В преисподней льва

      Тим медленно опустился на шезлонг. В его голове всё гудело. Барон медленно отошёл к окну и заговорил,: - Скажи мне, что это было? - голос его звучал глухо, в нём чувствовался лёд. Мальчик закрыл лицо мокрыми холодными ладонями. Плакать ему не хотелось, но волнение и странный стыд не отпускали его. - Я... Барон, это было ужасно. Я уже не мог ничего сделать. Словно...я сам себя добиваю, говорю, что грешник, недостойный такого, не должен больше... Я не смог. Словно хороший я и плохой...       Демон повернулся и задумчиво поглядел на своего наследника. А затем он быстро подошёл к шезлонгу и сел рядом. - Почему ты не сказал об этом сразу? - в голосе барона Трёча появилась мягкость. Раньше Тим никогда её не слышал, поэтому сейчас ловил каждый звук его голоса. - Я боялся, барон. - Ты боялся того, что я не услышу тебя? - И ещё... Мне ведь всего тринадцать, а вы... Я боялся, что вы меня не примете. Хуже чем умирать от такой боли - только умирать с неразделённой любовью.       Барон наклонился к Тиму ближе и осторожно провёл рукой по его спине. - Я люблю вас! - быстро выдохнул Тим, зажмурившись, и его щёки покрылись румянцем, похожим на цвет гибискуса. Барон вдруг почувствовал странное облегчение и тихо сказал с улыбкой: - Я знал это, Тим. - Знали?! - мальчик был поражён. - Ни один твой страх, ни одна твоя эмоция от меня не скроется.       Беспокойство Тима только усилилось. Барон ничего не ответил ему на признание, сердце стучало быстро, как четверть часа назад. - И ты думаешь, что я оставлю тебя? - демон коснулся волос мальчика и сжал его руку.       У того слёзы брызнули из глаз от счастья. Он был больше не один, ему ответили взаимностью, действительно спасли от смерти. Тим вдруг резко обхватил опекуна худыми руками и уткнулся лицом в чёрную мантию того. - Так кто же победил, Тим? - Сначала, - в перерывах между всхлипами говорил мальчик, - я думал что Свет. - А теперь? - Теперь победили вы!..       Острый прилив любви заполнил рассудок барона. Он смешался с некоторым удивлением, ведь кроме преданного Анатоля демона больше никто так не любил. А этот мальчик сумел сделать это, да ещё и вызвать ответные чувства. Трёч прижал Тима к себе, мягко поглаживая волосы того, стараясь утешить и прижимая ближе к себе. Он склонился к мальчику чуть ближе и нежно зашептал: - Lugete, o Veneres Cupidinesque, Et quantum est hominum venustiorum: Passer mortuus est meae puellae, Passer, deliciae meae puellae, Quem plus illa oculis suis amabat. Nam mellitus erat suamque norat Ipsam tam bene quam puella matrem, Nec sese a gremio illius movebat, Sed circumsiliens modo huc modo illuc Ad solam dominam usque pipiabat. Qui nunc it per iter tenebricosum Illuc, unde negant redire quemquam. At vobis male sit, malae tenebrae Orci, quae omnia bella devoratis: Tam bellum mihi passerem abstulistis O factum male! o miselle passer! Tua nunc opera meae puellae Flendo turgiduli rubent ocelli.       Договорив последнюю строку, демон заметил, что Тим крепко спит, уткнувшись лицом в грудь опекуну. Катулл подействовал на него успокаивающе, да и слёзы почти высохли на лице подопечного барона. Осторожно взяв на руки Тима, Трёч направился в свою спальню.       Пройдя мимо ваз с геранью, любимым цветком Анатоля, барон зашёл в свою спальню и направился с драгоценной ношей к огромной кровати, застеленной шкурой белого тигра. Барон Трёч осторожно опустил Тима на мягкую шерсть. Тот даже не вздрогнул, только плотнее сжался в комочек.       Барон услышал тихие шаги. Обернувшись, он заметил Анатоля, стоявшего в дверях. Взглядом демон дал понять, что тот может пройти ближе. Опустившись на кровать, левая и правая рука барона не отрываясь глядел на спящего Тима и аккуратно провёл рукой по вьющимся тёмным волосам мальчика. - Какой он... - начал было Анатоль. Трёч кивнул и ласково улыбнулся. Лёд в его глазах понемногу начал таять.       Притянув Анатоля к себе, барон провёл рукой по щеке того, а затем коснулся губами скулы. Демон закрыл глаза и чуть подался вперёд, желая большего. С улыбкой на тонких губах, барон поднялся с кровати и потянул слугу за собой вглубь Лунаполиса.