Изменчивость судеб

      Вечер был достаточно теплым, ветра не было, звезды, как всегда, ярко сияли на небе в Урбсе, столице Центра Мира. Придя в гостиницу с красиво оформленной вывеской, Уна мягко передала суть дела, касающегося Харлей. Королева, конечно же, выказала недовольство из-за своеволия дочери, но не стала предпринимать радикальных действий по совету короля. Тот тоже успокоил свою жену. После последнего собрания Совета Вилмер убедился в своей дочери как в наследнице, отбрасывая мысли о ее некой природной отдаленности.       Семья собралась за столом без наследницы. Из-за чувства долга о заботе в любых случаях Лия позже оставила в комнате ее принцессы часть ужина на тумбе возле кровати. Она решила дождаться Харлей перед отходом к сну и расспросить ту о, внезапно возникшем, тайном деле, потому что принцесса не любит шум, азарт и лишние бессмысленные приключения, так что ничего другого надумать Лия не смогла.

***

      Половина улиц была настолько пуста, а свет был виден лишь из пяти окон, что только, стоявшие по их бокам, фонари давали понять, что днем на них может быть людно. "Похоже, район спальный" - подумала новоприбывшая девушка, накинув капюшон, чтобы, возможно, не привлечь внимания.       Харлей все время следовала за девушкой, которая оказалась Рыбами и вместе с подругами была первой местной для нее, Уны и Тирнея. Харлей знала ее и очень хорошо. Сейчас, приглядываясь к каждой тени и переулку, она вспоминала прошлое. Джейн была для принцессы первой подругой.

