У меня стоит только на омег

      После той вечеринки Му Цин стал замечать, что в Фэн Сине что-то меняется. Меняется, когда тот рядом с ним. Становится более…нежным, молчаливым, внимательно слушает, преданно смотрит (как бы странно это не звучало) и даже милым… Всё это было непривычно для Му Цина, от того и странно.       Му Цин шёл к дому Фэн Синя со спортивной сумкой, которую тот забыл в университете, думая об изменившемся поведении альфы, когда он рядом с ним. Фэн Синь стал более спокойным, старается узнать Му Цина получше, пытается заботиться о нём. Это было ново для него, потому что никто, кроме любимой матери, не проявлял заботу.       Впереди показалась баскетбольная площадка, специально огороженную, чтобы мяч случайно не попал по прохожему. Му Цин много раз здесь проходил, но только сейчас видит, как альфа играет в баскетбол с детьми. Му Цин садится на скамейку, внутри площадки, наблюдая за игрой, где все смеялись и улыбались, но он смотрел только на одну особо яркую и широкую улыбку, от чего уголки губ сами поползли вверх.       Через некоторое время дети повалили альфу на асфальт. Му Цин лишь покачал головой, беря в руки и сумку, и оранжевую толстовку, лежащую рядом, после чего пошёл к весёлой компании. Фэн Синь заметил его с самого начала, но прерывать игру не стал, чтобы не огорчить детей. Он встал с асфальта, смущённо потирая нос. — Надевай. — бросая толстовку в лицо альфе, скомандовал Му Цин. — Мне жарко. — обиженно пробурчал Фэн Синь, поймав свою вещь. — А на улице ветер холодный. Заболеешь, кто лечить будет? Уж точно не я.       Фэн Синь хитро стрельнул глазами. Заметив это, Му Цин фыркнул, обнимая себя. Надевая толстовку, Фэн Синь говорит: — Ты мог бы позвонить. — Ты не отвечал.       Альфа пошарил по карманам. — Извини, телефон дома оставил. — Фэн Синь виновато улыбнулся, потирая нос. — Спасибо, что принёс мою сумку. — забирает её с рук Му Цина. — Не за что. Всё равно пришлось бы идти к тебе домой. Я забыл свои —       Внезапно ногу Му Цина обхватила пара рук. Опустив взгляд, он видит улыбающееся личико мальчика, который выдаёт: — Вкусный запах! — А… С-спасибо.       В нос ударил приторно-сладкий запах, от которого Му Цин чуть сморщил носик. Это действие не осталось не замеченным Фэн Синем, у которого улыбка застыла на лице. — И сколько же тебе лет? — спрашивает Му Цин у маленького омежки, лохматя его волосы. — Мне десять! — О, какой большой уже, да? — Да! — Так, ребята, время уже позднее. Давайте по домам. — привлёк к себе внимание Фэн Синь, хлопнув в ладоши.       Оба альфы смотрели, как дети расходятся. Когда они остались одни, Му Цин позволил себе хорошенько чихнуть, положив руку на плечо Фэн Синя в качестве опоры. — Му Цин, ты чего? — О боже… — снова чих. — Твою мать, мой нос! Пошли скорее, нет, стой.       Му Цин обнял альфу за шею, уткнувшись носом в пахучую железу под подбородком, вдыхая запах хвои (нет, это целый лес, по которому гулял он в детстве). Фэн Синь не знал, что ему делать: обнять в ответ или лучше не надо. Альфа хотел было положить руки на спину, как ощущает горячий воздух на шее — Му Цин облегчённо выдохнул. — Мне уже лучше. Давай побыстрее дойдём до твоего дома. Таблетки выпью, которые забыл вчера. — Хорошо.       На полпути к дому, Му Цин вновь начал чихать, а глаза покраснели. — Всё, щас сдохну! — Не надо!       Стоя в очереди в аптеке, чтобы купить таблетки, иначе он так не выдержит, Му Цин прижимался к железе, чтобы унять зуд в носу. Удивительно, но запах альфы успокаивал. — Ну как, полегчало? — спрашивает Фэн Синь, смотря на то, как Му Цин трётся щекой об его плечо. — Да. Мне намного лучше. — Хорошо, тогда… Ко мне?       Му Цин утвердительно кивнул.       Фэн Синь шёл рядом с Му Цином. Пальцы касались друг друга, и у альфы было дикое желание переплести их. Хотелось не только этого: крепко обнять и оберегать, но разве Му Цин разрешит? Фэн Синь указательным пальцем дотрагивается до костяшек, но тут же отдёргивает руку, пряча её в карман, пока Му Цин, поджав губы, складывает руки на груди. — Дети до 12 лет не чувствуют никаких запахов. — тихо начинает Фэн Синь. — Но ему 10… — Только в одном случае дети чувствуют запахи. — Да, но… Как так? У тебя аллергия на все сладкие запахи… — Мать-природа что-то напутала, и теперь я не смогу быть с моим предназначенным. — Что даёт эта истинность? — Ничего. Только проблемы. — Почему ты так считаешь? — Истинность… Словно решает за тебя, с кем тебе быть, дав более насыщенней и желанней запах оппонента. Я считаю, что истинность бесполезна. — …Что будет с ребёнком? — Не знаю. — Му Цин пожимает плечами. — Он на целых 12 лет меня младше, а также на его запах у меня жуткая аллергия. Только таблетки помогают. — А мой запах тебе правда?.. — Фэн Синь замедлил шаг, задав этот вопрос.       Ему действительно было интересно правда ли то, что другому альфе нравится его запах, ведь как только Му Цин прижимался к нему, то сразу расслаблялся, дышал ровнее, но Му Цин проигнорировал вопрос, продолжая говорить о своём: — Мне в первый раз в жизни сказали, что мой запах вкусный. Это максимально странно, потому что абсолютно всем от моих феромонов на языке появлялась горечь, в самых редких случаях они ощущали свежесть. — А мне… — Фэн Синь останавливает Му Цина, схватив того за рукав ветровки. — А вот мне правда нравится твой запах… Он для меня сладкий… Я хочу вдыхать его каждую секунду, наслаждаться им.       Му Цин старается выдернуть рукав из захвата, но оказывается в крепких объятиях, из которых, казалось, не выбраться. Он предполагает, о чём будет речь, но не хочет слышать это. — Чтобы понять, что человек перед тобой твой предназначенный, можно просто по запаху. Он для тебя будет самым лучшим, самым вкусным. Ты будешь ощущать, что зависишь от этого запаха. Ты будешь желать его снова услышать. Без него ты ничто. — Фэн Синь, замолчи… — Му Цин надавливает на плечи альфы, но не прикладывает большей силы. — Скажи мне, я брак? Потому что всё это я ощущаю на себе из-за твоего запаха освежающей мяты. Му Цин.       Названный отворачивает голову. Он знал, что такой разговор случится. Он не был готов к нему. — Я противен тебе, да? Заставляю трахаться со мной. — Нет! Ты мне не противен… — Тогда, что ты скажешь о моём запахе? — Он…       Му Цин не мог подобрать слов, чтобы описать. Он в принципе не хочет говорить. Ему больше нравится показывать действиями, потому что так всё намного чувственнее. Где-то позади Фэн Синя шёл человек, но Му Цин не стал заострять на нём внимание. Он положил ладони на мягкие щёки Фэн Синя, притягивая к себе для нежного поцелуя. Фэн Синь застыл как вкопанный, ни отталкивая ни отвечая. — Что-то не так? — настороженно спросил Му Цин. — Нет… Нет, ничего.       Фэн Синь, положив руки на талию Му Цина, прижал к себе, впиваясь в желанные губы, сразу углубляя поцелуй. Му Цин обнял альфу за шею, переплетая языки в хаотичном танце, где оба старались успеть за другим, где оба задыхались от вырывающихся наружу эмоций, где оба хотели держать друг друга в руках и не отпускать, крича при этом: «Моё!»       Прохожий, увидев, что парочка, где оба альфы, целуются, чуть не выронил свой дорогой телефон из рук. Быстро пройдя мимо, он судорожно пытался кому-то рассказать об увиденном, что его потрясло. ***       Му Цин слушал размеренное сердцебиение Фэн Синя, пока тот перебирал пряди его волос, прижавшись губами к макушке. Вырвавшаяся наружу нежность была столь неожиданна. Му Цин к такому не привык: чтобы самому проявлять нежность, а если к нему, то это отвал всего, это что-то нереальное. Не привычное. Странное. Неправильное (или нет?).       Фэн Синь прикладывает прядь волос к носу, вдыхая запах шампуня и чего-то ещё, возможно, маски? — Такие хорошие волосы… А ты их когда-то постриг. Почему?       Му Цин ложится поудобнее. — Ну… Ссора. — С кем?       Му Цин вздыхает. Вновь нужно открываться людям. Но разве это плохо, если этот человек — Фэн Синь?       А если Фэн Синь притворяется? А если эта нежность просто так? Чтобы поиграться с ним.

