Пока цветёт сакура

Руки его дрожали от волнения, а голос был слегка неуверенным. Но он и не думал бежать прочь, боясь услышать в ответ — «А я, нет», а лишь с той же его по-детски беззаботной улыбкой повернулся к парню, наткнувшись на взгляд, который говорил куда больше, чем любые слова, и смотрел прямо в сердце, найдя в нём своё отражение.

***

Домой они добрались по отдельности. Чимин хотел его проводить, как обычно, но тот, видя его измотанный вид, категорически был против. Большого труда старшему стоило объяснить ему, что необязательно возвращать его куртку прямо сейчас, дело-то не срочное. После чего, проводив его взглядом, чтобы куда не надо не свернул, пошёл восвояси. На эту ночь, а если быть точнее на ее остаток, у Чимина были весьма грандиозные, по его мнению, планы, поэтому заранее предупредил Хосока по СМС, чтобы тот был готов к трём часам ночи ехать за город. Приняв расслабляющую ванну, которая больше была похожа на бассейн, с пеной и выпив снотворное, он попытался уснуть, и у него это даже получилось, но, к сожалению, ненадолго. Весь в холодном поту, тяжело дыша, он неожиданно вскочил с кровати и побежал в ванную комнату, где несколько раз умыл своё лицо холодной водой, в надежде, что это поможет. Придя в чувства через какое-то время, он взглянул на настенные часы, которые прекрасно вписывались в интерьер со своими позолоченными извилистыми гранями разных форм и размеров, и понял, что пора бы уже собираться, ведь ему ещё нужно дойти до дома Хосока. Но в дверь его номера кто-то неожиданно постучался. Это было странно, поскольку любой нормальный человек в такое время лежит в своей кровати и видит десятый сон. — Чимин~а, это я, — послышался голос старшего из-за двери. Открыв её, он увидел совсем бодрого парня с двумя стаканчиками кофе в руках, которые он демонстративно потряс, и хорошим настроением в придачу. — Оо, Чимин~а, я что тебя разбудил? — увидев того в халате, начал оценивать его взглядом Чон. — Куда это ты смотришь, извращуга? — прищурился он, наигранно прикрыв руками грудь. И уже серьезным голосом добавил. — Что ты тут делаешь? — Обычно ты за мной заходишь, я решил прервать эту традицию. Тем более захотелось увидеть, где ты остановился… Ого, вот это у тебя хоромы, — пройдя мимо Пака внутрь, присвистнул он. — Может, меня к себе приютишь? — Я здесь последнюю ночь, — не понял он шутки. — В смысле? — Следующей ночью мы улетаем в другую страну. — Мы? — Да, это должен был быть сюрприз… — Ого, Чимин~а, ты невероятен, — подбежал он к нему и, схватив за руки, начал радостно прыгать на месте, словно кролик, предварительно убрав кофе на комод, что стоял прямо возле двери. Ещё во второй день Чимин поймал себя на мысли, что он счастлив, когда Хосок счастлив. И видеть его сейчас таким радостным, значило для него куда больше, чем всё остальное. Чим вдруг усмехнулся от пришедшего ему на ум воспоминания, а если быть точнее, чувства, когда только при одном взгляде на Хосока, злость пробирала всё его тело. — Чего же ты застыл? Иди скорее одеваться, мы же, наверное, спешим?

