Убежище

На дворе стояло тёплое, жаркое 5 июля. Солнце изо всех сил радовало детей своим теплом. Облаков на небе давно не было —видимо попрятались от невыносимой жары. Редко подвывал небольшой ветерок. Приятно обдавая своими холодными порывами, он снова скрывался в глубину леса. За окном, на главной площади, резвились дети. Они, смеясь во всю, играли в догонялки. И, возможно, среди них могла бы быть и Василиса. Но девочка замерла посередине комнаты и не могла заставить ни часть своего тела двигаться. В голове бешено бегали одни и тебе же мысли, что громко и нервно кричали, звали на помощь: «Черт! Только не Мортинова». Василиса быстро пробежалась по комнате волнующим взглядом в поисках укромного места, где можно переждать пока Мортинова уйдёт. Беседовать с Еленой ей точно не хотелось, поэтому она вглядывалась в каждый предмет, что может послужить Василисе временным убежищем. «Тумба. Нет, не пролезу. Стол. Нет, слишком маленький — будет видно. Шкаф. Вот бы он был открыт…» Не долго думая, Огнева рванулась в сторону шкафа. Шаги все приближались ближе к двери. Голоса стали громче и отчетливее. — Я слышала, что это маленькая дрянь отсиживается в мастерской Лазарева. Нужно успеть до прихода этого ремесленника, — Елена громко рассмеялась, да так, что у девочки по всему телок пробежали холодные мурашки. Стало страшно. Сразу понятно, что Елена собирается не чай пить с ней. Открыв деревянную дверцу с прорезями, Василиса увидела, что весь шкаф закидан пледами и подушками. Это послужит ей только на руку. Нырнув в них, девочка накрыла себя парочкой шерстяных одеял и прикрыла за собой дверь. Стало темно. Лишь через маленькие дырочки в дверце проникал легкий свет. Василиса никогда не боялась темноты, но сейчас тьма, в которой находилась черноключница стала ужасно многозначительна. Казалось, в нескольких сантиметров от лица черноключницы на неё смотрели огромные глаза. Глаза, жадно прищуриваясь, улыбались, тем самым пугая девочку ещё больше. Послышался скрип дверей. Василиса глянула на стенку шкафа, около которой только что были страшные глаза. Они пропали, но зато Елена была уже в комнате. Затаив дыхание, Василиса тут же засунула голову поглубже в одеяло, как только смогла. По комнате кто-то ходил. Это была не только Елена. Шаги слышались в разных концах комнаты. Одни из них были грубее. Глянув в узкую прорезь шкафа, Василиса увидела высокого, широкоплечего мужчину. Он был брюнет с темно-карими глазами. Кажется, девочка видела его впервые. Одет мужчина был в строгий чёрный смокинг. На первый взгляд казалось, что он пришёл праздновать свадьбу. — Где эта шавка? — зло прошипела Мортинова, заставив Василису ещё сильнее вдавиться в мягкую ткань постельного. — Я знаю, что она здесь. Или успела выскочить куда? — Не знаю, госпожа Мортинова, — Послышался тяжёлый мужской голос. Черноключнице он показался особенно грубым и требовательным. Даже тверже чем у Нортона-старшего. Впрочем, она не знает сколько ужасных сторонников у Елены. Вероятно, даже сама Елена не знает. Шаги резко прекратились. Голоса тоже перестали быть слышны. Василиса облегченно выдохнув, на миг приоткрыла дверцу шкафа, чтобы оглядеть комнату. Та предательски громко скрипнула. Совсем рядом послышался довольный голос Елены. Дверь в шкаф резко распахнулась, на секунду ослепив Василису светом. Кто-то потянул её за волосы. Больно, неаккуратно. Это был никто иной, как Елена. Она злорадно улыбалась и смотрела лишь в глаза Василисы. Девочка, еле сдерживая растерянность и страх в глазах, тоже решила поднять взгляд на неё. Это была все та же Елена Мортинова, что и раньше. Длинное, облегающее платье до пола, украшенное синими самоцветами. Камушки ярко блестели, переливаясь на солнце. Замудренная прическа, в которой красовались несколько цветков белой розы. На шее висело жемчужное ожерелье. Лицо блестело от плохо скрытой косметики, а на губах сразу бросалась в глаза ядовито-красная помада. Елена зло окинула Василису взглядом и, усмехнувшись, схватила девочку за ухо. Мужчину Василиса, как и предполагала, видела впервые. Он очень напоминал черноключнице Мандигора, но у него были густые длинные волосы. На шее, поверх костюма, красовалась чёрная бабочка, которую Василиса не сразу заметила. Мужчина вежливо открыл девушкам дверь и, дождавшись когда Елена вытянет Василису в коридор за уже раскрасневшееся ухо, вышел сам.

