Жемчужина

      Фэн Синь вернулся на корабль только поздней ночью. До этого он ни разу не проснулся, а Му Цин ни разу его не потревожил — сидел себе спокойно всё это время. Как на это надо было реагировать?       Фэн Синь тогда предпринял попытку резко подняться, но тут же упал обратно. А Му Цин издал короткий вскрик. Его волосы зацепились за чешуйку и, когда он поднялся, она оторвалась от хвоста. — Прости! — сказал Фэн Синь, попытавшись вновь подняться.       Его остановил Му Цин, который схватил его одной рукой за щёки, ногтями впиваясь в кожу. — Приподнимись. Медленно. — строгим тоном сказал Му Цин, смотря в упор.       Не отрываясь от янтарных глаз, которые казалось светились в темноте, Фэн Синь делает так, как ему сказали. Му Цин аккуратно вытаскивает чужие волосы из-под чешуек, морща носик при виде небольшой капельки крови на месте, где оторвалась одна чешуйка. — Зачем надо было резко вставать? Неужели я страшно красивый?       Да, ты страшно красивый. Нереальный. Но я просто был удивлён, что ты до сих пор тут, со мной. — Прости. — Фэн Синь неловко чешет затылок.       Му Цин тогда лишь фыркнул и, скомкано его поблагодарив за расчёску, быстро уплыл прочь.       Ветер сильно бушевал, поднимая огромные волны. ***       Пэй Мин всё крутится вокруг него, в милионный раз спрашивая, всё ли с ним в порядке. В милионный раз Фэн Синь отвечает, что да, с ним все в порядке. Он чувствует глоток свежей жизни. По крайне мере Фэн Синь не хочет сдохнуть.       Выйдя из каюты, Фэн Синь наблюдает, как остальные товарищи моют палубу. — Ты представляешь, сегодня ночью такие волны были огромные! — Говорит Пэй Мин, размахивая руками, показывая, какими большими были волны. — Как ты понял, что будут такое происходить на протяжении месяца? — Интуиция. — Отвечает Фэн Синь, собирая непослушные волосы в хвост. — Ты? И интуиция? — Мужчина скептически приподнимает одну бровь. — Ну, ладно. Не хочешь говорить — не надо.       Конечно, не хочу. Как я должен тебе сказать, что узнал это от Русала? Ты бы поверил? Хотя… Ты бы поверил, да.       Фэн Синь разворачивается на пятках, собираясь уйти с корабля. — Ты стал часто уходить. — Подмечает мимоходом Пэй Мин. — Любуюсь пейзажами. — О. ***       Горячий песок. Мягкий. Иногда покалывает. Приятно. Фэн Синь ходит по берегу босыми ногами. Длинные широкие штаны достигают песка и иногда развеваются на ветру. В руке он держит свою красную повязку. Лень её надевать на лоб.       Му Цин сидит в воде уже около десяти минут, наблюдая за одиноким пиратом. Удивительно, как он ещё не споткнулся, зарывая стопы ног в песке и продолжая так идти.       Как только Му Цин закончил свою мысль, как Фэн Синь тут же спотыкается обо что-то и падает. Сев, пират начал отплёвываться от песка, который каким-то волшебным образом попал ему в рот. Му Цин тихо смеётся, прикрыв рот ладонью. Глупый очаровательный пират. ***       Сидя на песке, Фэн Синь увлечённо и оживлённо рассказывает о забавных моментах из его жизни. Му Цин еле заметно улыбается, слушая эти глупые истории.       Такой открытый. Наивный. Глупый и очаровательный. Создаёт впечатление, что он придёт на помощь в любое время дня и ночи. Отдаст всего себя для близкого человека… Портит этот идеальный образ только то, что он пират. У Му Цина… Плохой опыт с такими, как он…       Фэн Синь закончил свой рассказ уже как минут пять. Всё это время он смотрел на Русала, на лице которого сияла еле уловимая улыбка. В следующее мгновение Му Цин словно просыпается ото сна. Он растерянно моргает, убирая высохшие пряди волос за ушные плавники.       На бледных щеках выступил милый розовый румянец, который Му Цин пытается скрыть, отвернувшись от пирата. Прочистив горло, он говорит: — Интересная у тебя…жизнь. — О? — Фэн Синь скептически приподнимает брови. — Ну, возможно… А у тебя что нового?       Му Цин горько улыбается. — Вот именно, что ничего нового. — он потягивает хвост к себе и обнимает «колени».

