между светом и тьмой останься собой.

Объяснить Джеймсу, куда делись его конспекты было сложно. Не говорить же бедному парню, что Доминика просто к черту сожгла их синим пламенем, не найдя там нужной информации. Мы долго пытались придумать отмазку, но в итоге все вышло банальнее некуда: Николь просто сказала, что опрокинула на тетрадь какую-то склянку во время чтения, и тетрадь разъело. Не могу сказать, что парень был в восторге от этой новости, но поделать уже ничего не мог. Бедный Джеймс просто сидел и сверлил Доминику взглядом, пока мы решали, что же все-таки подарить Диане на день рождения. Все предложения, выдвинутые подругой казались мне неинтересными, банальными, тривиальными и вообще не стоящими внимания. Банальность не была свойственна Доминике, однако в этом вопросе ее мастерство выдумывать, судя по всему, ушло в отпуск. Ну, или просто нервно курило вторую пачку в сторонке. Ни то, ни то делу, кстати, не помогало. К третьему часу наших с ней обсуждений в комнате Николь и Василисы стали появляться все новые и новые лица. К четвёртому в комнате оказались все, кроме самой косвенной виновницы этого переполоха. — Ручку, — не выдержав нашей с Николь перепалки провозгласил Магдален, — зачарованную ручку. Все посмотрели на парня как на умалишенного, а Доминика и вовсе выглядела так, будто уже готовилась покрутить пальцем у виска. — Какая ручка… — не выдержала Ксандра, уставившись на Магдалена максимально недвусмысленным взглядом, в котором бегущей строкой читалось такое же недвусмысленное 'ты что, дурак? ' — Ее можно зачаровать… — тут же сиушевался Магдален. — Ну, знаете… Мне показалось это милым… — он вздохнул. — Представьте, вот она запишет какие-то ноты,. а они тут же зазвучат. Красиво же… И замолчал. Замолчали, к слову, вообще все. Ксандра даже перестала смотреть на парня как на умственно отсталого, что не могло не радовать. — Ну, в целом… — промямлила Доминика. — Согласен, — перебила ее Ева, — лучше вариантов у нас нет. — Можно зачаровать ручку, к ней подарить тетрадь и много-много вкусностей! — Я зачарую, — тут же сказал Магдален, чего, собственно, все и ожидали. Вот честно, не удивлюсь, если он добавит к уже оговоренной программе ручки ещё что-нибудь эдакое. — На мне тетрадь, — следом заявила я, будучи ярой любительницей всякой канцелярии. Ну, а вообще, просто не охота было искать в другом мире что-то съестное. Мало ли, что я могу тут найти такого, к чему меня жизнь не готовила. Хотя, если уж поразмыслить, то ни к чему из того, что тут уже успело произойти за пару месяцев, жизнь меня не готовила и, видимо, даже не собиралась. — Я найду пакет и вкусненькое, — с улыбкой отозвалась Ева, которая вообще по жизни очень любила заниматься всяким таким. Вот сколько себя помню, она всегда дарила самые красивые подарки, всегда угадывая, что именно нужно человеку и как это преподнести. Наверное, с таким талантом нужно было родиться, но да не важно. Не всем дано, как говорится. На том, собственно говоря, и порешили. *** День подготовки ко дню рождения Дианы прошел как-то слишком уж быстро. Я бы даже сказала, что он и вовсе пролетел где-то мимо, забыв, что должен появиться здесь и сейчас, даруя нам дополнительные часы времени. Однако времени не оставалось. Свой день рождения Диана решила, как и я, провести в саду под академией. И правильно, не сидеть же в темной и пыльной библиотеке. Там мы и так насиделись на жизнь вперёд, если не больше. Именно поэтому после пар все мы в компании Василисы, Джеймса и Николы, взяв из комнаты пледы и стащив из общей столовой что-то вкусное, потащились в сад устраивать пикник. Хотя на дворе уже и была середина ноября, осеннего, даже предзимнего холода совсем не ощущалось. Было свежо, это да, этого не отнять, но никто из десяти человек даже не думал кутаться в дополнительную тёплую одежду. По нашим расчётам, если мы засидимся допоздна, поездов нам зватит с головой. Подарок самой Диане, в создании которого поучаствовал каждый из нас, мы до поры до времени решили прятать с помощью особого заклинания. Спасибо тем немногим парам, которые мы не прогуляли. Именно поэтому, когда все в саду уже было готово, и ребята расселись по местам, у нас получилось нежданно и негаданно вручить Диане наш презент. Под громкие и торжественные возгласы Евы Меф снял с подарка магическую завесу. Глаза Дианы моментально округлились, становясь похожими на блюдца. Сомневаюсь, что она ожидала подобного рода действий от нас с ребятами. Магдален, сидящий рядом с именинницей, что-то прошептал ей на ухо, закрепив свою только ей слышную речь мягким 'С днем рождения, Диана'. Что неудивительно, подруга решила сразу проверить способности чудо-ручки, которую мы ей подарили. Написав в тетради ноты какой-то мелодии, она откашлялась, как обычно делает это перед тем, как начать