⚔ Жизнь За Гранью Войны ⚔

Корсак крепко спал в своей, давно знакомой койке. За несколько дней похода ему порядком надоело отдыхать на жестких досках, так что кроватная мягкость была пределом его мечтаний. Он и не заметил, как над ним бесшумно нависла легкая тень. Ее рука ласково коснулась мужского плеча, заставляя потерять сон. Эти руки были знакомы Корсаку. Солдат открыл глаза и сонно взглянул на Калипсо, которая тут же убрала руку и смущенно улыбнулась. — Извини, что разбудила. — она осторожно приземлилась рядом, рассматривая молодого бойца. — Как узнала, что вы вернулись, сразу поехала тебя искать! На лице Корсака появилась смущенная, хотя и сонная улыбка. — Всё в порядке. — Ты теперь полковник, это правда? — глаза Калипсо восхищенно сияли. — Я ведь знала, что Мортимор поступит правильно! Корсак забегал глазами по потолку, застегивая на своей светлой рубашке две дополнительные пуговицы. Калипсо и не догадывалась, какое бремя свалилось не него. Однако, ее радость была такой заразительной, что одна ее улыбка могла исправить любой его день. — Это случилось только потому, что погиб Джеффари, — тихо произнес он после недолгого молчания. — Это его должность. — Забудь о Джеффари! — перебила его Калипсо. — Он был таким болваном, коих свет не видел. Мы даже не были близки. — Но он был близок с твоим отцом, — осторожно напомнил ей Корсак, присаживаясь на койке. — Разве это не значит, что вы были... Как брат с сестрой? Калипсо замолчала, явно собираясь что то сказать. Корсак видел, что она вот-вот расскажет ему что то откровенное, но колебалась. — Всё хорошо? — спросил он, ненавязчиво укладывая руки на хрупкие плечи девушки. — Да, я просто... Ты знаешь... — Калипсо подняла кофейные глаза и внимательно уставилась на солдата. — Можно тебе рассказать кое-что? Только потом не выдавай! — "Опять какие то тайны..." — устало подумал Корсак, но вслух лишь выпалил: — Конечно. Калипсо уселась поудобнее на жестковатом матрасе и отвела глаза. — У папы было много приемных детей, — заговорила она, с осторожностью озираясь по сторонам, будто кто то мог их подслушать. — Но они даже не считают его отцом, знаешь? Он как будто... Просто их обеспечивает. Так что нет, Джеффари не брат мне. И Кронус тоже. Корсак напряжённо слушал ее, хотя изо всех сил старался показать безразличность. Он чувствовал, куда может зайти разговор. — Только одна девочка была мне как сестра. Я сама ее к нам привела, — Калипсо грустно вздохнула. — Джулия ее звали. Она одна нашей спасительницей была. Не объединила б нас, нам настал бы конец. Корсак понял, что всё это время, пока Калипсо говорила, он не сделал ни вдоха. Сердце с ужасом сжималось, пытаясь подсказать своему обладателю слова: "Это я! Я виноват, что вы ее лишились!" Однако, солдат не произнес ни слова из этого признания. Просто не смог. — Ты имеешь в виду Гаффора? — спросил он как можно тише, чтобы его голос, не дай бог, не дрогнул, этим выдав его с потрохами. Девушка кивнула, и ее до сего грустное личико сделалось мрачным. — Этот негодяй убьет любого, кто ему встретится, поверь. Я знаю. Даже наши собственные поиски не помогли его поймать. — Значит мы его поймаем. — заверил ее Корсак, утешающе погладив девушку по предплечью. — Я поговорил с генералом о том, чтобы мы занялись городом. Он сказал, что мы сегодня как раз обсудим это со старшими солдатами. Понимаешь? Мы всё равно найдём его. Калипсо насупилась и скептически взглянула на Корсака. — Они откажут. — уверенно сказала она после пары секунд раздумий. — Знаю, — согласно кивнул Корсак. — Но кем бы меня не считали, я полковник... И если я уговорю Мортимора, никто не станет спорить, так ведь? Калипсо грустно улыбнулась и вцепилась Корску в торс крепкими