тебя рассчитываем и хотим, чтобы ты полагался на нас.       «Не хватает грустного оркестра позади. Слишком мало соплей, надо больше» — мелькали мысли в голове, пока я наблюдала за воскрешением прежних отношений.       Йегер одобрительно кивнул, задорно улыбнувшись разведчикам. Бирюзовая радужка вновь засияла, будто наполняясь жизнью и стремлением к достижению поставленных целей. Вместе с ними.       «Иногда жизнь ставит тебя в ту же ситуацию, чтоб понять: тупица ты ещё или нет. Однажды тебя погубит твоя излишняя доброта, Эрен» — мой внутренний диалог никак не соответствовал столь душещипательной обстановке, где на лицах шестерых «крылатых» застыли улыбки.       Леви отрешенно наблюдал со стороны, лишь изменив свое изначальное местоположение и усадив капитанский зад на стул. А о Моблите я и позабыла вовсе, он стоял за Зое, будто её тень, вечно следуя за безбашенной учёной по пятам. Вытаскивая из задницы, куда так и тянет обладательницу пылающих жизнью карих глаз.       *Утро. Главный штаб разведчиков*       — Необходимо найти предателя, и как можно скорее. У нас предстоит важная вылазка уже завтра, — выдохнула Нанаба, уперев локти в стол, и склонила голову над поверхностью, запуская пальцы в короткие волосы.       — Ищите среди недавно прибывших. Сомневаюсь, что список будет огромным, — предложила, не прекращая наблюдать через стекло за таскающими ящики новобранцами, что грузили упакованное снаряжение на пустующую повозку. — Не понимаю. Для чего кому-то смерть этих двух.?       — Сони и Бина, — перебил меня шепот Ханджи, которая сорвала голос, стоило только увидеть испаряющиеся тела её подопытных.       — Здоровья погибшим, — сорвалось с губ, как только речь учёной нашла окончание.       А, точно. Внутри того огороженного зелёным полотном пространства находилась пыточная для пойманных гигантов. Ну, я так её назвала, а для Ханджи это было ничем иным, как исследовательской площадкой. Именно там и проводились разного рода эксперименты над ублюдками, тела которых были надёжно зафиксированы огромными железными прутьями, что протыкали конечности насквозь, уходя глубоко в почву.       Сначала, представленная пред глазами картина не вызвала ничего, даже удивление. Но когда учёная начала демонстрировать открытия, касаемые физиологии титанов, то с ней я там проторчала до поздней ночи, кромсая беззащитных на куски. Один хрен, все восстановится.       Пока я наслаждалась процессом, отыгрываясь на кричащих от боли гигантах, Зое вопила вместе с ними, чуть ли не до слез. Она наносила увечья, разрывая толстый кожаный покров, и не прекращала просить прощения. Будто им было дело до её откровенного сострадания.       Но через несколько дней после нашего возвращения в штаб с немногочисленными отчётами о способностях Йегера, одним прекрасным ранним утром весь штаб был поднят на ноги истошным, душераздирающим криком. Прибыла на вопли я первой, так и не уснув прошедшей ночью.       Стоящая на коленях Ханджи не предвещала ничего хорошего, ибо эту женщину не сломить никому и никогда. Но стоило мне только поднять взор выше и увидеть причину её столь подавленного состояния — чуть не заржала в голос, думая, что учёная просто не рассчитала силу и убила одного из своих уродцев.       Как только я увидела второго «любимчика» — моментально стало не до смеха. Тот тоже был мёртв, а разрезанная холка не прекращала выпускать мерзкую, тягучую субстанцию в виде крови.       Никто ничего не знает, никто не видел убийцу. Или же героем его назвать? Благо, мне хватило мозгов предложить помощь клейморов в ночных дежурствах. Ибо относятся к нему разведчики, как к наказанию, а не важному поручению, стоящему множества жизней.       — Проверка УПМ не дала никаких результатов. Никто не использовал устройство. Баллоны полные, — отчитался Мик, запрокинув голову к потолку и упираясь затылком в верх спинки стула.       — Радует, что бойцы хоть кого-то увидели. Иначе все бы взвалили на нас, — ровным тоном высказала свою позицию в происходящем.       — Корра, без каких-либо намёков на причастие — мы бы не обвиняли вас, — попыталась опровергнуть мои предположения Нанаба, прекращая разглядывать деревянную столешницу.       — Скажи, что я не права, Эрвин, — хищная улыбка засияла на губах, стоило мне только врезаться в голубые глаза блондина, но тот молчал, оставляя без ответа, который мне не особо-то и нужен. — Именно.       — Мне нужны новые титаны, — будто пребывая в трансе, пробормотала Ханджи и, сделав несколько глубоких вдохов, вернула былую жизнерадостность, предвкушая новые жертвы, что продолжат начинания предыдущих.       — Очкастая, не лучшее время ты выбрала, — принял Аккерман тщетные попытки остановить порывы женщины, прекращая наслаждаться горячей жидкостью в белоснежный кружке.       — Так. Не стоит затягивать это собрание, — приняв подобающую позу тела для данного мероприятия, сложила руки в замок, уставившись на главнокомандующего. — Эрвин, вылазка отменяется?       — Нет, — коротко, и не требует никаких объяснений.       — Хорошо, — поднялась с места, не прерывая зрительного контакта, будто пытаясь подавить уверенность друг друга. — Как только будет готов план — сообщите. Клейморы подстроятся под вас.       Не дожидаясь ответа, направилась в сторону двери, желая быстрее покинуть кабинет Смита, что порядком успел мне остопиздеть. Сейчас новобранцы таскают снаряжение, а среди них имеется Йегер, за которым наблюдает несколько моих подчинённых.       Да, мы следим за каждым его шагом. Каждым действием и каждой тренировкой, фиксируя физические и внутренние изменения. Потому что пора мальчишке напомнить, что жизнь — не сахар. И не помешает перепроверить каждую деталь на устройстве, что хранится в деревянном ящике.       Бедный парень являлся для меня козлом отпущения. Если меня кто-то успеет взбесить, что бывает крайне редко, то огребает именно он. Потому Микаса и отказалась от своей затеи вынудить меня сидеть на горшке целый день, выбросив таблетки в урну. Прямо передо мной, будто показывая белый флаг в предстоящем сражении.       — Одна просьба: никто, кроме присутствующих здесь, не должен знать о нашем участии, — бросила через плечо, открывая дверь и окончательно покидая офицеров, явно не готовых к моему поспешному исчезновению.       В коридорах то и дело носились солдаты с различными поручения, которые успели озвучить напоследок их командиры, после чего исчезли на неопределённое время в кабинете великого и неповторимого Эрвина.       «Сомневаюсь, что кто-то из Полиции или Гарнизона заинтересован в убийстве испытуемых. Либо им дали чёткое задание, вставляя палки в колеса исследованиям Ханджи. Либо кому-то из разумных стало известно о следующем эксперименте, что явно мог изменить понимание по отношению к титанам» — быстрым уверенным шагом преодолевала заполненный разведчиками коридор, чудом не врезаясь плечами во встречные тела. — «Учитывая, что сумасшедшая на каждом углу орёт, что у той имеется несколько гигантов под боком, то об этом известно практически каждому. Но если ранее не было интереса, то от чего сейчас такой резкий выплеск ненависти? Тут что-то другое. То, что я не вижу и не могу понять…».       Остановившись у главного входа, ведущего на улицу, схватилась за металлическую ручку, сжимая её до побеления костяшек. Будто весь мир замер вокруг, не позволяя посторонним звукам достичь моего слухового аппарата.       «Сумасшедшая?» — удивилась, слабо улыбаясь и толкая дверь, позволяя лучам солнца, что проскользнули сквозь небольшую щель, ослепить меня. — «С каких пор я разбрасываюсь фразочками Аккермана? Старею что-ли?»       Выйдя на главную площадь, выжидающе уставилась на наполовину загруженную повозку, отсчитывая секунды до появления знакомого лица. И моё ожидание не было напрасным.       — Э-э-эрен, — довольным голосом протянула, ехидно улыбаясь, от чего парня пробил холодный пот. — Не хочешь перепроверить исправность оборудования?       — Нет, — это был не отказ, а отчаяние. Парень понимал, что так просто я не отстану от него сегодня.       — Я помогу, — непоколебимый, спокойный голос отчётливо был мной услышан, после чего из-за спины носителя выглянула Микаса, держа в руках два ящика, полностью набитые заполненными газом баллонами.       — Учись, Йегер, — кивнула в сторону Аккерман, не прекращая улыбаться. — Закрепление знаний никогда лишним не будет. А для тебя, возможно, что-то окажется и в новинку.       Поставив тяжёлую ношу, шатен лениво вскарабкался на тележку, постоянно неуклюже ударяясь о борта. Будто психуя. Пока Микаса аккуратно открывала первый ящик, откладывая каждый гвоздь в сторону, дабы не потерять.       Всё в ней вызывало лишь уважение. Каждое действие продумано на несколько шагов вперёд. Вот только почему, когда дело касается Эрена, она будто с ума сходит?       — Что ж… — промурлыкала, потирая ладони и приближаясь к малышне. — Время совершенствовать свои познания.