«Хотя, новое есть. Это ты…»

      Как же это всё сложно. Всего лишь из-за одного инцидента он перестал верить окружающим.       В страшных снах снится, как его не успевает спасти Тритон; как его на долгое время оставляют без воды, чтобы смотреть, как он мучается, как его кожа начинает трескаться, как чешуйки становятся сухими, ломкими; как продолжают заставлять плакать, чтобы из его глаз родились слёзы, из которых впоследствии образуются маленькие жемчужинки; как его всё-таки продают какому-нибудь жирному, жадному, просто отвратительному человеку… — На что ты злишься?       Из мыслей его вытаскивает тихий голос Фэн Синя, который едва касается тёплыми подушечками пальцем до его плеча. Пират выглядит обеспокоенным… — Как ты догадался, что я злюсь? — интересуется Му Цин, смотря в упор в орехового цвета глаза. — Ну, — Фэн Синь смотрит на ушные плавники, которые увеличились, на острые длинные когти, на выглядывающие клыки, — почувствовал… Что-то плохое вспомнил?       Му Цин с минуту молчал, пытаясь успокоиться. Не любит он злиться или испытывать к кому-то ненависть. Не хочет это чувствовать, но некоторые люди такие мрази. — Да, очень плохое. Просто ужасное. — Не расскажешь? — Фэн Синь подсел поближе.       И Му Цин рассказал. Сам не зная почему, но он это рассказал. До мельчайших подробностей, до испытываемых тогда эмоций.       Непонимание. Страх. Отвращение. Ужас. Ненависть.       После длинного рассказа повисла неловкая тишина. Му Цин думал, зачем он это сделал? Что теперь о нём будет думать пират? Уйдёт? Он не хочет, чтобы тот уходил. Не хочет. А Фэн Синь понятия не имел, что сказать.

«А меня ненавидишь?» Фу, как эгоистично. «Не все такие.» Что за бред вообще? Кто в это поверит? «Всё вскоре забудется.» Ничего не забудется.

      Так и не найдя, что сказать, Фэн Синь просто сидел рядом, плечом к плечу, и молчал. Хотелось обнять Русала, но вдруг руки откусит… А они ему ещё нужны.       Неожиданно слышится тихий смех. Фэн Синь в недоумении смотрит на Му Цина, который прикрыл рот ладошкой. Что происходит?.. — У тебя такое напряженное лицо было. — В итоге говорит Му Цин, положил голову на «колени». Он улыбнулся, прищурив глаза. — Спасибо, что не стал говорить какие-то глупые слова.       Фэн Синь безмолвно сидел и глупо смотрел на Русала. Он… Красив, бесспорно, но… Но сейчас…       Фэн Синь сглотнул вязкую слюну. Резкий наплыв странных и ярких эмоций заставляет задыхаться, бояться их… Что это за эмоции? Почему он их испытывает? Почему именно сейчас? Это что-то вроде… Панической атаки? Что это?..       Сердце бьётся. Очень быстро. Готовится проломить грудную клетку. Руки чуть дрожат… От страха или от чего-то другого, но хорошего, которое так яростно пытается заполонить его душу?.. Губы. Губы вмиг стали сухими… Нужно облизать их, чтобы было комфортно…       В следующую секунду голова пустеет. На губах что-то холодное, мягкое… И сладкое…       Му Цин держится за широкие плечи Фэн Синя. Хотелось сделать всего лишь невинное касание губ, но получился нежный, тягучий поцелуй. Давно забытые чувства взяли вверх над разумом… Он будет потом разжевывать свой поступок миллион раз, но это потом, а сейчас… Сейчас Му Цин мягко проталкивает язык в горячий рот.       Секунда. Две. Кажется, он облажался…       Но уже сразу после этой мысли, заставившей сердце сделать опасный кульбит, наконец-таки Фэн Синь отвечает на поцелуй. Медленно. Осторожно. Даже невинно. Словно какой-то подросток, впервые вкусивший плод любви.       Поцелуй хоть и продлился недолго, но был наполнен красочными новыми эмоциями. От переизбытка чувств кружилась голова… Оба отстранились, будто по щелчку пальцев. — Помоги добраться до воды. — Просит Му Цин тихим голосом, не смея поднять глаза от смущения.       Ничего не говоря, Фэн Синь бережно убирает волосы Русала, чтобы случайно не наступить и не сделать ему самому больно, после чего берёт на руки и идёт по уже давно остывшему песку к воде.       Когда вода закрывала половину ног, Фэн Синь осторожно опустил Му Цина. Русал в свою очередь быстро уплыл прочь, еле сдерживая глупую улыбку, которая отчего-то хотела отразиться на лице.       Фэн Синь с минуту простоял на месте, прикрыв рот рукой и, в отличие от Му Цина, широко улыбался.       Как же приятно ощущать, проживать эти неизведанные прежде эмоции… Жить… Как же хочется жить…