Враг мой?..

Эрион

      Утро третьего февраля по обыкновению началось не с кофе, а со сверки планов по календарю, составления маршрута и суеты. В этом утре, как и в любом другом внутри Убежища, только сонная моська Колючки, ее щебетливая бодрость с порога и совместный с ней завтрак были приятной рутиной, задающей тон настроению. А если она еще и с хорошим аппетитом уминала свою порцию — то и подавно.       Но позже, стоило переступить порог кабинета, что-то то и дело начинало планомерно настроение портить.       Эрион разложил перед собой карты Восточного кантона, прилегающие — Северного и Западного, детализированную топографическую карту местности дистрикта Эшгрейн для сверки координат и установления местоположения нужной точки, и административную — для сверки с населенными пунктами. На краю стола уже ожидали свежие сводки по обстановке в Эшгрейне и всему пути следования к нему, а также — расшифровки с радиоэфиров и изображения с разведывательных биодронов. И искренне надеялся, что ему дадут пять минут тишины, чтобы расчертить маршрут отхода через ров нижней равнины Раарского склона, ведущий к катакомбам.       Но целых пять минут тишины — непозволительная роскошь для командира-капитана повстания.       — Командир! — раздалось из коридора, и Эрион, не поднимая головы от документов, коротко прикрыл глаза. Вдохнул поглубже, собираясь с силами, и бросил:       — Войдите.       В кабинет ввалился младший разведчик из третьей ячейки — Тоби, недавно повышенный до капрала. Тоби мечтал служить в отряде Эриона, и с огромной радостью принял временную должность специалиста по снабжению. Теперь он отвечал за комплектацию снаряжения и провизии для «Стаи». И очень старался делать все идеально, чем порой раздражал. Хотя Эрион не мог не отмечать его старательность и ответственность.       Тоби подлетел к столу взмыленный, растрепанный, с видом человека, который либо бежал от пожара, либо сам его устроил. И второе не менее вероятно, чем первое.       — У нас проблема с комплектами для выхода на восточный рубеж, командир, — отчитался Тоби, вытянувшись по струнке смирно.       — Какая именно? — поинтересовался Эрион.       — Медпакеты не того типа. Нам выдали полевые, а нужны глубокого залегания, — отчеканил Тоби дрожащим голосом.       Эрион наконец поднял взгляд. Тоби сглотнул.       — Кто выдавал? — мрачно бросил Эрион.       — Складской, — отозвался Тоби.       — Имя, — надавил Эрион.       — Вирт.       Эрион медленно отложил карандаш.       — Передай Вирту, что если он еще раз выдаст группе, идущей под землю, комплект для открытой местности, я заставлю его лично тащить носилки с раненым через весь тоннель на себе, без смены плеча.       Тоби вытянулся.       — Так точно, — кивнул он.       — И медпакеты поменять сейчас — не перед выходом, не когда будет время, а сейчас, — велел Эрион.       — Так точно! — отсалютовал Тоби и исчез.       Эрион вернулся к карте. Провел линию через старый водоотвод. Остановился, нахмурился, зачеркнул. Слишком узко, если кого-то ранят — не вынесут. Если завал — лягут все. Потянулся к соседнему листу с данными Талы по старым коммуникациям и едва успел найти нужный проход, как дверь снова открылась.       На этот раз — без стука. На такую вольность способен только Сэм.       — Не рычи, это я, — бросил Сэм с порога.       — М-г-м, я заметил, — пробормотал Эрион, просматривая бумаги.       — Твоя морда говорит, что лучше бы это был не я, — хмыкнул Сэм.       — Моя морда говорит, что я занят, а дверь придумали не для красоты, — проворчал Эрион.       Сэм усмехнулся, поставил на край стола кружку и бросил рядом свернутый отчет.       — Ночная смена вернулась. Без потерь, но с проблемами, — сказал он.       Эрион вздохнул и отодвинул карты.       — Кто накосячил? — нахмурился он, когда поднял и развернул отчет.       — Дэн, — ответил Сэм.       — Опять? — приподнял Эрион бровь.       — Опять, — подтвердил Сэм.       Эрион пробежал глазами строки, челюсть чуть напряглась.       — Он нарушил дистанцию в городе.       — Да.       — Засветил хвост, подставился сам и подставил других.       — Почти, — уточнил Сэм.       — «Почти» — это потому что его прикрыли, — раздраженно поправил Эрион.       — Да, — согласился Сэм.       Эрион захлопнул отчет, поигрывая желваками. Не в первый раз этот парень косячит, причем серьезно.       — Разжаловать, — отрезал Эрион. — Предупреди его командира — снять с должности, отправить в библиотеку. Пока — временно, а там как себя поведет, — отчеканил он.       — Второй уровень дисциплинарного взыскания, — покачал головой Сэм. — Думаешь, выговора будет недостаточно?       — В прошлом месяце, — выдвинул Эрион ящик стола и зашуршал бумагами, — у него было сколько, семь выговоров? Помогло? — фыркнул он.       — Он будет выть, — постановил Сэм после того, как отрицательно мотнул головой.       — Значит, дыхание разовьет, — отмахнулся Эрион.       — Элитного бойца разжаловать до библиотекаря — это жестко, — хмыкнул Сэм.       — Мягко, — отрикошетил Эрион. — Если бы его заметили, выли бы уже мы. Над трупами, — бросил Эрион. Усмешка с лица Сэма сползла. Он кивнул. — И я мог бы отправить его драить сортиры. Так что библиотека — не такое уж плохое место.       — Согласен. Передам, — кивнул Сэм. И пододвинул к Эриону кружку.       Эрион поднял ее, понюхал и поморщился.       — Это что? — поинтересовался он.       — Твой завтрак, — ответил Сэм.       — Нет, это кофе, — постановил недоуменно Эрион.       — С молоком, — кивнул Сэм.       — Я завтракал. И я не люблю кофе с молоком, — прищурился Эрион.       — Второй завтрак, значит, — обронил Сэм. — Мне пришла распечатка от Марка с заключением по твоим последним анализам — недобор по белку и кальцию, — невозмутимо отозвался он. — И черный кофе с твоим раздраженным в последнее время желудком — не лучшая идея, — приподнял он бровь.       — Из ста грамм молока в этой чашке белков и кальция я не доберу, — возразил Эрион. — И желудок мой уже успокоился. Лучше внеси в распоряжение о закупке продуктов дополнительный вес творога.       — Уже, командир. Но, пока он едет, восполняй белок хоть чем-то.       Эрион недовольно засопел, но молча сделал глоток. Сэм расплылся в улыбке.       — Вот так бы сразу, — протянул он.       — Выйди, — фыркнул Эрион, вливая в себя молочный кофе залпом.       — Уже ухожу, командир.       