И за это я боролась...

      Разведчики не прекращали носиться на УПМ возле обездвиженного тела марлийки, наворачивая круги у закрытого обеими руками затылка.       Смит стоял неподвижно, а вот нервы Аккермана не выдерживали происходящего. Брюнет закипал на глазах, от чего победная улыбка напрочь отказывалась исчезать с моего лица.       — Эй, — сказал Леви, стоя на плече титана. — Почему бы тебе не вылезти по-хорошему? Мы не намерены тут заигрывать с тобой целый день. Как же ты не понимаешь, что для нас ты как бельмо на глазу? Стоит только вспомнить, сколько моих товарищей ты поубивала разными способами. Забавляет играться с жизнями людей? Лично мне сейчас весело! Ну же, скажи, что тебе тоже, — невероятно резкий взмах лезвия, и острие металла до середины вошло в мякоть предплечья, вонзаясь в лучевидную кость. — Мне вот интересно, если тебе отрезать руки и ноги, они ведь всё равно вырастут снова. Ты нужна нам живой, в любом состоянии, — с этими словами брюнет приложил ещё чуть больше усилий, разрезая костные ткани и выливая литры горячей крови марлийки.       — Нужна живой? — повторила услышанное, подперев подбородок кулаком, и лениво скосила зрачки к уголкам глаз, смотря на Смита. — Так вот почему Аккерман бездействовал, утягивая за собой и остальных. Всему виной являются твои скрытые намерения, в которые ты не посвящаешь никого. Благо, твой верный солдатик имеет представление о тебе и способен хоть примерно предположить замыслы. Озвученная цель этой вылазки — добраться до Шиганшины — ложное прикрытие?       — Да, — игнорируя все мои предыдущие высказывания, блондин неотрывно наблюдал за действиями своего ходячего оружия против титанов.       Тем временем упомянутый обрубил согнутую в локте руку разумной, и победный блеск серебряных глаз отразился в лучах солнца, пока его зрачки провожали свободное падение окровавленной конечности. Как только объект наблюдения коснулся земли, разбрызгивая по редкой, зелёной траве сгустки крови, Аккерман занялся второй конечностью, что продолжала прижимать ладонь к единственному месту, способному разъединить носителя с его титанической оболочкой.       Эрвин, стоящий рядом, шагнул чуть вперёд, предвкушая выявление личности крысы, которую через несколько мгновений вытащат из титана. Вот только он не знает способностей Женской особи, которые нам организация вдалбливала в головы, кажется, ещё с самого рождения. Не удивлюсь, если первые слова, которые произнесли клейморы в детстве — это подробное описание характеристик каждого из восьми разумных титанов.       «Ну, это было вполне ожидаемо» — ухмыльнулась, обняв согнутые колени и укладывая на них подбородок, смотря на кристаллическую корочку, что покрыла поверхность шеи марлийки.       — Что это? — вопросил солдат, сжимая в руке сломанное лезвие, которым он прошёлся по уязвимому месту, как только Аккерман избавился и от второй руки. — Почему мои клинки не пробили её кожу?       — Пф… — прыснула в кулак, снова возвращая заинтересованный взор, когда Леви принялся долбить рукоятью кристаллическое покрытие.       — Вот гадина, не спешит она выходить, — приземлившись возле Смита, оповестила Ханджи, вытирая тыльной стороной ладони слегка вспотевший лоб. — Может, скоро выдохнется. Предлагаю переждать.       — Это вам не Йегер, — решила напомнить учёной, от чего она замерла, вздрогнув всем телом, а после опустила на меня взор, наконец замечая.       — Корра! — лучезарно улыбнулась, прикрывая карие глаза, на что я лишь слабо приподняла ладонь, здороваясь. — Рада, что ты цела. Твои ребята тоже здесь?       — Верно. Стоят, слюни пускают и ждут, пока моё терпение закончится, позволяя растерзать её тело на куски.       — Этому не бывать. Нам она нужна живой, — сказал, как отрезал, блондин, бросая на нас мимолетный взгляд и не прекращая держать ровную осанку.       — Мне плевать на ваши интересы, — оскалилась, впиваясь пальцами в собственные предплечья.       — Кросс, — впервые моя фамилия прозвучала из его уст столь недовольным, угрожающим голосом, из-за чего тело невольно напряглось, пропустив незаметную дрожь. — Мы договаривались о вашем беспрекословном подчинении главнокомандующему на этой вылазке.             — О-о-о… Время поговорить об условиях, — протянула, запрокидывая голову к ветвям наверху, пытаясь разглядеть сквозь густую листву небо. — Только вот, скрыв информацию, ты первым и пошатнул доверие каждого члена организации, обрезая на корню желание следовать за тобой.       Стальной, тяжёлый взгляд голубых глаз впился в профиль моего лица, но я намеренно продолжала его игнорировать, открыто демонстрируя отсутствие субординации между нами.       — Ну-у, — промурчала Зое, спускаясь ко мне, и, обняв, скрестила руки на груди, уткнувшись подбородком в плечо. — Посмотри. Сейчас она беспомощна, не способна закрыться даже от самого простого удара…       — Только вот вы в тупик зашли, — перебила кареглазую, наполовину оборачиваясь и подставляя её взору правую сторону лица. Встретив спокойствие зрачков темной зелени, она задорно улыбнулась, чуть усиливая объятие.       — Ханджи, говори уже, что хочешь? — лёгкая, расслабленная улыбка заиграла на губах. Не способна я сдерживать её, когда энтузиазм этой женщины закипает прямо на глазах.       — Есть способ вытащить носителя оттуда?       — Допустим.       — Сможешь?       — Дайте-ка подумать, — скользнула по Эрвину насмешливым взглядом, пока тот делал вид, что не заинтересован в нашем диалоге.       — Командир, — негромко окликнул меня голос Лео слева, вынуждая прекратить игру в гляделки с глубокой блестящей карей радужкой. Темный стоял на соседней ветке, скрывая свое тело за широким стволом.       — Слушаю, — отозвалась, чуть наклоняя корпус вперед, цепляясь взглядом за виднеющиеся элементы формы разведчиков.       — Двое светлых прибыли, ждут указаний.       «Дальнейшие указания. Были бы они у меня» — потупив взгляд в потрескавшуюся кору, разглядывала небольшие щели, что пересекли друг друга, создавая причудливые узоры. — «Марлийка здесь» — медленно перевела взгляд на Женскую особь, окутанные паром руки, вернее их остатки, которой перекрывали серо-голубые глаза. — «Но ещё есть двое носителей, которые явно с ней. Вероятность, что они молча наблюдают — крайне мала. Одно только их превращение разнесет в клочья всех собравшихся, мы и глазом моргнуть не успеем» — взгляд скользнул по Аккерману, что медленно, будто наслаждаясь мерзким скрипом лезвия о кристалл, водил наконечником острия по твёрдой, с переливающейся голубизной, твёрдой поверхности. — «Эрен… Её целью явно был мелкий. Она не преуспела и сейчас стоит здесь, полностью обездвиженная. Остаётся два варианта: они либо вообще не числятся в списке участников вылазки или даже среди разведчиков. Либо сейчас преследуют его и Элитную четвёрку, что сопровождает носителя Атакующего. 50 на 50… Блять, как же я обожаю это соотношение вероятности».       — Карина остаётся с нами, — наконец озвучила дальнейшие действия новоприбывших. — Грэну необходимо восполнить снаряжение и продолжить движение по дороге. Как догонит Йегера, пусть присоединяется к отряду.       — Его одного отправишь? — вопросил элитник, пока я медленно поднималась на ноги, предварительно аккуратно убрав переплётенные руки женщины с груди. — Может, хоть одного тёмного бойца поставим к нему? Светлый все же…       — Я тоже светлая, — прервала ненужное мнение темнокожего, проводя пальцем по лбу и убирая непослушные волосы, выбившиеся из-под капюшона, оттянув его немного назад, до темечка. — Проконтролируй подготовку Грэна к преследованию носителя Атакующего. В дальнейшем докладывать нет необходимости.       — Понял, — сухо, даже как-то отстраненно ответил парень и, помедлив некоторое время, натянул зелёный капюшон ниже, а после, ловко перепрыгнув на соседнюю ветку, начал стремительно увеличивать дистанцию между нами.       Элитный исчез также внезапно и быстро, как и появился, вновь оставляя меня наедине с разведчиками. Устремив взгляд в предполагаемое местоположение темнокожего товарища, которое уже давно пустует, на мгновение прикрыла глаза, будто пытаясь найти во тьме хоть малейшее представление о правильности своего решения.       — Хорошо, — произнесла на выдохе, оборачиваясь телом к Ханджи и Смиту, пока стальной взгляд темной зелени вцепился в тело разумной. — Я помогу вам решить возникшую проблему.       — Отлично, — усмехнулась Зое, поднимаясь с колен и лениво отряхивая белые брюки.       — В чем заключается твой интерес? — а вот блондин явно не разделял радости учёной, устремив голубые глаза на действия подчинённых, создавая иллюзию моего отсутствия рядом с ним. Неприятно, конечно, но мне плевать как-то.       — Буду с тобой откровенна: в интересах каждого из присутствующих здесь клейморов — убить вашу пленницу. Но есть вероятность появления ещё нескольких противников. Чем быстрее устранится причина промедления солдат разведки, тем скорее я смогу приступить к проверке своих предположений.       — Значит, у разумной есть сообщники, — задумался блондин, немного опуская взгляд, а после перевёл проницательный взор на меня, будто заглядывая в душу. — Бронированный и Колоссальный являются её союзниками?       — А ты догадлив, — прозвучало с нотками издевки, сопровождая свою речь дерзкой улыбкой. — Эрвин, заключим сделку?       — наконец удостоила высокого мужчину своим взглядом и, не дождавшись его ответа, продолжила. — Вам нужна носительница, и я попробую достать её, не убивая.       — А взамен? — поинтересовался главнокомандующий, когда пауза после моих слов затянулась. Именно этого я и ждала. Больше не будет никаких односторонних договорённостей, где ты выполняешь свою часть обязанностей, пока второй в тайне преследует совсем иные цели.       — Взамен ты делишься любой информацией, которую получишь от неё. Нет, даже не так, — нахмурила брови, слегка сощурив глаза. — Моё личное присутствие на допросе.       — Договорились, — помедлив с ответом, кивнул Эрвин, вновь обращая спокойные голубые глаза на разумную. — Что от нас требуется?       — Отсутствие разведчиков на моем пути, — затянув покрепче ремни на стройных ногах, принялась изучать показатели давления остатков газа в последних баллонах. — Буду использовать тёмную, и пока мне необходимо сохранение неведения о нашем присутствии среди вас.       — Твоей силы хватит, чтобы пробиться сквозь эту… защиту? — не зная, как назвать слой твёрдой породы на основании шеи, поинтересовалась кареглазая, поправляя очки.       — Металл вряд ли выдержит, но сейчас мне нужна не сила, а скорость. Исходя из моих наблюдений, она может кристаллизировать только определённую часть тела.       — Так это кристалл? — лёгкий румянец, говорящий о возбужденном состоянии женщины, лёг на щеки учёной, готовой свалиться с ветки, наклоняя корпус в сторону Женской особи.       — Да. Его не пробить. Поэтому попробую добраться до настоящего тела через переднюю часть шеи. Однажды, будучи ещё ребёнком, мне удалось таким образом убить неразумного. Быть может и сейчас повезёт, — пожав плечами напоследок, подошла к краю ветви, лениво бросая взгляд сначала на густую зелёную траву, с редкими островками рыхлого песка. А после перевела его на марлийку.       «Где же твои друзья, сучка?» — перехватив рукояти, чуть согнула колени. — «Ты здесь не одна, в этом я уверена. Так когда же они покажутся?»       Резко оттолкнувшись ногами от ветки, выпустила тросы, вонзая их в древесину. Тело потянуло вперёд, в геометрической прогрессии сокращая дистанцию до покрытой кристаллом шеи. Занеся оба клинка, выпустила тёмную, даруя скрытым под капюшоном глазам ярко-алый цвет.       Время вокруг будто замедлилось, позволяя беглым взглядом оценить обстановку. Ощутив мою тьму, клейморы дернулись, поочерёдно положив пальцы на рукояти, и провожали моё движение пристальным, немигающим взглядом.       «Ждите» — подняв свободную от лезвия правую руку с расправленной ладонью в останавливающем жесте, обратила её в сторону союзников, вцепившись взглядом из-под капюшона в предположительный силуэт клеймора. И я не прогадала, им оказалась Алиса. Вытянув руку в сторону на всю длину, девушка вновь выпрямилась, передавая мой безмолвный приказ. Бойцы среагировали незамедлительно и мгновенно убрали пальцы от рукоятей, расслабляя тела. Вот только их действия привлекли внимание некоторых разведчиков, которые с немым вопросом на лицах неуклонно прожигали взглядом скрытые лица. Но мои товарищи будто и не замечали на себе множество изучающих пар глаз, продолжая уверенно-ровно стоять на ветвях.       Тем временем я приближалась к Женской особи с левой стороны. Рука, держащая клинок, непроизвольно сжалась, заранее готовясь к нанесению удара. Заметив меня, Аккерман прекратил разглядывать зеркальную поверхность твёрдой породы и в один прыжок переместился на блондинистую голову марлийки.       Металл коснулся кристалла, от чего тело заметно, практически рывком остановилось, вынуждая выдавливать из баллонов весь остаточный газ. Готова поклясться, если бы не наличие тёмной, то перелом руки или её отделение от тела являлось бы единственным результатом моих действий.       Мерзкий, пронизывающий до костей скрежет вибрацией прошёл по всему телу, беря свое начало от руки, пальцы которой деформировали рукоять, пытаясь удерживать клинок в изначальном положении. Металл не выдержал и с глухим звоном обломался по середине, рассыпаясь на множество острых осколков, разлетающихся по небольшой площади. Один из них вонзился в бедро, протыкая напряжённые, каменные мышцы, но я и звука не проронила. Только ощутила дискомфорт в ноге, не позволяющий полноценно, свободно двигать ей. Кровавое пятно было особо заметно на белых брюках, с небольшими потёртостями грязи и пыли.       — Как же много проблем ты доставляешь, — прошипела, заглушая свою реплику дребезжанием острия о поверхность кристаллита, в местах соприкосновения с которым то и дело мелькали искры.       — Ты что творишь, дура?! — раздался голос Аккермана сверху, вынуждая его сделать небольшой шаг назад. В следующую секунду осколки от лезвия воткнулись в голову разумной, окрашивая светлые волосы в кровавый цвет, пока сам металл отражал начищенные носки сапог брюнета.       — Выполняю твою работу, — скрипя зубами, одарила нудного мужчину кроваво-красными зрачками, виднеющимися из-под тени капюшона. Глубокие, но не достающие даже до середины твёрдого покрытия царапины на кристалле, начали стремительно возвращать себе былую целостность.       «Умница…» — хищная улыбка обнажила клыки, а пальцы автоматически легли на рычаг выпуска лезвий, сразу же нажимая на него. — «Каждая способность имеет недочёты. Твоей же является концентрация, не позволяющая покрыть кристаллом несколько частей тела».       Игнорируя недовольный взгляд серебряных глаз, что отражался в торчащем из ноги осколке, свободной правой рукой схватилась за блондинистую прядь, заранее оттолкнувшись с плеча марлийки. Как только её волос завёлся за ухо, моё тело по инерции выбросило вперёд.       Оказавшись перед ней спиной — добавила газ, увеличивая расстояние. А после, сделав заднее полусальто в воздухе, выпустила тросы в область ключиц, вонзая крюки под кость.       Находясь вниз головой, окинула её победным взглядом, пока серо-голубые глаза подпитывали мою уверенность мелким подрагиванием, до последнего не понимая произошедшего. Леви продолжал стоять на её макушке спиной ко мне, но он все же смог уследить за каждым моим перемещением, невзирая на огромную скорость, и продолжал сверлить настороженным взглядом из-за плеча.       «Сейчас спущу тебя обратно на землю, нудила. Смотрю, понравилось сверху на всех смотреть. Редкость, видимо, для тебя» — напоследок подмигнула ему, вновь возвращая стальной взор алой радужки на марлийку. Тросы засвистели, наматываясь на ось, тем самым переворачивая и притягивая моё напряжённое тело к разумной. Угрожающе прокрутив лезвие в правой руке, разрезая воздух, искала более удобное положение хвата, желая скорее рассечь глотку. Острие металла играло с редкими просветами солнца сквозь густую листву, предвкушая разгоряченную кровь марлийки на ледяном покрытии.       И вот оставалось всего несколько метров, несколько жалких секунд до заветного соприкосновения с мышцами, сухожилиями, а в дальнейшем и с трахеей и кровеносными сосудами Женской особи, как она пришла в движение, резко дрогнув всем своим телом. Чуть наклонив голову, она спрятала в тени блондинистой чёлки верхнюю часть своего лица. Я же уверенно продолжала нестись вперёд, не обращая внимания на её жалкие попытки вызвать во мне сочувствие, если этими действиями она пыталась показать, что сдаётся. Но нет, эти мысли мгновенно испарились, стоило её серо-голубым глазам вновь блеснуть на свету, когда она подняла голову обратно, качнув кончиками волос, не доходящими до плеч. Лёгкая дрожь прошла по позвоночнику, когда красные мышцы на челюстях заиграли, перекатываясь, а её рот приоткрылся, застывая в беззвучном крике и обнажая ровные зубы.       Вопль. Омерзительный, оглушающий, от которого кровь стынет в жилах, но при этом такой отчаянный. Будто вся боль, весь груз и все грехи этого мира одновременно взвалились на её плечи.       А следом за душераздирающим криком последовала и ударная волна, что моментально остановила моё движение мощным потоком воздуха. Уши заложило, в голове что-то лопнуло, и тёплая струйка крови вытекла из ушной раковины. Но я не чувствовала столь незначительной боли благодаря тёмной и лишь ошарашенными глазами смотрела в раскрытую глотку, напряжённые гланды которой продолжали быстро сокращаться, оглушая каждого присутствующего.       Тросы натянулись, проволока протестующе сузилась в тонкую нить, не выдерживая этого противостояния с мощнейшим порывом ветра. Пальцы на левой руке разжались, отпуская рукоять с надломленным лезвием в свободный полет позади меня, от чего оно развивалось и покачивалось в такт воздушному потоку, словно флаг. Свободное предплечье автоматически расположилось поперёк лица, закрывая его от песка, что так и стремился выцарапать мне глаза, которые до последнего были устремлены на противника, боясь пропустить любое движение.       «Трос не выдержит» — разглядела состояние натянутой до предела проволоки, выглянув из-за локтевого сгиба у лица. — «Баллоны пустые. Опять поспешила…» — долго себя корить не было возможности. В следующую же секунду на огромной скорости, на мгновение перекрывая своим телом обзор на пасть марлийки и перерезая держащий меня трос, пронёсся боец.       Как только я потеряла единственную опору в виде держащего стропа, меня отбросило назад, в сторону широких, крепких стволов деревьев, что плотной стеной окружили пространство. Пальцы судорожно начали нажимать на курок выпуска газа, дабы хоть как-то смягчить неминуемый удар спиной о грубую кору. Но баллоны лишь слабо, прерывисто шипели, знаменуя пустоту внутри.       Тёмная сильная энергия на мгновение окутала пространство и сразу же затерялась в сумасшедшем воздушном потоке, будто рассеиваясь. Сомкнув зубы, протыкая острым клыком нижнюю губу, обернулась назад, надеясь увидеть хоть одну ветвь, с помощью которой можно остановить тело. Но вместо поиска необходимого ответвления, я зацепилась взглядом за стремительно приближающийся силуэт, вместе с которым все ярче и сильнее чувствовалась тёмная.       «Лео?» — честно, даже не надеялась на помощь, потому и удивилась появлению элитного, летевшего мне на опережение. Крепкие мужские руки обхватили талию, впиваясь пальцами в мышцы пресса, будто боясь выронить.       — Благодарю, — кивнула темнокожему, когда тот ослабил хватку чуть выше бёдер, позволяя моим стопам коснуться твёрдой поверхности. Меня аккуратно опустили на землю. Разумная прекратила верещать, разрывая глотку, но её крик ещё длительное время распространялся эхом по лесной чаще.       — Ты как?       — Передаю командование вам с Алисой, — произнесла, не дав элитному закончить вопрос. — Мне нужно время, — наконец приложила ладони к ушам, с нажимом массируя их.       — Которого у нас нет! — приглушенно прозвучал откуда-то сверху голос Алисы, сопровождая свое прибытие использованием энергии. — Лео, рассредоточить бойцов по периметру, — приподняла голову, ориентируясь на её тьму, и сразу же врезалась в алые глаза, выделяющиеся в тени капюшона. — Вперёд!       Мои товарищи без промедления покинули небольшую поляну, разойдясь в разные стороны, от чего тёмная энергия пропитала собой воздух, ощущаясь кожей. Голова гудела, не позволяя как-либо воспринимать и анализировать происходящее. Но причина данных действий клейморов мне, к сожалению, известна.       — Эй, — послышался напряжённый голос Аккермана, что стучал каблуком сапога по макушке, на которой продолжал стоять, прожигая темечко марлийки недовольным взглядом. — Что это было?       Ноги слегка подрагивали, а одну из них я практически тащила волоком по земле, не обращая внимания на кусок металла, красовавшийся в мышцах. Пунктом моего назначения являлась повозка с запасным снаряжением, одиноко стоящая у основания гигантского дерева. Времени катастрофически мало, ведь мне известна причина использования энергии, что допустимо лишь в самый крайний случай. И именно сейчас он настал.       — Присядь, — послышался обеспокоенный женский голос позади, сопровождаемый намоткой использованных для приземления тросов на ось, пока я безошибочно, практически на слепую цепляла новое снаряжение, не сводя пристального взгляда с разумной. — Слышишь?       Тонкие, аккуратные пальцы легли на плечо, слабо его сжимая, будто боясь сломать. Выдохнула, обернувшись назад.       — Чего тебе? — небрежно бросила, вновь возвращая все внимание на замену сломанного снаряжения.       — Я врач, — в строгом голосе улавливались нотки волнения, но мне было не до них. Зрачки мелко задрожали, а в лёгкие прекратил поступать кислород, стоило мне уловить приближение клейморов, ушедших первыми встречать несущихся на званый обед.       — Вернись обратно… — прошептала, продолжая определять направление, которое прорвали титаны. — Живо!       — Гиганты, — послышался голос Мика, приземлившегося возле Смита, пока мои руки судорожно стягивали плотную ткань, что покрывала полные баллоны с газом, сложенные друг на друга.       — Сколько? — вопросил главнокомандующий, прекращая прожигать меня изучающим взглядом. Напряжение в воздухе росло в геометрической прогрессии.       — Не могу точно определить, — втягивая воздух, будто принюхиваясь, пробубнил запаховед.       — Ты ранена! — не унималась девушка, доставая из сумки разного рода склянки и бинты.       — Съебись отсюда, дура! — сорвалась на крик, к херам собачьим выдергивая причину нашего разногласия из ноги.                         Русоволосая замерла на месте, с застывшим в беззвучном крике ртом, и широко раскрытыми серыми глазами смотрела на окровавленный осколок, острая сторона которого впилась в нежную кожу ладони, разрезая её.       — Куда направляются? — не меняя ровный, спокойный тон, продолжал уточнять блондин. Почувствовав предупреждающий всплеск энергии бойца совсем рядом, схватила один из баллонов за вентиль, сжимая его до побеления костяшек.       — Сюда, блять! — ответила за Закариаса, резко разворачивая корпус в указанную союзником сторону. Стоило мне только наполовину завершить свой оборот, как из кустов выпрыгнул трехметровый уродец. Мурашки прошлись по спине, стоило лишь лицезреть эту мразь: короткие тощие конечности не должны удерживать такую тушу, заплывшую жиром, а мелкая голова, чудом держащаяся на худощавой шее, неслась впереди тела, широко раскрыв пасть и растягивая густую слюну от безобразной верхней челюсти, до не менее безобразной нижней.       Разведчица лишь успела перевести испуганный взгляд от меня до появившегося из ниоткуда титана, смотря на него через плечо, не в состоянии проронить ни звука, будучи окутанной цепями дикого, животного страха. А моя рука с баллоном уверенно продолжала свое движение, пока вторая тянулась к поясу, поддевая пальцами застежку кожаной кобуры.       Омерзительный, радостный визг ублюдка лишь заставил меня высвободить ещё больше тёмной и швырнуть в его сторону чёртов баллон, закручивая в воздухе. Не теряя ни секунды, моментально вытащила сигнальный пистолет, и, следом за металлической ёмкостью, в сторону гиганта летела и сигнальная ракета, оставляя за собой голубую полоску дыма, едкая краска которого проникала в лёгкие, вынуждая сдерживать кашель.       Взрыв возле лица, если можно его так назвать… Ошметки черепной коробки мелкого недоразумения разлетелись по округе, окрашивая густую траву и гладкие стволы деревьев в темно-багровый, с редкими вкраплениями голубой краски.       — Синий сигнал?.. — послышался удивлённый глас разведчика. — Клейморы?       — Блядство… — прошептала, накрывая лицо чистой ладонью, а после резко отбрасывая капюшон назад, психуя. Красные зрачки впились озлобленным взглядом в девушку напротив, будто намереваясь довести её до кондиции. — Наверх. Немедленно.       Несколько быстрых кивков головой, и крылатая, вынудившая раскрыть присутствие членов Капитолия, моментально ретировалась обратно на ветвь, не прекращая оглядываться на меня.       Земля задрожала под ногами, знаменуя приближение толпы голодных ублюдков. Первыми выскочили клейморы, ненадолго раздвигая густую листву, но мне хватило и этого коротко мига, чтобы уловить движение множества тел.       — Бросай! — не меняя высоты полёта, крикнула Алиса, заметив меня у повозки. Не задавая никаких вопросов и даже не думая, поочерёдно запустила вверх над головой два газовых резервуара. Удачно поймав их, элитница перегруппировалась в воздухе, запуская крюки в ствол дерева, и, поднимаясь ещё выше, приземлилась на ветвь.       — Зашибись… — прошептала, понимая, что не до меня сейчас ей. Проглотив ком в горле, обнажила лезвия, протяжно и звонко вынимая их из ножен. Азарт пылал в огненно красных зрачках, обжигая их. Уверенность в сохранении своего жалкого существования была непоколебима, ведь я знала, что сейчас этих безмозглых не интересует человечина. Чуть подкинула клинки, перекрутив их в воздухе, и, выждав удобного положения рукоятей, ловко поймала их, расположив длинные пальцы на холодном металле. Рывок вперёд, и я несусь навстречу толпе гигантов, что сопровождали свое шествие скрипучим смехом.       Вот только весь мой настрой мгновенно исчез, как и земля из-под ног. Крепкое, тяжёлое тело грубо снесло меня с места, выбивая воздух из лёгких своими каменными мышцами плеча.       — Какого?.. — не понимая причину действий клейморов, подняла озадаченный взгляд на уносящего меня вверх, мгновенно меняясь в лице. — Мик?       Мужчина не ответил. Лишь сильнее и удобнее обхватил моё тело и уверенно поднимал нас выше, чудом не задевая крепкие стволы и держась как можно дальше от несущихся обезумевших титанов.       — Ты что творишь? — прошипела, бросая выжидающий взгляд на Смита, стоило подошве коснуться ветви.       — Ты ещё спрашивать будешь? — аналогичным тоном отозвался стоящий рядом Аккерман, которого вот вообще не спрашивали. — Знаешь, Мик, зря старался. Сейчас обратно полетит.       — Не тебе вопрос задан был, комментатор хренов, — казалось, я услышала стук встречи наших ненавистных взглядов, которыми мы одаривали друг друга, не жалея.       — Корра, — прервала на самом интересном моменте Алиса, обрезая на корню возможность скормить одного из нас бушующим титанам внизу. Дождавшись моего внимания, брюнетка ловко перепрыгнула на ветвь, держа в руках два баллона, брошенные мной.       — Неожиданно, — потупив взгляд, приняла ёмкости, сразу же принимаясь к закреплению недостающих элементов на устройстве. — Думала тебе на пополнение.       — Предпочитаю заниматься подобным в более спокойное время, нежели злорадствовать, свесив ноги и наблюдая за бесполезными действиями разведчиков, — парировала элитница, пожав плечами. Усмехнулась, бросая на неё скептический взгляд красных глаз, пока пальцы умело закручивали металлические трубки подачи газа.       — Аномальные? — удивилась Ханджи, отмечая, что на собравшихся людей гиганты не обращают никакого внимания, пробегая мимо низко расположенных ответвлений, на которых стояли крылатые. — Откуда их столько?       — Она их и призвала, когда вопила тут во всю глотку, — поморщилась, стоило первым неразумным добраться до титанической оболочки марлийки, отрывая от неё куски плоти. — Это обычные неразумные, которые в данный момент видят перед собой лишь одну цель.       — Не позволяйте титанам убить её! — высвободив лезвия, приказал солдатам Эрвин, ошарашенно смотря на растерзание Женской особи. — Она должна выжить. Вперёд!       Разведчики выпустили тросы, спрыгивая с безопасной высоты, а после теряясь в поднимающемся от тела разумной паром. И мы, не прекращая использовать энергию, следом за ними.