***

За городом, в небольшом лесочке, возвышалась внушаемых размеров обсерватория, куда они и направлялись. Ночь как раз располагала своей безоблачной погодой к наблюдению за небесными светилами. Они поднялись по длинной кручёной лестнице с коваными черными перилами прямо наверх, где располагался массивных размеров телескоп, купол над которым мог открываться и закрываться по желанию. Справа от аппарата была арка, с помощью которой можно было попасть на небольшую террасу, с которой открывался не менее прекрасный вид на близлежащие окрестности, богатые на деревья разной породы. — Ого, в этот раз ты превзошёл сам себя! — воскликнул Чон, когда они, наконец, взобрались на самый верх, преодолев последние ступеньки. — Я и сам в шоке. Когда мне предложили посмотреть на звёзды в телескоп, я не ожидал, что он будет таких размеров, — сделал он акцент на последних словах. Они начали осматривать комнату, если это помещение можно так назвать, а разглядывать в ней было что. На полках, висевших на стенах, раскрашенных под стилистику космоса, и перемежающихся между собой картинами очередных снимков вселенной или учёных-первооткрывателей, лежали книги на самые разные темы, так или иначе связанные с астрономией, уменьшенного размера солнечные системы в разных моделях и заключённые в небольшие стеклянные кубики обломки разного происхождения. Хосок куда-то тыкнул, и с резким грохотом начала раздвигаться крыша, отчего они оба чуть не наделали в штаны. — Думаю, ты первый должен посмотреть, — озвучил свои мысли старший. Но Чимин не горел таким уж сильным желанием этого делать, наверное, потому что не знал, что его ожидает. Конечно, им пришлось приложить некоторые усилия, чтобы понять, как работает эта штука и куда вообще смотреть, ведь никто из них раньше не имел с этим дело. Хосок всё это время горячо подбадривал младшего, параллельно делясь фактами и знаниями из науки данной области. Когда же Чим, наконец-то, взглянул в него, Чон замер от волнения, всё повторяя: — Ну что там? Что ты видишь? — Хён, это волшебно. Сначала я ничего не понял, но немного отдалив… Это Луна! Так близко! Я вижу каждый ее кратер, — после нескольких минут молчания поделился своими впечатлениями Пак. — Ты должен это увидеть, — схватив Хосока за рукав ветровки, притянул он его к себе. Посмотрев в окуляр, у него перехватило дыхание, но ещё больше у него перехватило дыхание, когда он осознал, в какой опасной близости их тела находятся сейчас друг от друга. Глубокий вздох, который заполнил всё пространство, и Чон отскочил назад, при этом неловко произнеся: — Надо же, ты только посмотри, у них и терраса есть. Пойду-ка я осмотрюсь. Он быстро выбежал наружу и встал так, чтобы Чимин его не видел, оперевшись руками о заграждение и крепко сжимая его холодные прутья своими длинными пальцами. Воздуха категорически не хватало, и сердце так бешено стучало, будто он пробежал самый длинный в своей жизни кросс. — Что это со мной? Веду себя как влюбленный первоклашка, даже руки вспотели, — прошептал он, констатируя факт. Чимин понял, что ему нужно некоторое время побыть наедине, усмехнувшись, ещё раз прокрутил только что произошедшее у себя в голове и продолжил изучать галактику. Ты понимаешь, что вы больше не друзья, когда между вами впервые происходит неловкость от случайного прикосновения или слишком короткой дистанции. Это то, что чувствовал сейчас Хосок. Он уже хотел вернуться обратно, но обернувшись, увидел перед собой лицо Чимина. — И давно ты тут стоишь? — испугавшийся, что он мог всё слышать, спросил Чон. — Нет, только пришел. Без тебя там не так интересно… Вау, тут такие виды, а ты даже не позвал меня, — раскинув руки в разные стороны, подошёл он к ограждению, справа от Хосока. — Да я как раз собирался… — Эти звёзды, от них ничего не скрыть. Стоит протянуть руку, и они будто на ладони. Так и с тобой. — Со мной? — искренне удивился Чон. — Ты так близко, но так далеко от меня. Кажется, что вот-вот исчезнешь, как мираж. Словно тебя и не было. — Ах, вот оно что. Этого ты боишься? Но, Чимин, я всегда буду рядом с тобой, — он аккуратно положил на его ладонь свою. — Просто держи мою руку крепче и почаще вспоминай о моих словах. — Знаешь, почему я чувствую себя сейчас счастливее, чем когда-либо за всю свою жизнь? Ты смотришь на меня так, как будто во мне заключена вся вселенная. Я бы тоже хотел тебе открыться, но во мне столько чувств, значение которых я не понимаю, что порой мне становится страшно. А что если я так и не смогу разобраться в них до самой смерти? — Чимин~а, тебя никто не торопит. Даже если так произойдёт, я всё пойму… А… ах, я же хотел тебе кое-что подарить, ещё вчера, — начал рыться он по всем карманам и, достав из одного из них маленькое блестящее колечко, протянул его Чимину. — С днём рождения! Я хотел, чтобы, смотря на него, ты помнил одну краткую истину: «Смерть — это лишь повод разделить людей физически, но не эмоционально». Это неправда, что человек умирает после смерти. Он жив, пока воспоминания о нём живы. И если я до конца жизни буду помнить тебя, ты всегда будешь со мной. Взяв его в руки, Пак увидел выгравированное на нем слово «Always» и, не задумываясь, надел на средний палец. Размер, кстати, был идеально подобран. — Смотри, у меня такое же, — протянул он свою правую руку. — Ого, на востоке уже светлеет. Они стояли так, пока солнце полностью не взошло над еловым лесом, забыв, зачем они вообще сюда пришли.

