A cup of Earl Grey

      Поспать Сиэль смог всего лишь час из-за стонов измученных душ, их просьб о спасении и криков. К ним примешивался запах обугленной плоти и невозможной жары. Еще не стоило забывать о демоне рядом, что только и думал, как убить его. Было бы удивительно, если бы хоть кто-нибудь смог выспаться в такой обстановке. — Ну да, а что еще можно ожидать от Ада? — пробормотал под нос Сиэль, приподнимаясь в кровати. — Господин, вы проснулись? Отлично, вам надо подготовиться к занятиям. — Помолчи, демон. Разве у тебя самого не должно быть уроков?       Себастьян тяжело вздохнул, смотря на серебряные часы. В Аду время текло не как у людей: либо слишком медленно, либо слишком быстро, так что только часы могли дать точку опоры, да и дурацкая привычка сверяться с расписанием никуда не делась. — Мой лорд, не время для пререканий. Мы оба должны поторопиться. У вас уроки со мной, но только после моих с… в общем, не важно с кем. — И кто этот «неважно»? Интересно с ним встретиться, — на губах Сиэля расцвел демонический оскал, не предвещающий ничего хорошего. — Господин, вам не стоит задумываться об этом. — Себастьян, это приказ. Расскажи о своем учителе, — Сиэлю пришлось повысить голос, дабы показать, что все серьезно.       Дворецкий взглянул на юношу. Ох, как же он ненавидел этого тощего мелкого подонка. И вроде бы, когда Грель так отзывался о Сиэле, было неприятно. Но тогда Себастьян и относился к господину по-другому: его душа перекрывала все недостатки, на которые мужчина и не обращал внимание. А сейчас он вполне был согласен с красноволосым жнецом.       Да даже если и знать весь сволочизм Сиэля, того было за что уважать. Маленький ребенок, вернувшейся в сгоревшее поместье после болезненной трагедии, сумел восстановить имя Фантомхайвов, открыть собственное дело по производству игрушек и сладостей, а после и использовать людей как пешек в собственной игре. Граф, подобно демону, умел влиять на людей и заставлял их умирать за него или выполнять всю грязную работу. В какие-то моменты Себастьян даже чувствовал родство между ними. Как жаль, что в Аду такое поведение не прокатит. — Хорошо, господин. Но лучше я представлю вас друг другу. Так что прошу встать и позволить мне одеть вас. — Можешь хотя бы сказать, мужчина это или женщина? — У демонов нет гендерного разделения. Мы можем принимать как женские, так и мужские образы — все зависит от того, как пожелает наш господин. И, все-таки, в какой-то мере мы имеем пол. Предполагается, что, если ты был мужчиной и превратился в демона, то у тебя мужской пол. Однако если тебя создали, то выбор остается за тобой. Тот, с кем мы встретимся, предпочитает оставаться в женском обличье.       Сиэль кивнул в знак того, что понял, а Себастьян уже вытащил из шкафа одеяние графа. Еще одна пытка для дворецкого — прикасаться к нежной, почти детской коже Сиэля, при этом не ощущая ничего, кроме разочарования. Раньше, чем ближе был демон, тем отчетливее слышался запах души. Именно он был напоминанием, что тяжелая работа в конечном итоге окупится. А теперь была только пустота. — Хорошо, выдвигаемся, — приказал Сиэль, когда с переодеванием было закончено. Он сделал глоток из пустой чашки и нахмурился.       Больше всего граф скучал по запаху и вкусу его любимого Эрл Грея. Но даже это чувство продлится недолго. Возможно, через год или два жизни в Аду юный демоненок забудет о мире людей, о своих привычках и приобретет новые. Придет время поглощать души. Так как Себастьян и Сиэль уже связаны контрактом, будет проблематично заключать новые. Придется изворачиваться, чтобы добыть души для себя и для господина. А Себастьян ненавидел работать сверхурочно.