объятиями. — Спасибо тебе за твою храбрость. — она чуть ослабила хватку и подняла глаза. — И за то, что выжил в походе. Это многое для меня значит. — Много значит? — растерянный неожиданной лаской переспросил Корсак. Он разрывался между досадой и желанием уехать с Калипсо в город, защитить ее семью и больше никогда не возвращаться на Базу — к тяжелой работе и голоду. Он полюбил эту девушку, сам не заметив того. Почему это происходит? Почему же это всё, что доставляет ему настоящую радость — просто любить? — Да, именно: многое, — теперь улыбка Калипсо сделалась менее грустной и в ней всплыли нотки лисьей хитрости. — Хотя знаешь, ты чудик! Корсак издал тихий смешок. Слова красавицы нисколько не задевали его, наверное, даже наоборот — веселили. — Знаешь что, — вдруг сказал он. — В походе я наловил светлячков. Хочешь посмотреть? Калипсо озадаченно взглянула солдату в глаза. — Но сейчас ведь уже утро, светло... — А ты зашторь окно! — Корсак кивком указал на небольшое оконце в каменной стене. Он, конечно же, не стал упоминать, что последним вечером наловил новых светлячков, ибо прежним явно пришлось не по душе такое долгое пребывание во фляжке. Когда Калипсо накрыла окно плотным лоскутом серой ткани, помещение окунулось в густую темноту. — Ох, темно то как... — выдохнула девушка.— А где светлячки? — Смотри, — хмыкнул Корсак, наощупь откручивая крышечку прямоугольной металлической бутылки. — Сейчас выпущу. Когда путь из фляжки стал свободен, наружу сразу выпорхнула маленькая стайка насекомых. Растерянные, они покружились в мудрёном танце, а затем принялись мигать в темноте желтыми и зеленоватыми огоньками, словно перекликивались ими. Калипсо даже пискнула от радости. — Какое чудо! — с восторгом произнесла она. — Они такие шустрые, смотри! Как ты их поймал? — На границах их хоть отбавляй, — довольно отозвался Корсак. — Плащ накинешь и уже что-то поймаешь... А вот как их сейчас обратно... Калипсо, хихикая, бегала за светящимися точками и пыталась поймать хоть одного из светлячков, но те явно больше не желали оказываться в тесной ловушке, а потому старательно избегали ее рук. Поняв, что проку от этой погони никакой, Калипсо присела к Корсаку. — Нам, наверное, придётся их выгонять! — Это я сам сделаю, когда стемнеет, — отмахнулся Корсак. — Пусть летают. К мраку в помещении прибавилась мучительно долгая тишина. Хотя, правильнее будет сказать, что Корсаку она показалась мучительно долгой. В темноте он заметил, как Калипсо отвела глаза от порхающих светлячков. Кажется, они ее больше не интересовали. Рука девушки медленно скользнула по предплечию солдата, но глаза всё еще несмело глядели в сторону. Слышно было ее глубокое дыхание, будоражащее всё существо Корсака. Он сам не заметил, как его руки оказались на талии девушки, с трепетной нежностью обнимая ее, будто сделанную из какого-то очень дорогого хрусталя. Он заметил, как Калипсо замерла, явно колебаясь. Чего ему теперь ждать? Корсак не успел и вдоха сделать, как девушка потянулась к нему, и парень сразу почувствовал на своих губах легкий поцелуй. Наверное, у него сразу сбилось дыхание, потому что Калипсо настороженно взглянула на него, задавая немой вопрос: "Всё хорошо?" Вместо ответа Корсак осторожно притянул ее к себе и продолжил поцелуй. Ему не хотелось расставаться с этим райским чувством так скоро, когда сердце от волнительного трепета переходит на медленные удары, выражая в них всю свою любовь. Волнение отступало, а пальцы парня уже давно зарывались в девичьи светлые кудри, кои были мягче и нежнее любого шелка. — Корсак... — вдруг прошептала Калипсо. — Кто то идет. Солдат не сразу понял, что ему пытаются донести, но по испугу, мелькнувшему в глазах