Зеркало в подвале

Джеймс Поттер сидел в своём кабинете, рассматривая газеты, полученные в библиотеке. Что-то он здесь упускает… Явно должно быть что-то ещё, какая-то информация, возможно, неизвестная основной массе людей. Однако от того, что Джеймс уже в сотый раз перечитывал статью, ничего нового там не появлялось. Кто такие эти Гонты? Никто о них ничего не знает. Просто бедные люди, жившие неподалёку от богатых Риддлов, убитые кем-то неизвестным в канун Нового года. Стиль автора статьи Джеймсу не понравился, но по сути журналист был прав. Кому они могли помешать? Тем более что было похоже, что убийца Гонтов и убийца Риддлов — один и тот же человек. И если насчёт Риддлов можно было строить какие-то догадки по поводу того, зачем кому-то могло понадобиться убивать их, то что насчёт Гонтов? Кого могла заинтересовать нищая семья? Вздохнув, Джеймс от разочарования хлопнул газетой по столу и замер. Ему показалось, или что-то выпало из газеты на пол? Нет, Джеймс точно видел, что рядом с ножкой стола лежала какая-то бумажка. Он что-то пропустил? Кажется, раньше Джеймс её не видел. Что же, весьма и весьма интересно. Джеймс нагнулся и поднял бумажку с пола, вскоре понимая, что это газетная вырезка. Не вся статья, только часть её, тоже без фото. «Мы возвращаемся в Средневековье?» гласил заголовок. «В городе завелась ведьма?» Джеймс хмыкнул. Он сильно сомневался, что даже в таком захолустье, как Литтл-Хэнглтон, могла завестись ведьма. В конце концов, это был не фильм ужасов и не книжка фэнтези, они живут в реальном мире. Магии не существует, как и духов, ведьм, демонов, магов и прочих. Джеймс хотел было выбросить газету, будто бы она нанесла ему личное оскорбление, но тут его взгляд зацепился за дату выхода статьи. Двадцать шестое марта. Год был затёрт. Эта дата была весьма далека от даты убийства. Как эта статья попала в газету, вышедшую в январе? Хагрид не походил на того, кто веселья ради отдал Джеймсу не те газеты. Может, он сделал это специально, думая, что это поможет ему в расследовании? Нет, вряд ли, Хагрид даже не знал, какое конкретно убийство Джеймса интересует, ведь он забыл фамилию. Тогда эта вырезка лежала в нужных ему газетах ещё до того, как Джеймс пришёл за ними. Значит ли это, что это как-то связано? Что же, раз уж она ему попалась, то прочитать всё равно стоит. Мало ли, что он там найдёт. «Ведьма околдовала богатого красивого мужчину в девятнадцатом столетии», гласила статья. «Весьма сложно в это поверить, но факты говорят сами за себя. Он был к ней совершенно равнодушен, а несколько месяцев назад бесследно исчез. Всего пару дней назад он вернулся, откуда — никто не знает. Из соображений конфиденциальности имени мы не назовём, но точно можем сказать, что он сильно изменился. Он не выходит из дома, замкнулся в себе и отказался давать какие-либо комментарии по поводу случившегося. Что происходит в Литтл-Хэнглтоне? Неужели времена сожжения ведьм на костре придётся вернуть? И кто она такая, таинственная злая колдунья, околдовавшая несчастную жертву?» Что? Джеймс откинулся на стуле. Он уже ничего не понимал. Как такое возможно? Девятнадцатое столетие… Значит, это было до убийства Гонтов и Риддлов, так как их убили в последний год девятнадцатого века. Интересно, очень интересно. Джеймс в ведьм не верил, однако понимал, что сто лет назад при располагающих обстоятельствах вполне могли такое подумать. Интересно, а есть ещё что-то про эту ведьму? Возможно, кто-нибудь выяснил, кто она такая? И что же такого она должна была совершить, чтобы её приняли за тёмную колдунью? Пока картина складывалась следующая. Некая девушка вроде как околдовала богатого красавца, и он пропал куда-то. Затем он вернулся, уже несколько потрёпанный и сильно изменившийся. Тогда-то и поползли