***

      Сиэль решил отправиться на учебу пешком, чтобы внимательнее рассмотреть окрестности, а заодно и других демонов.       Некоторые выглядели как потерянные души — полностью черные и похожие на пыль, — другие были настолько ужасными, что граф не мог долго на них смотреть. Только немногие имели человеческую внешность, правда не настолько хорошую, как у Себастьяна или у него. Больше всего Сиэля шокировало присутствие демонических детей. — Себастьян… Это и вправду дети? — Некоторые — да, многие просто маленького роста, а иные выглядят так, чтобы одурачить других. — А у демонов могут быть дети? — Функционально мы похожи на людей, так что да, но те, что вы видите сейчас — это потерянные детские души, или дети, отправленные в Ад. — За что ребенка могут послать в Ад? — Заключение контракта, совершение греха или обращение в демона, прямо как у вас. К детям у нас серьезное отношение, и как говорил Владыка, никакой пощады — они должны нести ответственность.       Себастьян шел, рассказывая обычаи Ада, и только через пару минут заметил, что за ним никто не следует. Сиэль не двинулся с места, лишь смотрел в пол, будто пытался найти там ответ на важный вопрос. С тяжелым вздохом дворецкому пришлось вернуться. — Что не так? — спросил Себастьян слегка раздраженно. — Сколько им? — Не младше пяти лет. К этому периоду дети должны знать, что совершают преступление. Вы расстроены? Неужели вам их жалко? После того, как сами отправили многих детей из цирка на тот свет? Признаться, вы меня разочаровываете. — Можешь захлопнуться? Твоя болтовня — полная чушь. Бесит.       Себастьян распахнул глаза, а губы исказились в злой усмешке. Насколько абсурдно сейчас было предложение этого ублюдка? Ему закрыть рот? Он говорит чушь? Ради всего Ада, этот мальчишка — идиот! Ох, как же Себастьян ошибался, рассчитывая, что Сиэль будет более сообразительным! А тот вел себя, как безмозглый ребенок, который возомнил себя взрослым. — Прошу прощения, но ваша речь совершенно не подходит дворянину. Неужели вы забыли все мои уроки? — невинно произнес Себастьян, при этом даже не собираясь скрыть цинизм и проказу. Больше нет. Демон уже устал от этого мальчишки и его грязного рта. — Ты, ублюдок! Да как ты смеешь говорить так со своим господином?! — закричал Сиэль, поднимая руку для пощечины. Дворецкий заметил движение и ловко перехватил руку.       Ах, еще одна вещь, что бесила Себастьяна — господин не скупился на физические наказания и знал, что дворецкий не скажет даже слова против. Подумать только: ни один из смертных не смел поднимать на него руку, все боялись. Но не граф Фантомхайв, и даже сейчас он вел себя как обычно, в полной уверенности, что демон ничего не сделает. Что ж, пора время показать, что кое-что все-таки изменилось в их отношениях. — Оя-оя, — в их противостояние вмешался чужой голос. — Неужто это мой старый друг — Ворон? Я слышала, ты теперь занят ребенком? Вижу, что это правда.       Себастьяна чуть не перекосило от этого голоса. С легкой наигранной улыбкой он повернулся, чтобы увидеть говорившего. А в голове промелькнула тысяча и одна мысль, как уничтожить это существо вместе с демоненком позади него. — Какая приятная встреча, Монитус. Ты все еще жива? Прошло так много времени с тех пор, как я видел твое милое личико. — О, пожалуйста, прекрати ломать комедию. Твоя поддельная любезность ничего не значит для меня. Так это он? Отойди, Ворон. Или лучше теперь называть тебя Михаэлисом?       На удивление, Себастьян отошел в сторону, открывая взор Сиэлю. Граф сделал шаг вперед, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. Это и был тот демон, о котором не хотел рассказывать Себастьян? По голосу, кажется, это была женщина. — Думаю, мне необходимо превратиться в кого-нибудь комфортного для малыша. Не хочу пугать его. —  Только посмейте еще раз назвать меня так! — предупредил Сиэль, его глаза снова вспыхнули розовым цветом. — Ха! Мило. Думаешь, что сможешь хотя бы коснуться меня? Дай мне рассмотреть тебя получше, мальчик.       