У меня стоит только на омег

      Му Цин медленно двигается, пока Фэн Синь борется с красными, как кровь, верёвками, которыми обвязаны его запястья к прутьям кровати. Му Цин крепко сжимает ногами бёдра альфы, чтобы тот не делал никаких движений.       Му Цин останавливается. Наклонившись, он сминает губы Фэн Синя медленно, тягуче. Фэн Синь рычит от того, что не может ничего сделать, пытается податься бёдрами вверх.       Му Цин гладит грудь альфы; короткими ноготками обводит соски вокруг, иногда задевая их. Фэн Синь вздрагивает.       Му Цин выпрямился, о чём-то задумавшись. Фэн Синь смотрит на выпирающие ключицы, которые не прикрыты белой оверсайз футболкой. Острое желание их прикусить, поставить засос, оставить укус, чтобы все видели и знали, что это ЕГО. Это МОЁ... Какие всё таки странные желания. Это можно объяснить обычным сексуальным влечением (наверное). Крепкие верёвки продолжают сдерживать его. Фэн Синь злится, что не может ничего сделать.       Му Цин приподнимается и спускается с кровати на пол, пододвигая к себе коробку. — Что ты там пытаешься найти? — хриплым от возбуждения голосом спрашивает Фэн Синь. — Кольцо. — Фэн Синь задерживает дыхание. — И твою любимую анальную пробку. — Не-не-не, давай хотя бы без кольца… — Так неинтересно… Или ты забыл, что моя месть ещё не свершилась? — Ну прости… — Нет.       Му Цин будет помнить всегда тот день, когда один придурок заставил его с резиновым членом в заднице пойти в университет, а потом как в раздевалке их чуть не застукали, ведь тому же придурку приспичило сделать ему минет (не, ну глубокий минет был хорош, чего таить, но!)       Му Цин растянул губы в гадкой ухмылке. Пришло время расплаты.       Фэн Синь выгибается; низко стонет, пока Му Цин сосёт его член и двигает анальную пробку внутри него, стимулируя простату. Что самое главное — Фэн Синь не может кончить из-за кольца, что одет на основание члена.       Желание излиться велико, но, чёрт, Му Цин, этот дьявол во плоти! Не даёт! — Дай кончить, а. — почти умоляет Фэн Синь, зажмуривая глаза.       Му Цин отрицательно замычал, посылая вибрацию по члену к основанию. Фэн Синь дёрнул завязанными руками.       Му Цин отстраняется, вытирая губы. Сняв кольцо с члена, он другой рукой продолжал двигать анальную пробку, наблюдая, как дёргается обильно сочащийся предэякулятом член. В экстазе Фэн Синь выгнулся в спине так, что был слышен хруст позвонков. Он обильно кончает, выпуская давно сдерживаемый стон.       Фэн Синь тяжело дышит, смотря в потолок. Му Цин вытаскивает анальную пробку, после чего тянется к верёвкам, чтобы развязать их, и «наконец-таки пойти домой», несмотря на своё возбуждение. Дождавшись нужного момента, Фэн Синь подминает под себя Му Цина, так долго ждавшего и желавшего этого. Злого Фэн Синя. До сих пор возбужденного Фэн Синя.       Фэн Синь ловит стоны и крики губами; хаотично шарит руками по дрожащему и желанному телу; грубо вбивается в горячее, хорошо растянутое нутро.       Эту ухмылку, это победоносное выражение лица хочется стереть и заменить на заломанные брови, приоткрытый рот или закусанную губу, зажмуренные глаза.       Тело в его руках извивается, словно змея. На лице всё та же ухмылка. Фэн Синь рычит. Наклоняется ближе, к губам. Лижет, кусает, терзает их. Слизывает с них кровь. Потом он будет извиняться за ранки на губах, но это потом. *** — Ты пойдёшь на вечеринку? — сонно спрашивает Фэн Синь, крепко обнимая Му Цина со спины. — Хм, не знаю. — Му Цин кладёт ладонь на руки альфы, слегка похлопывая, чтобы тот отпустил его. — Се Лянь пойдёт, но без Хуа Чэна. — трётся носом об плечо. — У того что-то с матерью случилось.       Му Цин хмурит брови. Се Ляня ничему жизнь не учит. Поразмыслив, Му Цин глубоко вздыхает и кивает головой в согласии. — Тогда я тоже пойду. — Фэн Синь покрывает плечо и шею лёгкими поцелуями. Отросшие волосы Му Цина щекочут лицо. — Отпусти. Там Мурзик голодный. — кусь в плечо. — Ай! Ты чего кусаешься? — Мстю за то, что назвал меня Мурзиком один раз. Му Цин смеётся: — Ну извини. ***       Втроём они заходят в шумный дом, в котором людей больше, чем в очереди в маленьком магазине. Их встречает Ши Цинсюань, которая после короткого разговора сразу же уводит Се Ляня. Му Цин и Фэн Синь остаются одни.       Они проходят в огромный зал, забитый людьми, даже не пытаясь найти друга (это бессмысленно). Уже почему-то пьяные люди смеются, танцуют, играют в «кто-кого-больше-перепьёт» — Как думаешь, есть в этих стаканах что-то? — спрашивает Му Цин, беря стакан с чем-то внутри.       Фэн Синь смотрит на жидкость, которая передвигается в стакане с каждым новым движением. А после на Му Цина. — Эм, там кроме алкоголя ничего нет. — Му Цин смотрит на него в упор. — Например, наркота? — Что? Нет. Откуда такие мысли? — Фэн Синь забирает кружку, соприкасаясь с пальцами Му Цина. — У тебя был такой… Плохой опыт? — Не у меня. У Се Ляня. — Му Цин прикладывает пальцы к губам. — Тогда Се Лянь просто сказал, что пойдет в дом к друзьям. Он долго не отвечал на звонки. Когда я приехал, он ещё не успел много выпить, но всё равно было трудно. Благо у него родители… Богатые. — Му Цин поджал губы, уставившись в одну точку, но он быстро пришел в себя и забрал стакан с рук Фэн Синя, залпом выпив. — Как долго вы знакомы? — задаёт давно мучавший его вопрос. Му Цин нахмурился, подсчитывая года. — Лет так семь.       Довольно долго. — А вы… — Фэн Синь приближается к уху, словно их мог кто-то услышать. — Вы встречались? — С-с чего такой вопрос?