***

      Они познакомились при первом в жизни Харлей обходе по городу и также первой подобной встречей Джейн с королевской семьей, когда обеим девочкам было по пять лет. Джейн была другого знака, и ее родители знаков Скорпиона и Рака тщательно скрывали это ото всех, подделали документы и, определяющий знак, кулон. С самого детства ей говорили надолго не покидать дом, не гулять возле учреждения "искателей" и никогда, ни при каких обстоятельствах не снимать кулон.       Увидев любого человека без такого "украшения", дежурные имели право на месте провести анализ крови. По нему выделяли магические частицы стихии и, далее, способ их выражения: если они двигались только вперед, по кругу по особой внутренней системе, похожей на нервную или кровеносную, которая распространялась на весь организм, то определяли кардинальный знак; если частицы не двигались, а просто "стояли на месте", то - фиксированный; а если частицы по системе двигались хаотично, то - мутабельный.       Родители Джейн были честны с ней, отвечали на все ее вопросы, смягчая ответы на некоторые неудобные. Тогда, впервые она повстречала, возможно, ту, что разбиралась бы в будущем с делом ее семьи, отдала бы приказ на казнь ее родителей и лично договаривалась бы с Урбсом о ее ссылке. Но этого не случилось. Может быть, думала временами Джейн, что она спаслась еще тогда, когда вместо ожидаемого высокомерного или подозрительного взгляда в ее сторону, Харлей по-доброму посмотрела на нее. С того времени старшей принцессе позволяли незаметно гулять с провожающим по городу. Джейн все время наблюдала за ней, надеясь развеять окончательно сомнения на ее счет.       И в один день она не застала Харлей на одном и том же месте, на главной улице. Еще немного выглянув из угла здания, она почувствовала руку на плече. Джейн услышала детское "бу!" и, испугавшись сначала, обернулась. Это была Харлей. Та негромко смеялась. Джейн уже собиралась быстро уйти, как Харлей смущенно сказала: - Постой, прости. Я Харлей, а как твое имя? - Джейн молчала, - Если знаешь, кто я, не волнуйся, я смогла убежать от того человека. Я знала, что ты наблюдала за мной, поэтому захотела познакомиться. Ну, как тебя зовут? - Я Джейн. - Джейн, хорошо. Покажешь мне все тут? Там, - Харлей головой указала на дворец, - много кто говорил о столице, но меня не пускают слишком далеко, только на главные улицы. - Да, хорошо, - Джейн понемногу проникалась настоящей натурой принцессы, о которой знала лишь она сама.       Время шло, а девочки знали друг о друге все. Они стали настоящими подругами и, практически, росли вместе. Харлей удавалось тайно выходить из дворца в свободное от учебы время, а Джейн заработала доверие родителей и могла уже спокойно выходить на улицу и гулять, где бы ей хотелось. И обе обманывали свою семью. Даже, в последствие, Уна, Тирней и Лия не знали об этом. Проводили время они достаточно много вместе, выучивая самые короткие пути, играя на нелюдной улице и наслаждаясь местным кусочком дальней природы в виде большого парка.       Но кое-что изменилось, когда обеим было тринадцать. Харлей уже стали подводить к политике, серьезным проблемам и напоминать о строгих правилах мира. Ей стало интересно, что на самом деле происходит в столице и других городах. Также она заметила несоответствие описания знака Скорпиона и искреннего поведения Джейн. Харлей было доступно все во дворце, а родители лишний раз поощряли ее интерес к библиотеке. Так она и узнала, что Джейн была, возможно, Рыбами. Харлей решила выяснить, правда ли это, от самой подруги. Она не любила предательства, но и не хотела рвать их узы. Больше этого она боялась смерти той.       Джейн, на следующий день увидев знакомый убеждающий взгляд подруги, рассказала ей всю правду, надеясь на их дружескую связь. Ей было тяжело об этом говорить, но Харлей терпеливо слушала. Айснер пообещала никому не рассказывать и сказала, что при весьма страшном повороте событий она попытается помочь семье Джейн.       С того момента их связь укрепилась общим желанием помочь Харлей как будущей правительнице знать, понимать и уметь справляться со всеми трудности обычных людей, на какие некоторые аристократы могут не обратить внимание. Принцесса создавала подвластные только ей тайные группы по номерам из простого народа и военных в разных пунктах края, которые отвечали согласием на помощь ей. Джейн была ее правой рукой. Она не только смогла обучиться способностям третьей декады Рыб, но и знала имена всех семей-правителей декад, вклинивалась с в любую интригу, дело, но оставалась подругой в другое время, о ней все знали как о служанке, выбранной лично Харлей. Кто же знал, что, благодаря им, всем жизнь населения во многих местах Пустынной Гряды улучшилась хоть ненамного. Харлей отвечала вышестоящим на их подозрительные вопросы лишь тем, что она наследница и ее будущий долг - справедливо управлять страной. Но после, пытаясь больше не бояться, стала говорить, что это ее личное желание.       