Перед ними появилась демоница в облике красивой женщины: такая же высокая, как Себастьян, стройного телосложения; ее глаза были насыщенного изумрудного цвета, не похожие, однако, на глаза Шинигами, а ее короткие волосы пшеничного цвета завивались у самых кончиков; губы были накрашены насыщенной красной помадой, длинные ресницы завивались, глаза были подведены черным, а в уголках сделаны стрелки; веки были покрыты светло-голубыми тенями. На ее шее красовалось жемчужное ожерелье, а в ушах — серьги, ногти были черного цвета, как и у всех демонов. Она была похожа на падшего ангела, и Сиэль не мог оторвать взгляда. — Вижу, ты забыл все грубые слова. Так понравился мой образ? — Ни капельки. — Какой невоспитанный мальчишка, Себастьян. Ты должен лучше воспитывать свою зверушку. — Я не зверушка! Он мой слуга, так что если кто и питомец, так это он. — Ну надо же! Маленький, но такой злющий. Очаровательно. Только посмотри на эти прекрасные синие глазки, цвета его души! А что за необыкновенный цвет волос! Я готова расцеловать тебя прямо сейчас. — Отстань от меня, безумная женщина! — Сиэль тут же оказался в железных объятиях той, что звали Монитус. А на щеке осталось несколько красных следов от помады. Поведение демоницы уж слишком напоминало одного красноволосого жнеца, что неимоверно раздражало. — Нет, ты должен обращаться к старшим по имени. В мире демонов я известна, как Монитус, но предпочитаю — Лафайет Либель. И так как я учитель, можешь обращаться ко мне «мисс Либель». — Ты не мой учитель, поэтому я буду обращаться к тебе, как посчитаю нужным. — Малыш, ты даже не имеешь представления ни об этом мире, ни о том, с кем говоришь. Думаешь, Себастьян лучший здесь? Это не так. Я одна из пятерки лучших в любом классе. — Я никогда и не думал, что он лучший. У него тоже есть недостатки. Никто на Земле или в Аду не может быть идеальным. Как бы вы ни оценивали друг друга — это субъективное мнение вашей культуры или цивилизации. В ином месте, ты можешь оказаться последней. Поэтому, если считаешь себя лучшей, так это только потому, что ты слишком упертая и эгоистичная — и, может, в этом ты и правда лучше всех.       Необычайно красивое существо, похожее на божество, зарычало, замахиваясь одной рукой для удара. И плевать было на приказ Владыки или контракт, связывающий Ворона и этого ублюдка. Если честно, то сам Себастьян надеялся, что именно этим все закончится. Он мог позволить себе проигнорировать опасность, отговорившись потом своей медлительностью. Хотя речь графа была достойна размышления.       Но Лафайет в последний момент остановила маленькая детская ручка, потянувшая за край платья. Создание, что, возможно, спасло жизнь Фантомхайва, походило на маленького ребенка, но можно было заметить и демонические особенности: та имела маленькие рожки, заостренные длинные ушки, выглядывающие из не очень длинных черных волос, ее кожа была серого, как уголь, цвета, а глаза — фиолетового с черным там, где должен быть белый.       Она носила лавандовое платье со спущенным пиджаком, на руках и на ногах — звериные когти, а во рту прослеживались белоснежные клыки. За спиной из стороны в сторону метался демонический хвост. — Мама, — прошептала она, потянув за платье, — мама, — закричала она уже громче. — Цини, мамочка сейчас занята, — женщина улыбнулась демоническому ребенку, ее собственному дитя. — Не занята. Мамочка занята только мной. — Милая, пожалуйста. — Цини… Так ты ее назвала? — спросил Себастьян, рассматривая ребенка. — Помню, в последний раз ее имя было «Женевьева». — Смехотворное имя! «Цини» — превосходно и таинственно. А теперь, Цини, что ты хотела сказать мамочке? Давай побыстрее, мне нужно еще убить этого мальчика.       