***

Ухо ужасно жгло, а Мортинова, видя как кривится от боли Василиса, лишь больше на него давила. Страх с нотками ярости и желанием зачасовать Елену накрывали Василису с головой. Но для своих мстительных желаний она находилась немного не в выигрышном положении. Теперь, когда рядом нет ни отца, ни Миракла, ни Константина Лазарева непонятно что может сделать с ней Елена. Елена, что никогда не питала к девочке нежных чувств. Та, что пыталась зачасовать её, да и не один раз. За спиной Мортиновой все ещё шёл человек в смокинге. Он не глядел на девушек. Его взгляд был направлен на собственную обувь, будто ему было стыдно за участие в похищении дочки Огнева. Василиса тоже взглянула на его ноги. Обычные чёрные туфли с заострёнными носами были до жути вымыты, на них не было и миллиметра грязи. — Куда вы меня ведёте? Вот-вот появиться Константин Лазарев! — Мигом опомнилась Василиса и стала вырываться из цепкой хватки Мортиновой, но та крепко держала девочку и, в доказательство этого, схватила Василису за волосы. Прядь рыжих волос тут же оказалась в руке Елены и потянула все тело Василисы в сторону. — Это неважно. Они придут нескоро. А это значит, что мы можем немного попутешествовать, — натянуто улыбнулась Елена и, кинув быстрый взгляд на человека в костюме, еле видно кивнула. Мортинова остановилась около какой-то деревянной двери. Она была самая обычная, каких много в Лазоре. Когда светловолосая девушка дернула ручку, Василиса увидела ванную комнату. Ничем не примечательную ванную комнату. Вот стояла большая, немного грязная ванная. А вот умывальник и небольшой шкафчик с зеркалом, в котором были видны разные полотенца. Чуть дальше стоял туалет и большая стиральная машинка. Ее размеры настолько удивили девочку, что та подметила, что там с легкостью поместились бы они с Еленой. «Вот бы Мортинова не утопила меня в стиральной машинке. А ведь она может». — подумала Василиса, с презрением оглядывая Елену с ног до головы. Но Мортинова потянула черноключницу совсем не к стиральной машине. Подойдя к небольшому зеркалу, она вытащила часовую стрелу и начала водить ею по поверхности зеркала. То начало колебаться и засветилось красным цветом, словно подсветка. Первой в переход скользнула Елена, потянув с собой и Василису. Оглянувшись по сторонам, незнакомый мужчина последний прошёл через зеркало.

