Пока цветёт сакура

Пак долго пытался подобрать нужный ракурс, и вот, когда он почти был у цели, кто-то положил свою руку ему на плечо. — Эй, Чимини, это же ты? Вот так встреча. Этот голос, который он хотел услышать в последнюю очередь, принадлежал Чон Хосоку. Обернувшись, он увидел его собственной персоной, опять с этой дурацкой улыбкой на лице. — Ты меня преследуешь? Ты что, сталкер какой-то? — Нет, как ты мог такое подумать, — начал размахивать руками Чон, — Я живу здесь рядом. Он показал куда-то вдаль, где стоял ряд невысоких домиков и продолжил: — Я шёл купить чего-нибудь покушать, ах, со вчерашнего дня ничего не ел, и тут увидел знакомый силуэт. Но раз уж мы встретились. — Нет. — Перебил того Чимин, — Не хочу. Ты меня раздражаешь. Ни минуты больше не хочу с тобой находиться. Он уже развернулся и собирался идти, как Хосок прикрикнул, привлекая к себе внимание рядом стоящих людей: — Врёшь! Не только мне, но и сам себе врёшь! Хоть ты каждый раз со мной холоден, но я вижу этот взгляд, молящий о помощи. Он был серьёзен, каким Чимин видел его в первый раз. Зато он, наконец-то, кое-что понял благодаря его словам. — Ах, ну теперь понятно, что мне в тебе так раздражало. Твоя беспечность. Вечно ходишь с такой счастливой улыбкой. Бесишь. Ты не знаешь меня, но говоришь, как будто знаешь обо мне всё. Бесишь. Бесишь. Бе… Чим не смог договорить, так как Хосок резко обнял его, прижав голову прямо к груди. Его сильно удивил данный жест. В глубине души, в самых задворках, он понимал, что это то, чего не хватало ему все эти годы. — Всё хорошо, — нежно похлопывая по спине, шептал Чон, — всё в порядке. Дай мне шанс… Это нужно не только тебе, но и мне. Они простояли так неопределенное количество времени. Прохожие странно косились на них, некоторые даже возмущались, считая это неподобающим в данном месте. — Один шанс. Я даю тебе один шанс уйти прямо сейчас, потому что потом я сам не смогу тебя отпустить. Хосок так же резко отстранил от себя парня, держа его за плечи. — Упускать один шанс — это значит получить другой. Он прекрасно видел покрасневшие глаза Чимина, отчего ему было больно, но он никак не мог этого показывать. Этот парень, как бомба замедленного действия. Он разрушает себя. И если Хосок может стать для него надеждой, предохранителем, он просто обязан это сделать. Ни сказав ни слова, Пак просто развернулся и пошёл внутрь храма, а Чону оставалось лишь следовать за ним. Он и не ждал, что Чимин сразу же откроется ему, но если понадобится, он будет ждать хоть вечность, которой у Пак Чимина уж точно нет.

