между светом и тьмой останься собой.

Ложась на кровать, чтобы хотя бы в мире снов почувствовать себя в полнейшем спокойствии, я поняла, что магии с меня достаточно. Хватило с лихвой. Ладно, привыкнуть к иному устройству мира и новым десциплинам еще представлялось возможным, но то, что открылось за эту неделю… Я бы могла отказаться от привычного темпа жизни ради чего-то спокойного и интересного, но не ради постоянных пряток из-за своей родословной. Права была тогда Диана, когда наотрез отказывалась идти в зеркало вслед за Сальвадором, а потом и вовсе предложила бежать. Бежать нужно, и как можно быстрее и дальше. Желательно обратно на землю, в ставший уже родным городской университет искусств, где точно не придется страшится того, что тебя вдруг найдут. Хотя, наверное, с этими мыслями стоило бы переспать, что я, собственно говоря, и сделала. Однако спокойно отдохнуть в мире снов мне не дало мое, как иронично, не дремлющее воображение. Оно решило явить моему взору прекрасную донельзя женщину, внешность которой я по пробуждении забыла начисто. Помню, разве что, длинное, прямо в пол, алое платье и такие же рыжие, как и у меня самой, волосы. Возможно, во сне я разговаривала с собой из будущего. Кто знает? Однако внешность явившейся мне женщины не было самым главным в том безумном сне. Женщина, будто бы, говорила со мной. Но рвано, словно слова ее доносились откуда-то из другого измерения. Она говорила быстро, да так, что мне казалось, что за ней гналось нечто страшное. Казалось, что мне нельзя знать того, что она мне говорит. Из всего сказанного рыжеволосой незнакомкой из моего сна я запомнила лишь обрывки фраз, которые не то, что связать во что-то более понятное и разумно, их и по отдельности разобрать являлось невозможным. Нефилимы, кольца, избранные. Какой же несусветный ужас она мне наплела. Возможно, это всего лишь пережитки стресса. — Мара! — кричит Ксандра мне чуть ли не на ухо, из-за чего ее очень уж захотелось шандарахнуть по голове. Желательно кирпичом. Несколько раз. Я открыла доселе практически зажмуренные глаза. Чего ж соседка так разоралась с утра пораньше? До конца разлепив свои очи, я посмотрела на девушку. Наверное, мое только проснувшееся по воле Ксандры естество немного ее напугало и смутило, ибо она сразу же начала оправдываться: — Уже время вставать, я до последнего тебя не будила, — она отвела взгляд в сторону, немного закусив губу. — Ты сильно ворочилась во сне и повторяла одну и ту же фразу почти два часа кряду. Я даже успела выучить ее наизусть! От таких вот заявлений глаза поползли на лоб. Мой отец всегда говорил, что я очень спокойно спала с самого детства и по сей день: молчу, не ерзаю, не храплю, а тут бац! и практически все вместе взятое. — Что… — было единственным, что я смогла из себя выдавить в ответ на реплику Ксандры. — Повторить сказанное сможешь? — Зачем? — уставилась на меня соседка, искренне не понимая мотивов моей просьбы. Я, честно говоря, и сама не понимала их, но все сказанное рыжеволосой женщиной во сне казалось мне до чертиков важным, чем-то, что ни в коем случае нельзя забыть. Хоть на надгробный камень набей, чтоб наверняка. — Пожалуйста. Мне кажется, это важно. — Ладно, — пожала плечами Ксандра. Она встала посередине комнаты, комично задрав голову, словно пятиклассница, которая, лучше всех одноклассников выучившая стих Пушкина, первая вышла к доске отвечать его на оценку. — Нефилим потерял свое кольцо. В этом кольце его рождение и погибель. У тебя есть один шанс, одна попытка. Нефилимы жаждут смерти непоколебимых. Избранные идут по головам нефилимов, — она сделала тетральную паузу. — Коли избранный отыщет кольцо, лишит нефилима надежды и пройдет сквозь утерянное зеркало, откроется