Сэм вышел, а Эрион выдохнул. Вернулся к карте, окинул ее свежим взглядом и наконец нашел нужный маршрут. Не идеальный, но рабочий. Две точки отхода, один ложный след, один схрон у заброшенной мельницы. Если дождь не размоет склон, группа пройдет. Если размоет — все равно пройдет, но матерясь.       Эрион поставил отметку и поднялся. Работа за столом закончилась. Начиналась нормальная. И первым делом Эрион решил заглянуть в тренировочные.       В спортзале пахло потом, кожей, пылью и кровью. Пятая ячейка, почти все — новобранцы, отрабатывала выход из окружения. Плохо отрабатывала, если быть точнее.       Эрион остановился у стены, скрестив предплечья на груди.       Через двадцать секунд один из бойцов получил учебным ножом под ребра. Через сорок — второй упал на спину. Через минуту вся группа была условно мертва.       — Стоп, — сказал Эрион.       Все замерли.       — Кто умер первым? — спросил он, подходя ближе.       — Я, — мрачно отозвался парень у стены. Кажется, Джек.       — Почему? — приподнял Эрион бровь.       — Открыл бок, — потупился Джек.       — Нет. Раньше, — отрезал Эрион. Джек нахмурился. — Ты посмотрел на левую руку противника, — надавил он тоном. — Он показал тебе нож, и ты поверил, что угроза там. А угроза была в корпусе и ногах.       Эрион перевел суровый взгляд на остальных.       — Вы все сделали то же самое, — хлестнул он словами. — Самоуверенность, недооценка противника, фокус на оружии, а не на корпусе и движениях, — пояснил он. Тишина стала плотнее. — Еще раз, медленно, — указал он. — Потом быстро. Потом, — подошел Эрион к инвентарю и подхватил дымовую шашку, — с дымом. Вы должны довести до автоматизма ощущение тела в пространстве — и своего, и противника. Даже в нулевой видимости. Иначе вы все трупы, — холодно напутствовал он. Кто-то тихо застонал. Эрион приподнял бровь. — Есть силы стонать — есть силы и двигаться. Начали, — велел он и отошел к стене.       Группа поднялась и начала работать.       Эрион провел в спортзале по меньшей мере час, пока бойцы не начали делать хоть какие-то успехи. И оставил их оттачивать технику — дел и без того невпроворот.       К полудню он успел снять одного разведчика с задания, поставить другого в пару к человеку, которого тот терпеть не мог, потому что именно так они лучше всего работали, подписать три допуска, завернуть один план Сэма с пометкой «слишком шумно» и дважды пройти склад.       На третьем проходе Вирт сам вынес правильные медпакеты и молча их продемонстрировал.       — Учишься, — кивнул одобрительно Эрион.       Складской просиял так, будто его наградили орденом. А Эрион, уже чеканя подошвами берцов уверенный марш, двинулся дальше. Вскинул запястье и мельком взглянул на часы — два пятнадцать по полудни. На обед не успевает — надо проверить производство биодронов.       — Надеюсь, Колючка не забудет поесть, — пробормотал он себе под нос и направился в оружейную.       Ему обед пропускать не впервой — среди дня работы всегда много хоть внутри Убежища, хоть за его пределами. И несмотря на то, что желудок уже давал о себе знать легким голодным ворчанием, Эрион решил отодвинуть прием пищи во избежание задержки вечерней сверки маршрута с Ремилем.       Миссия на носу серьезная, времени мало, а задач много. Обед — не приоритет.       Спуск на уровень ниже адаптационного встретил привычным гулом. Где-то в глубине работали прессы. Шипел пар. Звенели инструменты. Пахло раскаленным металлом, смазкой и чем-то кислым — наверное, реагентами.       Спина мгновенно покрылась испариной под тканью футболки — внизу всегда жарче, чем где бы то ни было.       Эрион прошел по узкому мостку над техническим сектором, мельком глянув вниз: у литейных столов возились двое оружейников. Дальше — сварщики собирали каркас для паротранспорта, а в дальнем отсеке под стеклянным куполом шевелились биодроны — полусобранные, похожие на механических насекомых.       Красота. Жуткая, шумная, смердящая железом — но красота.       — Командир! — окликнули справа.       Томми выбрался из-за массивного верстака, вытирая руки ветошью. На предплечье — копоть, на щеке — мазок масла. Привычный для него видок. Гораздо страньше видеть эту махину чистым и причесанным на собраниях.       — Ты опять здесь ночуешь? — хмыкнул Эрион.       — Не опять, а снова, — фыркнул Томми. — Если я оставлю этих придурков без присмотра, они мне вместо дымовой шашки соберут маленький локальный апокалипсис. Что привело? — спросил он, отбрасывая грязную тряпку в сторону станка.       — Биодроны, — отозвался Эрион. — И Ремиль хочет сводку по готовности снаряжения к седьмому февраля.       Томми кивнул и махнул рукой:       — Пошли.       Они двинулись вдоль производственного сектора. По пути Эрион автоматически отмечал, у кого перегружен стол, где лежит незакрепленный инструмент, где парит слишком сильно, где новички тупят. А новичков хватает, и они всегда тупят — новобранцы-адаптанты исправно трудились на благо повстания в оружейной, пока еще не получили разрешение на сдачу экзамена и последующее принятие присяги, но никто их них прежде так тесно не сотрудничал со станками, верстаками и доменными печами. Все учатся, все совершают ошибки.       Главное, чтобы пальцы и глаза при этом оставались при них.       Томми остановился у длинной платформы, накрытой защитной сеткой. Под ней лежали биодроны-орнитоптеры. Шесть штук. Плоские, гибкие, с сегментированными корпусами, фасеточными линзами, мембранными крыльями с синтетическими приводными жгутами мышц.       — Новая партия, — с толикой гордости сказал Томми. — Разведывательные.       — Радиус? — спросил Эрион.       — До восьми километров устойчивого сигнала.       — Это если связь чистая, — уточнил Эрион.       — Да.       — А если глушилки? — задал он новый вопрос.       Томми поморщился.       — Тогда четыре, максимум — пять. Но надо будет переключить их из маготронного интерфейса в биосенсорный — на нейронных узлах с модифицированной нервной тканью летучих мышей они чуть менее управляемые, зато более маневренные и не так подвержены глушилкам.       — А где боевой заряд? — присмотрелся Эрион к аппаратам.       — Будем устанавливать непосредственно перед выходом, — ответил Томми. — Устанавливаться будет сюда, — указал он на паз под брюшком дрона. — Детонирует только по команде с планшета управления.       Эрион кивнул и присел возле ближайшего дрона. Провел пальцами по корпусу. Материал чуть вибрировал под кожей.       — Новый сплав? — поинтересовался он.       — Биополимер с термосеткой. Старые слишком быстро ломались в холоде.       — А эти? — указал Эрион на другой стол с чем-то, больше напоминающим набор запчастей, а не готовые дроны.       — Эти либо выдержат, либо взорвутся нахер. Мы пока не поняли. Надо тесты провести, — хмыкнул Томми.       Эрион усмехнулся.       — Оптимистично.       — Работаем с тем, что есть.       — Хорошо. Годится, — кивнул Эрион и поднялся на ноги.       Они двинулись дальше. В соседнем секторе отливали ножи. Жар от печей бил в лицо. В формах остывали клинки — короткие, узкие, без украшений. Чистая функциональность.       — Сталь? — бросил Эрион через плечо.       — Смесь с ферритом и углеродной крошкой. Лучше держит заточку, — отозвался Томми.       Эрион взял один из ножей, проверил баланс. Неплохо, но…       — Рукоять переделать, — подбросил он нож в воздух — Томми мигом поймал за острие.       — Чем не нравится? — уточнил он.       — Скользит, — ответил Эрион.       Томми закатил глаза и сунул нож за пояс. Но согласно кивнул.       На следующем столе лежали гранаты. Грубоватые, с металлическими кольцами и ручной маркировкой.       — Эта какая? — взял одну Эрион.       — Дымовая, — сказал Томми.       — Цвет? — приподнял Эрион бровь, скосив на Томми глаза.       — Серый, — ответил он.       — Слишком светлый, — сморщил нос Эрион.       — Это тренировочная, — фыркнул Томми.       — А, ну ладно. Для тренировок сгодится, — согласился Эрион.       Рядом лежали боевые: осколочные, светошумовые, зажигательные. Эрион довольно кивнул и двинулся в противоположном направлении.       — Кортики, дротики, наконечники для стрел арбалета, кинжалы, мачете… — перечислял Эрион, но Томми перебил:       — Все куется, закаляется, полируется и натачивается, командир.       Эрион хмыкнул, еще раз оглядел шумный цех и перевел взгляд на биодронов.       — К седьмому будут готовы?       — Будут, — уверенно кивнул Томми.       — Отлично.       Эрион хлопнул его по плечу и направился к выходу.       Сзади грохотали прессы. Убежище продолжало ковать сопротивление. А Эрион направился к своему кабинету.       Было бы просто смешно, если бы он дошел до него без препятствий.       — Командир!.. — окликнул Стелз и трусцой нагнал посреди коридора. — Для выхода седьмого мне бы полуторный боекомплект по спецсредствам, — затараторил он на ходу. — Объект серьезный, стандартной навеской я там только краску поцарапаю. Выпишите мне еще пару брикетов тротила и моток детонирующего шнура — хочу перестраховаться и сделать все красиво с первого раза, — с горящими глазами заключил Стелз.       Эрион скосил на него взгляд, не сбавляя шага.       — Ты помнишь, что у нас миссия разведывательная? — приподнял он бровь. — Ты даже не знаешь еще габариты здания.       — Вот поэтому и прошу дополнительный боекомплект, — закивал Стелз. — Лишним не будет. Подрыв здания не входит в план операции, но если для отхода или отвлечения внимания — лучше закладывать в нескольких точках, а для этого… — принялся пояснять он, но Эрион перебил:       — Хорошо. Тебе только тротил, или пластид тоже? — спросил он коротко.       — Если возможно санкционировать выдачу дополнительного пакета пластида, будет просто великолепно, — понизил тон Стелз, становясь похожим на слегка пришибленного гения. Он им и являлся в сфере взрывов — потому Эрион его в команду и принял. — И еще бы с десяток фунтов гексогена… — пролепетал он почти восторженно.       — Ты для красоты или для практичности просишь? — хмыкнул Эрион, и Стелз встряхнул волосами, возвращая себе рабочий вид.       — Исключительно практичность, командир. Для увеличения навески и усиления деструкции, иначе может грозить лишь частичное разрушение с учетом материалов, которые Инсанаполис использует для укрепления своих объектов. А даже для отвлечения взрыв должен нести пользу, а не просто быть шумовой завесой, — деловито произнес Стелз.       — Ладно, уговорил, — обронил Эрион и выудил из кармана универсальное разрешение с его подписью и печатью. — Вот, иди к Вирту, только лично проследи за выдачей — он сегодня накосячил с медпакетами. Под твою ответственность, — предостерег Эрион и вручил разрешение Стелзу. Тот просиял, кивнул и ретировался так быстро, что Эрион и глазом моргнуть не успел.       И двинулся дальше по коридору. По пути выписал два выговора: один — дежурному, задремавшему между уровнями, один — бойцу из девятой ячейки, у которого недоставало кинжала в боекомплекте при сдаче амуниции. И на подходе к дверям наткнулся на Сэма.       — Передай Мире, чтобы проверила походное оборудование для выхода, — отдал он распоряжение до того, как Сэм успел открыть рот. Тот кивнул. — И пусть прихватит ремкомплект для паротранспорта, — добавил через плечо, переступая порог кабинета.       — Так точно, командир, — донеслось Сэмово из-за спины. — Тебя Сцилла искала, кстати…       Эрион резко затормозил, не дойдя до стола, и стремительно развернулся. Сердце мигом екнуло за ребрами — прямо радом с клубочком ниток и неизвестной деталью.       — Что-то случилось? — нахмурился Эрион, непроизвольно стиснув пальцы.       — Да нет вроде, — безмятежно пожал Сэм плечом.       — Ничего передать не просила? — приподнял Эрион бровь.       — Нет, — оскалился Сэм. — А ты чего так остро реагируешь? — протянул он, самодовольно скрещивая предплечья на груди.       — Ой, отвали, — отмахнулся Эрион и плюхнулся в кресло. — Так чего приперся?       — По той же причине, по которой, судя по недовольному бормотанию, содержащему тезисы «наглый волк» и «обед пропустил», тебя искала Сцилла, — хмыкнул Сэм и швырнул в Эриона пакетом сублимированной походной питательной массы. — В столовой подавали отменное рагу, но ты его профукал — жри теперь сухпаек, — добавил Сэм.       Эрион недоуменно моргнул, и в груди зашевелилось что-то теплое, тягучее. Сцилла искала его из-за пропущенного обеда — значит, сама в столовой побывала. А значит, пообедала. Хорошо.       — Спасибо, Сэмми, — усмехнулся Эрион и не глядя вскрыл пакет, на ходу доставая документы на сверку. — Принеси мне еще сводку от Талы по дистрикту Ферравис с точными геоданными, надо проверит проходимость лесов Раáр… — пробормотал он в спину удаляющемуся Сэму, посасывая жижу из пакета.       И через пятнадцать минут запрашиваемые документы уже лежали на его столе.       