***

Они просто ходили по территории храма, не проронив ни слова. Чимин периодически останавливался на месте. Он мог простоять даже пять минут, после чего доставал полароид и фотографировал заинтересовавшую его вещь, что каждый раз удивляло Хосока. И вот обойдя все тропинки вдоль и поперек, они вошли в сам храм. Для Чимина это было впервые, но каких-то особых чувств он не испытал. — И что люди обычно здесь делают? — впервые за всё время обратился он к Хосоку первым. Чон был слегка удивлён, когда услышал данный вопрос. Он даже подумал сначала, что тот шутит. Но Чимин был серьезен, впрочем как и всегда. — Ох, нуу… Ты можешь попросить о чём-то Бога или наоборот поблагодарить. Я обычно обращаюсь к своей бабушке. Смотри. Хосок подошёл ближе к статуе Будды и присел на колени, сложив ладони вместе. — Бабуля, как ты там? У меня всё хорошо. Родители всё ещё злятся за то, что я тогда уехал с тобой, но я ни капельки ни жалею, потому что именно благодаря тебе я стал тем, кто я есть сейчас. У меня появился друг. Правда красивый? Тот ещё ворчун, но он не плохой, я знаю. После чего он похлопал по полу рядом с собой, как бы приглашая присоединиться. Чимин нехотя подошёл поближе, ещё раз посмотрел на парня, который, как неудивительно, улыбался так, что можно было наблюдать появившиеся ямочки, и одобрительно кивал. С глубоким вздохом Чим опустился на пол и так же, как и Хосок, сложил ладони. — Здравствуйте, мама и папа. Я не знаю, где вы сейчас, живы вы или нет, да это и не важно. Я просто надеюсь, что вы всё ещё помните обо мне. Знаю, что у вас была причина оставить меня, и я вас в этом не виню. Наконец-то, могу пожить как обычный человек, хоть и ненадолго. Не волнуйтесь обо мне. Я ни о чём не жалею. Пока что. Чимин повернулся к Хосоку, чтобы увидеть одобрительную реакцию, но тот был серьезен. Пугающе серьезен. — Что это значит «ненадолго»? — Из всего моего монолога тебя зацепило только это? — Я знал, что у тебя была тяжёлая жизнь. Я сразу это понял. — Нуу… Можно сказать, я продал душу дьяволу. Парень залился звонким смехом, после чего сказал: — А я думал, что ты не умеешь шутить. — Я не шучу. Через шесть с половиной дней меня не станет, поэтому я сказал, чтобы ты убирался. Чон явно был в шоке. «Не верит. Он мне не верит» — думал Чимин, пока изучающе осматривал парня. Он даже на мгновение подумал, что зря рассказал об этом. — Честно говоря, я и не знаю, что сказать. Но даже и не думай, что я развернусь и уйду. Дай мне время свыкнуться с этой мыслью. — Что? — То есть мы как будто оказались в манге жанра фэнтези. Это действительно круто. — Он рассмеялся, — Просто давай не думать об этом. Поживем, как говорится, увидим. Он встал, размял затёкшие суставы, схватил Чимина за руку и, потащив за собой, сказал: — Ащ, а я ведь шел покушать, пока не встретил тебя. Как же я голоден. Пойдём-пойдём-пойдём.

***

Хосок привёл парня в небольшую кофейню, в которой пахло горячим шоколадом и разными вкусностями, в особенности яблочным штруделем. Они выбрали столик, прямо напротив окна, сев друг напротив друга. Все столики были отделены друг от друга непрозрачными ширмами так, что создавалась особая атмосфера уединения. — Что ты будешь кушать? — взяв в руки меню, спросил Чон, — Вах, здесь столько всего, просто глаза разбегаются. — Я не голоден. — смотря в окно на проходящих мимо людей, отстранёно ответил Пак. — Не ври. Ты выглядишь так, как будто не ел неделю. Ты же сплошной мешок с костями. Как хочешь, но я закажу тебе всё на своё усмотрение. Он немного пролистал меню, а затем пошел на кассу, оставив Чимина одного со своими мыслями, а их было много. Он до сих пор не мог понять, как позволил разрушить кому-то стену, бережно закрывающую его от внешнего мира. И теперь он словно на минном поле. Один неверный шаг, и