ему эра знаний и свободы. И тут я впала в неописуемый ступор. Именно эту фразу говорила мне женщина из сна. Я рывком встала с кровати и, подбежав к столу, взяла первый попавшийся листок бумаги. — Продиктуй! — практически крикнула я. Наверное, Ксандра тогда подумала, что я в конец свихнулась, ибо моя просьба выглядела как приказ, от выполнения которого зависила, не много не мало, моя жизнь. Хотя в то утро именно так я и считала. С неописуемым недоумением Ксандра продиктовала мне мои же бредни и, оставив меня наедине с мыслями, аргументировав свой уход желанием прогуляться перед началом пар, убежала. Еще некоторое время я старательно успокаивала себя, вбивая себе в голову, что это всего лишь непонятный и местами даже психоделический сон. Помогала такая процедура, кстати, незначительно, если не сказать, что не помогала вовсе. Когда я более-менее пришла в себя, то поняла, что до начала учебы осталось совсем ничего и надо бы по-быстрому привести себя в порядок и со скоростью света искать нужную аудиторию. Ксандра предусмотрительно оставила брошюру с расписанием и картой академии в нашей комнате, за что я была ей крайне благодарна. Я открыла брошюрку на нужной странице, и, увидев свое расписание, тут же почувствовала вселенское раздражение, мало по малу переходящее в недовольство и разочарование. Опять история. Такое чувство, будто я, сама того не замечая, поступила на исторический факультет. Опять история с Сальводором Брюсом! Черт бы побрал этого преподавателя, ведь не явиться на его пару я даже не могу. Он и так меня, наверное, ненавидит больше всех остальных первогодок. А что? Только я могла исчезнуть в самом начале учебного года. И не абы где — в библиотеке, в которой время по счастливому стечению абстоятельств идет совершенно иначе, чем должно бы. Наскоро приведя себя в более-менее божеский вид, я выскочила из комнаты и, совершенно не глядя по сторонам, побежала к нужному кабинету, вход в который я знаю как изнутри, так и снаружи. Спасибо библиотечному призраку, что показал, как выйти из библиотеки через окно. Спустя считанные минуты я была уже на месте. Что удивительно, я даже не опоздала, а это уже лишний плюс в копилку. Правда, он же единственный из всех имеющихся. Судя по адептам, стоящим в коридоре перед первой парой, лекция у нас с Ксандрой сегодня будет вместе со светлыми. К сожалению, из светлых магов я знаю одну лишь Василису — ту самую чересчур активную и надоедливую соседку Доминики, а единственную прошедшую с ними пару бессовестно прогуляла с Доминикой, слушая ее гениальный план по краже ключа алхимички. Эх, сейчас бы сюда Диану с Евой, чтобы обсудить сон и решить, что дальше делать со своей жизнью. Может, и правда стоило б бежать отсюда без оглядки, пока количество проблем не начало увеличиваться еще стремительнее? Вскоре началась пара. Напряженное донельзя лицо Сальвадора Брюса оставляло желать лучшего, однако ровный тон, наоборот, говорил о том, что беспокоиться совершенно нечего. Он мерным голосом рассказывал тему, стараясь объяснить все, что представлялось возможным объяснить с помощью глухой теории. Получалось у него, скажем так, вксьма и весьма неплохо. По крайней мере я, по счастливому сечению обстоятельств пропустившая несколько его пар, понимала информацию довольно сносно, если не сказать 'досконально'. Так как я всего лишь на первом курсе, все знания, преподаваемые в Академии имени Морганы Мортариан были базовыми и поверхностными, потому и запоминать их было куда проще, чем нечто более сложное. На данный момент Сальвадор максииально четко и понятно, шаг за шагом, объяснял хронологию появления миров Третьей Связки. Также этот мужчина не позабыл и разъяснить, какой мир и каким именно образом