между светом и тьмой останься собой.

Утро начинается не с кофе. Сколько раз уже убеждалась в этом, но все равно каждый вечер засыпаю с надеждой на благой исход. Но нет! Надо же было начать свое первое утро в, по факту-то, другом мире с падения с кровати. Почесав ушибленный копчик, я глянула на часы, которые висели над входной дверью. Было около восьми часов утра. Вообще, а когда тут начинаются занятия? И какие занятия… Где.? Вот так и оставляй потом все важные раздумия 'на завтра'. И что мне теперь делать? Я встала с пола и стала осматривать комнату на наличие хотя бы чего-нибудь, что может дать мне подсказку к дальнейшим действиям. В принципе, таковая быстро нашлась. Довольно объемная брошюра, как в отелях, лежала на комоде, привлекая внимание крупной надписью 'памятка адепту'. Убедившись, что Ксандра еще спит крепким и беспробудным сном, я взяла с комода брошюрку и стала внимательно изучать предоставленную в ней информацию. На первой странице красовалась крупная и подробная карта замка, с отмеченными на ней кабинетами и прочими помещениями. Далее были приведены правила академии, чем-то схожие с заповедями божьими. По крайней мере, все написанное смутно напоминало мне то самое 'Не укради, не убий' и так далее по тексту. Далее был раздел, названный 'памятка первому курсу'. Тут, к моей неслыханой радости, находялась абсолютно вся нужная информация, включая время работы столовой и расписание общих занятий. Повернув страницу, я заметила специальное расписание для нас с Ксандрой. В него входили дисциплины всех трех факультетов, да и у нас числилось на одну пару больше, чем у остальных первокурсников. Неплохо, да. Занятия в Академии Морганы Мортариан начинались, как вдруг оказалось, в девять. Так что у меня было около часа на все про все. Первой парой у нас с Ксандрой стояла история магии. В расписании также были указаны кабинет и имя преподавателя. Я снова глянула на часы. Прошло всего-навсего десять минут. От нечего делать я решила разобрать тот самый родительский чемодан, который оказался под завязку набит моими личными вещами и просто всем необходимым. Когда я раскладывала вещи по шкафам и ящикам комода, проснулась Ксандра. Она сладко потянулась и села на кровати, неосмысленным взглядом уставившись в стену перед собой. Видимо, не выспалась. — Осталось где-то сорок минут до первой пары, — услужливо подсказала я соседке, хотя и сильно сомневаясь, что она меня услышала. Пока Ксандра встала, я уже успела переодеться и привести себя в порядок, так что была полностью готова к новым свершениям. Брошюрку и ключ от комнаты я положила себе в маленькую сумочку на всякий случай. Мало ли там что. Если верить памятке, то первая пара у нас совмещена с группой светлых первокурсников, у темных и инквизиторов сейчас должна быть алхимия. Из комнаты мы с Ксандрой вышли только когда до первой пары осталось всего-навсего десять минут, однако нужная аудитория без труда нашлась с помощью той самой карты, размещенной на первой странице в брошюре. Зайдя в класс, мы сели рядом за свободную парту, стоящую ближе всех к столу лектора. Класс был полупустой, что говорило только том, что мы с Ксандрой зря так торопились добраться до аудитории. И тут в аудиторию своей идеальной походкой заходит ректор. Сальвадор Брюс оглядел всех находящихся характерным ему надменным взглядом и, сделав перекличку, начал вести лекцию. Оказалось, что здешняя теория сотворения мира не сильно разнилась с земной. Принцип, по крайней мере, был заложен тот же, что и у нас: мир сотворил бог. Однако тут единобожие считалось, как бы комично это сейчас не звучало, буквально богохульством. Каждый первый знал, что за сотворением каждого из параллельных миров стоит свой бог. А богов тут было немерено. Землю, к примеру, создал тот самый Иисус, в которого верует большинство. Да и вообще, пока есть верующие и подопечные божества, оно живет. И рождаются боги с верой людей. Сложно неимоверно. Я сидела на паре и слушала педагога, раскрыв рот и внимания каждому его слову. Все это было максимально невероятно и минимально правдоподобно. Хотя, как сказал ректор в самом начале пары, далее