слухи о ведьме. Значит, что-то случилось? Она как-то выдала себя? Возможно… возможно, якобы околдованный мужчина был не единственным вернувшимся в Литтл-Хэнглтон? Может быть, та самая вроде как ведьма была психически нестабильна, поэтому и решили, что она его приворожила? Странно. Нет, всё это очень странно. Джеймс открыл ноутбук, противно гудящий над ухом, и решил поискать в Интернете. Он был уверен, что такое событие не осталось бы без внимания. Поэтому пальцы быстро набрали на клавиатуре «Литтл-Хэнглтон ведьма», и Джеймс принялся ждать, смотря, как крутится колёсико загрузки. Наконец поисковик выдал ему результаты, и Джеймс быстро пролистал страницу, ища то, что хотя бы отдалённо напоминает нужную ему информацию. Вот! 1899 год, отлично. Как раз подходит. Ссылка, на которую нажал Джеймс, оказалась неким форумом, на котором обсуждались разные исторические вопросы. Некий пользователь под ником dl001 спрашивал: «Кто-нибудь может мне объяснить, что там происходило с семьёй Дамблдор в 1899? Никак не могу ничего найти в книгах…» «А тебе в книгах это никто и не напишет», отвечал другой, зарегистрированный как phoenixfeathers. «Альбус Дамблдор, отличник, староста школы, просто не вынес бы такого позора. Его родную сестру обвиняли в колдовстве, представляешь? А их семья была близка с Гриндевальдами. Они не из этих мест, но тогда их все знали. Геллерт Гриндевальд был красавцем и разбил много девичьих сердец. Видимо, бедная Ариана тоже попала под его чары…» «Ничего не понял», ответил на это dl001. «Ариана убила Геллерта?» «Нет, ничего такого», написал phoenixfeathers. «Если честно, я и сам не знаю. Так и не смог ничего найти ни в архивах, ни в газетах. Геллерт точно остался жив, но он потом уехал и вроде как так и не вернулся в эти места. Единственное, что я понял — Ариана пугала местных. Была вроде как нестабильная, могла даже причинить боль родному брату. Альбус, похоже, верил во всё ведьмовское, поэтому расправился с ней». «ЧТО?!» dl001 явно был возмущён. «Только не говори, что он убил её?!» «Это произошло в 1899 году, да, только не помню, когда точно», был ответ phoenixfeathers, последний в этой ленте. «Я же говорю, информации очень мало, но похоже, что эта Ариана действительно что-то такое могла. Иначе я не могу это объяснить. Геллерт обходил её стороной, Альбус тоже сторонился её. К тому же, в тот год вообще всё было неспокойно… Надеюсь, ты помнишь о памятном убийстве Риддлов. Я, если честно, раньше в магию не очень верил, но кажется, начинаю». Больше эти двое ничего не писали, но у Джеймса уже кружилась голова. Итак, что же это получается? То есть по мнению людей, Ариана приворожила этого Геллерта Гриндевальда, тот исчез, потом что? Вернулся? Видимо, да. Тот как раз подходил под описание журналиста — богатый и красивый. И что — вернулся, уже другой, видимо, освободился от чар… И эта Ариана, казнённая собственным братом… А что, если… У Джеймса расширились глаза. Ну конечно! Альбус, будучи суеверным, подозревал сестру в колдовстве после того, как она охмурила Геллерта, а потом уверился в этом ещё больше, когда она убила Гонтов и Риддлов. Тогда получается, что их убила молоденькая девчонка? Но кто тогда этот богато одетый мужчина, зашедший в дом Риддлов? Наверное, Альбус, подумал Джеймс, закусывая губу. Вроде бы всё сходится — Ариана убила Риддлов и Гонтов, а Альбус, получив нужное ему подтверждение того, что сестрица была ведьмой, взял и убил её. Непонятно было одно — зачем Ариане их убивать? Джеймс всё ещё не верил в ведьм и уверовать в них не собирался. Тогда оставалось одно — в девятнадцатом столетии, да ещё в такой глуши, вряд ли процветала медицина, а значит, вполне возможно, что Ариана была психически больной. Один из собеседников с форума писал, что ничего