Вся идиллия разрушилась через три года, в день, когда Джейн отправила тайное письмо Харлей о том, что ее семью рассекретили, и родители сказали ей бежать из столицы. Также она упомянула, что процесс захвата был совершен по приказу графа Вебстера. Харлей, узнав об этом, отправила трех человек из первой группы найти Джейн и вернуть ее в столицу из-за немедленной мобилизации офицеров семьи Вебстер на границе и еще двух из второй - разузнать об анализах Джейн и, по возможности, изменить его. Но получилось выполнить лишь первый приказ: Вебстеры знали, что лучше оберегать.       В следующий раз подруги встретились на казне ее родителей. Джейн смогла укрыть женщина-Рак первой декады из седьмой группы от лишних глаз, превратив девушку в воду на земле. При виде этой сцены Харлей еле заметно дрожала от гнева, поглядывая на графа Вебстера и Дерека, что злорадствовали над ней, и в первый раз закрыла глаза при отсечении голов. Она не сдержалась. Резко и демонстративно Харлей встала из маленькой ложи и, дернув шлейфом, приподняв руку, быстро ушла обратно во дворец. Никто не успел ее остановить.       Тем жестом руки она дала понять женщине, чтобы она укрыла Джейн у себя и пришла к Харлей. Взобравшись по тайному ходу, женщина получила от принцессы указ дать Джейн лошадь, собрать ее документы и незамедлительно отправить в Центр Мира, предполагая, что Вебстеры под влиянием несносного Дерека не остановятся на достигнутом и захотят избавиться от Джейн: они вмешивались и в дела Вебстеров, а те могли об этом узнать.       Последнее прощание состоялось ранним утром на одном из многочисленных утесов. Дул сильный ветер, а тучи полностью загромоздили небо. Обе подруги старались оставаться сильными перед стражниками, также входившими в состав седьмой группы Харлей, но слезы предательски катились из глаз. Харлей Айснер никогда до этого момента не чувствовала себя так плохо. Джейн просила ее не переживать, беречь себя и убеждала, что ее жизнь в Центре Мира будет намного лучше. Они обнялись, и Джейн, взобравшись на лошадь, улыбнулась и поскакала вдоль обрыва.       Уже наступил вечер, когда король и Вебстеры нашли, сидящую вместе со стражей, возле коней, Харлей на том же месте. Услышав шум, стражники встали, принцесса не шевельнулась. - Ваше Высочество, Вы опечалены тем, что какая-то девчонка обманула Вас? - якобы вежливо спросил граф. Харлей промолчала. - Ваше Высочество, - подал голос Дерек, - если Вас это успокоит, мы уже отправили людей на поиски той мерзавки. - Харлей, пойми, в жизни бывают предательства, - пытался успокоить дочь Вилмер, - их у тебя их будет много. Правильно подбирай людей и не будешь чувствовать больше боли. - Это не было предательством, - отозвалась Харлей, - вы этого не понимаете, так что разговаривать на эту тему нет смысла. - Принцесса, Вы ошибаетесь. Здесь именно Вы не понимаете, - сказал граф. - Я-то все прекрасно понимаю, все, - Харлей поднялась и стала подходить к графу с нарастающей яростью, - Вас, весь Ваш никчемный род, всех Ваших низких людей! - ее голос становился громче, а взгляд грознее. - Харлей, прекращай! - Вилмер строго посмотрел на дочь. - И, в особенности, Вашего ничтожного сына, этого ублюдка! - Харлей достала меч из ножен своего стражника и направила прямо на горло Дерека. Все всполошились. Восемнадцатилетний парень вздрогнул от ощущения ее магии, что начала активизироваться. - Харлей, смотри, что ты вытворяешь! Это уже неуважение к нашим приближенным! - Неуважение? - Харлей повернула голову к отцу, усмехнувшись, - а они меня, скажи, отец, уважали? Они уважали меня? Я долго терпела...Ведь я же их драгоценная принцесса, будущая невестка, как они говорят, так почему они делают то, что заставляет меня так гневаться на них?! Знаете, дорогие Вебстеры, это я отправила Джейн туда, где теперь ее дом и лучшая жизнь, - Харлей ткнула виконта острием, - так что, вы никогда не получите ее...Никогда! - она резким движением сделала порез на коже ключицы Дерека. Тот зашипел. Харлей кинула меч стражнику и подозвала их рукой, намереваясь уйти. Она остановилась, пройдя пять метров и сказала, чуть обернувшись: - Чтобы вы знали, я - Харлей Айснер первой декады, старшая дочь короля и королевы Скорпионов, законная наследница Пустынной Гряды, и отныне я никому не позволю обращаться со мной подобным насмешливым образом!       Харлей села на коня и поскакала обратно во дворец. Все были ошеломлены неожиданной вспышкой принцессы, особенно Вебстеры, думающие, что давно поймали ее в свои сети. Но она разорвала их этим вечером.

***

      "События, разрушающие все, подготавливают почву для будущих свершений" - подумала Харлей, давно поняв, какова была настоящая значимость того времени, пройдя мимо, упомянутой в последнем письме Джейн, школы и найдя деревянную дверь в ее новый дом. Лишь одно единственное окно испускало слабый свет на улицу.       Харлей, потерпев поражение в тот день, смогла обернуться тем самым фениксом, о котором рассказывали всем до единого Скорпионам еще родители. Но в последнее время ее стали посещать мысли, что ее настоящий феникс только впереди.       Она постучавшись, стала ждать. Харлей услышала шум за дверью. Она отворилась, и показалась до боли знакомая копна черных, как у нее, волос.