дорога ему прямо в небытие. Как он мог снова кому-то довериться, на кого-то положиться? Чимин настолько глубоко погрузился в размышления, что даже не заметил, как подошёл Хосок с подносом полным еды, и только после того, как тот с шумом поставил его на край стола, вернулся обратно в реальность. На подносе было два стаканчика с непонятным содержимым и две тарелки с одинаковыми кусочками тортика, щедро покрытым кремом. — Держи. — Чон пододвинул стаканчик и тарелку к Паку, — Покушай хотя бы немного. Не пропадать же еде зря. Нехотя Чимин взял ложку, больше напоминающую ее уменьшенную копию, и отломил маленький кусочек торта, который можно было разглядеть разве что под микроскопом. Хосок сидел, молча, пристально наблюдая за его действиями. И когда тот, наконец-то, попробовал его с радостно заблестевшими глазами, залился звонким смехом, не похожим больше ни на какой другой. Чимин, не обращая никакого внимания на парня, отломил ещё кусочек, а потом ещё, и ещё, и ещё. — Тише, не спеши, а то можешь подавиться. Довольный своим результатом, Чон тоже приступил к еде. Какое-то время они просто ели в тишине, наслаждаясь вкусом этого шедевра в мире кондитеров, после чего Чимин первый прервал молчание: — Зачем ты приехал в этот город? Хосок, всё ещё с непривычки, подавился, но быстро опомнился: — Аа, вообще-то я тут живу. Как ты мог раньше слышать, я остался с бабушкой. Но два года назад она умерла от старости, но я всё равно решил остаться здесь, в нашем домике. А в Корею я ездил к родителям. Только там мне никто не был рад, кроме старшей сестры. Пак выглядел мрачнее, чем обычно. Видимо, он считал себя виноватым за то, что думал, что Хосоку живётся лучше и у него нет проблем. Но у каждого свои скелеты в шкафу. Вдруг что-то холодное дотронулось до его носа, и сразу же раздался задорный смех Чона, отчего он даже схватился за живот руками. Посмотрев на отражение в окне, Чимин увидел на носу крем от торта. — Ахаха, вот умора. Ты такой милый. Не долго думая, Чим взял недоеденный кусочек лакомства и кинул его в парня, попав прямо на макушку головы. Его сильно позабавил недоумевающий вид Хосока, а в частности его выпученные от удивления глаза, и он почти что бесшумно начал смеяться. — Наконец-то… — А, что? — Наконец-то, ты засмеялся. — Ахаха, конечно, как же тут не засмеяться, ты выглядишь так глупо. Парень посмотрел на своё отражение и тоже начал громко смеяться да так, что работники были готовы выпроводить их. Хоть эта ситуация немного и оживила Чимина, но тот всё равно оставался прежним, поэтому уже скоро он сидел в телефоне без единой эмоции на лице. Он что-то старательно искал, что даже Чона заинтересовало это. — Что у тебя там? — Иди в туалет, приведи себя в порядок. За нами скоро приедет такси. — делая последние штрихи, проговорил парень. Хосок беспрекословно послушался его, и уже через пять минут они сидели в машине и ехали в неизвестном Чону направлении. На все его попытки узнать, куда же они едут, Чимин выдавал что-то сухое, по типу «Потом узнаешь», поэтому он бросил эту затею. Ехали они очень долго, и хотя Хосок чуть ли не всю свою сознательную жизнь прожил в этом городе, у него не было ни малейшего понятия, куда они держат путь. А когда машина вообще свернула с трассы в лес, он начал побаиваться, вдруг Пак хочет его убить и тут же закопать. Но вопреки его опасениям вскоре показалась парковка и огромные ворота с надписью «Bungee jumping» — Оо… Оо… Что? — с выпученными глазами смотрел Хосок в окно автомобиля, — Всегда хотел это попробовать. Когда они вошли на территорию парка, чуть ли не у самих ворот на них надели специальное снаряжение и провели инструктаж по дороге к месту прыжка. Здесь было очень красиво. С утеса, на котором они стояли и с которого им придется прыгнуть, открывался вид на извилистое русло лазурной реки и на бескрайний зелёный лес, уходивший далеко на восток. Пока они не увидели, насколько высоко находится место, откуда должны прыгать, Чимин был вполне уверен в себе. Но только от одного вида на все это у него начали подкашиваться ноги и, кажется, появилась боязнь высоты, которую он никогда у себя не наблюдал. По иронии судьбы он должен был прыгать первым. На ногах обоих парней зафиксировали трос, и инструктор подвёл Чимина к самому краю утеса, после чего начал отсчёт: — 3! 