не нашёл ни в архивах, ни в газетах. Но что, если он не там искал? Джеймс глубоко вздохнул, закрывая ноутбук и наконец расслабляясь, когда настойчивое гудение прекратилось. Надо будет на следующий день навестить местную психиатрическую клинику. Возможно, имя Ариана Дамблдор есть в медицинской карточке. И нужно будет обязательно ещё раз сходить в библиотеку. Будь Ариана хоть трижды сумасшедшей, она должна быть хоть как-то связана с убитыми семьями. Стоит поискать, что могло их связывать, а также хоть что-нибудь о пресловутых Гонтах. Всё-таки Джеймсу необходимо узнать, кем они были.

***

Гарри вновь сидел перед зеркалом. Время было послеобеденное, и он только что вернулся из школы. Быстро поев, он сразу же спустился в подвал, к зеркалу, и сердце его радостно затрепетало, когда такая знакомая фигура проявилась в зеркале. Они были не так уж и долго знакомы, но Гарри казалось, что он знает Тома всю жизнь. С ним было необыкновенно легко разговаривать, и они делились воспоминаниями, идеями и планами на будущее. Не то чтобы у Гарри были какие-то планы… но он очень старался не ударить в грязь лицом перед Томом, амбиций которого даже в одиннадцать хватало минимум на становление премьер-министром. Том рассказывал, что родился в Лондоне, в приюте, где и провёл всю свою жизнь, позже оказавшись запертым в этом зеркале. В школе учителя его любили за ум и начитанность, но не обращали внимания или просто закрывали глаза на отношение детей за их спинами. Гарри был поражён и тут же рассказал, что у него в школе происходит то же самое. Разве что у Гарри дома есть семья… — Ты опять не поел нормально? — Том покачал головой. — Гарри, ты растущий организм, тебе надо нормально есть. — И это говоришь мне ты? — усмехнулся Гарри. — На себя-то посмотри. Тощий, как палка. — Так смотри на меня и учись, как не надо, — парировал Том. — И куда смотрят твои родители? А старший брат? Им что, всё равно? — Не знаю, — вздохнул Гарри и поник. Для него семья всегда была больной темой — они вроде бы и любят его, однако они все трое вместе, а он как бы отдельно. Гарри был одиночкой по своей природе и поэтому не страдал от постоянного нахождения в одиночестве, но ему было обидно, что он действительно с каждым годом всё больше отделяется от семьи. Чарли был похож на отца, поэтому они ладили гораздо лучше, чем отец и Гарри, а мама… наверное, она считала его немного странным. — …Гарри? — будто сквозь вату донёсся до него голос Тома. — Что с тобой? — Да ничего, — Гарри покачал головой. — Просто задумался. Понимаешь, у меня отец такой… другой. Непохожий на меня. Чарли, мой брат, похож на него. А я… не такой, как они. — Я понимаю тебя, ты чувствуешь себя одиноким, — Том кивнул, и его губы изогнулись в понимающей улыбке. — Немного, — Гарри тоже приподнял уголки губ. — Но теперь уже нет. У меня есть ты. Слушай, прости за такой личный вопрос, — он замялся. — А ты когда-нибудь задавался вопросом, кто твои родители? Искал их? Лицо Тома помрачнело. — Конечно, мне было интересно, — наконец сказал он, когда Гарри уже извёлся сидеть в тишине и начал жалеть о том, что вообще спросил. — Я очень хотел найти отца. Про мать я знал только, что она умерла, рожая меня, — Том опустил взгляд. — Про моего отца никто ничего не знал. Моя мать пришла к дверям приюта одна, родила меня и умерла. Наверное, они все думали, что он мёртв. — Прости, Том, я не знал, — Гарри смутился. От таких откровений внутренности неприятно сжались. Он очень сочувствовал Тому, ведь у того не было никакой семьи. — Ничего, ты имеешь право на такие вопросы, — Том пожал плечами. — Тебе пора идти, Гарри, — он взглянул на дверь, свет из которой становился всё бледнее — приближался вечер. — Если хочешь, приходи ко мне ночью. Я попробую кое-чему тебя научить.