Провозившись с картами еще по меньшей мере часа два, — да, постоянно отвлекаясь на сопутствующие факторы вроде Тоби, Сэма, Миры и еще десятка человек, — Эрион все проверил, расчертил начисто и собрал для Ремиля готовый план маршрута. Потянулся, разминая затекшие от долгого сидения мышцы. Взглянул на наручные часы и довольно усмехнулся — все успел вовремя. Собрал бумаги и направился к Ремилю.       Ремиль просмотрел план молча, задержался на точке отхода у мельницы.       — Рискованно, — покачал он головой.       — Да, — согласился Эрион.       — Но быстрее, — задумчиво протянул Ремиль, отслеживая маршрут.       — Да, — просто кивнул Эрион.       — Если склон размоет? — поднял глаза на миг Ремиль.       — Уйдем через водоотвод, — показал Эрион озвученное на карте.       — Узкий, — прицокнул Ремиль языком.       — Поэтому группа идет без лишнего груза, — произнес Эрион.       Ремиль вперился внимательным льдом глаз.       — Потери? — приподнял он бровь.       — Не планирую, — отозвался Эрион.       — Никто не планирует, — фыркнул Ремиль.       — Поэтому я и проверил медпакеты, — усмехнулся Эрион.       Ремиль хмыкнул и поставил подпись.       — Утверждаю.       Эрион забрал бумаги и замялся на миг.       — Что еще? — бросил Ремиль, пододвигая к себе отчет по продовольствию.       — Не знаю, говорила ли тебе Лира, но Сцилла вчера фактически удвоила производительность зимней теплицы, — не без гордости произнес Эрион, хотя старался звучать ровно.       Ремиль медленно поднял взгляд, и так же медленно поползла вверх его бровь.       — Хорошо, — по итогу минутного размышления кивнул Ремиль.       Пытался выглядеть беспристрастно, но Эрион видел: он приятно удивлен.       — Первый урожай будет уже через неделю, — добил Эрион, и Ремиль еще сильнее попытался удержать сползающую с лица беспристрастность.       — Как удобно, — деловито заметил он.       — Очень удобно, — согласился Эрион.       — А кстати, — нахмурился Ремиль и провел ладонью по лежащим на столе бумагам, раскладывая их веером, — это до или после того, как Сцилла запугала новеньких одаренных? — достал он рукописную писульку — очевидно, чью-то жалобу.       — До, — хмыкнул Эрион. — И она их не запугивала. Просто встряхнула, — ухмыльнулся он, сдерживая прущее наружу довольство.       — Мне сообщили, что там прямо драма развернулась с рыданиями, принуждением и угрозами, — протянул Ремиль, вчитываясь в бумажку.       — Я там был, а вот драмы никакой там не было, — скептично вымолвил Эрион. — Одна их новеньких задела Сциллу. Сцилла ей ответила так, что новенькая разрыдалась. И велела остальным пить чай и быть благодарными Лире и Риану. Из угроз — только трудовая дисциплина посредством сбора помидор, — едва сдержал смешок Эрион. — Ничего критичного.       Ремиль усмехнулся и покачал головой.       — Ясно. Что же, в таком случае вопросов никаких. А Сцилле — благодарность за проделанную работу. Я подумаю, как ее за это поощрить, — кивнул он. — Можешь быть свободен.       Эрион кивнул и вышел в коридор. Глянул на часы и почти сразу ускорил шаг. Оставалось десять минут до ужина. Надо найти Колючку.       Если повезет — она окопалась в архиве. Если не повезет — придется искать ее по всему Убежищу, а она могла быть литерально где угодно: на холме, у Лиры, в тренировочных пещерах, в спортзале, на кухне, в подвале, на дереве, под деревом или рядом с чем-то, что категорически нельзя трогать.       Эрион усмехнулся. Рабочий день, наконец, перетекал в вечер и становился куда приятнее.

Сцилла

      Сегодня на обед — прекрасная рыбная запеканка: основа — тонкое тесто, на нем — нежнейшая белая рыба без единой косточки, густой сливочный соус, специи, зелень, ломтики помидор, сверху — кружочки картофеля. К ней — картофельный же салат с яйцом, маринованными огурцами и фасолью. На десерт — творожный пирог. Из напитков — ягодный морс. И все это великолепие Сцилла без особой охоты ковыряла вилкой, подперев щеку кулаком, и все поглядывала на вход в столовую.       Нахальный волк настолько занят в последние дни, что пропускает уже третий обед. Сцилла посчитала. И это почему-то страшно нервировало. Хотя не то, чтобы должно.       Раньше-то ей безразлично было, ест ли он, что ест и когда это делает. А теперь почему-то… бесит, что он носится целый день по своим очень важным делам голодный!..       Что этой махине завтрак да ужин?.. Ни о чем же. Он большой и сильный, и еды ему нужно много, чтобы таким и оставаться.       А еще… Сцилла скучала. Да, они виделись утром и вечером, и трижды в неделю — еще и на тренировках, и Эрион всегда приходил пожелать спокойной ночи, и после сорокапятидневной дистанции этого было с лихвой достаточно, чтобы восполнить накопившуюся тоску, но теперь стало… мало.       Хотелось видеть его чаще. Хотя бы и в обед. А он, видите ли, занят.       Нет, Эрион говорил, что сейчас и правда дел невпроворот, что они готовят важную миссию на седьмое февраля, но уже так-то четвертое — через два дня он вообще уйдет на поверхность, и неизвестно, сколько они не увидятся.       От этого тоска ноющая скручивалась тугим узлом, в центре которого — сжатое в тисках сердце, и зверек за ребрами тоскливо ныл на опережение уже, до разлуки.       Чушь какая. Но отмахнуться от этой чуши не удавалось. И когда по итогу пятнадцатиминутного ковыряния обеда, во время которых теплилась слабая надежда, что Эрион соизволит выделить время на поесть, он так и не вошел в столовую, Сцилла психанула, вышвырнула наполовину нетронутую еду в окно для принятия грязной посуды и решила действовать.       Так не пойдет. Нужно волчару накормить. В конце концов, что, ему можно носиться за ней со своей коршуньей кормежкой, а ей за ним — нельзя?       Ха, размечтался.       Сцилла уверенным шагом направилась в сторону выхода, первым делом определив задачу: найти его кабинет.       Так уж сложилось, что ей там бывать не доводилось, и выяснением его местоположения Сцилла как-то не озадачивалась — Эрион и так всегда маячил где-то рядом. Но ничего, сейчас она исправит эту нелепую оплошность.       Даже ходить далеко не пришлось — информатор нашелся почти сразу в лице входящего в столовую Стелза.       — Стелз! — окликнула Сцилла, и тот приветливо махнул ей рукой. Но насторожился, стоило подойти к нему поближе.       — Привет, Сцилла, — протянул он, всматриваясь в нее с прищуром, в котором отчетливо плескалось: «Что на этот раз она задумала?..»       — Мне нужна помощь, и ты мне ее окажешь, — выдала Сцилла просьбу с напором танка и тактом тактического оружия, отчего Стелз инстинктивно сглотнул и отступил назад.       — Я занят, мы готовимся к выходу, мне надо успеть пообедать… — принялся оправдываться он, но Сцилла прижала его к стенке и мило улыбнулась:       — Просто скажи, где кабинет Эриона, и все.       Кажется, «милая улыбка» все же вышла похожей на оскал, потому что Стелз опять побледнел, как и в прошлый раз. Ну, или ее эти улыбочки и правда действуют только на Эриона — ни на Стелза, ни на Иолая не срабатывало ни разу.       — Третий уровень, второй коридор налево, оттуда — в командный сектор, там — черная матовая дверь одна, не ошибешься, — протараторил Стелз, вытягиваясь так, будто Сцилла не взглядом его давит, а кинжалом у горла. — Если что, уточни у охраны командного сектора, они подскажут, — сглотнул он.       — Спасибо, — отозвалась Сцилла и отступила.       — Это в-все? — уточнил Стелз, расслабившись.       — Да, — кивнула Сцилла, хлопая ресницами. — Приятного аппетита! — пожелала она через плечо, направляясь обратно, к окну раздачи.       Ну, берегись, Эрион. Не отвертишься от обеда, хоть бы чем ты там ни был занят.       Понемногу тоску разбавляло раздражение, и эту смесь приправляла злость. Ходит он голодный, вы поглядите на него. Обеды пропускает, а ведь сам все уши прожужжал про важность полноценного трехразового питания! И когда — перед важной миссией, где ему силы пригодятся так-то в полном объеме! Если будет отказываться, Сцилла ему этот обед затолкает в глотку, применив удушающий, которому Эрион же не так давно ее и обучил.       Вряд ли получится всерьез его скрутить, но командиру-капитану явно будет накладно потом объяснять окружающим, что за нахрен с участием рыбной запеканки пронесся по его кабинету с шумом и криками.       Схватив порцию первого и салат, Сцилла зубами подцепила приборы — руками ведь Эрион кушать не будет, культурный — и проложила себе путь до кухни грозным видом и локтями по почкам.       Всех с пути. Ей надо накормить одного наглого волка.       Распахнув дверь ногой, Сцилла переполошила поваров и их подмастерий — все замерли, синхронно повернув к ней головы. Сгрузив на первый попавшийся разделочный стол свое добро, Сцилла выплюнула нож с вилкой и полезла в кладовую.       — Ты что делаешь?.. — протянул Рамон, безмятежно раскатывая тесто для булочек — он единственный, у кого работа продолжилась несмотря на явление Сциллы охреневшему персоналу.       — Мне нужна тара, чтобы упаковать еду на вынос, — пробормотала Сцилла, гремя содержимым кладовки.       — Бумажные пакеты и картонные контейнеры справа, — подсказал Рамон, и Сцилла его мимоходом поблагодарила.       Упаковала обед, вытребовала дополнительные два куска хлеба, причем не обычного пшеничного, а цельнозернового с семечками — Эрион такой любит, да и этот хлеб самый полезный и сытный. А еще — порцию творожного пирога, который на раздаче уже закончился — Рамон припрятал для себя, но Сцилла угрозами, шантажом и мольбами выклянчила, еще и заставила приготовить кофе в термос.       Собрала это все в один большой пак и гордо покинула помещение для осады бастиона командира в работе посредством еды. Благо, направление она уже знала.       По пути в командный сектор она пересеклась с Рианом и той одаренной девчонкой — кажется, ее зовут Дафна. И успела заприметить, что вышли они из предположительно кабинета Эриона — дверь черная матовая на уровне действительно одна. С Рианом Сцилла приветливо поздоровалась, а вот вслед Дафне недовольно прищурилась — что она тут забыла, в обители «монстров»-то?.. Но этот вопрос благополучно отошел на второй план, ведь первостепенная задача осталась неизменной, а Сцилла почти достигла цели под пристальными взглядами охранников, которые, однако, останавливать не стали — только кивнули в знак приветствия.       Остановившись на миг перед дверью, Сцилла набрала полные легкие воздуха, утихомиривая разволновавшееся отчего-то сердце, и, трижды прочитав серебристую металлическую табличку, гласящую: «Эрион Римморс. Командир-капитан. Заместитель главнокомандующего», уверенно постучала.       Ответ «Входите» последовал незамедлительно.       Распахнув дверь, Сцилла подняла ветер, ворвавшись внутрь, как ураган. Пронеслась прямо к столу, за которым сидел Эрион, склонившись над картами местности — он не успел и головы поднять — водрузила прямо на дистрикт Эшгрейн обед, на край стола — свой зад, и скрестила предплечья на груди, полыхая недовольством.       Эрион заторможено моргнул, глядя на пакет, а затем перевел хмурый взгляд на Сциллу. Сталь мигом обратилась мягким серебром.       — Колючка?.. — приподнял он бровь и неспешно выпрямился. — Это… что?.. — уставился он снова на пакет.       — Твой обед, — грозно бросила Сцилла. — Который ты пропускал три дня подряд.       Бровь Эриона поползла вверх интенсивнее, а остальное лицо его красивое удивленно вытянулось. Сам Эрион откинулся на спинку кресла, таращась на Сциллу, и уголок его губы дернулся.       — Ты… принесла мне обед?.. — уточнил он, явно сдерживая улыбку.       — Да, — вздернула Сцилла подбородок. — И я не сдвинусь с этого самого места, пока ты его не съешь, — заявила она, полная непоколебимости литейного станка, и забралась дальше на стол, забросив ногу на ногу.       Эрион таки улыбнулся. Широко, нахально, по-идиотски радостно. Засиял не хуже солнца в погожий день, отведя рассеянный взгляд чуть в сторону. Но вскоре вернул его к Сцилле — вернее, к той части, что сейчас была на его столешнице, ближе к лицу — и хмыкнул.       Серебро расплавилось окончательно и подернулось налетом ртути.       — Кхм, — издал Эрион неразборчивое, — я абсолютно не против, но Колючка, твой обворожительный зад примял свежие радиоперехваты, — чуть хрипло обронил он и ненавязчиво потянул за листы, на которые Сцилла уселась.       — Ой, — спохватилась она и приподнялась — совсем немного, чтобы выгрести из-под себя бумаги. Спихнула их на другой край стола и раскрыла пакет — аромат запеканки мигом защекотал ноздри. Достала приборы, салфетки, на них положила хлеб, сняла крышку с контейнера и придвинула к Эриону. — Ешь, — велела она и сунула ему в руку вилку. — А то остынет.       Эрион расплылся в довольстве и мазнул настолько теплым, тягучим взглядом по Сцилле, что дыхание на миг перехватило. Встряхнул плечами, уселся поудобнее и послушно принялся за еду, не переставая глупо улыбаться.       