с его слов: 'Да и вообще, вся магия — это естественные науки. Астрал и прочее — психосоматика, нумерология — из разряда высшей математики, травы и целительство — биоэнергетика и биология, ритуалы — все вместе, добавляя физику. Все можно объяснить, но, почему-то, никто этим не занимается. Просто нужно верить и смотреть глубже'. Эта его речь действительно заставила меня задуматься. Ведь на Земле это совсем не распространено. Однако у нас ни одного вуза или заведения небось нет, где присутствуют посвящённые этому специальности. Хотя та же философия, религия… Очень близкие науки. По сравнению с тем, что мне открылось хотя бы на первой паре истории, земная программа обучения казалось какой-то мизерной и поверхностной, не зацикливающейся на более глубоких, истинных вещах, на которых строится жизнь. По окончанию пары я чувствовала, что моя голова вот-вот взорвется от переизбытка новой информации, которая опровергала практически все, на чем ранее стоял мой маленький мирок. А ведь прошло всего полтора часа! Такими темпами я скоро свихнусь и снова захочу зубрить химию с физикой. Хотя, скорее всего, наслушавшись тут всякого, я уже не буду способна воспринимать более общую и поверхностную информацию. На повестке дня стояла цель найти девочек и постараться не сдвинуться хотя бы сейчас. И, о чудо. Следующей парой у нас с Ксандрой числилась, какая неожиданность, алхимия с инквизицией и темными. Боже, бедные Диана с Евой: две пары алхимии подряд в первый же день занятий на первом же курсе. Какая неслыханная жестокость. Не знаю, как Ева, но Диана химию не понимала еще в школе, постоянно списывая все работы с неведомо откуда взявшихся ответов. А тут не просто химия, тут какой-то трындец намечается. Как только ректор милостиво разрешил нам покинуть аудиторию, я стремглав кинулась к, если верить карте и расписанию, у нас должна была быть пара алхимии, совсем позабыв о том, что брошюра у нас с Ксандрой только одна, а сама соседка даже не успела заметить, как я ретировалась с аудитории. Ева с Дианой нашлись довольно быстро: они стояли около входа в лабораторию, непринуждённо общаясь ни о чем со своими однокурсниками, наслаждаясь двадцатиминутным перерывом между парами. — Мара! — завидев меня издалека, криунула Ева, размахивая обеими руками. — Давай сюда! Я прибавила шагу, в считанные секунды дойдя до небольшой компании первогодок, в которой тусовались мои девочки. — О, какие люди! — тепло улыбнувшись, тянет Диана. — Давно не виделись. — Ой, все, — хохотнула я, в шутку ткнув девушку между ребер, прекрасно зная, насколько она боится щекотки. — Куда ты вообщае вчера убежала на церемонии? Мы тебя искали, но не нашли, — наигранно возмутилась новоиспеченная инквизиторша, Диана, чуть прищурив глаза. — Я сама вас еле нашла. Собиралась подойти, но тут ключи появились, а потом немного не до этого было, — неловко пробормотала я. Да, некрасиво вышло. Совсем забыла про девочек, хотя себе же клятвенно обещала найти их как можно скорее. Хотя, с другой стороны, я явилась не через неделю, а на следующий же день, а это, по моему скромному мнению, в предклах допустимой погрешности. — Ну, да, — театрально вздохнула Диана, — куда уж избранным с холопами таскаться… У тебя теперь свои дела… — Ой, отстань, — засмеялась я, — лучше расскажи, как прошла первая пара. Очень страшно или терпимо? — Это такой ужас, ты бы знала, — в один голос, вперив при этом глаза в небо, провопили девочки, а Ева продолжила: — Совершенно не то, что мы учили в школе и универе, тут какие-то свои приколы. Более того, периодическая система для них вообще пустой звук! Как вы прикажете все это воспринимать, а? Особенно нам… Дождавшись, пока Ева закончила свою плазменную тираду негодования, я поспешила перевести разговор в другое русло. — А это кто? — я указала взглядом на тех ребят, с которыми Ева с Дианой говорили до того, как я прибежала к лаборатории, успевших уже отойти и заговорить на какую-то свою тему. Слов я разобрать не могла. — Это Доминика и Магдален Кортесс, брат и сестра с факультета инквизиции, — поспешила ответить Диана. — Между прочим, довольно милые… — Магдален так