***

Василиса упала на пол. Еле успев подставить руки, она спасла своё лицо от столкновения с полом. Стало тяжело дышать. В глазах темнело, поэтому ей понадобилось пару минут, чтобы оглядеть комнату, в которой находилась. То, что она обнаружила повергло ее в шок и заставило сердце бешено пульсировать в груди. Это был Змиулан. Василиса находилась в замке самого злейшего врага, от которого долго пряталась. Совсем одна, без родных и друзей. Она лежала на полу, около дивана, в той самой Зале, где Василиса сама перешла в Расколотый Замок. Вся та же комната с часами, в которых человечки-жакемары ударяют друг друга по голове молоточками. Василиса точно знала, что комната защищена тяжёлой дверью и выйти отсюда так просто не получится. Осмотревшись по сторонам, она обнаружила, что находится в помещении одна. Елена и человек в смокинге куда-то пропали. От этого Василиса ещё больше съежилась на полу. Конечно, их присутствие очень настораживало, но оставаться одной в Змиулане Василиса точно не хотела. Сил почти не было, хотя ещё с утра она была готова свергать горы и пробежать десятку кругов на стадионе. Дверь в комнату начала открываться с громким скрипом. Не успев обдумать свои действия, Василиса быстро накрылась крыльями и про себя произнесла своё часовое имя. «Василёк». В комнату зашёл Рок. Всё такой же худой, высокий и неприятный. Он ничуть не изменился. Хмурое, горбоносое лицо, черные, всклокоченные волосы и сутулая осанка заставляли вздрагивать Василису каждый раз, когда этот человек смотрел ей в глаза. Он отстранённо смотрел на часы с человечками-жакемарами и тихо произнёс: — Я вижу тебя. Не глупи. Василиса быстро раскрылась крыльями и спрятала их обратно. Теперь даже не получится скрыться, а ведь это ещё не Великий Дух Осталы. — Для чего только я не рассказал отцу ваше местоположение? Ты ведь все равно умудрилась попасться, — как бы для себя произнёс сын Астрагора, хмуро сжав губы гармошкой. — Елена. Она схватила меня. Ты можешь помочь мне? — с мольбой посмотрела на него Василиса, но, уловив строгий и холодный взгляд Рока, тут же умолкла. — Меня это не волнует, но раз Великий Дух Осталы добрался до тебя — доберется и до остальных. — с каждым словом Василиса все мрачнела и мрачнела. На глазах подступали слезы, но девочка твёрдо решила стоять на своём и не показывать слабину перед Роком. Тот вздохнул, оглядел ее взглядом и молча удалился. — Ещё встретимся, — кинул он на прощанье. Василиса осталась одна в комнате. Теперь ей стало по настоящему страшно, и не только за себя, но и за друзей. Ведь действительно, Астрагор всего лишь посмотрит её прошлое и узнает координаты местоположения ключников. И тогда они все будут сидеть в одной камере в подземелье Змиулана, а может и в разных. «Эх вот бы сейчас Фэш был бы здесь. Он то знает как создавать ложную ветвь прошлого. Ведь как умело он «изменил» мое прошлое, когда я летала в Цапфу, чтобы отдать стрелу Дианы Нику». Грустно вздохнув, черноключница подумала о друзьях. Она очень скучала по ним. Василиса заползла на диван, что стоял рядом с ней и, горько заплакав, уснула.

***

Утро в убежище началось поздно. Все обитатели мирно спали до полудня. Вчерашний разговор, когда ключники, обсуждая поход Василисы и Маара на Эфлару, просидели на кухне до ночи, взял своё. Первыми проснулись Диана, Маришка и Дейла. Девочкам не спалось из-за ужасных храпов друзей. В комнате Ордена Дружбы разбудил фею Ник, что ужасно громко сопел прямо у неё под носом. (Кровать Ника находилась справа от кровати Дианы и имела очень короткое расстояние между друзьями). А вот Маришке с Дейлой не дал выспаться Норт. Мальчишка постоянно что-то бормотал во сне, отчего становилось и смешно, и страшно одновременно. Но по лицам девушек нельзя было сказать, что их это сильно забавило. Сделав всем малиновый чай, недавно проснувшиеся уселись за небольшим столиком на