Дверь кабинета распахнулась, и Сцилла рявкнула, не глядя:       — У него обед!       На пороге застыл Сэм, вытянулся по струнке, перевел охреневший взгляд со Сциллы на Эриона и явно забуксовал.       — У меня обед, — оскалился Эрион. — Прости, Сэмми. Зайди минут через пятнадцать.       — Д-да, командир, — кивнул растерянно Сэм. — Я тогда и охране передам…       — Передай, — согласился Эрион и вернулся к деликатному разрезанию запеканки.       Дверь захлопнулась, и Сцилла выдохнула невинное «хм», оглядывая обстановку.       Кабинет Эриона отличался от кабинета Ремиля кардинально. Как минимум, цветом стен — у Ремиля все серо-черное, у Эриона же — бежево-молочное. Сам кабинет не такой большой, но и не тесный — просторный и компактный. Стеллаж с папками, принтер, радиоточка, пара тумбочек — все в шаговой доступности от стола, но пространство не захламлено. Все ровненько стоит, корешок к корешку, ни пылинки, ни соринки. Чистюля какой аккуратный — этот командир.       На боковой стене, над комодом-органайзером — пробковая доска с заметками на кнопках, напротив — проекционная карта Ксинарии. В углу, обособленном от остального пространства угловым же окном, за которым колыхались водоросли и проплывали стайки цветастых рыб — объемное раскладное кресло, обитое плотной тканью, напольный светильник на гибкой ножке, кофейный столик и оружейная стойка из красного дерева с мягкими подставками — на них покоились мачете, ножи и кинжалы. А чуть поодаль — небольшая навесная полка с книгами. У выхода — габаритная вешалка для снаряжения: на ней сейчас болтался тактический жилет, ременная система для клинков и массивная походная куртка. Рядом — обувная полка с несколькими парами берцев, начищенных до блеска.       Занимательно у командира в рабочем пространстве, однако. Даже жаль, что Сцилла раньше сюда не наведывалась.       И как же все здесь пропитано… им. Аромат будто в сами стены впитался, переливчатая аура-тьма клубится по углам, как у себя дома, а все помещение хранит тяжесть присутствия своего владельца, мгновенно обрушивающуюся на плечи увесистым покрывалом уюта.       Самое фонящее Эрионом помещение из всех, в которых Сцилла побывала. Плотнее и весомее может быть разве что в его спальне…       Ой. Что-то не туда мысли увело.       Переведя взгляд на Эриона, Сцилла довольно усмехнулась — он поглядывал на нее с едва приметной хитрецой, планомерно поглощая обед. Запеканка уже наполовину перекочевала в командира, который ел с явной охотой.       — Там салат еще картофельный, — спохватилась Сцилла и распаковала отдельный контейнер. — Давай, чтобы ни крошки не осталось, — постаралась холодно приказать, но голос предательски окрасился теплом. И нотками ворчливого недовольства: — Ну голодный же, того и гляди — контейнер проглотишь вместе с вилкой. Почему обедать не приходил?.. — пробубнила она, раскладывая рядом с какими-то наверняка очень важными бумажками на салфетке творожный пирог.       — Занят был, — отозвался Эрион и уперся щекой в кулак, не отрывая от Сциллы расплавленного текучим серебром взгляда. — Перед выходом много дел, пришлось перебиваться сухпаями…       — Никаких больше сухпаев, — нахмурилась Сцилла. — Тебе нужно нормально есть, тем более — перед миссией.       — Не всегда есть возможность выделить хотя бы полчаса на полноценный обед, — заметил Эрион, все сильнее растекаясь по столу.       — Значит, буду носить тебе обеды сюда, — отрезала Сцилла и потянулась за термосом с кофе. — И только попробуй не быть в кабинете в это время, — ткнула она в Эриона указательным пальцем с прищуром.       — Ты что же, волнуешься за меня? — пропел Эрион, еще шире улыбаясь, и засиял от того ярче.       — Не твое дело, — отмахнулась Сцилла, застигнутая врасплох этим вопросом. — Жуй давай, — приструнила она.       — Но мои обеды теперь — твое дело?.. — протянул Эрион с чуть насмешливой интонацией.       — Да, — невозмутимо ответила Сцилла. — Есть возражения по этому поводу? — приподняла она в его манере бровь.       — Никаких возражений, — понизил тон Эрион, отправляя в рот очередной по-дурацки ровно отрезанный кусочек.       — Вот и хорошо. Потому что возражения не принимаются, — гордо расправила Сцилла плечи.       Отвинтила крышку термоса, налила в нее кофе и бесцеремонно сама к нему приложилась, даже не задумавшись — взгляд приковала заметка на пробковой доске: «Истинные. Выяснить подробнее». Проскользив по стенам дальше, Сцилла заприметила небольшую полку, на которой расставлено что-то миниатюрное — стало любопытно, и она соскочила со стола, потягивая Эрионов кофе. Подошла ближе и присмотрелась: в самом углу теснились угловатые, резкие фигурки, похожие на капканы; кубы и многоугольники, тонконогие механические птицы и крошечные макеты техники из меди и олова. Но чем дальше вправо, тем мягче становились линии. Там поселился забавный еж с кучей серебристых игл, кактус, лисица, волк, замысловатая шипастая лиана, плетущаяся по узкой, хрупкой опоре, а рядом — совсем свежий, еще пахнущий канифолью цветок с раскрытыми лепестками. Возле них стоял на подставке паяльник с тонким жалом.       — Красиво, — обронила Сцилла, проводя пальцем вдоль фигурок. — Ты сам сделал? — с любопытством обернулась она на Эриона.       — М-г-м, — кивнул он, не отвлекаясь от жевания. — Когда нужно освободить голову — занимаю руки, отлично помогает сосредоточиться, — пояснил он, когда проглотил.       — А говорил, лютики-цветочки не любишь, — усмехнулась Сцилла, вернув внимание к изящной, ювелирной практически работе, ровненьким рядом расставленной на полке.       — Я говорил, что они приелись, — поправил Эрион, заканчивая с запеканкой. — А еще я говорил, что на многое пересмотрел свой взгляд, — добавил с самым невозмутимым видом.       — И что же так повлияло на бравого командира, что он настолько пересмотрел свои взгляды? — протянула Сцилла, подавшись ближе к полке — рассматривала ежа и кактус.       Как вообще возможно было припаять такие крошечные иголочки?.. С ума сойти!..       — Да так, кое-то колючий на голову свалился, с тех пор у меня сотрясение и переосмысление всей жизненной оси координат, — ответил Эрион, как ни в чем не бывало, и до Сциллы не сразу дошел смысл сказанного.       Увлеклась разглядыванием ежика.       Но когда дошло, медленно обернулась на довольного донельзя волка, и не сдержала ответной усмешки, рожденной глубоко внутри и давящей на ребра огромным шаром тепла и света.       