Vital

На новом месте Виталь освоился быстро. Первая неделя была напряжённой: они с Миленой делили домашние обязанности (готовка – ей, потому что Виталь, конечно, всё необходимое делать умеет, но не будет – он занят; мытьё посуды – ему, потому что это справедливо), определяли допустимое время музицирования («Игра на музыкальных инструментах от 21:00 вечера до 10:00 утра воспрещается»), ругались из-за рассеянности Виталя («Я же говорила не включать стиралку вместе с духовкой! Пробки выбивает! Вот и исправляй, мастер-ломастер!»), пытались убедить Вишневского тоже проникнуться Бродским и не сбегать из комнаты Виталя («Если он сгрызёт мой шнурок от зарядки, ты мне десять таких купишь. Ути лапуська, как он глазки строит! Можно я ему дам вкусняшку?»). В общем, Милена оказалась прекрасной соседкой. Виталь в ней не сомневался. Они даже вспомнили музейный досуг, когда Виталь готовился к конкурсу декламации и читал стихи вслух (в музее они этим развлекались в дни матчей, когда посетителей не было). Милена кайфовала. А потом зачем-то попросила перевод. – А чего ты не поняла? – удивился Виталь. – Инязовская деформация? – сочувственно посмотрела на него Милена. – Не все тут полиглоты. Лично я учила только английский и мандалорский, а по-французски знаю только «хенде хох». – Это испанский, – машинально поправил её Виталь и всё-таки перевёл «Романс об испанской жандармерии». А потом и «Балладу поэтического состязания в Блуа» – уже с французского. А потом весь вечер пил чай и молчал: от долгой болтовни всегда садился голос.

***

@totentanz: Морфий или кокаин? Это сообщение, по идее, должно было привлечь внимание Виталя. А чтобы ответ был хоть немного вразумительным, Генрих добавил: @totentanz: Не хочу вторгаться, если что-то личное, но ты там живой вообще? Куда пропал? Генрих, конечно, знал, что Виталь жив: видел его в институте. Но в твиттере он не появлялся больше недели, и такое долгое молчание ему было совсем не свойственно. Да и выглядел он странно – не то простывшим, не то с похмелья: взъерошенный, с воспалёнными веками и синяками вокруг глаз, замедленными движениями и ещё более отсутствующим видом, чем обычно. Генрих не волновался, разумеется. С чего бы? Он просто недоумевал. И ему не хватало их вечерне-ночных переписок. Генрих незаметно привык к присутствию в своей жизни Виталя с его странноватым мышлением. Виталь не отвечал ещё два дня. Потом появился первый твит: Major T. @rainbowie Я понял, почему девушкам нравятся высокие парни. С помощью нас удобно вешать шторы и вытирать пыль со шкафов. Генрих долго смотрел в монитор. Девушки?.. Виталь и девушки?.. Виталь, нравящийся девушкам?.. Затем ему пришло в голову единственно возможное объяснение: Марго попросила Виталя помочь с уборкой. Ещё через день, так и не ответив на сообщения Генриха, Виталь обрадовал новым твитом: Major T. @rainbowie Натыкаясь на рекламу одной языковой школы, я всегда задавался вопросом: откуда у них в штате носители пяти иностранных языков? Сегодня я сам устроился в эту школу на должность преподавателя – носителя английского языка. Вопросов больше не имею. Стало ясно, что в его жизни произошёл масштабный сдвиг, из-за чего Виталю стало не до твиттера. Надеясь, что сдвиг был к лучшему, Генрих принялся терпеливо ждать.

***

Сообщения в твиттере Виталь игнорировал, потому что не хотелось отвечать даже элементарным «не твоё дело». К тому же @totentanz такой грубости не заслуживал. Виталю твиттерский знакомый понравился с первого же идиотского спора. Приятно на просторах интернета, в этом бескрайнем информационном пространстве, встретить такого же придурка, как ты сам. С кем можно поговорить о языках, кто понимает отсылки и кому нравятся крысы. Общение с этим парнем (парнем ли?) воодушевляло и в то же время… заземляло? Как там по-русски будет «grounded»?.. Помогало сохранить связь с реальностью. Парень (парень ли? ну да нехай будет парень) казался реалистом, стоящим обеими ногами на земле. Но он явно понимал, что ему не хватает полёта – поэтому раз за разом отвечал на вопросы Виталя и задавал свои. На аватарке у человека с мелодичным ником @totentanz красовался в синем освещении молодой мужчина в непонятном рокерско-кружевном белом костюме, с пушистыми светлыми волосами до плеч, эфемерно-изящный и смахивающий на призрак – возможно, из-за нечёткости картинки. По этой аватарке – и по всему остальному – Виталь предполагал, что сам хозяин аккаунта, скорее всего, не очень гетеро. Или он – это она. Хотя какая разница? В описании аккаунта стояло семь слов: «Лингвист, переводчик, мюзикломан. Deutsch, русский, français, español». И флаги Австрии и России. Редкие твиты были лаконичными, даже сухими – не считая, пожалуй, того, к которому Виталь прицепился в день знакомства. ein Freund @totentanz Жаль, что Крёгер так и не сыграл Герберта фон Кролока. Не понимаю, почему. ein Freund @totentanz «Отверженные» на нидерландском звучат лучше, чем на немецком. Дело в цветах флага? ein Freund @totentanz Когда-нибудь я допишу эту статью. Возможно, даже в этом году. Один недавний твит был просто очаровательным: ein Freund @totentanz Встретил на парковке ласкового котика, поддался умилению и пошёл за кормом. В итоге оправдываться за опоздание было предельно неловко. Этот любитель котиков и мюзиклов просто не мог оставить любителя крыс и оперы равнодушным. Привыкнув к новым условиям жизни и немного придя в себя, Виталь наконец решил, что готов ему ответить.