2! 1! Let's Go! Но Чим даже не сдвинулся с места. Он вцепился в ограждение, боясь сделать даже малюсенький шаг. — Я боюсь. Я… Я не могу. Инструктор начал импульсивно рассказывать на английском что-то про то, что это полностью безопасно и никто ещё не умирал от этого, по крайней мере у них, но его перебил Хосок: — Can we jump together? (прим. «Мы можем прыгнуть вместе?») — Yes, it is possible, but you need to change equipment. (прим. «Да, это возможно, но вам нужно сменить оборудование.») — It's good. Come on. (прим. «Это хорошо. Давайте же.») Чимин благодарно посмотрел на Хосока и, вздохнув с облегчением, отошёл от края. После некоторых махинаций со стороны инструкторов все было готово. Хосок оказался плотно прижатым к спине Чимина. Они, как два неуклюжих пингвинчика, подошли к обрыву. — Ты готов? — воодушевленно спросил Чон. — А что, если нет? — Не волнуйся, я буду рядом. После этих слов инструктор досчитал до одного, и под началом старшего они спрыгнули вниз. Тут же раздался оглушительный крик парней, который слился воедино. Это было страшно, но оно стоило того. После прыжка глаза Чимина блестели, а улыбка не сходила с лица. Он был счастлив, впервые за долгое время. — Спасибо. — обняв Чона, поблагодарил его Чим, — Ты такой храбрый. Если бы не ты, я бы так и не прыгнул. Мне было так страшно. Хосок был удивлён данному действию и излишней разговорчивости со стороны младшего. «Какая у него красивая улыбка, а этот по-детски милый смех. — думал Чон, не отводя от него взгляда, — Как я могу сделать его счастливым, чтобы видеть эту улыбку как можно чаще?» На самом деле Хосок тот ещё трусишка. Он сам чуть в обморок не упал, только лишь думая о прыжке, но как он мог спасовать, когда этот маленький комочек по имени Чимин так долго об этом мечтал? Вот и он не знал. — А тебе понравилось? — дёрнув Чона за рукав кофты, спросил парень. — А, что? Конечно, а как иначе. Это всё что ты хотел сделать сегодня? — На самом деле нет, но думаю для этого сегодня уже слишком поздно. — разговаривали они, пока шли не спеша на стоянку. — Тогда можем мы съездить в одно местечко? Уверен, тебе понравится. — перегораживая собой путь Чимину так, чтобы видеть его глаза, спросил Чон. — Нуу… — попытался подразнить парня Пак, — Раз уж планы всё равно сорвались, почему бы и нет. После его ответа Хосок радостно запрыгал на месте, прихлопывая в ладоши, и уже через мгновенье полез за телефоном в карман, чтобы вызвать такси. — А что за место, куда ты меня хочешь отвезти? — Ну уж нет! Пришло мое время держать интригу. — показывая язык ответил он Чимину, на что тот лишь пожал плечами. Такси подъехало через пять минут, и они оба сели на заднее сидение. Дорога не заняла такое же большое количество времени, что было им только на руку. Сначала Чимин уловил какой-то запах, доселе ему незнакомый. Запах чего-то свежего. От чего он был в предвкушении. Затем, когда они свернули с главного шоссе и выехали на открытую местность, он увидел что-то блестящее. Это была вода. Много воды. А именно море, которое отражало последние лучи заходящего солнца. Когда они вышли из машины, их сразу же обдул прохладный морской бриз, что в столь теплую погоду было даже приятно. Это был дикий пляж, где в радиусе одного километра не было не единой души, кроме