связывался с остальными. Все было просто и доступно: каждый мир из Связки, будь то Аарон, Земля или вовсе Коталина, был просто-напросто привязан ко всем остальным именно точкой стыка — Санта-Морганой. Можно даже сказать, что любая Связка Миров представляла собой нечто подобное на многоконечную звезду: каждые конец — отдельный мир, центр — точка стыка. Своеобразная точка, которая есть в каждом мире Связки, но спрятана специальной магией, с помощью которой туда могут попасть только маги. Система, откровенно говоря, не из легких, но понять можно. Теперь вот главное узнать, как можно открыть проход между нашей точкой стыка — Санта-Морганой — и Землей. Все же, жить в постоянном страхе перед тем, кем я являюсь мне не хотелось. Да, на правах дочери величайшей правительницы я могу потребовать трон и прочее, но нужно ли оно мне? Не спокойнее ли будет вернуться к прежнему привычному укладу жизни? Да черт знает, честно говоря. С одной стороны, я хотела бы вернуться в университет искусств и продолжить обучаться любимому делу у некомпитентных педагогов, которые, несмотря на свою некомпитентность, точно не будут приставлять ко мне всякий третьекурсников или еще чего похуже. А если глянуть на ситуацию с другой стороны, то где гарант того, что уже через пару дней 'дома' я не начну безбожно скучать по Академии имени Морганы Мортариан, в которой учат интереснейшие, хоть сначала и непонятные вещи? Ранее я всегда говорила себе и другим, что лучше жалеть о том, что сделал, чем о том, чего не сумел. Однако тут палка о двух концах: я могу пожалеть о том, что не вернулась на Землю, с такой же вероятностью, с какой могу пожалеть о том, что вернулась. Наверное, я еще слишком мало знаю об истинной личине этого мира, чтобы принимать такие кардинальные решения. Однако мои родители ведь скрылись на Земле от чего-то. Но, опять же, Моргана писала записки мне и народу, видимо, дико соскучившись по тому, чем жила всю жизнь прежде. Сложно это все. Невыносимо сложно. После пары ко мне подошел Мефодий, чтобы поддерживать легенду о том, что он все еще сопровождает нас с Ксандрой. Ну, естественно, мы ведь вышли с пары Сальвадора, ещё бы его тут не было. — Мара, с тобой хотела поговорить Стейша. На большой перемене предлагает встретиться около или в вашей с Ксандрой комнате, — незаинтересованно бросает Меф, ожидая закопошившуюся в кабинете Ксандру. Девушка не заставила себя долго ждать и вышла буквально через пару секунд после слов третьекурсника. — А зачем… — поинтересовалась я. Моя заинтересованность в этом разговоре была вполне ожидаемой и резонной, ибо Стейша, как я, была 'Избранной'. К тому же, более опытной и осведомленной в этой теме. Все же, третий год тут учится, вероятно, ей есть что мне рассказать. — Что 'зачем'? — тут же вклинилась соседка, желая узнать, о чем же мы с Мефом тут говорили. Однако третьекурсник ее проигнорировал. — Откуда мне знать, честное слово, — в своей неизменной манере закатывает глаза парень, затем, словно по взмаху волшебной палочки, вновь становясь серьёзным, словно от нашего со Стейшей разговара зависит сохранность минимум его шкуры, а максимум — шкур всей Третьей Связки миров. — Она попросила передать — я передал. Скорее всего, она хочет обсудить эти ваши 'Избранные' темы без лишних ушей. Я кивнула и мы втроем отправились к кабинету, где у нас с Ксандрой должна была проходить следующая пара. Время большой перемены подкралось незаменто. И, как только закончилась лекция, я ураганом нетерпения выбежала из аудитории, даже позабыв объяснить Ксандре, куда именно и на кой, собственно, черт, я убегаю. Около дверей моей комнаты уже стояла Стейша, оперевшись о стенку. — Что ж, Марианна Мечник, пришло время и нам с тобой поболтать.