***

      — Эрвин, это бесполезно! — прокричала спустя жалкие минуты резни, не дающей никаких результатов, кроме как ухудшения видимости и зловонья, исходящего из убитых титанов. Голубые глаза мгновенно нашли мой силуэт, прикреплённый тросами к широкому стволу дерева, а после медленно переместились на жалкие остатки тела Женской особи, за которые нет смысла сражаться более.       Девианты, игнорируя нас, плотным и, казалось, бесконечным потоком появлялись на поляне, выходя со всех сторон. Пока мы убиваем трех — шестеро уже раздирают тело разумной в клочья. Несколько бойцов были убиты, и в этом я даже сомневаться не смею. Резкое прекращение потока тёмной сложно не заметить, даже если целиком и полностью поглощен сражением. Сколько погибло разведчиков — не знаю. Оказаться раздавленным здесь намного легче, чем попытаться разглядеть сквозь плотную пелену пара хоть что-то.       — Отступить! — облегчение пришло вместе с глубоким выдохом, стоило лишь услышать долгожданный приказ главнокомандующего. И не только я была рада подобному, все солдаты мгновенно покинули место сражения, не жалея газа и выскакивая из зловонного пара.       — Назад! — отдала приказ союзникам, когда оставшиеся в живых разведчики прекратили пулями вылетать снизу, желая быстрее оказаться на безопасном расстоянии. Находясь как можно дальше от этого ада.       Одиннадцать клейморов незамедлительно поднялись вверх. Усталость и истощение бойцов замечались невооружённым глазом. Лишь двое элитных и я не изменяли объем используемой энергии, заставляя ядро непрерывно пропускать потоки по всему телу. Выпустив тросы, направилась к офицерам, что составляли Смиту компанию в лицезрении шоу под названием «Провал миссии».       — Незнание способностей и силы противника — тебя совсем не останавливает, — наблюдая за устроенным внизу пиром без капли сожаления или отвращения, неотрывно смотрела за поеданием противника живьем, — а, Эрвин?       — Прекрати. — прошептала Нанаба, отворачиваясь от Женской особи, когда титаны добрались до внутренних органов, разбрасывая их по округе и смачно почавкивая.       — Прекратить? — язвительно повторила просьбу коротковолосой. — Двое моих бойцов погибли из-за вашего незнания. Зато вы поймали её. Вот достижение человечества!       — Позволить съесть себя живём, — не обращая внимания на мои попытки добиться от него хоть какого-то намёка на сожаления, он лишь отреченно проговорил, продолжая смотреть на конфетти из ошметков титанической оболочки марлийки. — Какую же информацию они скрывают, раз вынуждены прибегать к подобным мерам?       — Ответы получают те, кто способен ждать, обдуманно и аккуратно принимая решения. А не те, кто безрассудно цепляется за малейшую возможность скорее узнать необходимое. Ты эгоист, Эрвин. Твои подчинённые погибли напрасно, отдавая жизни за бездумное стремление получить желанное. Только вот, результат не тот, что тебе необходим, верно? — обглодав тело практически до костей, неразумные уже не так активно давили друг друга, желая быстрее добраться до мягкой плоти. — Носитель мёртв. Основная, главная задача клейморов выполнена — посмотрела в сторону сородичей, встречая спокойные взгляды алых зрачков, и слабо кивнула вниз, безмолвно указывая дальнейшие действия. Каждый из них обнажил лезвия, подойдя к краю ветвей.       — Мои товарищи погибли не напрасно… — последнее, что я произнесла еле слышно, игнорируя сжимающееся от боли потерь горло, и прыгнула вниз. Оставляя разведчиков наедине с собой, не позволяя им что-либо возразить в ответ. Клейморы следом, превозмогая собственное истощение, они до последнего оставались верны мне и моим решениям. Зная, что элитные: сильнейшие и лучшие из нас, никогда не станут преследовать личные цели, обменивая их на жизнь тех, кто сражается с тобой бок о бок.

***

      Устранив нажравшихся вдоволь гигантов, к моему удивлению, совместными усилиями с разведчиками, что присоединились к нам практически сразу же, — мы двигались по главной дороге, ведущей к выходу из леса. Отправив Лео и Алису с бойцами, способными ещё сражаться, на полную зачистку этого адского места, заранее проконтролировав их пополнение снаряжением, я со спокойной душой сопровождала офицерский состав. В котором не хватало лишь высокомерного Аккермана, который не способен сдерживаться, когда дело касается Эрвина. И, словно цепной пёс, бросается на обидчиков своего хозяина, готовый разорвать им глотки. Он отправился за Йегером, привязав коня к повозке и перейдя на УПМ.       Ханджи не отставала от меня со своими расспросами о Женской особи, но я лишь улыбалась ей, каждый раз напоминая о их подозрениях большой вероятности появления разумных, про которые все благополучно умолчали. Карина вела лошадь рядом, избавляя меня от полученных ран, обвивая пальцами предплечье и передавая свою светлую. Четверо тёмных затерялись где-то в середине строя.       Эрвин молчал. Продолжал смотреть вперёд, не меняя стального, уверенного взгляда голубых глаз. Он непреклонен. Воспринимает информацию, относясь к ней одинаково, будь то хорошие новости или плохие, насмешка или, наоборот, похвала. Отчетливо знает свою цель и ни за что от нее не отступится.       Вроде, прекрасные качества, присущие главнокомандующему. Вот только гребанному кукловоду ничего не стоит отправить солдат на верную смерть. Даже ни один мускул не дрогнет на лице, наблюдая за бездыханными телами подчинённых, полностью противореча нашей первостепенной задаче: спасение людей, становление их безопасность превыше собственной.       — Готово, — прекращая пропускать в меня поток светлой, оповестила Карина, медленно убирая руку. — Сзади повозка с ранеными, энергия ещё осталась. Я пойду к ним?       — Конечно, — кивнула беловолосой, посмотрев в её жёлтые зрачки. — В последнюю очередь ты должна была тратить энергию на меня.       — Не хотела находиться рядом с ними… Простите, что так говорю, командир, но они заслуженно последними получат от меня помощь, — вполне ожидаемое отношение к крылатым, вот только рядовые солдаты тоже не были проинформированы о безрассудных планах оратора. — Но я рада, что Женская особь мертва, — потянув поводья, светлая остановилась, оборачиваясь назад, и стала ожидать первую повозку с ранеными.       Я замерла в седле. Тело била мелкая дрожь, стоило только услышать напоминание о марлийке.       «Никто из неразумных не вернул прежнюю, человеческую сущность…» — руки сжали поводья, безжалостно впиваясь ногтями в ладонь. — «Выходит, титаны не добрались до настоящей плоти носителя. Тело! Я не видела её тело!»       Слабый, едва ощутимый толчок земли вынудил меня рывком остановить коня, вдавливая металлическую узду между губами. Жеребец болезненно заржал, топчась на месте, ожидая, пока я прекращу натягивать поводья. Но я даже не обращала внимание на происходящее вокруг, пытаясь уловить хоть какие-то звуки, исходящие из глубины густого леса.       — Йегер. — Вырвалось на выдохе, услышав приглушенный крик Атакующего, который мгновенно исчез в топоте множества копыт о землю. Ударив вороного под бока, одновременно дёрнув поводья в сторону, подняла жеребца на дыбы, разворачивая на задних ногах.       — Ты куда? — крикнула мне в спину Зое, уводя свою рыжую кобылу подальше от крупного, мощного тела скакуна, который на огромной скорости уносил меня вновь в непроглядную чащу. — Корра! — но я уже скрылась за поворотом, оставляя разведчиков без ответа.       Лес был огромен по своим масштабам, а деревья вовсе отказывались от индивидуальности, отчего казалось, что я несусь по кругу, не замечая никаких изменений в окружающем пространстве. Благо, дорога лишь одна, не позволяющая заблудиться. Конь, не меняя скорости, уверенно скакал вперёд, сопровождая каждое отталкивание от земли редкими, равномерными всхрапами.       «Насколько далеко вы ушли?» — задалась вопросом спустя пару минут, прошедших после того, как пронеслась мимо ебучей поляны, где был реализован великолепный план Эрвина. Пара уже нет, но вот зловонный смрад, кажется, пропитал собой всю растительность в округе. — «Ну же, Йегер. Не наделай глупостей, иначе собственноручно придушу».       Мысли мгновенно спутались в плотный ком, как только я ощутила слабый поток светлой энергии впереди. Сжав челюсти, сильнее надавила каблуком на бока жеребца, ускоряя его галоп.       — Грэн! — окликнула бойца, сидящего на коленях, возле четырёх тел… горло болезненно сжалось, не позволяя произнести ни слова.       Остановив коня, на ходу выпрыгивая из седла, медленным, неуверенным шагом направилась к краю дороги, настороженным взглядом пытаясь разглядеть лежащие на земле тела, обзор на которые перегородила широкая спина парня. Кровь была повсюду: на земле, где лежат пока неизвестные разведчики; на стволах деревьев и густой, когда-то зелёной листве. Даже в воздухе витал ненавязчивый металлический аромат.       «Это не кровь титанов. Не испаряется…» — несколько темно-алых сгустков медленно скользили по рельефной, шероховатой коре у основания ствола.       — Я больше не могу… — дрожащий голос прервал мои наблюдения. Будто получив пощёчину, быстро перемещая конечности, наконец соизволила сократить дистанцию до светлого.       — Быть не может… — прошептала одними губами, бегая поддрагивающими зрачками по бледным лицам Элитной четвёрки.       