кухне. Погода стояла хорошая. На небе не было и тени серых туч. Цветы, что росли чуть поодаль дома Гребневых приятно колыхались от прохладных порывов ветра. Где-то вдали слышались голоса людей. Возможно, это жители деревни пошли по раньше в лес за грибами и ягодами. Хотя если посмотреть на часы, что стояли на столе, около Дейлы, можно увидеть яркие цифры «11:09». Несмотря на поздний час, девочки сонно зевали и потирали недавно открытые глаза. В окна маленького домика струились солнечные лучи, что так и светили девушкам прямо в глаза. На миг зажмурив их от яркого света на улице, фея перевела взгляд на Маришку с Дейлой. Те бурно обсуждали Остальскую одежду, то и дело кивая в согласии. Снова захотелось спать. Глаза начали медленно закрываться, все больше и больше тяжелея. И фея сильнее сжала в руках кружку горячего чая. Сделала один небольшой глоток и почувствовала приятный вкус малины. Эти ягоды растут летом на далёкой долине в Чародоле. Диана часто летала туда и наслаждалась тёплыми деньками. Но сейчас она здесь, в каком-то убежище на Остале, а её подруга совсем на другой планете, откуда пару недель назад убежали ключники. «Нет, так не пойдет. Нужно выручать Василису и Маара, а не сидеть сложа руки. Здесь куда безопаснее, чем на Эфларе. Да и мы здесь все вместе, хоть и не совсем сплочённой командой, но нас много — а значит все получится». — Нужно идти спасать Маара и Василису. И времени у нас немного, — решительно произнесла фея и поднялась из-за стола. Посуда от резкого движения звякнула, а ложка и вовсе упала на пол, громко стукнувшись об плитку. Голос феи заставил весело щебечущих Маришку с Дейлой замолчать и взглянуть на говорящую. В глазах Маришки промелькнуло беспокойство и доля любопытства. Отодвинув кружку чая подальше от себя, всем видом показывая, что аппетит у Хрустальной ключницы совсем пропал. А вот в глазах Дейлы не было и капли страха. Были в них какие-то противоречия к словам Дианы. Между тем, фея заинтересовано смотрела куда-то в окно, словно наблюдала недавно вышедший фильм в экране телевизора. Она продолжила, тяжело вздохнув. — Время сейчас не на нашей стороне. — Я вообще не понимаю, зачем её спасать? — выпрямляясь и, тихо привстав со своего места, тут же поравнялась с феей Дейла. За время пребывания в убежище отношения с Василисой у неё наладились: Дейла стала чуточку меньше желать сестре зла, но рисковать своей жизнью ради неё была ещё не готова. — Нам же сказали: она со взрослыми. Там наверняка будет Астариус, Миракл, Константин Лазарев, ну и, конечно, отец. Они точно не дадут ей попасть в беду. — Нет. Что-то точно произошло. Я это чувствую. А если Мортинова нашла её? — всё стояла на своём Диана. Бедная Маришка, что пыталась понять хоть слово из их диалога и разобрать о чем они так бурно говорят, сидела сложа руки в замок. Ей стало страшно. Но страшно не за Огневу, не за Маара. Она боялась Духа Осталы и Елены, что будут весьма рады добраться до бывшей лучшей ученицы Мортиновой. С того момента, как Резникова приняла самое важное решение в её жизни прошёл уже месяц, но кошмары не покидали девочку ни на одну ночь с того самого дня. Вокруг что-то оживленно твердели Диана с Дейлой, но Маришка не могла определить спорят они или смеются. Откинувшись на спинку деревянного стула, Хрустальная ключница вспомнила тот роковой день, после которого её жизнь кардинально изменилась: «Недавно наступило лето. Солнце уже входило во вкус и безжалостно жарило людей, словно яичницу на сковородке. Ученицы школы Светлочасов собирали чемоданы, а некоторые уже покинули Рубиновый Шпиль. Маришка сидела на кровати и осматривала содержимое чемодана. Она перепроверила у себя в голове уже третий раз все вещи, но ей все равно казалось, что она что-то забыла. «Черный топ — есть. Розовое платье — тоже есть. Серая кофта — лежит. Зеленое коктейльное платье — есть. Телесная кофточка с