***

@rainbowie: Лауданум @rainbowie: Не помешал бы. Увы, не продаётся. Сообщение от Виталя пришло во втором часу ночи, когда Генрих уже подумывал о том, чтобы лечь спать. @totentanz: Всё настолько плохо? @rainbowie: Уже лучше. Немного подумав, Генрих предложил: @totentanz: Хочешь об этом рассказать? @totentanz: Не из любопытства.

***

@totentanz: Понимаю, что я чужой человек, и не навязываюсь. @totentanz: Просто ты говорил, что в сети открыться легче. Если захочешь, я здесь. От экрана вдруг потянуло знакомым и мерзким душком – душком беседы с психологом. Виталь терпеть не мог психологов, но в школе – в старших классах – считали, что эти беседы ему нужны. Виталь уклонялся от них как мог, несколько раз даже сбегал через окна первого этажа. Вот и сейчас он прямо видел перед собой человека с прохладно-доброжелательным выражением лица, сдержанной мимикой, осторожными жестами, мягким голосом (будто Виталь – какое-то дикое животное, готовое при любом намёке на опасность сигануть в окно или вцепиться зубами в чьё-нибудь горло) и бесконечным равнодушием в глазах. Виталь не боялся психологов. Они просто его бесили – особенно их уверенность в том, что они видят его насквозь. Он почти пожалел, что решил поддержать этот разговор. Стоило проигнорировать вопросы – и закрыли бы тему раз и навсегда. Но до сих пор @totentanz ему нравился. И, кажется, он это всё из лучших побуждений. И он прав: разговаривать с аватаркой в интернете всегда проще. Всё равно что с самим собой. А поговорить всё же хотелось. Но с Миленой не получалось, а больше было не с кем. Другие друзья были не ближе и не дальше этого, и раз уж он сам предложил… @rainbowie: Окей, я не против поговорить @rainbowie: НО @rainbowie: Если ты меня лечить не будешь. @totentanz: А должен? @rainbowie: Нет. @rainbowie: И не пытайся. @rainbowie: Или это будет наш последний разговор. @totentanz: Я не врач и не считаю себя таковым, расслабься.

***

@totentanz: Предложил поговорить только потому, что мне самому всегда легче от этого становится. Генрих медленно выдохнул, убрав руки от клавиатуры. Похоже, Виталю действительно не помешал бы лауданум. Пара капель – для успокоения нервов. Молчание длилось несколько минут. @rainbowie: Ты просто напомнил мою школьную психологиню @rainbowie: Похожие формулировки @rainbowie: Она меня бесила. Что же это была за психологиня, после которой у Виталя вьетнамские флэшбэки? @totentanz: Прости за ассоциацию. @rainbowie: Да ладно, ты-то не виноват, что у меня такой бэкграунд. @totentanz: Рад, что ты это понимаешь. @rainbowie: Извини. @totentanz: Извиняю. Виталь молчал ещё некоторое время. Похоже, собирался с мыслями. Наконец начал отрывисто писать: @rainbowie: Семейное @rainbowie: С мамой поссорился @rainbowie: Ну как @rainbowie: Мы не то чтобы прям ссорились, просто не смогли решить один конфликт @rainbowie: И вряд ли сможем @rainbowie: И я ушёл. Теперь с подругой живу. Что ж, это многое объясняло. Если бы Генрих поссорился с мамой, он тоже был бы в растрёпанных чувствах – и это ещё мягко сказано.