***

Чимин давно уже хотел, наконец-таки, купить новые вещи, и не потому что старые изношены до дыр, так что чувствовалось даже самое лёгкое дуновение ветра, а просто потому что захотелось. Как только они вошли внутрь торгового центра, Пака охватила лёгкая паника. Сегодня выходной, и, как обычно бывает в такие дни, люди пришли сюда развлечься, отдохнуть или закупиться новыми шмотками. Много людей. Даже, несмотря на то, что это помещение выглядело таким огромным, в четыре этажа высотой, с массивным стеклянным потолком, Чимин чувствовал себя, как мышка в клетке, которая с каждой секундой становилась все меньше и меньше. Обычному человеку не понять это чувство, словно ты мишень на открытом поле, когда на самом деле на тебя даже никто не смотрит. — «Держи мою руку крепче» — так ты сказал? — отыскав на ощупь ладошку Хосока и цепко окутав своей, процитировал его Чим, тем самым успокаивая себя и отгоняя это страшное, вязкое чувство. После чего уверенными шажками потопал вперёд, будто знал тут каждый закоулочек. Магазинов было столько, что у обоих парней разбегались глаза, а это даже не весь первый этаж. Хосок тоже был не сведущ во всех этих модных бутиках и фирменных магазинах, поэтому, проделав баснословно большой круг, они зашли туда, где было больше всего народу, так как это о чем-то, да говорило. — На самом деле, я никогда не следил за модой, поэтому даже не представляю, что из этого всего сейчас в тренде, — пройдя полмагазина, при этом даже ничего не потрогав, признался Чимин. — Эй, эй, послушай, — взял он его за плечи, — всё это, вроде моды, — чепуха… Забудь о ней! Общество пытается навязать тебе свои вкусы, как правильно есть, говорить, дышать… думать. Они пытаются убрать из тебя — тебя. Именно поэтому не слушай никого, даже меня. Делай то, что нравится именно тебе, а не кому-то другому. — Но как я пойму, что мне нравится? — Это должно исходить изнутри. Не стоит слишком много думать об этом. Здесь нет никакого алгоритма. Для сравнения: есть что-нибудь, о чем ты много думаешь, от чего у тебя поднимается настроение? — Твоя улыбка, — невзначай сказал он. — Ох, Чимин~а, ты так спокойно об этом говоришь… В общем, у тебя должно появиться такое же чувство при виде этой вещи, как…кхм… на мою улыбку. — Оо, я понял. Но, хён, ты что хочешь в туалет? От напряжения аж всё лицо покраснело. — Да иди ты! — толкнул он его в плечо. После их коротенького разговора они опять прошлись вдоль рядов магазина, но на этот раз Чимин взял пару вещей и Хосоку сказал выбирать, не смотря на цену, так как он сам за всё заплатит. — Хосок~а, а что если нам купить парную вещь? Я подумал, тебе понравится. Хосок же от этого внезапного предложения чуть ли не подавился воздухом, ведь обычно это он предлагает ему подобные вещи. На самом деле, такие жесты внимания со стороны Чимина были ему нужны, как воздух. Но он не мог требовать от него этого и просто радовался возможности, хотя бы находится рядом. Но даже сейчас, рядом с ним, он как будто заранее скучал по нему. — И что это за вещь такая? — прогоняя мысли прочь, поинтересовался Чон. — Даже не знаю, — задумчиво произнёс младший. После чего они оба