Тринадцатый ассистент

Часть 5. Он шагнул с неба

Прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете и Бесплатно покажет кино... Не - Хоббит

В реальной жизни поцелуй не излечивает сломанных ребер. Мы еще полчаса потратили на то, чтобы привести раненого в чувство. Когда я наконец могла гарантировать, что он сможет стоять и не заваливаться поминутно на бок, Вилли опомнился, вспомнил об экономии и выключил фары мотоцикла. Серенький рассвет серой мышкой подкрался к нам. И тогда задремавший до времени таймер в моем организме дал условный сигнал – сразу после завтрака ПиДжей приступит к съемкам, и первым делом он поинтересуется, где реквизит. Мне даже показалось, что рация в нашем трейлере, молчавшая все эти дни, включилась сама по себе и ищет нас чуткими бессонными глазами. Сразу стало очень беспокойно и очень шумно: нужно было за считанные минуты завести мотор грузовика и погрузить оружие. Хорошо еще, что в каждом футляре были специальные пазы и ярлычки, подсказывавшие, куда и что складывать. Этакий три-дэ паззл! Мои собратья по Сопротивлению еле держались на ногах от усталости, но все же нашли в себе силы переловить оставшихся байкеров и разоружить их. Джаилс привел под конвоем с десяток черно-коричневых чучел и сказал, что они теперь послушные мальчики, и он даже связывать их не стал. Перемазанные в навозе байкеры только мрачно зыркали на него, но спорить не смели. Тыкая в спину острием стрелы при любых остановках, дева-воительница Маталиэль привела своих пленников во главе с медведеобразным небритым байкером. Сей субъект был обвешан девицами разного возраста и наружности, как упавший в болото кусок мяса – пиявками. При каждом контакте с лицом слабого пола он обреченно вздыхал и вздрагивал крупным телом. А я с головой ушла в работу – в сортировку ножичков. И уже через пятнадцать минут поняла, что работа мастера боится. А мастерства отличить даго от стилета у меня явно не хватает. Все оружие для меня делилось на вот это длинненькое остренькое и вон то широкое плоское. Плюс запертые всю ночь в трейлере байкеры явно не церемонились с ящиками и их содержимым, и пара футляров сиротливо валялась на полу, а еще одним войлочным чехлом они затыкали дырки в двери – чтобы не дуло. Где мои мужчины, когда они так нужны? Юнге фрау в растерянности! От постылой работы меня оторвал шум вертолета. Белоснежная стрекозка грациозно присела за ближайшим амбаром. - Джереми, поможешь? – я на ходу стягивала перчатки: теперь, когда оружие снова стало собственностью студии, прикасаться к гладким лезвиям я дерзала только в перчатках. Надеюсь, что новые царапины и зазубрины на металле можно будет списать на фантазию дизайнеров. Вилли пошел за мной. Я уже научилась различать его тяжеловесную походку от легкой крадущейся поступи Марка. Марк… Он не поедет с нами. Джаилс как сумел наложил ему тугую повязку, но большие глаза на потускневшем лице все еще были полны боли. Вот если бы доктор согласился осмотреть его. *** Вертолет сверкал ослепительной белизной. Постойте, а куда же делились привязанные наскоро бутафорские крылья? Полоски краски и пятна клея, которыми мы приклеивали детали невиданного маскарада? Или дракон только приснился? Доктор стоял к нам спиной. Я услышала неясное бормотание, словно он разговаривал со своей небесной машиной. Запоздало отметила, что дверцу и хвостовую часть украшает изображение орла, расправившего крылья. Доктор Грей обернулся. От неожиданности я споткнулась. У человека, стоявшего передо мной было три лица, и они просвечивали одно сквозь другое. Я видела пожилого усталого врача, благообразного седобородого старца, и еще один лик – юное свежее лицо, веющее теплом и весенней свежестью. Я замотала головой – по практике я знала, что это должно прогнать галлюцинации бессонной ночи. Но доктор не желал возвращать себе прежний облик. Они, эти трое, заговорили, и в этом хоре звенел звучный тенор, хрипловатый басок и бархатный баритон. Они (оно? он?) начали с укоров. - Положительно ничего нельзя доверить смертным. И это единственное ваше оправдание. Возложив на вас, Береника, высокую миссию, я мог