«Нет, такого не может быть. Верно?..»

— Ссора с мамой. — всё-таки решился Му Цин. — После окончания старшей школы я хотел сразу же поступить в университет. Но денег не хватало на учёбу. Мама предложила один год подождать, но я не мог. Я хотел тут же подать документы на обучение. — Му Цин водит указательным пальцем по груди Фэн Синя. — В итоге я много чего ужасного ей сказал тогда, отрезал волосы в порыве гнева и уехал. — обнимает Фэн Синя крепче. — Я её бросил одну в глуши. Больную. — И вы даже не созванивались? — Му Цин отрицательно замычал.       Это ужасно, когда родные ссорятся. В голову Фэн Синя пришла идея. Му Цин должен согласиться. Он уже несколько раз проговорил фразу в голове и готов был сказать, но из его рта вырвалась совершенно другая фраза: — Я люблю тебя.       Кажется, Му Цин перестал дышать. Он приподнимается, ошалело смотря на Фэн Синя, который только что испытал 2 инсульта, ведь не это же он хотел сказать… — Что? — на выдохе произносит Му Цин. — Я говорю, мы можем навестить твою маму. Ты ведь этого хочешь. — вот, что он хотел сказать. — Нет, до этого!.. — Н-не помню. — Фэн Синь предательски заикнулся.       Му Цин порозовел щеками и мочками ушей. Чтобы это скрыть, он спрятал лицо, уткнувшись им в шею альфы.       Как реагировать? Как понять, что это правда, а не просто сказанные на ветер слова? Что делать?       Мама… Да, надо к ней съездить…