петь. Мелодия залилась ровно и гладко, не в обиду самой Диане, но даже лучше, чем если б она начала перебирать струны своей излюбленной гитары. Ребята удивлённо метались взглядами от тетради к зачарованной ручке, а затем уже к поющий Диане. Она пела так же текуче, как из листа бумаги лилась ее собственная мелодия. Слегка печально, но оттого не менее завораживающе. Она пела о том, что оказалась совсем одна в далёкой неизвестности. О том, как в этой самой неизвестности больно и сложно, все чужое и страшное, неизведанное, неприятное. О том, как она скучает по старым временам, по стабильности. Наверное, так она чувствует себя тут, в Санта-Моргане. Наверное, так себя чувствовала и Ева, да и я тоже. Страх, боль, сожаление, чувство собственной глупости и ненужности — это все окружало нас троих, в отличие от друзей не подготовленных к таким поворотам событий. Меф подсел ближе ко мне, затем заглянув в глаза. — Ты чего? — участливо спрашивает он, положив свою руку поверх моей. Его рука была тёплой и немного шершавой. Не то, чтобы очень приятная на ощупь, но в этом жесте должна цениться эмоциональная составляющая, а не что-то еще. Ему было не плевать на моё состояние. Не плевать… Я поняла это только сейчас. Ведь и правда: Мефодий хоть и был по жизни редкой саркастичной тварью, но помогал всегда и абсолютно всем, чем только мог. И Сальвадору не докладывал о моих с Ксандрой передыижениях, и на бал с нами поехал, и кольцо это, и вот сейчас… Черт, почему я не заметила этого раньше… Хотя, с другой стороны, а что изменилось бы, заметь я его отношение ко мне в любой другой момент? Ставлю на то, что ровным счётом ничего. — Просто немного грустно, — я улыбнулась через силу, — все же, уже завтра я буду где-то очень далеко отсюда… — Не переживай, Мар, — тихо, но серьёзно проговорил Меф, отведя взгляд куда-то в сторону. — У тебя есть все необходимые сведения, у тебя есть мы. — Вас-то как раз и не будет, — горько усмехнулась я. — Верно, но если мы не можем быть рядом, мы обязательно останемся в памяти друг друга, — так же тихо произнёс парень. — А это уже немало. Да и, рано или поздно, все рассосётся, и ты сможешь вернуться сюда, к нам… Ко мне, — ещё тише добавил он. Я удивлённо глянула на Мефа. К чему это он сейчас? В каком таком смысле 'к нему'? — Не бери в голову, — тут же опомнился он, — не загоняйся по мелочам, просто делай, — и убрал свою руку с моей. Я облегчённо вздохнула. Оказывается, я неосознанно задерживала дыхание все это время. Забавно и не очень приятно было осознавать подобное. Я передернула плечами и рассудком снова вернулась в 'здесь и сейчас'. А здесь и сейчас Диана уже перестала петь и царил небольшой гомон разговоров. Все говорили со всеми, а мне резко захотелось сбежать. Не на Глорию, конечно, это я буду осуществлять завтра утром. Но куда-нибудь, где тихо и спокойно, чтобы можно было укутаться во что-нибудь теплое, обнять подушку и поплакать вдоволь. Я смотрела на лица ребят и думала, как я буду по ним скучать где-то в совсем чужом мире, где я никого не знаю, но одновременно знаю всех и вся. Сложно, наверное, будет привыкнуть к подобному раскладу, но я смогу. Все же, Глория является почти точной копией Земли. Обычный человек не заметил бы даже разницы в этом. Причем, я собираюсь отжать у максимально большого количества людей конспекты с пар за пару курсов. Может, два или три следующих, и учиться там, чтобы, когда я вернусь, не нужно было лишний раз мотать себе нервы из-за учебы. Скорее всего, даже сбегаю в библиотеку, чтобы взять у светящегося старца учебные пособия всех трех направлений. Правда, еще было бы неплохо придумать причину своего отсутствия, но, я думаю, педагоги тут не из числа узколобых — поймут, что к чему и отнесутся гуманно. По крайней мере, очень хотелось бы на это надеяться. Разговоры стали постепенно стихать, становясь спокойными и каким-то даже ленивыми. На улице темнело. Небо стало серо-фиолетового оттенка и где-то сбоку начинала подниматься луна, захватывая власть на небе. Красиво, ничего не попишешь. Температура упала. Совсем холодно было, но не особо приятная свежесть заставляла кутаться в принесенный с собой плед. Все же, ноябрь на дворе. А ведь действительно, только ноябрь… Уллис спустится сюда караула ради только через месяц. И этот месяц можно было бы прожить интересно и полно, ярко… Только вот я решила поторопиться со своим побегом, чтобы максимально обезопасить собственную шкуру. И правильно сделала, надо бы заметить, однако неспокойное сердце сжималось, протестуя против подобного поворота событий. Мне до ужаса хотелось бы остаться тут до тех пор, пока не станет совсем страшно. Оставаться тут, пока у меня не исчезнет право выбора, которое есть прямо сейчас. Однако свой выбор я сделала уже давненько: завтра утром меня в Санта-Моргане уже не будет.