надеяться, что вы не сойдете с выбранного пути. Увы – с самого начала вы шли наперекор здравому смыслу и в результате запутали все так, что лишь добрый удар топора смог разрубить эти узы. - Я… я… не понимаю… Миссия? Я? Разрубить? Он усмехнулся, и на мгновение седобородый старец с лукавыми молодыми глазами одержал верх в этом странном существе. - Вы должны были заставить Маленького Человека прекратить съемки. Или хотя бы отложить их на длительный срок. И всего-то нужно было связаться с ПиДжеем сразу же после того, как оружие исчезло из грузовика. И это дело вы позорно провалили. Вы пошли по пути безрассудному и сумасбродному, подбирая всех встречных персонажей и даже не спрашивая, как они очутились на этой дороге. Я страшно недоволен вами. Я безумно сердит. И я восхищен вашим поступком. - ДА кто же вы? – земля уплывала у меня из-под ног. Сколько раз за эти дни я натыкалась на чудо, и каждый раз оно оказывалось умелой бутафорией. И вот теперь мой нос уткнулся в это непостижимое и чудесное, и я отказываюсь принимать его на веру. Я больно ущипнула себя за руку, и седобородый старик церемонно снял передо мной серую остроконечную шляпу. - Ой, – в голове было гулко и пусто. – Но вы же… вы же не можете быть… вы же… - Персонаж английского фольклора? Верно. И все же я куда более живой, чем то, что соизволил написать обо мне милейший человек, по имени Джон Рональд. И хотя неприятно получить двойника, заменившего тебя в книге и воображении читателя, еще более обидно увидеть себя на экране кинотеатра 10 на 15 метров со всеми чудачествами и шуточками, которые вы мне приписываете. Вот уже двенадцать лет я наблюдаю за жизнью своего двойника, и его самостоятельность доставляет мало радости. - Только не говорите, что вы читает все фанфики про себя, – вырвалось у меня. Юное прекрасное лицо Олорина из Валинора печально улыбалось сквозь морщины старика. - Я слишком долго жил среди вас и, кажется, все-таки научился смаковать горький вкус ваших эмоций – ревности и досады. Я досадовал, что навсегда останусь в памяти неопрятным стариком с корявой деревяшкой в руках. И я ревновал к своему экранному «я», что даже такое искаженное, оно стало предметом любви и нежности. И тогда я решил помешать съемкам очередного фильма. Я молчала. Я была разорвана между двух миров. В лицо мое дышало чудо, живое и горячее. А спину овевал мертвенный холод реальности и торопливое дыхание моего водителя. Три лица плавали вокруг меня в пространстве и бросали в меня словами, но звуки отскакивали от меня, как мячик, брошенный в стену. Потому что то, что говорил этот человек, было чудовищно и непостижимо. И хотя лицо мое застыло как холодный воск, внутри себя я металась в круге звенящих слов. Они говорили по очереди. Олорин… Гендальф… доктор Грей. И снова – Грей… Гендальф… Олорин. - Это я подсказал байкерам, где искать вас, когда вы надеялись затаиться в кустах. - Это я подсказал прийти на ферму Джаилса, надеясь, что наслушавшись его рассказов, вы не захотите иметь дело с «рыцарями ада», готовящими шашлык из краденных овец, и убежите отсюда прочь. - Над тормозами грузовика тоже я поработал, и буря моих рук дело. Я очень постарался, чтобы гроза не затронула никого и ничего, кроме вашего трейлера да съемочной площадки. - И все-таки у меня не получилось. И виной этому вы. Вы и ваши друзья. Я издавала тихие невнятные звуки, как младенец в люльке. Выходит, все эти события – лишь хитроумно задуманный план бессмертного существа, которому вздумалось поиграть человеческими судьбами? А он (они? оно?) продолжал. - И все же я прошу вашего прощения, хотя и недостоин его. Никогда еще не играл я роль злодея – и теперь вот рад, что она не получилась. Это Саруману как-то удавалось манипулировать людьми и нелюдями, а я оказался лишь жалким шарлатаном. И шарлатаном опасным – мои деяния затронули струну человеческой жестокости и алчности и, начав звенеть, они не прекращали своей музыки. Увидев расправу над овцами, я испугался. Одно дело запугивать людей, другое - когда страдают невиновные. Радагаст не простил бы мне этой двойной смерти. А большой пожар после вашего исчезновения