Калипсо, понял, что опоздал. Лишь дернулся в сторону в тот самый момент, когда дверь в помещение со стуком распахнулась. Чужеродный свет отрезал тьме все пути к отступлению, раздались шаги, пересекающие порог. Когда Корсак судорожно обернулся, надеясь заметить кого-то из незнакомых сослуживцев, по рукам его побежали мурашки. Стройная фигура Паоло замерла перед дверью. — Корсак! — голос его был ледяным, беспощадно твердым. Калипсо вздрогнула, будучи напуганной не меньше молодого солдата. Она вскочила, жестом призывая Корсака отодвинуться подальше. — Папа, не надо! Во имя Санктуса! Крик дочери только разозлил старшего солдата. Горящие яростью кофейные глаза метнулись в сторону Корсака, который врос на одном месте, боясь шевелиться. — Подошел сюда, живо! Корсак думал было повиноваться, но внезапно замер на полпути к действию. В глубине души заклокотало раздражение. — Полковник не обязан подчиняться простым солдатам. — огрызнулся он. Калипсо медленно попятилась за парня, готовая в любой момент потащить его назад. Корсак был готов поклясться, что заметил в глазах Паоло смятение, которое однако, вновь уступило место ярости. — Думаешь, это что-то меняет?! — взревел старший солдат и в ту же секунду метнулся на наглеца. Корсак только успел вздрогнуть, прежде чем Калипсо крепко обхватила его за руки и дернула назад от отца. — Прошу тебя, перестань! — в отчаянии воскликнула она, вцепляясь в Корсака мертвой хваткой. Они с Паоло застыли всего в метре друг от друга. Сердце Корсака бешенно колотилось, пока он вдруг с удивлением не отметил, что Паоло ростом доставал ему до ключиц. Неужели, он мог так испугаться противника куда ниже себя? — Калипсо, отпусти. — тихо попросил он. Он почувствовал, как девушка за его спиной дрогнула и медленно разжала руки. В это же время Корсак пристально взглянул на Паоло, ожидая, что он будет делать. В глазах солдата не было и тени страха. Он был напряжен, и будь у него с собой холодное оружие, он наверняка давно бы воспользовался им. — Отойди от нее, — прошипел Паоло, сжимая руки в кулаках. — Отойди или я... Корсак не двинулся с места, сам не зная, почему. Упрямство начинало выходить ему боком, но и желания унижаться подчинением совсем не было. — Не надо, не дерись с ним, пожалуйста! — Калипсо крепко прижалась к Корсаку, видя, как тот приходит в себя и явно не собирается отступать перед старшим солдатом. — Я больше не вернусь сюда, только не это! Паоло долго смотрел на Корсака, потирая кулак, а затем взглянул на дочь глазами, которые теперь были наполнены только родительской строгостью. — Тогда сейчас же уезжай, поняла? Или я на этом не остановлюсь. — Паоло качнул головой на молодого полковника. Такого отвращения к себе Корсак ещё не испытывал. Ни должность, ни новообретенные чувства не давали ему достаточно храбрости, чтобы драться с отцом Калипсо. Он прекрасно себе представлял, как это напугает и огорчит ее. — Хорошо, пап. — раздался голос девушки, в котором были ясно слышны слезливые нотки. Уезжать ей однозначно хотелось мало, а расставаться с Корсаком — ещё меньше. Калипсо покосилась на парня, и в ее взгляде он заметил извинения. Хотел бы он подойти и обнять ее на прощание, но сейчас это было невозможным и опасным. — Будь осторожна. — одними губами шепнул Корсак, и девушка, простившись лишь пристыженным кивком, покинула комнату под сопровождение пристального взгляда отца. В помещении наступила звенящая тишина. Темнота больше не казалась приятной, теперь она пугала. Ещё сильнее пугало то, что Паоло не покинул комнату вместе с дочерью, а остался с Корсаком. Видимо, его планы на любимого его дочери ещё не закончились. — Теперь догадайся, почему я вскрою тебе глотку? — раздался голос старшего солдата.