Поперёк широкой груди Гюнтера — огромный, идеально ровный разрез, явно от лезвия. Мягкая, бархатная кожа лица Ралл измазана кровью, а засохшие алые струйки берут свое начало из носа и уголков приоткрытых губ. Её тело лежало на ровной поверхности, но вот грудь неестественно прогнулась вперёд, знаменуя закрытые переломы позвоночника и рёбер.       Пересиливая себя, перевела взгляд на Оруо. Если у Петры мощный удар сзади пришёлся только на верхнюю часть спины, то Базарда будто перемололи, ломая каждую конечность. Разрывая форму и куски плоти, открывался прекрасный вид на кости, торчащие наружу. Затылок пробит, окрашивая темно-пепельные волосы кровью, а прилипший песок лишь играючи поблескивал на небольших, редких проблесках солнечных лучей. И, наконец, последний.       — Эрд… — прошептала одними губами имя разведчика, который первым протянул мне руку, решаясь на отчаянный шаг наладить отношения. Карие полные мужества глаза потеряли былой блеск, едва виднеясь из-за полузакрытых век. Его тело перегрызано пополам, оставляя отпечаток резцов на местах соприкосновения зубов.       Грэн отчаянно пытался вновь соединить отделенную нижнюю часть тела с верхней. Но регенерация никогда не была сильной стороной парня. Он прекрасно создаёт прочный барьер за считанные секунды, но не способен исцелить раны такой ужасной, сложной степени. А сейчас пытается вновь вдохнуть жизнь в разведчика, погибшего самым невообразимым способом.       — Меняемся, — присела рядом с клеймором, создавая огромное количество светлой в ядре, что ощутимо начало пульсировать, не выдерживая объёма призванной энергии. — Займись девушкой. Немедленно!       — Спасибо… — выдохнул Грэн, стирая тыльной стороной ладони капли пота со лба и в следующую секунду материализовываясь возле Ралл.       «Сколько прошло времени с остановки сердца? Смогу ли я спасти вас…» — глаза неприятно защипало, разглядывая сквозь жёлтую пелену безжизненный, стеклянный взор блондина. — «Давай… Ну же, Эрд! Не смей здесь умирать, сучёнок!»       Не жалея светлой, мощным разрядом энергии прошлась по всему телу парня, как можно плотнее прижимая две части туловища, позволяя светлой восстановить омертвленные ткани. Кишечник, кости, мышцы, а затем кожа — все это срасталось на глазах, что только радовало. Вот только медленно… Непозволительно медленно.       — Кросс? — послышалось позади, словно как-то отдалённо, но я даже не обернулась на голос, позвавший меня. Мне нельзя терять концентрацию, мне нельзя терять ни единой секунды. Особенно сейчас…       — Эй, оглохла что ли? — только одна личность могла позволить себе столько грубости в простом обращении. Неспешные шаги приближались к нам, пока я кожей ощущала режущий взгляд на своей спине. — Что ты тут… делаешь.       С трудом закончив свой вопрос, Аккерман замер, созерцая бездыханные тела подчинённых, относящихся к его отряду. Он смотрел на бледные, застывшие лица солдат, когда-то с гордостью кричавших, что являются членами Элитного отряда, находящегося под руководством Сильнейшего воина человечества.       — Леви… — пальцы дрожали, не выдерживая напряжения потока энергии, что я безжалостно вдалбливала в тело Джина. — Мешаешь.       Брюнет молчал, кажется, даже его дыхание стало редким, донельзя тихим. Находясь между мной и Грэном, он замер. Сжимая и разжимая кулаки, Аккерман пустым, отстраненным взором не прекращал бегать по телам, утопающим в луже собственной крови.       — Ты сможешь вернуть их? — голос тихий, без какой-либо надежды. Будто ему нужен ответ, который даст понять: появятся ли эти люди в его жизни вновь или же это их последняя встреча? Последнее поручение, поставившее крест на судьбе молодых, прошедших множество испытаний солдат.       — Не знаю. Постараюсь, — выдохнула, даже не пытаясь построить ложную иллюзию, что все будет хорошо и мы справимся. — Грэн, докладывай.       — Нас нагнала Женская особь, — начал парень, положив два пальца на шею рыжеволосой, прощупывая пульс и не прекращая вливать в неё светлую. — Напала внезапно, используя УПМ и не позволяя своевременно среагировать. Потеряв первого разведчика, остальные бросились на превратившуюся разумную, прикрывая отход Эрена. Мы не справлялись.       — Где Атакующий? — закончив с соединением крепкого тела Эрда, коснулась пальцами запястья Джина, ожидая пульсацию артерии, пока вторая рука покоилась в области груди на уровне сердца, энергией пытаясь вновь заставить его работать.       — Убив каждого, она направилась по направлению движения носителя. Пока я продолжал выжидать момент для нанесения скрытного удара, — он запнулся, жёлтыми зрачками пробегаясь по результату его действий в виде мёртвых солдат Элитного отряда. — Я не тёмный… Моя сила бесполезна, чтобы сражаться одному против разумной.       — Продолжай, — прервала его оправдания, которые сейчас вообще неуместны, вцепляясь спокойным взором золотистых зрачков в его удивлённые.       — Йегер вернулся. Превратившись в Атакующего, он не заметил моего нахождения рядом, от чего меня отбросило в сторону. Они сцепились, уходя куда-то дальше, в глубь леса. Я не знаю, что с ним и где он.       — Ты все сделал верно. Приняв участие в сражении, ты бы, скорее всего, погиб, и я не смогла бы найти вас, — оборвав свою речь, не сдержала облегчённого вздоха, приподнимая уголки губ, как только слабый, постепенно нарастающий пульс коснулся кончиков пальцев, давящих на широкое запястье Джина. — Я бы не смогла вернуть его.       — Он жив? — удивился боец, ненадолго теряя концентрацию, изменяя поток энергии, направленной в рыжеволосую. Тело Аккермана напряглось, чуть наклоняясь вперёд. Я не видела его лица, но редкое, прерывистое дыхание брюнета над моей головой давало примерный ориентир на его эмоциональное состояние.       — Долго стоять над душой намерен? — сплевывая густую слюну, бросила выжидающий взгляд через плечо. — Найди Йегера. Мы сделаем все, что в наших силах. Иди.       Ледяной взгляд скользнул по моему уставшему лицу с лёгкими испаринами на коже, а после переместился на Эрда, неотрывно наблюдая за поднятием диафрагмы, знаменуя собой появившееся дыхание блондина. Его губы на мгновение разъединились, но после вновь сжались в тонкую линию, отдергивая себя от мысли что-то сказать.       — Хорошо, — ровный, бархатный голос прервал возникшую тишину. Развернувшись на каблуках, сероглазый уверенно увеличивал расстояние между нами, покачивая темно-зелёным плащом в такт своему шагу.       — Кросс, — остановившись, позвал меня, так и не обернувшись. — Спасибо.       Выпустив крюки, вонзая из в стволы деревьев, Леви пронёсся вперёд, постепенно сливаясь с листвой, находящейся далеко в тени. Проводив его взглядом, постепенно восстанавливая дыхание, прикрыла глаза и, запрокинув голову вверх, успокаивала учащенное сердцебиение, вызванное безжалостным истощением ядра. Оно не успевало создавать светлую, как я уже выталкивала её оттуда, беспрерывно нагружая ноющую внутренность.       «Нет времени отдыхать» — дала себе мысленную пощёчину, поднимаясь на ноги и, слегка пошатываясь, направилась к копирке Аккермана. — «И ты здесь не останешься. Костлявая с радостью вернёт мне тебя, не выдерживая твой язык без костей, готовый трещать о великом и неповторимом себе без остановки» — приподняв голову разведчика, почувствовала, как сломанные кости, словно камни в мешке, перекатывались по телу, сопровождая свое перемещение скрежетом друг о друга.       Я не знаю, зачем и почему мысленно обращалась к каждому из них. Наверное, действительно не хотела и не могла видеть смерти тех, кто первыми пошёл мне навстречу, не пугаясь неизвестности. Хоть мы и часто расходились во мнениях, касаемые Эрена, но их непринуждённость, их присутствие позволяли мне узнавать жизнь людей.       Сразу вспомнила, как обвиняла их в необдуманных обещаниях, упрекая практически за каждое слово.       «И именно сейчас сожалеть о своих действиях собралась, дура?» — пропитывая тело Оруо энергией, игнорировала пульсирующие виски и боль в горле, что нещадно сжималось, не позволяя слезам поступить к глазам. — «Осознание действительно приходит ко мне с опозданием. В данный момент всем плевать на сожаление. От меня ожидают результат. Я сама его требую от себя…»