вовсе ужаснул меня. Он напомнил мне пылающие стены Минас-Тирита. Он замолчал, а в мой отупевший мозг стали просачиваться воспоминания. Я вспоминала расстроенное лицо доктора и его полную растерянность, когда мы закапывали мертвых животных, как он осматривал сожженные ульи и как сопротивлялся тому, чтобы участвовать в нашем предприятии. Вспоминала все странные и таинственные взгляды, намеки и полупризнания. Его виртуозное владение штурвалом вертолета. Его удивительную способность появляться там, где он нужен, словно и не было у него больше обязанностей. Его моложавое лицо и умение не удивляться всему происходящему, как будто юные девушки каждый день устраивают локальные конфликты за право владеть оружием гномов. А я-то считала его второстепенным персонажем этой истории. И думала, что он остается абсолютно бескорыстным и благородным помощником. Бескорыстным, как же. - В первый раз за свою жизнь я позволил своим страстям одержать верх. И в первый раз почувствовал горечь расплаты. Поэтому ваше предложение - защищать ферму от байкеров вместе - было для меня знаком судьбы. Не страх и не законопослушание заставили меня отказать фермеру Джаилсу, нет. Мне было стыдно и горько лгать вам и скрывать, что захоти вы – и всё пламя Валинора пришло бы вам на помощь. Но вы были достаточно благородны, Береника, чтобы простить мне мнимый страх. Вы вообще очень доверчивы к людям, вы принимаете их без оглядки и даете силу поверить в себя. Марк, ваш водитель, троица этих молодых энтузиастов – вы никого не оттолкнули, никого не оскорбили подозрением! Вы изменили их своей верой! И я оказался пленником вашего доверия и больше не противился ему. – Он озорно усмехнулся улыбкой Серого Странника и сказал хорошо поставленным голосом доктора. - Ну что, неплохой получился дракошка? Я уже давно так не развлекался! Да и на драконах не летал, должно быть, с Изначальных времен. Я просипела что-то, сердито тряхнула головой и буркнула: - Ну вы даете, ваша серая светлость. Теперь я точно не буду верить никому. Скажите еще, что и Марк, и Джаилс – тоже жители Благословенной земли. - За них я готов поручиться. Джаилс человек не без странностей, но именно в силу этого с ним легко иметь дело. А Марк появился совершенно случайно, хотя он его фантазии довольно любопытны, надо признать. Он разрушил половину моих планов. Будь вы одна – вам гораздо легче бы было идти по начертанному мной пути. Но Марк встал между вами и моими измышленными кознями. Чему я в итоге был очень рад. - У меня даже нет сил сердиться на вас. Вы наказали себя гораздо сильнее, чем все слова, которые я могу высказать вам в лицо. Вы пошли наперекор своему характеру, дару, репутации. Ваши фанаты забросают вас тухлыми фанфиками. Или, наоборот, полюбят еще больше. Но… но… нет, лучше я промолчу. Моя бедная голова не успевает переварить все услышанное. Он отсалютовал мне посохом. - Что ж, значит, Бильбо Бэггинс все-таки победил своего дракона. И я скорее рад, чем огорчен. Быть злым гением – ужасное утомительное занятие. К тому же, глядя на вас, на вашу отвагу и бескорыстие, я думаю, что смертные не так уж безнадежны. И кассовые сборы не заслонят доброй и мудрой сказки Профессора. Он наклонил голову, словно к чему-то прислушиваясь. - Однако, вам пора. Там, куда вы стремитесь, Береника, тоже звенят мечи и гнутся копья. Торопитесь! – его руки, словно зажглись пламенем, белые тонкие кисти на фоне оранжевого горячего цветка. И от этого движения восточный край небосвода полыхнул алым. Я зажмурилась и отвернулась. И лишь почувствовала, как в потоке горячего воздуха ввысь взмыла огромная птица, и уши защекотал орлиный клекот. За моей спиной вздохнул забытый и растерянный Вилли. -Ну, по крайней мере, это лучше туманных пророчеств. - Хох, что это было? - В целях сохранения рассудка и репутации я бы не делал скоропалительных выводов. Бессонная ночь, крайнее нервное напряжение… - Он тщательно подбирал слова. Я набрала воздух в рот и выпустила его тоненькой свистящей струйкой. - Ты прав. Иначе мы сойдем с ума. Сбрендим. Крыша поедет. Лед тронется. - Утратим рассудок, – мы одновременно посмотрели друг