«Ну, например, как только нас Се Лянь познакомил, вы, когда касались друг друга, краснели и неловко отдёргивали руки или отворачивались.»

      Му Цин уже хотел ответить, как на его спину запрыгивает Пэй Мин, весело хохоча. Му Цин же чуть не выронил пустой стакан. — Что тебе нужно? — раздраженно спрашивает Му Цин. — Пошли играть. — щебечет рядом с ухом. — Почему я? — пришлось отклонить голову, чтобы чужое дыхание не задевало ушко. Ему не нравится чужое дыхание. Не нравятся чужие руки, чужие тело. Фэн Синь рядом со злостью (почему-то) берёт первую попавшуюся бутылку и пустой, всё ещё чистый, стакан. Пэй Мин замечает резко переменившегося в лице альфу краем глаза, улыбка становится шире. Это выражение лица он знает как свои пять пальцев. — Потому что ты никогда не играешь с нами. Пора бы начать, не думаешь? — Слезь с меня.       В итоге Пэй Мин всё же уломал Му Цина поиграть с ними. Они и ещё несколько человек сидели в кругу, а Фэн Синь с Се Лянем рядом — решили не играть. По началу вопросы и действия были безобидными, но чем больше пили, тем более странные и обидные они становились.       Так Фэн Синь узнал, что у Му Цина раньше были длинные волосы, доходящие до поясницы; узнал, что он ухаживает за своими волосами и кожей (ему стало стыдно, что он этого не знал, хотя они столько раз были у Му Цина в квартире…); узнал, что раньше он таскал домой бездомных котят, вопреки «угрозам» матери их выкинуть; узнал, что он зарабатывает деньги на нескольких работах (вновь стыдно)…       После пошёл вопрос про отца Му Цина, на который он не стал отвечать и выполнил действие. Через некоторое время подошла очередь Пэй Мина задавать вопрос. И опять же он выбирает Му Цина, у которого уже дергается глаз. — Давай свой вопрос. — устало говорит Му Цин. — Окееей. — Пэй Мин сделал вид, что задумался. — Есть подтверждённая инфа, что вы с Се Лянем встречались. Мне интересна причина вашего расставания.       Фэн Синь, нахмурившись, повернулся к Се Ляню, который легко кивнул головой, неловко трогая нос. Фэн Синь вздохнул. Ну, наверно, причина в том, что просто чувства остыли? — А действие? — интересуется Му Цин. Он бы ответил на вопрос ложью, но падаль Пэй Мин чувствует её за километр. — Поцеловать меня.       Кто-то удивился, кто-то присвистнул. Се Лянь начал нервно щёлкать пальцами. Фэн Синь, понимая только то, что ему хочется ударить Пэй Мина, накрывает ладони Се Ляня, чтобы тот успокоился. — Окей. — равнодушно отвечает Му Цин и поднимается со своего места.       Пэй Мин сначала подавился своей же слюной — удивился; после его глаза загорелись предвкушением. Он с лёгкой улыбкой на лице следил за тем, как Му Цин идёт к нему.       Му Цин присел рядом с Пэй Мином, смотря на него светящегося счастьем. Он закатил глаза: — Боже, сделай нормальное лицо. — Как? У меня новый опыт, как тут не радоваться? — Пэй Мин придвинул к себе Му Цина, взяв того за талию. — Без рук. — Му Цин убирает чужие руки с талии. Пэй Мин взгрустнул.       Му Цин соприкоснулся с губами с другим альфой буквально на несколько секунд и отстранился. Но Пэй Мину этого мало. Он притянул Му Цина, надавив на затылок, после вплетая пальцы в мягкие волосы. Му Цин не отталкивает, хотя ему не нравится. Это не те губы, не те руки... Да господи, о чем ты думаешь?!       Реакция остальных была ожидаема — все достали телефоны и начали либо фотографировать, либо снимать видео. Фэн Синь в свою очередь сдерживал агрессию. Только на кого он злился больше всего… Фэн Синь не понимает.