вообще, а? — ухмыльнулась Ева, на что-то намекая Диане, в ответ на что та деланно цыкнула и отвернулась. Через пару минут началась пара по алхимии, которую вела незнакомая мне преподавательница со слишком уж замудреным именем, которое с первого раза не то что не выговоришь — его даже запомнить трудно. Собственно, мозг мой был по самое не хочу забит посторонней информацией и отрывками фраз ректора, запомнившимися с прошлой пары, потому педагога по алхимии я почти не слушала. Однако, я усердно делала вид, что меня будоражит один лишь факт того, что железо, превратившееся в золото за долю секунды. На самом-то деле, я давно смирилась с тем, что то, что мы изучали на Земле — ничто, все не то. Поэтому старалась абстрогироваться от навязчивых мыслей, которые буквально кричали о том, что все это неправильно и иррационально, и заучивать все сизнова. Тут дверь распахнулась, представляя взору запыхавшуюся и испуганную Ксандру, которая, увидев меня, облегченно вздохнула. Однако облегчение ее длилось не долго. Не обращая ровным счетом никакого внимания на комментарии педагога в свой адрес, она пошла прямиком ко мне. Лицо ее искривилось в устрашающей улыбке, а в глазах засверкали самые настоящие алые огоньки, чем-то напоминающие пляшущих бесят. К слову, зрелище не из приятных. Моя пятая точка почувствовала, что сейчас моей светлой головушке придется несладко, как только Ксандра остановилась около моей парты. — Ты! Меня! Забыла! — разделяя предложения на отдельные слова, воскликнула она, при этом в ее голосе слышалось столько негодования, что мне на секунду показалось, что я не провести ее из одной аудитории в другую забыла, а предала в один момент все ее надежды, безжалостно растоптав и плюнув сверху. — Я не специально… — пропищала я, чуть зажмурившись, словно ожидая удара. Такая привычка осталась у меня после долгих ссор с отцом в подрастковом возрасте, которые часто доходили, как выразился когда-то кто-то из моих знакомых 'до кровавых соплей'. Мне самой донельзя было отвратно то, что я шугаюсь от каждого человека, который хоть немного пытается повысить на меня голос. Однако, этот жест немного отрезвил мою соседку — та успокоилась, пыл ее поутих. И в это самое мгновение за ее спиной послышался разгневанный голос лекторши, которая все это время рьяно пыталась до нас достучаться. — Мисс Ксандра! — вопила она не в меру писклявым голосом, который резал уши получше всякого ультразвука. — Что Вы себе позволяете?! — Я… — начала было моя соседка, но теперь уже праведным огнем пылали глаза лекторши, чья пара была бессовестно прервана ворвавшейся ни с того ни с сего адепткой. — После занятий жду вас обеих на пятом этаже! — продолжала кричать женщина, да так, что большинство студентов скривились от ее противного крика. — Будете отрабатывать наказание в библиотеке! — Но… — попыталась возразить я, совсем не желая идти куда-то после четырех пар, однако лекторша меня перебила. — Никаких 'но', мисс Марианна, вы вместе с Ксандрой сорвали лекцию, потому и наказание отрабатывать будете вдвоём, — она была непреклонна, и я решила оставить все свои возражения и недовольства при себе, чтобы в первый же день учебы не ухудшать себе репутацию в этой академии. — Теперь вернемся к получению золота из железа, — добавила женщина уже совершенно спокойным и размеренным голосом, все с облегчением вздохнули. Ксандра села подле меня и, чуть виновато склонив голову набок, прошептала еле слышное 'Извини'. — Ты извини, действительно тебя забыла, — прошептала в ответ я. Все же, обе мы были не в себе: у обоих уипели мозги и формировалось новое мировоззрение. Кому-то это даётся проще — к примеру, Диане или той же Еве, которые с интересом слушали все, что говорила преподавательница алхимии. А ведь они тут сидят уже вторую пару! Кому-то дается труднее, как мне. Однако все это временно, и когда-нибудь придет час, когда и я буду чувствовать себя здесь в своей тарелке. Хотя, мне тут и так комфортно, но сам факт перестройки мировоззрения вызывает во мне какой-то внутриличностный конфликт, рушащий нервную систему. Однако, как я уже сказала, все временно. И это пройдет.