на друга. И побежали прочь. И чем быстрее мы бежали, тем больше ненужных мыслей оставалось позади. Пока не осталась только одна, большая и длинная, как наш трейлер: "Мы должным усп-е-е-е-еть!" Я влетела внутрь и распугала молодежь, усердно сортировавшую железяки по ящикам. - Солнце всходит, – сообщила я очевидную новость. – Солнце тронулось, а мы все еще стоим. Непорядок. По коням! - Билли, а ты возьмешь нас с собой? Ты обещала! – канючила неугомонная троица фанатов. Если бы я могла исполнить все свои обещания, я бы уже давно забронировала место в раю. Я, экономя слова, дважды кивнула головой и один раз махнула рукой. Пусть едут! - Но в таком виде, – он указал руками на свои лицо и продемонстрировал когтистые лапы орка. - А что, вид более чем киношный. Там еще и не такие субъекты шляются. Разные такие субъекты. ¬ Билли, не могу же я еще при первой встрече… Какое это произведет впечатление? Я хмуро посмотрела на толкинутых. Никуда не годится наша молодежь, всему их надо учить. ¬ Ломать не строить, – я дернула за угреватый накладной нос Грышнаха, и он остался у меня в руках. Кончик собственного носа Джереми показался между двух бородавчатых щек. - Обдери с себя всю эту бутафорию, и все, – я поискала глазами сумку с гримерскими заморочками.- А краску снимешь вот этим кремом – только осторожно, сильно не втирай, а то въестся в поры, и будешь ходить сереньким недели две. - Никакой он не серенький, он очень даже оригинальной расцветки. Рыжий, – пропела Магда. Я кинула в ее сторону косой взгляд. Что ж, выходит, и у блондинок бывает сердце. Кто бы мог подумать? - Держи ухо востро, эль-леди, – Магда охнула, схватилась за уши и, покусывая губы, принялась отдирать элементы своей принадлежности к эльфийскому роду. - В общем так, молодежь, сидите в кузове и разбирайте оружие. Вместо оплаты за проезд. – закрыв их в кузове, я подтянулась, как настоящая амазонка, запрыгнула в кабину и дверцей отрезала себя от возражений и благодарностей. На это уже нет времени! Подошел Джаилс. Я опустила стекло. - Марк останется здесь, придется забетонировать его ребрышки. А на вашем месте я бы ехал не напрямик, а вот через тот овраг. Сначала потрясет – зато путь срежете. - Да и дорогу будем помечать запчастями. Теми, которые отвалятся. – что-то я сердитенькая сегодня. Слишком много всего навалилось. – Прощайте, мистер Джаилс и…и спасибо за все. – Я подняла стекло. Марк, хромая, вышел на дорогу и смотрел нам вслед, пока дорога не скрылась в облаках пыли. - Носовой платок у меня в бардачке, – сказал тактичный Вилли. - Спасибо. Носовой платок – это … - я пыталась шутить, но нос жил своей собственной жизнью: он хлюпал, сопел и гнусавил. И глаза пощипывало. Я потянулась к бардачку, и рука моя наткнулась на твердый квадратик картона, пришпиленный к стеклу. На серебристом фоне было написано несколько строк: Доктор Олорин М. Грей, адрес: Валинор, подножье Тириона. Почтовый ящик: Крайстчёрч, А/я 305, до востребования. Я тупо смотрела на черные буковки, которые прыгали у меня в глазах. В их очертаниях мне виделась ехидная усмешка седобородого старика в остроконечной шляпе. - Кофейку бы, – кашлянул Вилли. - А есть? - Джастина термос оставила. Я потянулась за емкостью, потом неуверенно спросила: - Вилли, а покрепче ничего нет? - Я за рулем. - Зато я – нет. Он бросил на меня укоризненный взгляд. - Все-все, уже взяла себя в руки. Нет, Вилли, почему так: я понимаю, что этот человек достоин смерти, после всего что он сделал - и совсем не хочу его убивать? И не притворяйся, что не знаешь, о ком я. - Наверное, также думали Саурон, Саруман и Балрог. И хочется, и колется, а в руки не дается, - мудро заметил Вальтер Хох. Я повертела в руках визитку. Она была очень тяжелая, плотная и пощипывала пальцы. Обжигала. - Какой ОН все-таки эгоист, что не согласился подбросить нас до базы на своей "птичке". - Что еще раз свидетельствует, что даже в самых лучших из нас отвага и бескорыстие уравновешены чувством собственной выгоды, – философски заметил мой водитель. Я вздохнула и отвернула крышку термоса. В нос ударил терпкий и горячий запах свежесваренного кофе.