Хрустальное Сердце. Торжество: Книга Печали

      Стоило Ричу выйти из зала, как его с ноги сбила Сандра Дубмон. Она вылетела стремглав и так быстро атаковала, что Рич даже не успел увернуться, а другие среагировать. Единственное, что спасло – вовремя поставленный барьер.       — Мерзавец! — ревела Сандра.       Следом за ней едва поспевала её сестра. А вот окружающие вмиг расступились, боясь попасть под руку.       — Почему. Каждый. Раз. Вы. Картеры. Убиваете. Нас?! — каждое слово сопровождал удар огненных искр о барьер.       — Сандра! — Элизабет вцепилась сестре в руку, пытаясь оттащить прочь, однако, не взирая на возраст, Сандра умудрялась попадать точно в цель и магия её была достаточно сильной, чтобы барьер Рича покрылся сеткой из трещин после третьего удара.       Вмешалась и Вероника. Она пыталась напасть на Сандру, чтоб отвлечь её, но так ловко скооперировалась и создала щит из чистого оранжевого пламени.       — Убирайся прочь, мерзавка! — рыкнула на Веронику Сандра, вырвав руку из захвата сестры и запустив в госпожу Картер огненный шар. — Я сделала всё, о чем ты меня просила. Наша вина, что Рик не смог забыть Джекки?! Если б ты не вела себя так отвратно, не думаю, что он сбежал бы к ней!       — Сандра, прекрати! — умоляла Элизабет.       — Не смей её защищать! — кричала Сандра. — Я до сих пор себя виню за это! И зачем мы только помогли этой бестии!? Это так она нас отблагодарила? Ненавистью?       Улучив момент, когда Сандра начнет отбиваться от атаки матери, Рич проскользнул под барьером, отбросил несколько огненных шаров, летящих в его сторону, и очутился перед противником. Теперь он отчетливо видел её красные глаза и слёзы.       — Что случилось с Клео? — спросил Рич.       Он схватил Сандру за плечи и грубо встряхнул, чтобы та пришла в себя. Однако Думбон не смела сдаваться, она вцепилась в его предплечья и направила огонь через ладони. Рич не успел спасти рукава, которые моментально сгорели до локтей, но вовремя успел создать защиту и атаковал в ответ. Его сила Сангинового пламени смешалось с силой Сандры. Кроваво-красное с оранжевым. Это могло сбить с ног любого, где-то даже вылетели стёкла.       — Он убил её, разве ты этого не чувствуешь? — прошептала Сандра. Её голос охрип. — Этот снег не природное явление. Это та тварь насмехается над нами. Он порочит её цвет. Клео мертва!       — Она не может умереть! — возразил Рич.       — Может, если вырвать у неё Хрустальное сердце, что он и сделал, — ответила Сандра, а по щекам у неё потекли слёзы. — Она все это время скрывала страшную тайну. Она всё это время знала, что погибнет. Она знала и молчала. Все повторилось, как было с Джекки! Как же я вас ненавижу!       Огненный поток растворился, Рич отозвал свою силу. Помещение вокруг них было перепачкано сажей, мебель и шторы обуглились, стекла разбились, а те, то не успел уйти, прятались под защитным куполом. Сандра же больно ударила Рича в грудь.       — Все это повторяется… — шептала она. — Повторяется… Я устала оплакивать этих женщин! Так устала!       — Почему вы сказали, что исполнили просьбу моей матери, что именно вы имели ввиду? — тихо спросил Рич, не отпуская Сандру.       — Не смей! — долетел голос Вероники.       Рич в ответ на это создал огненный барьер вокруг себя и Сандры.       — Я рано или поздно докопаюсь до правды, — пригрозил он. — Будет лучше, если вы сами мне всё расскажите.       Сандра покачала головой, но Рич почувствовал, как будто кто-то дотронулся до его Барьера разума. Он сосредоточился, увидел, что такой же Барьеры Сандры оказался опущенным, приглашая его увидеть её воспоминания.       Рич очутился напротив чудесной женщины, в которой узнал свою мать. Ей было чуть больше двадцати. Но манера держаться высокомерно, видно, появилась при рождении.       — Скажи ей, чтобы она оставила Ричарда, — приказала она властным тоном.       — И с чего это мне говорить сестре держаться от него подальше? — спросил голос Сандры. Он так же звучал молодо.       Рич словно оказался в её теле. Он видел все её глазами. И видел как тонкая рука поправляет рыжий локон. Однако Сандра, которая ему показывает это, – седая довольно давно.       — Вы скрываетесь здесь, — холодно заметила Вероника, рассматривая статуэтки Богинь на каминной полке, — втроём в такой глуши… Ты, богиня и эта девчонка…       — Они мои сестры! — твердо и громко произнесла Сандра.       — Кто тебе такое сказал?       — Я сказала.       — Так вот послушай, что я тебе скажу: ты и твои названные сестры могут забыть о мирном существовании здесь, если до Совета и Хранителя дойдут слухи, что наследница Блейз жива. Ах, не делай такое лицо! Я прекрасно знаю, как выглядели Блейзы до того, каких уничтожили – голубые глаза и золотисто-рыжие волосы, и эта сила больше похожая на свет солнца, чем на огонь. Судя по всему, Бэт – Кингстон. Внешность тоже подходит и сила. Так что скажешь, Александра Дубмон, поговоришь с сестрой? Или мне лучше обращаться к тебе Алексия Блейз?       Насколько помнил Рич, то перед войной Хранитель уничтожил несколько «зрячих» семей, и в их числе были Блейзы и Кингстоны. Не пощадили даже детей. И Алексии Блейз на тот момент было около двух-трёх лет. Выходит, они спаслись, а Вероника… едва все не разрушила из-за эгоистичного желания выйти замуж за Ричарда Картера.       Такую страшную тайну скрывали Дубмоны. Хоть Сандра и Бэт не были родными сестрами, их приняла в семью Богиня Тишины. И слова Сандры действительно полны смысла. По рассказам Клео, её бабушка Вайолет умерла во время войны, и Сандра, как старшая, заботилась о сестрах. Она всеми силами пыталась сохранить семью. Даже после смерти Джаклин. А теперь и Клео…       — Клео не может умереть, она жива! — прошептал Рич.       — Нет, она мертва, — ответила Сандра. — Она сделала свой выбор, как сделала его Джаклин. А я… мы так и не сказали Мэр и Санни о случившемся… даже этот чертов старый шотландец не знает…       Скорее всего, она имела в виду свекра – дедушку Клео.       — Нам ничего не остаётся, кроме как использовать себя, чтобы убить этого мерзавца.       — Нет, Клео нашла способ. Разве она не искала все лето?       — Лето и осень она провела у фейри, ожидая перевод книги.       — Тогда я должен взглянуть на перевод.