начали осматривать зал какого-то известного, но не очень дорогого магазина, который был уже третий по счету. Их взгляд упал на одну и ту же вещь, находившуюся в самом дальнем углу, куда они рванули, словно по выстрелу пистолета. Что же их так привлекло? На обычном стенде в несколько рядов небольшими стопками был сложен розово-серый свитер с овечками, мягкий как облачко. Казалось бы, что он вообще забыл в этом магазине? Они, не задумываясь, схватили каждый свой размер и пошли на кассу, даже не примерив их, но им не нужно этого делать, они и так уже всё знали наперед. Выйдя из магазина с удачными покупками и хорошим настроением, у Хосока вдруг неистово громко заурчал животик. — Он что у тебя по часам работает? Вчера он в то же время начал издавать эти звуки, похожие на крики рожающей китихи. На что Чон лишь состроил недовольное лицо. — Но твой организм прав, пора бы нам подкрепиться, вот только где? — Беременная китиха может ещё подождать, это не к чему! — Да ладно, хён, — схватил он его за ладошку, — прекращай дуться и веди нас к вкусняшкам. Я лично хочу мороженое, а ты? Нехотя, он повел его к фудкорту, что находился на последнем, четвертом, этаже торгового центра, где, к слову, было ещё больше народу. Так как Чимину не нравилось контактировать с людьми, Хосок отправил его занять им место, а сам, предварительно поинтересовавшись, что желает Чим, пошёл заказывать обед, который был для них завтраком в столь поздний час. Ели как он дошёл до столика, за которым ждал его Чимин, так как еды оказалось очень много, даже для них двоих, с учетом того, что у обоих сейчас зверский аппетит. — Чимин~а, ты правда всё это съешь? — недоверчиво посмотрел он на младшего, который уже начал уничтожать среднего размера свиной бургер. — Ты же мне поможешь, если что, плюс ко всему, только что родившемуся китёнку тоже нужно кушать. — Как ты умудряешься даже в такой ситуации шутить? Прожуй и проглоти еду, а потом уже говори, ты же можешь подавиться, — подавая салфетки, отчитал его Чон. — Хорошо-хорошо, китиха-мать. На секунду в воздухе повисло молчание, после чего они оба взорвались диким смехом, как ненормальные, привлекая к себе много внимания со стороны. На удивление, они съели всё до последней крошки, хотя Чимин настаивал, что заказал бы ещё одно мороженное, но уже другого вкуса. — Ну что, в какой магазин мы пойдём дальше? — Ни в какой. Думаю, нам этого вполне хватит. — Но мы так мало купили, — недоумевал Хосок, указывая на пару небольших пакетов. — В самый раз. Да и зачем мне больше, если ты понимаешь, о чём я. Хоть у меня и много денег, но я не хочу их выбрасывать просто так на ветер. — Да, я тебя понял, — с грустными ноткам в голосе произнёс он. — Так куда же мы дальше? — Последнее место, которое я хочу посетить в этой стране — это, пожалуй, парк аттракционов. — Парк аттракционов? Звучит весело, но куда же мы денем эти пакеты? Не будем же мы кататься с ними. — Ах да, об этом я не подумал. Зайдем ко мне в отель. О, и заодно переоденемся в те свитеры, хорошо? Хосок одобрительно кивнул, одарив его как всегда нежной улыбкой и засветив свои милые ямочки, в которые так и хотелось тыкнуть.