их самих и громких чаек, пытающихся добыть себе сытный ужин. От нетерпения Чимин побежал, чуть ли не вприпрыжку, вперёд, прямиком к морю. Хосок ещё никогда не видевший его таким живым, также побежал вслед за ним. — Ваа, здесь так красиво! Я не сплю? Это точно происходит со мной? — сквозь улыбку говорил парень. Он был похож на маленького ребенка, что радовался любой, даже незначительной, вещи, окружавшей его. На самом деле, так и было. Он быстро снял обувь и побежал навстречу волнам. Чон тоже не терял времени и сделал то же самое. Солнечные лучи играючи падали на лицо Чимина, отчего оно выглядело более здоровым, чем обычно. — Глянь, чайка! Да так близко. — удивился Хосок. Они оба, не договариваясь друг с другом, начали красться на цыпочках в ее сторону, чтобы в один момент весело прыгнуть на неё, притворяясь хищниками. Их смех разлетался на много миль вперед, отражаясь эхом в безлюдном раю. Когда же они немного успокоились, Чимин устало плюхнулся на песок, а рядом с ним и Хосок. — Знаешь, а я ведь впервые вижу море. Ах, и я бы точно пожалел, не приедь я с тобой сюда. — Есть ещё столько вещей, которые я бы хотел тебе показать… — Хосока~а, знаешь, я ни чуть ни жалею, что сделал тогда такой выбор. Я бы вечно упрекал себя, упусти я такую возможность. — Моя бабушка когда-то сказала, что отчаявшиеся люди готовы пойти на всё. Думаю… Она права. Чим посмотрел на лицо Хосока и ему вспомнилось что-то давно забытое, то, о чем он много раз думал каждый раз, когда не мог уснуть. — Угадай, что самое прекрасное и одновременно ужасное на свете. — Мм, а такое бывает? — Надежда. — Что? Почему? — Иногда надежда — это единственное, что заставляет тебя жить, но когда ты знаешь, что ничего не изменится, что они не вернутся, но продолжаешь надеяться и верить… Это самое ужасное. Это как знать, что ты проиграешь, но все равно поставить все на чёрное. — Дай мне руку. — неожиданно попросил Хосок, подставив свою ладонь. — Аа, Зачем? — Не бойся, я не сделаю ничего плохого. Чимин с недоверием посмотрел на парня и осторожно протянул костлявую руку. Чон тут же схватил ее и одним рывком поднял его, потянув за собой в море. Когда же они были по колено в воде, он ни с того ни с сего начал брызгать Чимина водой. Тот сначала не понял что происходит, а потом тоже подключился, войдя во вкус. Уже смеркалось, но вода по-прежнему была теплой. Пак оказался проворнее, поэтому уже через пару минут Чон молил о пощаде. Они были насквозь мокрые, хорошо, что хоть додумались вынуть ценные вещи. — Уже поздно, пора ехать домой. — сказал Хосок когда они выбрались на берег. — И правда. — подобрав телефон с земли, лежавший около их обуви, ответил Чимин. Домой они поехали вместе, Сначала к дому Чона. По приезду, когда он выходил из машины, младший схватил его за рукав кофты и неуверенно сказал: — В общем… Спасибо за сегодня. От этих слов Хосок, кажется, был на седьмом небе от счастья. Приехав в отель, Чимин первым делом пошел в душ. Выйдя из него, он заметил сообщение от Чона: — «Ты хорошо добрался?» — «Да» — «Ну тогда долго не сиди, уже поздно. Покушай и ложись спать. Надеюсь, мы завтра увидимся…» — Ну и что ему ответить? — кинув телефон на кровать, сказал парень вслух. Да, он дал ему шанс, и вроде бы пока из этого не вышло ничего плохого, но как бы ни получилось так, что в конце он пожалел. Теперь, когда они провели целый день вместе, одиночество ощущалось по-другому, словно бы он вернулся в прошлое, когда его только покинули родители. Чимин отключил в себе чувства и эмоции, а этот парень, Чон Хосок, в мгновение ока, словно по щелчку, смог снова их пробудить. Теперь остаться одному для него равно умереть. Поэтому Чим поднял брошенный им телефон и написал ответ: — «Я зайду за тобой» — «Ура, ты лучший. Спокойной ночи <3» — «Ага, и тебе»