Цини взглянула на Сиэля и покачала головой: — Почему ты хочешь убить этого милого мальчика? Он такой же маленький, как и я. Не обижай его. — Ты не хочешь, чтобы мамочка обижала это отродье? — Не обижай отродье! Отродье хороший. Я могу точно это сказать. Он совсем не отродье. — Кажется, дитя понимает больше, чем все вы здесь, — подметил Сиэль, позволяя себе легкий смешок. — Если бы не мой ребенок, я бы высказала вам все, молодой человек. Все слова, начинающиеся с «ху» и «де» — О, «художник» и «дерево»? — закричала девочка, прыгая рядом. — Да, художник и дерево, милая. Ну и что сейчас?       Сиэль больше не обращал внимание на демоницу и ее дочь, заметив, как Себастьян разглядывал Цини. Фантомхайв не мог понять, что именно было в его взгляде. Ненависть? Отвращение? Злость? Отчаяние? Жажда? В его взгляде пряталось что-то совершенно новое, неизвестное. Сиэль решил назвать это «чувства Себастьяна» — взгляд, который мог иметь только этот демон. — Так что ты хочешь, чтобы я сделала с ним? — спросила Лафайет у дочери. — Я хочу друга. — У тебя есть много друзей. — Нет, я хочу друзей получше! У тебя есть друг, — девочка указала на Себастьяна. — Я тоже хочу. — Себастьян НЕ мой друг. Мы враги. — Не волнует. Ва-ла-ги, друзья — одно и тоже. Верно? — Нет, «враги» означает, что мы не любим друг друга. — Тогда почему ты говоришь о Себа-се так много?       Женщина тяжело вздохнула, на щеках появился незаметный румянец. Нужно было срочно придумать, как бы сменить неловкую тему разговора. — Я не говорю о нем хорошо… Так, ты хочешь друга? — Да! — Держи это отродье. — ЧТО?! — вскрикнул Сиэль с диким взглядом смотря на Лафайет.       Себастьян старался не засмеяться в голос. Честно старался. И получилось это с очень большим трудом, только из-за контракта. Хотя с ребенком, что будет владеть Сиэлем, их контракт может видоизмениться. Себастьян более может не прислуживать ему повсечасно. Он не получит душу, но теперь имеет право мучить мальчишку так же, как и он дворецкого. — У тебя нет права заставлять сидеть с твоим ребенком! — Ох, я только что это сделала. С этого момента ты — любимая игрушка Цини. Она уже все решила, и если ты заставишь ее плакать или разобьешь ее сердце, я не вспомню про твой контракт и избавлюсь от вас обоих. — Как пожелаете, — Себастьян легко поклонился и последовал за той, что должна была обучать его. — Подожди, Себастьян! Ты не можешь оставить меня с… НЕЙ! Себастьян, я приказываю тебе вернуться. Себастьян!       Но, увы, Себастьян не услышал приказа, или же просто проигнорировал, оставляя Сиэля с маленькой девочкой. Та улыбнулась и подошла к нему, неся в руках потрепанную утку и куклу с разбитым лицом. — Хмм… Привет, — неловко произнес Сиэль. — Привет. Как твое имя? — Сиэль Фантомхайв. — Сель Фантомайм? — Нет! Нет… Си-эль Фан-том-хайв. — Сии-эль Фан-том-хайв. Сиэль. Хорошее имя. — Спасибо. — Сиэль, а у меня есть маленький секрет. — Правда? — Я знаю про Себа-су, почему они с мамочкой ва-ла-ги.       Сиэль, чего греха таить, был заинтересован. Ребенок знал их историю? Он опустился перед Цини на корточки, чтобы быть лицом к лицу с ней, и мило улыбнулся. — Ну что ж, Цини. Ты расскажешь мне?       Она взяла Сиэля за руку и потащила в непонятном направлении. И только когда они пришли, Фантомхайв догадался, что это была детская спальня, сделанная из сталагмитов и камня с маленьким лавовым водопадом, перетекающим в бассейн рядом с кроватью. — Это моя комната. Тебе нравится? — Довольно… — Довольно хороша? — Очень хороша. Теперь расскажешь? — Так как ты мой друг… Хорошо.       Сиэль присел на кровать, готовый слушать интересную историю об этих двоих. Он улыбнулся, понимая, что начал снова брать ситуацию под контроль. Все плохое случилось с Себастьяном, но не с ним. Пока что. Поэтому и расстраиваться не стоило. Знания и информация могут послужить смертельным оружием в его адской шахматной игре.