белыми жемчужинами — нету. Так, где же она?!» Обегав всю комнату кругом, Маришка грустно вздохнула и снова присела на кровать. К глазам подступали слезы грусти. Ей так нравилась эта кофточка. Не в силах сдерживать водопад горьких слез, Маришка уткнулась носом в подушку и заплакала. Возможно, девушке было все равно на эту глупую кофту. Дело в том, что столько всего накопилось: родители Резниковой стали чаще ссориться и подумывают о разводе, ничуть не скрывая это от Маришки, Марк все больше отдалялся от их компании, придумывая всякие отговорки, а вот Норт, наоборот, вечно под руку лезит! Ни шагу не успеешь ступить — сразу прибежит Огнев. Дверь тихо звякнула, оповещая о гостях в комнате. Маришка тут же вскочила, вытерла слезы с глаз и взглянула на дверь. Елена. Такая же красивая, улыбчивая и загадочная, как и всегда. Она всегда нравилась Маришке. Во время долгих командировок мамы, Елена стала второй матерью Маришке. Девушка очень прижилась к ней и совсем не стеснялась обращаться за помощью. — Что случилось, дорогая? Кто тебя обидел? — пролепетала Елена нежным голоском. — Ничего. Все хорошо. Я просто потеряла кофточку, — все ещё всхлипывая, ответила Маришка. — Не эту? — Елена достала из-за своей спины красивую кофточку с большими белыми камушками протянула ее Маришке. Та, радостно улыбнувшись, кивнула. Быстро подойдя к учительнице, Маришка взяла свою «потеряшку» и поблагодарила Мортинову. — Ты забыла её в стиральной комнате. София принесла её мне сегодня утром. Елена тепло улыбнулась и погладила свою любимую ученицу по голове. София — очень добрая служанка в прачечной. Маришка часто заходила к ней во время обеденного перерыва с печеньем. Девушки делали чай и долго обсуждали последние новости. Резниковой было очень хорошо с ней. Именно в такой обстановке она могла выговориться про все проблемы, что давно кружили в голове. Частенько, увлечённо болтая, они даже не успевали прикоснуться к чаю — как перерыв заканчивался. — Грянут тяжелые времена, дорогая. Я лишь хотела убедиться, что ты на моей стороне, — прервала воспоминания Хрустальной ключницы твёрдым голосом Елена. Она на секунду отошла от Маришки и взглянула девочке в синие глаза. — На вашей стороне — это на стороне Астрагора? — ответила вопросом на вопрос Маришка. В последнее время она как-то по-другому начала смотреть на Елену. Все это началось с того момента как Хрустальная ключница подслушала разговор Елены с Астрагором в её кабинете. Та обещала, что уже нашла тело для Великого Духа Осталы и заверила, что оно будет в наилучшей форме. Это будет ключник. Любой из её друзей может быть в опасности. Любой совсем скоро может расстаться с жизнью. Да что там расстаться с жизнью — в теле любого из её друзей может находиться дряхлый старик ближайшую тысячу лет. Мортинова не сказала прямо, но намекала, что ей очень доверяет ЗлатоКлючник и это послужит им на руку. Пару дней после услышанного Маришка никак не могла придти в себя. Подумать только, Елена — самая мудрая и красивая учительница девочки оказалась предательницей. Елена непонимающе выгнула бровь и уставилась на ученицу. В тот момент у неё в голове бушевали тысячи догадок, о чем говорила Маришка. — Ты это о чем? В общем то это неважно. Да, ты готова вступить на нашу сторону, сторону нас с Астрагором? — хищно улыбаясь, выпалила Елена. — Я должна подумать, — сказала напоследок Маришка Елене. Это были последние слова Мортиновой её ученицы. Кивнув в знак согласия, Елена удалилась, но когда через пару часов она снова поднялась в комнату Хрустальной Ключницы — её там не оказалось. Сразу после того, как дверь закрылась, а за ней и перестали доноситься лёгкий стук каблуков Елены, Маришка тут же кинулась к шкафу. Забросив наспех последние вещи, она начала закрывать чемодан. Тот как назло не поддавался. Молния застревала в ткани платья и не сдвигалась с места. Поборовшись с ней