***

      Обессиленно скатилась по стволу дерева, с глухим звуком ударяясь затылком об твёрдую кору. Жёлтая пелена исчезла перед глазами, светлой не осталось. Я исчерпала почти все её запасы.       — Прости… — прошептала, наклонив голову вперёд, пряча дрожащие глаза за двумя длинными прядями. Рука потянулась к холодной ладони, сжимая расслабленные пальцы. — Прости, Гюнтер…       Но ответом мне была лишь тишина и ледяная бледная кожа разведчика, которого я не успела… не смогла спасти. Он погиб первым, а я, игнорируя время остановки сердца, наивно надеялась на важность степени ранения. Но нет. Я ошиблась. Потратила всю энергию на сложные увечья, полагая, что мне хватит светлой на исцеление глубокой раны на груди.       Её я смогла залечить. Вот только мне не хватило сил заставить его сердце забиться вновь. Сжимая длинными пальцами его огромную, по сравнению с моей, ладонь, прикрыла глаза, до крови прикусывая внутреннюю сторону щеки.       — Благодарю, командир, — подошёл ко мне боец, вставая напротив. — Мы не смогли спасти всех. Но если бы вы не пришли, я бы остался здесь один, с четырьмя мёртвыми телами.       Его уставший голос звучал сдержанно, но сбивчивое дыхание вынуждало делать небольшие паузы. Во рту сухо, воздух пропитан кровью, оставляя металлический привкус на языке, смешиваясь с моей собственной, стекающей из растерзанной щеки.       «Йегер» — пересиливая собственные возможности, подтянула колени к груди, намереваясь подняться с земли и продолжить движение дальше. Помедлив несколько мгновений, последний раз провела пальцами по ладони бездыханного тела, прощаясь с Шульцем. — «Убью суку. Уничтожу любое напоминание о существовании Женской особи».       — Клейморы заняты зачисткой периметра, — поднявшись на ноги, подошла вплотную к бойцу, запрокидывая голову и демонстрируя уверенный, безэмоциональный взгляд. — Выпусти сигнал и жди их появления. Забрать тела разведчиков и покинуть лес. Выполнять.       — Есть, — ответил светлый мне в спину, но его голос практически сразу перекрыл свист выпуска тросов. Мышцы ныли от частого, беспрерывного использования устройства, казалось, ремни уже стёрли кожу до крови, нещадно впиваясь в тело.       Усталость брала свое. Восприятие окружающего мира снизилось до невозможного, от чего я не сразу расслышала равномерный топот впереди, сопровождаемый звуком намотки тросов на ось. Нескольких тросов.       Глубокий вдох и растяжение мышц шеи, позвонки которой звонко захрустели, позволяя хоть немного настроить себя на увеличение скорости, чтобы догнать неизвестных впереди. Быстро перебрасывая крюки с одного дерева на другое, ловко уворачивалась от ветвей и уверенно приближалась к источнику звуков, казалось, единственных во всем лесе.       — Держи дистанцию на расстоянии полёта, — сквозь бешеный свист в ушах расслышала голос Аккермана. — Эта тварь вымоталась и не может передвигаться с прежней скоростью.       Судорожно забегала глазами, сквозь мелькавшие стволы ища брюнета и его сопровождение. И вот наконец между раскидистыми ветвями мелькнуло огромное тело марлийки, а следом за ней, удерживая расстояние в метров восемь, пронеслись двое разведчиков.       Добавив газа, понеслась наперерез. Но сейчас я не была готова атаковать. Состояние оставляло желать лучшего, от чего решение выступать в качестве поддержки казалось весьма целесообразным и оправданным.       Выскочила из-за стволов, пропуская вперёд Женскую особь, равняясь с Леви и, как оказалось, Микасой. Оба Аккермана немного сменили траекторию полёта, заметив движение со стороны, но, узнав меня, вернули настороженные взгляды вперёд.       — Где Йегер? — первое, что спросила, как только оба разведчика приблизились ко мне с обеих сторон.       — Я видел останки титана с прокушенным затылком, — оповестил брюнет, скосив суженные зрачки на Микасу. — Эрен погиб?       — Нет, — сухо и лаконично, не вызывая неуверенности в своих словах. — Он не мог погибнуть…       «А, нет. Вызывая…» — посмотрела на девушку, что угрожающим взглядом прожигала спину марлийки, еле сдерживая порывы атаковать её.       — Микаса, — аккуратно позвала её, стараясь говорить как можно тише, дабы разведчица переключила все внимание на меня, прислушиваясь. — Ты видела кровь? Или процесс поедания твоего брата?       Да, сейчас я была ещё той душкой, стараясь самым унизительным способом завоевать доверие девушки, делая акцент на тематике семьи. Её больная тема, выявленная путем наблюдений со стороны.       — Нет, она засунула его в пасть и бросилась наутек.       — Поняла, спасибо, — облегчение наступило мгновенно, отображаясь на моем лице, стоило осознать, что сила Атакующего не принадлежит разумной. Но долго наслаждаться кратковременным умиротворением не получалось, ибо Аккерман выжидающе уставился на меня, будто заглядывая в душу.       — Надеюсь, сейчас молчать не станешь, — подсказал брюнет, когда наши взгляды встретились.       — Он нужен им живым. Зачем и для чего — не знаю. Но с уверенностью могу сказать, что мальчишка до сих пор принимает ванную из её слюней.       — Им? — повторил он, а я уже мысленно обливала себя дерьмом, в который раз неправильно подобрав слова.       — Не придирайся, — выдохнула, закатив глаза. — Каков план?       — Необходимо разделиться на две группы: отвлекающие и нападающие, — задумавшись на мгновение, мужчина сократил расстояние между веками, усиливая и без того хищный взгляд. — Микаса, держись на уровне её ног, пока мы…       — Нет. Это опасно, — прервала брюнета, игнорируя недовольный взор серебряных глаз. — Отправить новобранца к активно перемещающимся конечностям, конечно, мысль хорошая. Но лучше я поиграю на струнах её терпения.       — Не сомневаюсь, — протянул Леви, слабо приподняв уголки губ. — Путаться под ногами — явно твоё призвание.       Цокнув языком, нервно мотнула головой. Отцепив крюки от дерева, крутанулась в воздухе, принимая горизонтальное положение тела и, добавив газа, пулей понеслась вперёд, с небольшим наклоном опускаясь ниже. Поднятый песок, смешавшись с пылью, неприятно резал глаза. Но я уверенно продолжала приближаться к её ногам, держа лезвия на изготове.       Меня заметили практически сразу, от чего марлийка прекратила выставлять ноги по прямой линии, ступая по земле в хаотичном порядке, желая предугадать моё следующее местоположение и вдавить огромной стопой в землю.       Заметив недовольство разумной, вызванное моим появлением, разведчики ускорились, поднимаясь выше, пока я наворачивала зигзаги вокруг её ног, лениво, сильно не напрягая и без того ноющие мышцы, касаясь острием клинков сухожилий, оставляя не самые приятные порезы на титаническом теле.       Сложно наблюдать за обстановкой сверху и движением нижних частей противника, но у двух Аккерманов явно все шло не по плану, ибо свист перебрасываемых тросов не прекращался ни на секунду. Ветки окружающих нас гигантских деревьев обламывались, опадая на землю. Видимо, сука решила внести изменения в декор, подойдя к этому вопросу с особой оригинальностью.       Картинка перед глазами перестала быть чёткой, как прежде. Постепенно мой обзор ухудшался, а разведчики не шибко спешили заканчивать устроенное представление. Воздух стал горячим, а вкрапления пыли не позволяли полноценно насыщать лёгкие кислородом.       «Да чтоб вас… Нельзя затягивать это нападение!» — рывком подняла голову к верху, пытаясь понять причину промедления, заранее зацепив тросы выше, отдаляясь от земли и ног, не прекращающих топтаться на месте.       — Уходи! — крикнула мне Микаса, каким-то хером оказавшаяся за спиной марлийки, летя мне навстречу. Я лишь удивлённо приподняла бровь, жадно вдыхая чистый воздух. Но моё наслаждение чистым кислородом мгновенно прекратилось, стоило силуэту азиатки резко свернуть в сторону. А все оказалось совсем иначе.       Следом за её телом, разрезая воздух тыльной стороной ладони, неслась рука разумной. Сжав зубы до омерзительного скрежета, прекратила подачу газа, стараясь уйти от атаки, которая была подготовлена не для меня. Но конечность по инерции продолжала стирать между нами жалкие метры.       Меня отшвырнуло назад, словно муху в полете газетой ударили, отбрасывая в сторону. Не успев ничего предпринять, впечаталась спиной в один из стволов. Разряд боли прошёл по телу от седьмого позвонка до кончиков пальцев ног. Но оно не спешило падать вниз, где меня ожидает густая трава, плавно покачивающаяся в такт потоку пыльного воздуха.       «Что. За. Хрень?» — даже мысли давались с особым трудом, пока я, потупив взгляд, смотрела вниз, не понимая причину дискомфортных, тянущих ощущений под правой ключицей. Так же не понимая, почему до сих пор возвышаюсь над землёй.       — Кросс! — как-то отдалённо услышала свою фамилию, не разобрав, кому принадлежит голос, продолжая пустым взглядом смотреть на зелёную траву с маленькими красными капельками, что блестели на свету, словно утренняя роса. С каждой секундой их становилось все больше и больше, но яркий цвет мгновенно темнел, впитывая в себя грязь воздуха.       «Кровь» — сделала долгожданный вывод, дернувшись всем телом, особенно ярко ощутив адскую боль в верхней части правой груди. Медленно, рывками повернула голову чуть вправо, натыкаясь кожей подбородка на короткий обломанный сук, торчащий под ключицей. Сухая кора жадно впитывала мою кровь, а излишки отправляла вниз, смешивая их с древесным соком.       Схватившись за сломанную ветвь онемевшими пальцами левой руки, оперлась ногами о ствол, пытаясь вытолкнуть тело вперёд. Но стоило сдвинуться лишь на жалкий миллиметр, как я взвыла от боли, наслаждаясь темнотой в глазах, с непонятными цветными кругами. Тело слабело с каждой секундой, и теперь не было возможным даже держать руку на весу, возле плеча. Пальцы медленно скользили по окровавленной древесине, безвольно опуская левую конечность вниз, не имея более сил держать мышцы в напряжении.       Звуки сражения доносились приглушенно, но я была рада, что разведчики не прекратили битву, стоило мне выбыть из игры. Главной задачей сейчас является спасение Эрена, и жизнь клеймора — ничто по сравнению с мальчишкой, который сыграет далеко не последнюю роль в дальнейшей судьбе человечества.       Словно мешок, я обессиленно висела над землёй, держась на кости ключицы. Тело била мелкая дрожь, от белой одежды, относящейся к экипировке разведчиков — осталось лишь одно название: рубашка в крови; брюки на уровне бедра тоже, но напоминанием об осколке меча был лишь узкий разрез ткани, через который виделась бледная кожа.       — Не уйдёшь! — прорычала Микаса, как только марлийка в один прыжок отскочила от разведчиков на метров восемь, вновь спасаясь бегством и не оставляя попытки уйти от преследования. Прокрутив лезвия, девушка рванула следом, игнорируя попытки Аккермана остановить её.       Вот только, для чего? Меня спасти? Приземлившись на землю, брюнет сделал уверенный рывок телом следом за ними, но резко осекся, бросая на меня обеспокоенный взгляд.       — Не думай даже… Иди! — прошипела, сплевывая кровь изо рта, стоило заметить его намерение сделать шаг в мою сторону. — Своих солдат спасай, придурок! Ты мне не поможешь. Съебись отсюда!       Слова давались с трудом, а произносить их на повышенных тонах я даже и не старалась. Но, видимо, боль дарует мне не только потемнение в глазах и сужение обзора, но и возможность кричать, пытаясь заглушить адские муки. Прислушавшись к голосу разума, брюнет мгновенно исчез из поля зрения, скрываясь в чаще леса, который я окончательно возненавидела всеми фибрами своей души.       «Что. Так и будем висеть, пока окончательно кровью не истечем? А, Корра?» — решила развлечь себя монологом, под конец прислушиваясь к ядру, которое вновь начало пульсировать, восполняя запас энергии, когда тело вновь начало содрогаться в лёгких конвульсиях, вызывая новые вспышки боли.       Наши тела и в правду превосходны. Боль лишь подпитывает темных, заставляя организм работать на износ, чтобы выжить. В этом главное преимущество над светлыми — выносливость и желание растерзать противника в клочья, доказывая свою силу. Это сравнимо с рывком вперёд в самый последний момент, находясь у пропасти.       Воспоминания о двух погибших клейморах мелькнули перед глазами, сразу сменяясь на бледное лицо Гюнтера, что стеклянным взором пожирал густую крону, возвышающуюся к небу.       — Убью, суку, — прошипела преисполненным злобой голосом, предвкушая кровь марлийки на клинках и её отрезанную голову. Настоящую голову, которую я буду держать в руке, намотав волосы на кулак. Тело стало невероятно лёгким, прекращая чувствовать невыносимую боль и знаменуя собой лишь одно: тёмная энергия уверенно распространяется по моей плоти.       Вновь схватив сук теперь уже обеими руками, оперлась стопами на скользкий от крови ствол, наклоняя корпус вперед. Сухая ветвь не выдержала и с треском обломилась за моей спиной, окончательно отсоединяясь от дерева. Приземлившись на землю, поднимая полупрозрачные клубы пыли в воздух, положила правую руку на инородный предмет, что продолжал красоваться в моей груди.       «Истеку кровью, если после извлечения не применю светлую» — прекратила оттягивать средней толщины ветвь, шевеление которой сопровождалось пульсирующим вытеканием алой жидкости из скозного отверстия. — «Сначала необходимо забрать Йегера. В таком состоянии меня надолго не хватит. Необходимо избегать длительного сражения» — обернулась по направлению источника звука, наблюдая, как титаническая оболочка оседает на землю, спиной скатываясь по широкой гладкой коре и не прекращая закрывать обеими ладонями затылок. Недалеко она ушла.       Крутанув лезвия, со свистом разрезая воздух, направилась к разведчикам, что кружили вокруг неё. Леви активно перебрасывал крюки, от чего даже с тёмной сложно было уследить за его движениями. Носился вперёд и назад, разрезая плечевые мышцы на руках. Микаса зашла за спину, исчезая за широким телом разумной, глаза которой источали пар.       «Как поняла, действуете по ситуации» — наблюдая за деятельностью двух Аккерманов, которые явно даже примерно не знают дальнейших маневров друг друга, вонзила металлические крюки, поднимая тело в воздух.       Перерезав сухожилия, способствующие удержанию рук марлийки в напряжённом состоянии, Аккерман отстранился от разумной подальше, визуально провожая обессиленное опускание огромных исполосованных конечностей.       — Уничтожу! — выскочив из-за спины, азиатка вонзила крюк в тело марлийки, допуская глупую ошибку при сражении со слепым противником. Она давала ориентир своего местонахождения.       — Не смей! — прогремел голос брюнета, но запястье уже уверенно следовало на опережение девушке. Леви рванул наперерез к разведчице, намереваясь подставить свое тело под удар. Но я была быстрее.       Буквально материализовавшись возле приподнятой кисти, закрутила лезвия в смертоносном вихре, отрезая к херам её загребущую конечность. Горячая кровь хлынула из культи с идеально-ровным разрезом.       Приземлившись напротив, выпрямилась, устремив стальной взор алых глаз на мразь. Медленно подняв веки, разумная соизволила одарить меня взглядом серо-голубых зрачков, что мелко подрагивали, утопая в моей кроваво-красной радужке. Воспользовавшись замешательством противника, Аккерман пулей проскочил рядом с её ртом, разрезая щеку. Нижняя челюсть открылась словно шкатулка, откуда выглядывало обслюнявленное тело мелкого.       — Эрен! — заметив своего неродного брата, девушка издалека пыталась оценить его физическое состояние, пока Леви вытаскивал неподвижную тушу изо рта.       — Уходим, — отдал приказ брюнет, унося Йегера подальше от сучки, которая уже явно создала нарост кристалла на затылке.       — Кровь закипает от одного лишь представления, как я расчленяю твоё тело. Не важно какое: титаническое или же настоящее, — хищный оскал заиграл на губах, но понимание моего плачевного состояния не позволяло реализовать дикие желания. — Неплохую встряску ты мне организовала. Поверь, твои старания не останутся без должного внимания. Раскромсаю тебя на куски, наслаждаясь каждым болезненным криком. Сегодняшняя кормежка титанов тебе детской игрой покажется, по сравнению с тем, что сделаю я. А пока, — надавив на рычаги выпуска лезвий, приподняла рукояти, — наслаждайся оставшимися днями своего существования.       Одновременно швырнула два лезвия в ненавистное мне лицо, синхронно закручивая их и попадая точно в глаза, избавляя нас от преследования. Хотя, учитывая её состояние, прокрадываются сомнения данных действий. Но перестраховаться лишним явно не будет.       Мы покинули место сражения, оставляя разумную сидеть на земле в окружении собственного пара. Перекинув тело Эрена через плечо, Леви умудрялся нестись впереди нас, не обращая внимания на дополнительный вес мальчишки. Микаса же старалась держаться рядом, неотрывно смотря в расслабленное лицо Йегера. А меня уже и тёмная не спасала. Я заметно отставала от разведчиков, замедляя движение.       И вот, очередной раз вновь выставив руки вперёд, задавая направление тросам, я не выдержала и, тихо постанывая, аккуратно, насколько это возможно, начала снижаться. Как только подошва сапог коснулась мягкой травы, ноги подкосились, не имея более сил удерживать вес моего тела. Упав на колени и дополнительно опираясь обеими руками в землю, не могла более найти в себе сил, чтобы подняться. Дыхание сбилось.       — Что с тобой? — вопросил Аккерман, останавливаясь.       — Это мой предел, — единственное, что смогла ответить, чуть заваливаясь на бок и усаживаясь на холодную траву, сминая её своей задницей. Я не чувствую боль, а это означает, что энергия ещё присутствует во мне. Только вот физическое состояние клеймора тоже играет немаловажную роль.       — Как тебе помочь? — спустившись с ветви, брюнет облокотил бессознательное тело мальчика на небольшой камень и уверенно направился в мою сторону.       — С каких пор благотворительностью увлекаться начал? — поинтересовалась, принимая последнюю попытку подняться на ноги, но руки протестующе задрожали, стоило перенести на них вес.       — Думаешь, у нас есть время для твоих глупых шуток?       — Моё недоверие полностью обоснованно. Ты ведь меня на дух не переносишь, — подняла насмешливый взгляд алых глаз на капрала, но в ответ на меня смотрело непоколебимое серебро. — Хорошо. Мне надо вытащить это, — отодвинула край темно-зеленого плаща, демонстрируя причину своего физического истощения. — Сама не смогу. Оставшихся сил не хватит, и наличие тёмной в этот момент исключено.       — Кровотечение откроется. У меня нет бинтов, — включилась в наш диалог азиатка, присев на корточки напротив шатена, придерживая его голову и не позволяя затылку касаться холодной поверхности твёрдого камня.       — С этим сама разберусь, — щёлкнув застёжкой на груди, скинула плащ на грубую почву. — Пока эта хрень во мне, я не могу регенерировать. Лишь бездумно потрачу остатки энергии.       Я не чувствовала ничего, кроме доминирующей слабости, проникающей в каждую мышцу, каждую клетку моего тела. Безумно хотелось закрыть глаза, веки которых будто свинцом наливались все сильнее с каждой прошедшей секундой. Спать хочу. Просто сомкнуть ресницы и провалиться в полузабытье.       И я уже почти была на пороге в царстве Морфея, будучи окутанной безмолвной, удушающей тишиной, как её прервал слабый, шелестящий шорох одежды. Не давая векам окончательно сомкнуться, через силу отдалила их обратно друг от друга, устремив демонические подрагивающие зрачки на лицо Аккермана, сидящего на корточках напротив меня.       — Не брезгуешь? — слабо усмехнулась, опустив взгляд на носки сапог.       — Раздражаешь, — цокнув языком, аккуратно расположил длинные пальцы возле разорванной кожи, чуть оттягивая её от куска ветки, изучая мой «внутренний» мир. — Готова?       — Нет, — мотнула головой, выдыхая горячий воздух из лёгких, а вместе с кислородом тело покинула и тёмная. Глухо простонав, отбросила голову назад, ударяясь затылком о гладкий ствол. Вот теперь я прекрасно ощущала каждую царапину, каждое вывихнутое сухожилие и мучительную пульсацию во всем правом плече, отдающуюся разрядами боли в позвоночнике. — Давай… — прошипела, придерживаясь непоколебимого, ровного тона, медленно поднимая на брюнета уверенный взгляд зелёных глаз.       Дважды этому засранцу повторять нет необходимости. Не спрашивая: уверена ли я, даже не дублируя вопрос о готовности. Да хоть что-то бы спросил, приличия ради. Заместо всей этой учтивости, Леви мгновенно схватился за древесину, обхватывая пропитанную кровью кору, и с силой потянул на себя, второй рукой отталкивая назад изнывающее от боли плечо.       О наличии самоконтроля в тот момент и речи быть не могло. Болезненный, жалостный и такой приглушенный скулёж вырвался из глотки. Но подобное даже не вынудило мужчину остановиться, за что я была лишь благодарна, продолжая особо остро ощущать рельеф коры своей плотью.       И, когда небольшая неровность, процарапавшая все мягкие ткани, добралась до кости ключицы, я вскрикнула, дёрнув всем телом, и резко мёртвой хваткой вцепилась в предплечье брюнета, не позволяя ему более вытаскивать сук и продлевая свои мучения.       — Кросс, — ледяным, низким голосом позвал меня, переводя настороженный взгляд с инородного предмета, врезаясь в мои глаза. — Убери руку, — но я молчала, продолжая впиваться пальцами в каменные мышцы мужчины, тяжело и сбивчиво толкая воздух лёгкими. — Терпи.       — Да, — проговорила сквозь плотно сжатые зубы, собирая последние, ничтожные остатки самообладания и перешагивая через себя, медленно убрала дрожащие пальцы, опуская левую руку на землю. Но он не спешил возобновлять извлечение ветви из тела, пока я не прекращала морально подготавливать себя к новым яростным приступам адских мучений.       Его серебряные глаза неуклонно наблюдали за моими безнадежными попытками унять мелкие содрогания всего тела. Тонкие тёмные брови сместились к переносице, и в тот же миг его руки вновь пришли в движение.       Как же хотелось оттолкнуть, ударить. Сделать что угодно, лишь бы прекратить это. Я не знаю, откуда черпалось моё терпение. Может, осознание плачевных последствий удерживало меня цепями, не позволяя прекратить эту пытку, которая хоть и несет за собой сплошную боль до тошноты, но, в тоже время, и является единственным способом сохранить моё жалкое существование.       Зубы надавливали друг на друга с такой силой, что аж сводило мышцы на челюсти, а десны протестующе ныли. Слезы накатывали на глаза, вынуждая запрокинуть голову. Я чувствовала, как вены на шее вздувались, перекатываясь по грудино-ключично-сосцевидной мышце, что виделась из-под кожи при каждом моем судорожном коротком и резком входе.       Пальцы впились в землю, протыкая её насквозь и загоняя прохладную почву под ногти. Но я не смела останавливать Аккермана, который вызвался помочь. О чем я теперь сожалею. Ведь любой другой на его месте уже давно бы прекратил это издевательство, когда как его хватка на суке не ослабевает ни на секунду.       — Сука, — прорычала, почувствовав, как кость ключицы чуть приподнялась под давлением неровностей ветки. Тёплая, даже разгоряченная струя крови вытекала из дыры обильным потоком, в момент пропитывая собой одежду. И в следующий же миг, будто по щелчку пальцев, все закончилось.       «Умерла?» — первое, что пришло в голову, когда тянущая, пронизывающая до костей боль в правой груди мгновенно прекратилась, уступая место весьма ощутимой пульсации. Тёплые большие ладони надавили на область ключицы, останавливая поток крови.       С трудом разлепила веки, мутным взглядом пытаясь сфокусироваться на брюнете, расплывчатое лицо которого так и шаталось перед глазами. Спустя несколько секунд картинка стала более чёткой, позволяя лицезреть настороженный, слегка испуганный взор чистого серебра, что неотрывно прожигал рану на груди.       Светлая энергия сама вырывалась из ядра, которое пыталось сохранить жизнь своей хозяйки, не желая так скоро исчезать из этого убогого мира. И, вроде, я должна гордиться своей выносливостью, но мне известно, что в такие моменты оно спасает исключительно свое существование, невозможное без меня.       — Спасибо, — глубоко выдохнула, приоткрыв глаза и устремив взор на Леви сквозь жёлтую пелену, врезаясь в каменное лицо. В этот раз гляделки мне как-то быстро наскучили, и я предприняла попытки подняться. Брюнет, помедлив немного, не прекращая изучающе оценивать моё состояние, все же убрал ладони, прекращая давить на открытую рану.       Оперевшись на руки, медленно начала выпрямлять локти. Конечности бесконтрольно задрожали и, не выдерживая более вес тела, мгновенно расслабили мышцы, опрокидывая меня обратно на землю. Я прям почувствовала, как начавшие срастаться ткани плеча порвались, вновь выплеснув алую жидкость небольшим фонтаном.       — Дерьмово, — нахмурив брови, вытянула окоченевшие от долгого напряжения ноги. — Продолжайте движение. Уходите из леса по главной дороге, там вас ожидают остальные.       — А ты? — поинтересовалась Микаса, подтягивая к себе бессознательное тело брата, утыкая его лицом в грудь.       — Буду лишь замедлять вас, — мгновенно ответила, не моргнув и глазом, а после подняла взгляд наверх. — Будет лишь одна просьба: оставьте меня на ветвях, чтобы уродцы не достали. Повезёт, если клейморы найдут. А если нет… — задумалась, нервно улыбаясь. — Значит не повезёт. Тут уж теперь все от обстоятельств зависит.       Стало тихо. Никто не спешил прерывать гнетущее безмолвие, что нарушали лишь листья, играючи шелестящие на ветру. Мы были здесь одни, но не только здесь… На расстоянии около одного километра я не ощущала активности союзников, что обязаны сопровождать свое перемещение потоком энергии.       — Микаса, на тебе безопасность Эрена, — поднимаясь с колен, бросил спокойным тоном Аккерман, держа ровную осанку. — А ты… — серебряный хищный взор переместился на меня, смотря сверху, но я была преисполнена исключительным безразличием. — Пойдёшь с нами.       — Ага, прям поскакала, — нервно дёрнула уголком губ, переключая спокойный взор жёлтых глаз на азиатку, что закидывала носителя на свою спину, чуть наклонив корпус вперед, позволяя его животу прижаться к позвоночнику и обхватывая руками ноги. — Мы не всесильны, Леви. И я уже давно перешагнула грань собственных возможностей. Сама не понимаю, как тело позволило мне нагнать вас.       Недовольное цоканье языком вынудило меня приподнять одну бровь, не понимая причину недовольства брюнета, которого я так и не удостоила своим вниманием. Обойдётся.       — Сказал, пойдёшь с нами, — тоном, не терпящим возражений, с металлическими нотками отрезал брюнет, вновь опускаясь ко мне. И я даже отпрянуть не успела, как его крепкие руки потянулись ко мне. Одна конечность оказалась за спиной, придерживая её предплечьем, а вторая уверенно протиснулась под сгибом колен.       — Ты что творишь? — не ожидая подобных действий, сжала пальцы на вороте его рубашки, комкая выстиранную и выглаженную одежду. Но ответом мне был лишь недовольный взгляд, прожигающий согнутые фаланги пальцев, что нарушили респектабельный облик брюнета.       — Не дергайся, не честь, — прорычал он, когда я предприняла попытки вырваться из крепкого хвата. Тщетно…       — Почему ты всегда идёшь поперёк моих слов?       — Почему ты всегда создаёшь мне проблемы? — парировал мужчина, не заставляя долго ждать ответа и уверенно шагая, будто не замечая дополнительной ноши в лице меня.       — Проблемой я стану, когда вы встретите титанов. Сам себе и создаёшь весь этот геморрой, — прорычала ему в ответ, впитывая непонимающий взор тёмных глаз Микасы, спину которой слюнявил шатен. — Да отпусти ты!       Но он даже и не думал слушать меня, смотря куда-то строго вперёд. Убрав каменные пальцы, что сжимали моё тело, не позволяя свалиться с его рук, он перенёс их на пустующие рукояти.       Голова пошла кругом, когда наши тела поднялись вверх и на огромной скорости понеслись вперёд. Леви умело перебрасывал тросы, будто вовсе и не мешает ему ограниченное по свободе перемещение рук, на которых расположилась моя тушка.       Я с неподдельным удивлением наблюдала за безупречными способностями мужчины, изредка бросая на него косой взгляд, врезаясь в непоколебимое, спокойное и отчужденное лицо. Мотнув головой, мгновенно сбросила морок слащавых иллюзий, что мы благополучно покинем территорию леса.       Ветер бил в лицо, не позволяя долго изучать наше окружение, выискивая неразумных. Благо, их пока не было.       «Так тепло…» — чуть сильнее незаметно прижалась боком к крепкой груди, вздымающейся при каждом вздохе. Веки стали тяжёлыми, но чувство опасности никуда не делось, от чего я заставляла себя разлеплять их обратно, как только ресницы окончательно смыкались.       Продлилось это сражение с усталостью недолго, из которого я победителем не вышла. Слабость одержала верх, погружая меня в безмятежную темноту, в которой нет ни боли, ни страха неизвестности. Нет ничего, кроме спокойствия, что дарует разуму долгожданный отдых.       Больше не было сил сопротивляться всему этому. И сейчас, находясь рядом с ними, я все же была благодарна Аккерману, который не оставил меня там одну. Ядро не прекращало выпускать слабые, остаточные потоки светлой, пока я засыпала на руках Леви, прислонившись к груди и слушая тихое размеренное биение сердца.