***

Чарли хоть и редко показывал это, будучи занятым шутками и учинением беспорядков в школе, но он заботился о брате и любил его. За те несколько дней, что они провели в этой дыре, по ошибке названной Литтл-Хэнглтон, он успел поволноваться за брата больше раз, чем за всю остальную жизнь. Гарри постоянно куда-то исчезал, стал меньше есть и всё больше отдалялся от семьи. Отец, погружённый в работу, ничего не замечал, а мама, видимо, не придавала этому большого значения. Чарли и сам поначалу не обращал на поведение Гарри особого внимания — в конце концов, тот всегда был одиночкой и редко сам шёл на контакт. Но постоянное отсутствие? И такое поведение? Это было уже ненормально. Чарли не знал, что делать. Жаловаться родителям вряд ли имело смысл, а больше он всё равно ничего не мог сделать. Но не переживать он тоже не мог. Вот и этой ночью Чарли проснулся, мучаясь от тяжёлых мыслей. Они не покидали его даже в школе, а уж в темноте преследовали его постоянно. Он зажмурился, пытаясь избавиться от иррационального страха, что Гарри сейчас нападёт на него — с него может статься — и вдруг услышал шорох одеяла, который точно исходил не от его кровати. — Гарри? — сонно спросил Чарли, поворачиваясь лицом к брату, который уже вылез из постели. — Куда ты собрался в такое время? — Я… — было видно, что Гарри был застигнут врасплох. — Воды попить. Я скоро вернусь. — Только недолго, завтра вставать рано, — Чарли пожал плечами. Он и сам не знал, почему, но в то, что Гарри идёт в три часа ночи пить воду, верилось с трудом. Гарри тихонько вышел из комнаты, а Чарли покачал головой, заворачиваясь в одеяло и шумно выдыхая. Иногда ему было непонятно, как так получилось, что они с братом настолько разные. Временами ему даже казалось, что Гарри усыновили или что мама родила его от другого. Но нет, Чарли был в больнице, когда мама рожала, и увидел брата чуть ли не в первые минуты его жизни. Сейчас же эти подозрения вновь закрались в его голову, ибо было сложно поверить, что тихий, странный одиночка Гарри действительно мог быть его родным братом. Лёжа в кровати и раздумывая над всем этим, Чарли не заметил, как прошло уже полчаса. На циферблате будильника значилось, что уже половина четвёртого утра, но… постель брата всё ещё была пустой. Сколько же ему нужно было времени, чтобы налить воду, выпить её и вернуться в кровать? Чарли ещё больше уверился в том, что Гарри солгал ему, покачал головой и выбрался из постели. Он тихо спустился по лестнице, стараясь не разбудить родителей, и заглянул в кухню. В ней было темно, как и ожидалось, свет нигде не горел. Чарли поёжился — в старом доме, где скрипела каждая половица и где эхом отдавалось каждое дуновение ветерка, ночью было жутковато. Да ещё и непутёвый брат может быть где угодно. И как его не пугает такая мрачная атмосфера? Чарли было откровенно не по себе, а ещё он боялся за Гарри, который где-то бродит в одиночестве по этому пугающему дому. Внезапно послышался какой-то тихий звук. Чарли не сразу понял, откуда он исходил — было такое впечатление, что он исходит отовсюду сразу. Он не мог разобрать, что это было — казалось, будто шипит змея, но как-то неуверенно и несколько странно. Откуда в этом доме змеи? Чарли передёрнуло — он с детства терпеть не мог змей и