ещё несколько минут, девушка отбросила это занятие и накинула на себя серую кофту. На улице начинался дождь, что очень подходил под настроение Маришки. Огромные капли с треском падали на стекло окна в комнате Резниковой. Небо все больше укрывалось темными и грозными тучами. Вот-вот польёт сильный ливень. Где-то вдали сверкнула молния. Времени было мало. Открыв дверь, Маришка огляделась по сторонам. В коридоре было чисто. Сейчас, когда почти все ученицы Рубинового шпиля разъехались по домам на каникулы, можно было незаметно ускользнуть. Именно это и проделала Маришка. Кроме оставшихся учениц в замке находились Елена и несколько служанок. Девчонка жила в замке уже не первый год и знала все тайные ходы, что вели на улицу, поэтому ей не пришлось долго бродить по коридорам замка. Пройдя в самый дальний коридор, к стене, где висели большие красные шторы, Маришка быстро отдернула занавески и на секунду застыла. Перед ней стояла небольшая дверь, которая ведёт прямиком на улицу. Хрустальная ключница понимала, что если она сейчас переступит порог этой двери — назад уже не вернётся. Обернувшись назад на коридор, из которого только пришла, Маришка дернула ручку двери и зашла внутрь. Внутри была большая лестница. Девушка зажгла около себя светильник, ухватила поудобнее чемодан и уверенно побежала по ступенькам вниз. Около входа уже прибыла карета, присланная мамой Маришки. Фариэлла Резникова всегда была очень занятой личностью. Времени на воспитание дочери у неё не хватало и за Маришкой постоянно присматривала Елена. Именно поэтому девочка ещё с детства питала тёплые чувства к Мортиновой и не замечала какие подлости та устраивает. Недолго думая, Маришка запрыгнула в карету и приказала кучеру ехать в Лазорь. Именно там девушка рассказала обо всем Константину Лазареву. Хоть папа Ника совсем ей не нравился, но она точно знала, что он сможет помочь. В тот же вечер, не тратя ни секунды, Маришку и некоторых ключников отвезли в Черновод, а к утру подъехали и остальные. Рано утром откуда ключников и отвезли в убежище.» Маришка пришла в себя на кухне, за столом, и увидела, что Дейла и Диана уставились на неё. В руках у Дианы был стакан воды. Хрустальная ключница потрогала лицо холодной рукой и обнаружила, что оно было мокрое. То ли от слез, то ли от воды, которой облила её фея. Слезы все больше накрывали глаза. Девочка понимала, что вот-вот расплачется и, вскочив из-за стола, убежала в комнату. Дейла уже побежала за ней, но голос феи остановил её: — Не надо. Оставь её, ей надо побыть одной. — Но что случилось? — обеспокоено спросила Дейла, посмотрев на Диану. — Не знаю, — тихо вздохнула фея и снова протянула руку к наполовину опустошённой кружке. Сейчас проснутся все ключники и нужно было приготовить завтрак, а сил совсем не было.

***

Открыв тяжёлые глаза, Василиса посмотрела по сторонам. Голова ужасно болела, будто ближайшие пару часов у неё под ухом звенел будильник. Она лежала на холодном каменном полу. Где-то справа пищали крысы, от чего становилось страшно. Она находилась в подземелье Змиулана. Василиса уже была в нем, но сейчас находилась немного в иной темнице. Она была чуточку больше и высоко, под потолком, находилось окно. Василиса, возможно, и пролезла бы в него, если бы не металлическая решетка на окне. Становилось ужасно холодно. Здесь не чувствовалось то лето, что было на Остале. То самое приятное тепло утреннего солнца. Прохладный ветерок, что освежает своим дыханием. Звонкие голоса ребят на улице. Здесь ничего этого не было. Была лишь сырость, тьма и холод, что пронизывали насквозь. Василисе больше не хотелось спать. Ей хотелось лишь выбраться отсюда и поскорее. «Наверняка мою пропажу уже заметили Миракл и Константин Лазарев. Вот бы не замерзнуть до момента, как они найдут меня». Черноключница присела в угол темницы и обхватила руками ноги, чтобы хоть как-то согреться…