***

До отеля они добрались без происшествий. Старший еще раз выразил восхищение его номеру. Оставив пакет с обновками в коридоре, они поспешили, наконец-то, переодеться. Результат их несомненно порадовал. Оба выглядели максимально мило, а их розовые волосы только дополняли образ. Чимин даже предложил сделать сэлфи, тем самым, в который раз повергнув Хосока в шок. Вызвав такси, они отправились в путешествие в мир детства фантазий и мечты. В последнее время погода радовала своими солнечными деньками, хотя на улице уже было не так тепло, эти лучи мягко ласкали кожу, даря ощущение тепла и комфорта. Парк встретил их шумными криками с разных сторон. Кто-то кричал от радости, что родители купили им заветную игрушку, а кто-то — от страха выпасть из сиденья на очередном крутом повороте и резком спуске «Американских горок»… это место буквально оживало от переизбытка разного рода эмоций. Только вот Хосок чувствовал себя здесь не по себе. Нет, у него нет никаких детских травм или чего-то в этом роде. Просто пока они ехали сюда, Чон прикинул у себя в голове соотношение «страшных» и «безобидных» аттракционов, и оно, увы, значительно перевешивало в первую сторону. Он всё еще не отошёл от прыжка с горы, а тут он снова добровольно пришёл навстречу к своей смерти. Остаётся только надеяться, что Чимина привлечёт карусель с лошадками вместо обычных сидений вагонеток смертельно опасных горок и большой надувной динозавр в роли батута. Сам Чимин всё прекрасно понимал, но все равно специально ходил возле таких аттракционов, как «Американские горки» или «Молот», выражая своё восхищение и желание прокатиться, чтобы поиздеваться над хёном. — Чимин~а, что-то я себя плохо чувствую, кажется, слишком много съел. Ты, наверное, иди один, — начал придумывать правдоподобные отмазки Чон, когда младший купил билеты на «Американские горки». — Так это же отличный способ очистить желудок, — с ехидной нескрываемой улыбкой потащил он его к очереди длиною с пятидесятиметровую немертину (прим. Самое длинное существо на планете). У них была особая привилегия — пройти без очереди, которую они смогли получить, доплатив немного больше денег. Это было хорошо для Чимина, но не для Хосока, который уже находился на грани того, чтобы упасть в обморок, мысленно выбирая цвет для гроба, в котором его похоронят. Удача была на их стороне, так как они урвали самые лучшие места, спереди, а бедный Хосок уже видел летающих ангелочков перед глазами. — Хён, если ты упадёшь с такой высоты, то, возможно, если тебе повезет, ты выживешь, — подержал его младший, когда они уже тронулись с места. Не успели они даже подняться на самую высокую точку, как Хосок уже во всю кричал, крепко вжавшись сиденье, тогда как Чим поднял руки вверх, наслаждаясь каждой секундой. — Расслабься, у тебя сейчас глаза из орбит вылетят, — посоветовал младший, взяв его за руку. Но как он мог успокоиться, когда они летели вниз, казалось, со скоростью света чуть ли не под прямым углом к земле, а сражу же следом — мертвая петля? Восьмым чудом света стало то, что он не отбросил коньки после всего этого. — Как же это весело! Я бы еще раз прокатился, чуть ли не прыгал от счастья Чимин. — Нет уж! Это уже без меня! Посмотри на меня, я так вспотел, как будто только что из бани вышел. Пак рассмеялся во весь голос, держась руками за живот. — Хосок, ты такой смешной. С тобой и в цирк не надо ходить… — посмеивался он, как вдруг что-то привлекло его внимание. — Хён, что это там? — Где? — он посмотрел в направлении его взгляда на маленького мальчика с чем-то разноцветным в руках. — Аа, это сладкая вата. Ах, ты должен скорее ее попробовать. Она такая воздушная, что, в буквальном смысле, тает во рту. — Где же, где же мы можем ее купить? — сгорая от нетерпения, начал крутиться по сторонам младший. — Вижу цель! На десять часов, прямо возле тира! — словно маленький ребёнок закричал Чон и они рванули сквозь толпу зевак прямиком к продавцу с тележкой. Вот только Чимин вдруг остановился прямо перед самым носом у Хосока и…