Сказочное Евровидение

       В конце концов, пришлось смириться.        Иван думал, что его уже ничто не проймёт, но ощущение инородного предмета, пусть и не большого, выбивало из колеи. Каждый шаг отдавался в позвоночнике. Привыкнуть не получалось. Репетиция опять полетела псу под хвост.        После репетиции Магро подошёл к нему и попросил одолжить на время его старую акустическую гитару. Когда Иван отказался, Марго надавил на него и всё равно получил её. Вопреки опасениям парня, итальянец взял гитару в руки бережно, будто очень хрупкую и ценную вещь, нежно провёл рукой вдоль грифа, а затем, заметив, что Иван наблюдает, прижал дэку к губам и, не сводя с парня глаз, лизнул её.        Провожая взглядом удаляющегося вместе с его гитарой Иммортале, Иван мысленно прощался со своей девочкой, которая так много для него сделала, и которая была так ему дорога. Он понимал, что больше никогда не найдёт такую.        Вернувшись в номер, Иван получил приказ держать игрушку в себе всю ночь, а на утро бессовестный итальянец выдал ему новую, чуть большего размера.        Когда на третий день Иван получил следующую игрушку, он начал догадываться чем это закончится и решил для себя, что не поддастся, не сломается, не доставит извращенцу такого удовольствия.        В четвёртый день проходил первый полуфинал, в котором Иммортале не участвовал, поэтому у Ивана неожиданно случился выходной. В зале Магро тоже не было, то ли пожалел несчастного русского вокалиста, то ли Вазир расстарался и отвлёк его на какое-то время. Вдохновлённый отсутствием мучителя, Иван вложил в своё выступление все силы и старание.        Это принесло свои плоды: Иван прошёл в финал и оказался в фаворитах. Однако, отчего-то он чувствовал себя неудовлетворённым. Вазир тоже это заметил. Он встретил парня за кулисами и отвёл в гримёрку.        - Послушай, - сказал он, усаживая вокалиста в кресло, - ты, конечно, сегодня нигде не налажал, но и каких-то ярких, необходимых эмоций, тоже не выдал. Не пойми меня неправильно, я доволен тем, что ты прошёл в финал, но с таким выступлением тебе там не победить. Я не пойму, где тот человек, который написал твою песню? Почему он возник на одну ночь, и исчез? Может, ты от меня что-то скрываешь?        Иван потупил взор, опасаясь, что его раскрыли.        - Нет его, умер.        Вазир наклонился, взял его за плечи и заглянул в глаза.        - Ваня! Скажи мне правду. Эту песню написал не ты?        Иван на секунду замер, а потом расхохотался.        Продюсер слегка встряхнул его за плечи:        - Прекрати истерику! Если тебе кто-то помог, я должен знать, что бы быть готовым! Человек может подать на нас в суд! Это не шутки, Ваня!        - Можете не переживать, Вазир Аванэсович, эта песня совершенно точно выстрадана вот этими самими ручками, - он поднял к лицу ладони и покрутил ими перед носом продюсера. - Но, к сожалению, тех чувств, что были у меня во время её написания. больше нет.        - В таком случае, пойди и обзаведись новыми чувствами, - проворчал Вазир. - И будь добр, позаботься о том, что бы они были не слабее той мимолётной поверхностной влюблённости!        Иван понял, что он прав. Как он вообще мог так быстро влюбиться в человека, которого увидел впервые? Как он мог проникнуться таким светлым чувством к незнакомцу? Разумеется, это была не любовь. Иван постарался сделать равнодушный вид, и как можно более безэмоциональным голосом сказал:        - Кстати, я не видел в зале Иммортале. Приболел?        - Хорошо, что ты напомнил. Винченцио сказал, что парень в последнее время совсем расслабился и постоянно отлынивает от своих обязанностей, так что менеджеры практически насильно утащили его в соседнюю провинцию на фотосессию. Но он попросил передать тебе это, - Вазир протянул продолговатую коробку без опознавательных знаков, - Не знаю, что там между вами происходит, но я думаю, тебе стоит брать с него пример в плане выступлений: у парня бешеная энергетика, которая просто рвёт зал. Говорят, однажды его конкурент пытался загубить ему концерт и подмешал лошадиную дозу снотворного в кофе. Он выпил всё.        - И чем это закончилось?        - Это было самое отвязное из его выступлений, после которого мир заговорил о новом Элвисе. А того парня, что подсыпал порошок, запалила камера. На этом его карьера закончилась. Говорят, Иммортале сам и обнаружил эту запись.        - Да, в этом он хорош.        - Что?        - Что?        Они молча смотрели друг на друга, пока Вазир не отвёл взгляд.        - В любом случае, приходи завтра и смотри его выступление внимательно, а не как всегда.        Иван кивнул, с лёгким удивлением осознавая, что за эти недели ни разу не видел выступления Магро. Каждый раз, отстрадав своё на сцене, он уходил и больше не возвращался в зал.        Добравшись до своего гостиничного номера, он взял в руки коробку и распаковал. Никакого сюрприза не было. Внутри лежал фаллоимитатор большего размера, чем вчерашний. Рядом торчал розовый конвертик, приторно пахнущий лилиями. Иван развернул его и достал короткую записку.        "Любимый! Рассчитываю завтра лицезреть твою похотливую рожу в первом ряду! Не забудь использовать мой подарок! Всегда твоя, королева похоти".        Внизу красовался неприличный рисунок, недвусмысленно изображающий способ применения фаллоимитатора Иваном.        Всего несколько дней назад Иван бы взбесился, разорвал письмо и швырнул предмет в стену. Сейчас же он смотрел на игрушку с каким-то разочарованием. Причём разочарование было вызвано тем, что способ поиздеваться оказался таким предсказуемым и скучным. Иван отложил коробку в сторону и лёг спать.        Вставляя с утра игрушку, парень вдруг понял, что настолько привык за эти несколько дней к тому, что в его заднице что-то постоянно находится, что в итоге не испытал ни малейшего дискомфорта. Однако, сегодняшняя игрушка была чуть длиннее и толще предыдущей, поэтому задевала какое-то место, прикосновение к которому заставляло Ивана чувствовать себя не в своей тарелке.        К тому времени, как парень добрался до зала, он весь вспотел и извёлся. Привычным маршрутом он пробрался за кулисы, постучался и вошёл в гримёрку итальянцев.        Магро сидел спиной к двери, вокруг хлопотали гримёры.        - Эй, ты! - окликнул его Иван, - Что не так с этой штуковиной?        Магро ничего не ответил. Он даже не обернулся.        Зато Винченцио Мариани, стоявший в углу и просматривающий какие-то бумаги, подошёл и положил ему на плечо руку.        - Извините, господин Царёв. Перед выступлениями Магро необходимы тишина и покой. Это вынуждает меня. Ваше место в зале, вы знаете где его найти?        Всё ещё пребывая в смешанных чувствах, Иван покинул гримёрку, дошёл до своего места в первом ряду и сел смотреть представление.        Сначала пела белорусская вокалистка, которая вовсе не впечатлила его. После неё на сцену вышла группа, солисткой которой оказалась голубоглазая блондинка в рваных майке и джинсках и с вызывающим макияжем. Зал взревел: похоже, это были фавориты. Громче всех поддерживал выступающих панковатый гот на соседнем кресле.        - Жги, Василе! Порви всех! - орал он, едва не вскакивая с кресла.        Светлое лицо Василе озарила улыбка, и зал наполнился приятным мужским вокалом. Только тут до Ивана дошло, что вокалист парень.        Он поймал себя на том, что испытывает зависть. Ему бы тоже хотелось вот так поддерживать своего любимого. И что бы он поддерживал его. А вместо этого что? Непонятно что! Сплошные страдания, издевательства, насмешки, и как итог - пустота в душе.        Василе закончил оглушительным гитарным аккордом и зал разразился аплодисментами.        Следующим выступал он.        Сцена опустела, свет погас. Тишина полностью захватила мир, казалось, весь зал затаил дыхание. И вдруг во тьме будто с потолка сорвалась гигантская капля расплавленного золота. Она упала на сцену и взорвалась снопом сверкающих искр, и в эпицентре этого фонтана будто из небытия возник силуэт.        На Магро по прежнему были его неизменные кожаные штаны со шнуровкой, он сверкал голой грудью и подтянутым прессом, распущенные чёрные волосы ниспадали до самой талии, а помимо всего этого на нём лоснилась золотая шуба.        Где-то на заднем плане маячили гитаристка и ударник. Они тоже были полураздеты, обтянуты шнурованной кожей, увешаны золотыми побрякушками и выглядели весьма эффектно. Гитарные рифы пробирали до костей. Ритм барабанной установки отдавался в теле гулкими ударами. И тут он запел.        Магро Иммортале умел быть впечатляющим. Это было агрессивно, жёстко, ярко, это было притягательно. Весь мир отошёл на второй план. Больше не существовало огромного зала, гитаристки и барабанщика, больше вообще ничего не существовало, только этот безумец в золотой шубе, который орал в микрофон, будто от этого зависела его жизнь, будто он один во вселенной и волен делать что пожелает.        Внезапно он перешёл на шёпот, размашистым шагом подошёл к самому краю сцены, и вдруг вытащил какую-то маленькую круглую штучку из кармана. Зажимая её в руке, он обвёл зал указательным пальцем, будто обращаясь к каждому зрителю лично. Постепенно повышая голос, он остановил свой рыщущий хищный взгляд на глазах Ивана. Его голос продолжал нарастать, пока не перешёл в пробирающий до мурашек гроулинг, на пике которого он направил руку прямо на Ивана и нажал кнопку. Золото полилось с потолка, по краям сцены волной начали бить искрящиеся фонтаны, будто осыпая зрителей монетами. Зал орал в экстазе, все повскакивали со своих мест и начали прыгать, танцевать, бесноваться, кто-то поднял над головой горящую зажигалку, это вызвало цепную реакцию. Все махали зажигалками, включёнными телефонами, светящимися палочками, просто руками...        Иван сидел на своём кресле красный как помидор. С одной стороны, он испытывал сейчас дичайшую бурю эмоций, которые буквально рвали его на части, а с другой, остатки разума пытались собраться в кучу и придумать, как выйти из зала, пока никто не заметил, что с ним произошло, и что продолжало происходить прямо сейчас.        Кнопка в руках итальянца включала отнюдь не спецэффекты.