боялся их. Но откуда им взяться в Британии, пусть и в таком захолустье? Звук повторился вновь, и Чарли ощутил себя героем фильма ужасов, который бродит по старому дому и вот-вот встретится нос к носу с призраком. Однако теперь Чарли понял, откуда шёл этот звук — снизу. Кто-то был в подвале, куда ему было запрещено заходить. Чарли знал, где находится дверь в подвал, но ему не очень хотелось идти туда. Чего уж там — ему было страшно, особенно ночью. Тем более что отец всегда запрещал туда ходить… Однако что, если Гарри там? Чарли не может просто взять и оставить его в беде! Поэтому пришлось собрать всю смелость в кулак и отправиться вниз. Чарли было страшно, он даже не пытался это отрицать. Коленки подрагивали, а в горле стоял ком. Глаза чуть заслезились, когда Чарли понял, что каждый его шаг отдаётся громким скрипом, который наверняка слышен по всему дому. Он осторожно, будто к дикому животному, приблизился к двери в подвал и приоткрыл её, готовясь к неминуемой встрече с чем-то ужасным. Чарли заглянул внутрь, всё-таки не решаясь зайти, и осмотрел подвал. Вроде бы ничего необычного, вот только было страшно из-за того, что помещение было полностью погружено во тьму. И в этот момент звук повторился. Чарли резко повернул голову и увидел размытые очертания сидящего на полу человека. Он бы узнал его везде. Это был Гарри, его младший брат. Он сидел, скрестив перед собой ноги, и старательно что-то шипел, да так, что Чарли похолодел. Звуки были нечеловеческие — было действительно похоже на то, что шипит змея. Чарли вздрогнул, когда тихое, слегка неуверенное шипение повторилось, и тут раздался тихий голос Гарри, уже нормальный: — Как тебе кажется, похоже? — спросил он у кого-то с интересом. Чарли не знал, на что это жуткое шипение должно быть похоже, но его занимало в основном не это. Гарри что… сошёл с ума? Он же один в подвале! Причём он сидел тихо, будто слушая, что ему говорят, хотя Чарли, разумеется, не слышал ни звука. — Да, я знаю, что у меня акцент, — сказал Гарри, будто бы соглашаясь с кем-то. — Ну, это же всего первый день. Я так рад, что тоже умею, как ты, спасибо, что взялся учить меня, — Чарли показалось, что он улыбнулся. Гарри опять замолк, и Чарли осторожно прикрыл дверь, медленно сползая на пол и закрывая лицо руками. Гарри говорит с невидимыми собеседниками… Каким бы странным ребёнком он ни был, воображаемых друзей у него не было никогда. Что происходит? Может, его брат и правда сходит с ума? Ведь он даже не сам с собой разговаривает, ему явно кажется, что перед ним кто-то есть! Он слышит, что тот ему отвечает! И разговор получался осмысленным, при желании Чарли смог бы, вероятно, восстановить реплики, которые слышал Гарри. Вот только желания не было никакого. Ведь тот человек, кем бы он ни был, был всего лишь плодом воображения его младшего брата. Но кое-что ещё волновало Чарли — как у Гарри получалось так шипеть? Это же явно не человеческие звуки! Зачем он этому учится? Он что… понимает, что шипит?.. Он что-то таким образом говорит? Чарли почувствовал, как по спине стекает холодный пот. Он очень боялся за Гарри, когда спускался в этот подвал, чтобы защитить братишку. Но после увиденного… этот страх перемешивался с другим. Он боялся не только за Гарри. Он боялся самого Гарри.