Сказочное Евровидение

       Месяц пролетел незаметно, и вот, наконец, пришла пора начинать репетиции на сцене.        Иван ехал в лимузине продюсера с тяжелым сердцем и спутанными мыслями.        Сегодня он познакомится живьём со своими соперниками. Он услышит их песни , и, наконец, узнает, насколько его собственная песня убога в сравнении с ними. Он встретит того человека...        Нет-нет-нет. Надо заканчивать накручивать себя. Возможно, они даже не пересекутся. Что, если он уже отрепетировал и уехал домой? А может, у него охрана в три дуги, и что бы подойти и просто пожать руку, нужно письменное разрешение, заверенное в трёх инстанциях? Или он окажется высокомерным выскочкой с отвратительным характером?        Раз за разом прокручивая в голове все эти варианты и сочиняя на ходу другие, Иван поднялся по ступеням в репетиционный зал.        - Здравствуйте! - ему навстречу вышел радушный полный человечек на голову ниже, - А мы вас уже заждались! Итак, сегодня просто знакомимся со сценой, тестируем оборудование, экраны. Ваш тестовый прогон начнётся через час. Можете пока осмотреться. А после прогона можете пройти в соседний зал, где мы организовали небольшой шведский стол, что бы участники могли пообщаться в неформальной обстановке и немного расслабиться. Чувствуйте себя как дома, Иван!        Чувствовать себя в этом необъятном, искрящемся, напичканном дорогим оборудованием зале как дома, в деревне, было решительно невозможно. Было ужасно неуютно, чувство ответственности сдавливало горло, страшно хотелось сбежать и уехать куда-нибудь подальше, где тебя никто не знает...        - Так и сделаем! - пообещал вынырнувший из-за парня Вазир и мягко подтолкнул Ивана в спину.        Они прошлись по зрительному залу и поднялись на сцену. Она была огромна. Пол сцены оказался зеркальным, за спиной возвышался гигантский светодиодный экран, а впереди, словно волны, разливались многочисленные сидения зрительного зала. И пусть сейчас зал был почти пуст, Иван почувствовал головокружение и дискомфорт в желудке.        - Эй, приятель, - какой-то человек из стаффа подхватил его под руку, - ты в порядке? Ты какой-то бледный. Проводить тебя до уборной?        - С-спасибо... - Иван сглотнул, прикрыл глаза и попытался взять себя в руки. Не помогло. - Будет достаточно, если вы просто покажете в каком направлении идти.        Уборная оказалась недалеко. Не долго думая, Иван сунул голову в раковину и подставил под струю холодной воды. Немного полегчало. Он тряхнул волосами, вода струями стекала по шее и закатывалась за шиворот рубахи. Он потянулся за бумажным полотенцем, однако рука нащупала что-то другое, гладкое и тёплое.        Он открыл глаза и посмотрел на предмет.        Сначала взгляд его упёрся в кожаную шнуровку. Выше виднелся лоснящийся крепкий пресс, стройная талия. Ниспадающие до пояса чёрные прямые волосы, широкая грудь, мужественные плечи...        Это был он.        - Обалдеть... - выдохнул Иван.        Итальянский вокалист Магро Иммортале собственной персоной стоял перед ним и как-то странно ухмылялся. Мысли Ивана улетели куда-то в неведомые дали, голова оказалась внезапно пуста. Он судорожно пытался найти объяснение этой странной ухмылки, но увы, мысли так и не вернулись. Вдруг этот безумный, невероятный, вдохновляющий мужчина открыл рот и произнёс:        - Может, уберёшь руку с моего паха?        Иван мгновенно будто протрезвел, отскочил в угол и прижал руки к груди.        - Простите, я не случай... то есть, не специально! - Иван понял, что несёт чушь, надо было срочно что-то предпринять. Сбежать? Но дверь из уборной была прямо за спиной у Магро, который по прежнему стоял нерушимым колоссом, разве что скрестил руки на груди и изучающе смотрел на парня с этой своей ухмылочкой.        "Господь, что ж он так горяч! За что ты испытываешь меня? Эти кожаные штаны со шнуровкой надо запретить законом!"        Итальянец сделал шаг в сторону Ивана, и паника в голове парня достигла своего апогея.        - И-извините, мне пора на сцену! - воскликнул он, поднырнул под локоть Магро и пулей вылетел из уборной.        Сердце колотилось как сумасшедшее. Не замечая ничего на своём пути, Иван выскочил на сцену и налетел на разговаривающего с кем-то Вазира.        - А, Ваня, вот и ты. Я как раз хотел вас познакомить, - он обнял парня за плечи и по отечески потрепал его по голове, - Это вот мой мальчик, Иван Царёв. А это вот мой старинный друг и коллега Винченцио Мариани.        - Добрый вечор, - с лёгким акцентом сказал мужчина и протянул Ивану руку, - премного рад иметь вас лично.        - Ч-что? - опешил Иван.        - Иметь вас перед глазами - большое счастье для нас, - уточнил собеседник Вазира, - Я не совсем так говорю на русском? Прощения просим, я ещё ученик.        Ну, конечно! Это же международный конкурс, много стран, много языков, понял Иван, однако...        - Чего же ты не попросил своего подопечного поднатаскать тебя в русском? - хохотнул Вазир, дружески хлопнув Мариани по спине.        - О, он мне очень помогает! Повезло иметь такого разностороннего человека! У меня большая надежда на его триумф! Иван, вам надо непременно с ним заобщаться! Уверен, вы найдёте друг в друге что поиметь!        - Кхм... - поперхнулся Иван, - Простите, могу я предложить вам свои услуги в изучении нашего языка? А то некоторые ваши фразы звучат весьма... двусмысленно.        Вазир оглушительно расхохотался, а Винченцио непонимающе захлопал глазами.        - Прощения просим, прощения просим, - повторял он то и дело, - я ничего не имел ввиду, я имел вас хорошим другом для моего мальчика. А! Вот и он, своевременная удача!        Вазир уже почти плакал от смеха, Иван тоже начинал улыбаться. Он развернулся в указанном направлении, что бы познакомиться с подопечным Мариани. Винченцио отошёл в сторону, пропуская его вперёд, и сказал:        - Магро, имей счастье получить - Иван Царёв!