Эрион как-то говорил уже, что у него сотрясение, и тогда Сцилла не поняла в полной мере, о чем он. А теперь обозначил, чем — вернее, кем — сотрясение вызвано, и это отражалось даже в его колючих фигурках.       Приятно. Радостно. Настолько, что аж легкие засбоили и сердце ускорило ритм.       — Ешь давай, — кивнула Сцилла на салат, — улыбается он сидит тут, — закусила губу, чтобы ее уголок не тянулся так высоко в отражении того, что изнутри распирало.       — Я ем, — безропотно отозвался Эрион и очень показательно продемонстрировал, как набирает салат на вилку и отправляет в рот, не прерывая зрительного контакта. — Сама-то поела? — приподнял он снова свою дурацкую бровь, и Сцилла скептично прищурилась.       — Ну очевидно же, что да — я же была в столовой, — закатила она глаза.       — Это еще не доказывает, что ты была там по назначению, — заметил Эрион.       — Ела я, — фыркнула Сцилла. — Не так много и не с таким аппетитом, как поела бы в твоей компании, и тем не менее, — протянула она с капризными нотками, и пришла очередь Эриона закатывать глаза.       — Принял, нужно организовать совместные обеды, — проворчал он.       Сцилла дохлебала кофе, налила еще и поставила перед Эрионом. Наклонилась к столу, уперлась в него локтями, подбородком — в ладони, и мило захлопала ресницами.       — Это теперь моя забота, твоя — только жевать и не умничать, — подтолкнула она его руку с вилкой в нужном направлении, и Эрион усмехнулся, так и не опуская свою бровь — не то удивленно, не то удовлетворенно, не то — все вместе, не поймешь.       — Какая смелая и бесстрашная Колючка, — хмыкнул Эрион. — Приказывать командиру в его же кабинете… — насмешливо протянул он, покачав головой.       — Ты мне не командир, — отмахнулась Сцилла и обошла стол, заведя руки за спину. — А я не твоя подчиненная.       — Не подчиненная ты однозначно, — многозначительно произнес Эрион. — А кто же я тебе?.. — подался он вперед, и даже вилку отложил. Вперился внимательной разжиженной сталью с налетом сизой окалины, и не переставал улыбаться.       — Сложный вопрос, — повела плечом Сцилла, шагая в сторону книжной полки. — Как минимум, наглый волк, которого нужно кормить.       — Чтобы приручить? — уточнил Эрион из-за спины.       — Чтобы не болел, — возразила Сцилла, вытаскивая первую попавшуюся книжку — это оказался сборник легенд Древней Ксинарии. — Волк очень самостоятельный, приручился давно без моих усилий, — безмятежно обронила она через плечо, и Эрион расплылся в еще большей улыбке.       — Справедливо, — согласился он.       И вернулся к обеду. А Сцилла перебрала все книжки на полке — там оказался какой-то справочник с непонятными словами, сказки, пара романов, мифы и народные предания, приключенческий рассказ, несколько детективных и один, но самый увесистый — про любовь, судя по паре на обложке.       Интересно.       Сцилла постаралась сунуть все на место, как было. Сильно сомневалась, что ей это удалось, но Эрион не начал возмущаться, так что Сцилла не очень-то этим озадачивалась. Затем плюхнулась в кресло — оно оказалось мягким и удобным. Выхватила со стойки короткий кинжал и принялась рассматривать — клиноподобное обоюдоострое лезвие, больше напоминающее форму округлой капли, отдавало голубизной и отполировано настолько, что можно в него, как в зеркало, смотреть.       — Не поранься, очень острое, — предостерег Эрион, приканчивая салат. — Гораздо острее, чем кажется.       — М-г-м, хорошо, — отозвалась Сцилла, сосредоточенно изучая рукоятку.       Интересный материал — не похож ни на дерево, ни на пластик. Черный, матовый, чуть поблескивает на свету, будто внутри серебристые блестки ловят блики. Или звезды выныривают из чернильного мрака ночи. Вдоль нижней части — какие-то закорючки выгравированы, а на плоской стороне — очевидно, клеймо изготовителя, похожее на цветок лотоса. Сцилла покрутила оружие в пальцах — лежит хорошо, удобно, не скользит, и, на удивление, очень легкое.       — Из чего рукоять? — спросила Сцилла, чуть ли не носом в нее уткнувшись.       — Композит на основе обсидиана, — отозвался Эрион, отставляя пустую тару из-под салата. — Чистая вулканическая порода слишком тяжелая и может колоться при боковом ударе. Оружейник перетер камень в пыль и спек его со сверхлегким полимером под прессом. — Скрипнули ножки по полу — то Эрион поднялся. Подошел ближе и мягко, но уверенно вытащил кинжал из пальцев прямо за острие, подбросил в воздух и подхватил за рукоять, продемонстрировав идеальный баланс.— Серебряные искры внутри — естественные кристаллы кварца, застывшие в лаве. Симпатично, и не скользит, — хмыкнул он и вернул клинок на стойку.       — Но он тут для красоты стоит при всей своей легкости и практичности, — протянула Сцилла, покачиваясь в кресле и поглядывая на Эриона снизу вверх.       — Это, можно сказать, трофейное оружие, — сдвинул брови Эрион. — Или подарочное… — задумался он. — История его приобретения несколько запутанная, но в общем и целом, я его не выбирал под свою руку, так что, — окинул он взглядом всю небольшую коллекцию, — в работе бывает нечасто. Зато радует глаз, — добавил он.       — Это ведь ручная работа? — обронила Сцилла. Эрион в ответ кивнул. — А лотос — печать оружейника? — в ответ — снова кивок. — Ты немногословен, — рассмеялась Сцилла.       — А что тут разглагольствовать? — хмыкнул он.       — Действительно, — согласилась Сцилла. — Тебя пирог еще ждет — вперед, за стол! — указала Сцилла направление, и Эрион со смешком подчинился.       Сел, отпил кофе и провел языком по кайме крышки термоса — отчего-то в жар от этого бросило. Сцилла заерзала, устраиваясь поудобнее. Наблюдала, склонив голову набок, как он деликатно надламывает пирог — до сих пор поражало и восхищало его умение так аккуратно есть. Отслеживала траекторию вилки. Как на ней смыкаются губы. Как начинают мягко, неспешно двигаться челюсти. Как приходит в движение кадык, когда Эрион сглатывает. Как прикрываются чуть веки, когда он оценивает вкус.       Завораживающее зрелище. У самой чуть слюнки не потекли. И совсем не из-за пирога.       — Хочешь? — покосился на нее Эрион, приподняв кусочек повыше. Сцилла заторможено кивнула. — Ну так иди поближе, — усмехнулся он, и Сцилла часто заморгала, прогоняя гипнотический флер своей внезапной придуренности.       — Это твой пирог, — насупилась она и ощутила, как стремительно краснеет.       — Да ладно тебе, ты же любишь все, что приготовлено из творога, — откинулся он на спинку кресла. — Не обеднею от того, что ты пару крох отхватишь. Да и я почти наелся, — заверил Эрион. — Иди ко мне, Колючка, — снова позвал он, глядя со своим фирменным нахальным прищуром, и Сцилла не смогла отказать.       Ни себе, ни ему.       Медленно подошла к столу и бесцеремонно уселась на подлокотник Эрионового кресла. Наклонилась к нему и открыла рот, внутренне полыхая задором с нотками щекотного смущения, но такого мизерного, что шансов взять верх у него попросту не было. Эрион расплылся в довольстве и угостил пирогом. Следующий ломтик съел сам. И эта дележка с одной вилкой волновала так же, как и ощущение Эрионового жара бедром, которым пришлось прижаться к его боку, чтобы поймать баланс на широком как для кресла, но узком для задницы подлокотнике.       — Сама голодная, а еще мне что-то предъявляла, — хмыкнул Эрион, когда Сцилла с охотой втянулась в процесс и жевала куда с большим энтузиазмом.       — Я не говодная, — возразила Сцилла с набитым ртом. — Вкуфно пвосто, — пробормотала, прикрываясь ладонью, чтобы ничего не полетело ни на Эриона, ни на его важные бумажки.       — Что же в столовой не управилась, раз так вкусно? — поделился он очередным кусочком со Сциллой. И наблюдал за ней с тягучим, ленивым интересом, лаская расплескавшейся по радужкам подвижной ртутью.       — С твоих рук вкуснее, — стрельнула она в него глазками и преувеличенно медленно стащила пирог с вилки зубами.       — Ах, вот оно что, — довольно оскалился он, не глядя отламывая ломтик для себя. — Я это учту.       — Ешь давай, счетовод, и мне давай, — поторопила Сцилла и дернулась вперед, из-за чего потеряла равновесие.       Взмахнула руками, округлила глаза, но хватка на талии сомкнулась быстрее, чем сработала инерция от движения — и гравитация резко сменила вектор: Сцилла рухнула, но не на пол, а на колени Эриона, причем с разворотом в правильное положение — спиной и полубоком к нему, а не носом в плечо.       — Ой, — только и вырвалось от неожиданности.       — Нетерпеливая, осторожнее, — мягко пожурил Эрион, усаживая Сциллу поудобнее. — На, — протянул он ей пирог, и она приняла без лишних размышлений.       Любые размышления, собственно, резко выветрились. Их заменило удовольствие от соприкосновения всей задней линией тела с Эрионом и его рукой, расположившейся на талии так, будто находиться там — самое естественное, что вообще может быть.       — Тебе же так… неудобно, — слабо воспротивилась Сцилла и попыталась приподняться, но без особой охоты.       Эрион предупредительно стиснул ее своей ручищей и удержал на месте.       — Мне очень удобно, — заверил он чуть хрипловатым тоном. — Сиди.       И Сцилла обмякла, не видя причин к дальнейшему сопротивлению. На его коленях уж всяко приятнее, чем на узком подлокотнике.       Пирог они прикончили быстро на пару, уже особо не болтая — только гляделки не прерывали, игриво соревнуясь в том, кто кого быстрее загипнотизирует. По крайней мере, так казалось Сцилле. И по итогу совместной трапезы Эрион сыто выдохнул и откинулся на спинку кресла.       — Спасибо, Колючка, — завибрировал его голос низким, темным янтарем. — Это был лучший обед в моей жизни, — чуть приподнял он бровь, придавая своей хищной, довольной донельзя морде налета невинности. — Первый и единственный в своем роде, — добавил он, мазнув взглядом по Сцилле, так и сидящей на его коленях.       — Но не последний, — заявила Сцилла, разулыбавшись.       — Очень на это рассчитываю, — хмыкнул он.       Подался вперед и взглянул на наручные часы, обдавая аурой тяжеловесного присутствия, как накатом горячей приливной волны, покалывающей тотальным расслаблением, отчего Сцилла мгновенно обратилась расплавленной медузой, как ни держалась.       — Увы, мне пора возвращаться к работе, да и у тебя перерыв заканчивается, — произнес Эрион, вжавшись в Сциллино плечо грудью.       — Совсем-совсем времени не осталось? — пролепетала Сцилла, прикрывая веки.       Как же, мать его, хорошо рядом с ним…       — У нас литерально… полминутки с учетом того, что тебе надо успеть подняться в разведцентр, — почти что на ухо обронил Эрион.       — Жаль, — вздохнула Сцилла. — Но вечером, я надеюсь, ты придешь ужинать? — обернулась она, столкнувшись с Эрионом нос к носу.       — Разумеется, — приподнял уголок губы он.       — Только попробуй не явиться, — собрала себя в кучу, пусть и с огромным трудом, Сцилла, и попыталась гневно прищуриться.       — Как я могу? — издевательски вздернул он бровь. — Ты еще не ушла, а я уже скучаю, — пропел, отчего дух перехватило, и Сцилла не сдержала усмешки.       — Наглый волчара, — фыркнула она и резко поднялась на ноги.       Но дрожащие коленки оказались херовой опорой, особенно, когда Эрион легонько потянул назад за край водолазки.       Сцилла плюхнулась обратно, и Эрион коротко, но сгреб в охапку, зарывшись носом в волосы на секунду.       И повело еще сильнее. Сцилла издала некий странный звук — что-то среднее между писком и кряхтением — и растеклась по Эриону желеподобной жижей.       — Все, иди, — шепнул Эрион натянуто. — А то вообще не отпущу.       — Наглый, нахальный, самоуверенный… — начала со смешком ворчать Сцилла, выкручиваясь из тисков объятия. — Я кому говорила — при себе руки держать?       — При себе?.. — с наигранным непониманием протянул Эрион. — Я думал, при тебе, — хохотнул он, послабляя хват, и Сцилла сумела-таки встать. И принялась собирать упаковки от еды.       — Не строй из себя дурачка, ты же умный командир, — фыркнула она беззлобно.       — Очень умный, — согласился Эрион с усмешкой. — А благодаря тебе — еще и довольный, и сытый.       — И хитрый, — зыркнула на него Сцилла через плечо, сгребая салфетки и прочий мусор.       — Да, — подтвердил Эрион с деловым видом, за что получил шлепок по плечу и взгляд, получившийся слишком уж ласковым почему-то.       — До вечера, хитрый волк, — не сдержала улыбки Сцилла. — Не опаздывай, — добавила, отворяя дверь.       Эрион отозвался смешком и кивком, забрасывая ладони за голову, и сполз по спинке кресла ниже, прежде чем пропал из поля зрения.       «Ты еще не ушла, а я уже скучаю», — стучало набатом пульса по вискам, и Сцилла не смогла скрыть довольную улыбку, шествуя по коридору.       И не могла не согласиться с этими словами, потому что и сама скучать начала раньше, чем дверь кабинета захлопнулась.       Скорее бы уже вечер.