***

@totentanz: Сочувствую. Если семейное, то о подробностях спрашивать не буду. Но Виталь уже разошёлся. Почему бы не поделиться личным с незнакомцем в интернете, не знающим даже, как Виталь выглядит и где живёт. И если не с ним, то с кем? @rainbowie: Да сам расскажу @rainbowie: Я понимаю, что сам неправ @rainbowie: Но быть рядом всё равно не могу

***

@rainbowie: Короче, у мамы новый мужчина Генрих осторожно предположил: @totentanz: И он тебе не нравится, как я понимаю? @rainbowie: Да блин @rainbowie: Даже не в нём дело @rainbowie: Просто @rainbowie: Блин @rainbowie: Как объяснить Впервые на памяти Генриха Виталь не мог подобрать слова. @rainbowie: Я ещё помню отца @rainbowie: Он рядом как живой почти @rainbowie: А тут ОН @rainbowie: И для мамы всё нормально @rainbowie: Как будто ничего не болит, не чешется @rainbowie: Будто не три года прошло, а тридцать @rainbowie: Я не могу их вместе видеть @rainbowie: Понимаю, что это моя проблема, но я и не мешаю никак @rainbowie: Просто ушёл @rainbowie: Но мама восприняла это болезненно @rainbowie: Будто я её в чём-то обвинил @rainbowie: Хотя я не могу обвинять @rainbowie: Не понимаю – да @rainbowie: Капсом НЕ ПОНИМАЮ @rainbowie: Короче, сложно Ещё и отец. Да тут целый букет семейных проблем. Если бы Виталь был его близким другом, если бы они были рядом, Генрих обнял бы его и долго молчал вместе с ним – как всегда делала его мама. Генрих приходил к ней со всеми своими бедами, и даже когда мама не могла помочь словом или делом, она помогала так – пониманием, теплом своих рук, безмолвной заботой и любовью. Но следующие сообщения убедили Генриха, что сейчас лучше держать свой опыт при себе: @rainbowie: И мама ведь даже не любит меня особо @rainbowie: Никогда не любила @rainbowie: Но всё равно я как будто её пнул перед уходом @rainbowie: Хотя просто решил не мешать @rainbowie: Вот почему ей не всё равно? Сглотнув внезапно вязкую слюну, Генрих спросил, уже догадываясь, что пожалеет об этом: @totentanz: С чего ты взял, что она тебя не любит? Следующее сообщение Виталь набирал долго, и это тревожило. Генрих приготовился было к гневной отповеди в духе: «На этот раз я ответил, но впредь не смей задавать такие личные вопросы», – но Виталь в очередной раз удивил. Его, похоже, вообще не волновало, насколько личные вопросы ему задают: он был готов к предельной откровенности – а вот сам Генрих, как оказалось, к его откровенности готов не был.

***

@rainbowie: Мама детей не хотела, по крайней мере так рано (ей было 20), да ещё и мой биологический папаша козлом оказался: свалил в закат, как только узнал о беременности. В общем, она собиралась сделать аборт. Но в последний момент передумала. Потом хотела оставить меня в роддоме, но опять передумала. Решила, что раз уж родила – это её ответственность, а ребёнок ни в чём не виноват. Об этом Виталь узнал от бабушки незадолго до появления отца. Сначала не хотел верить. А потом – случайно – подслушал разговор мамы с отцом. Мама тогда плакала. Отец слушал и молчал. «Но это ещё не самое худшее», – в какой-то момент сказала мама. Виталь отпрянул от двери и на цыпочках прокрался в свою комнату. Он не был уверен, что готов услышать что-то ещё. Ему хватило откровений. С родителями он об этом не говорил. @rainbowie: Она меня не обижала, конечно, не била там, ничего такого. Старалась быть хорошей матерью. У неё даже получалось. Но я всегда понимал, что что-то не так. Что я не особо нужен. Она вроде слегка оттаяла, когда появился отец, но холод всё равно остался. Виталь её понимал. На самом деле, на месте мамы он бы не изменил своё первое решение – даже если бы его пугали всевозможными рисками вплоть до летального исхода. Самым страшным риском для него была бы перспектива рождения ребёнка, который ему не нужен и к которому он не готов. Чтобы лет через пятнадцать услышать от выросшего человека с искалеченной психикой: «Я не просил меня рожать»? Сам Виталь такого ещё не говорил – не приходилось. Отец в их жизни появился очень вовремя. Спас их обоих от самих себя и друг от друга. @rainbowie: Только отец меня и любил. Сначала Виталь его сторонился, не доверял. Обижался на маму за то, что она притащила в дом какого-то левого мужика (мама оправдывалась тем, что он сам к ней прицепился, как репейник – а ещё интеллигент!). Мужик, правда, оказался классным. Он пел, играл на гитаре и фортепиано, обалденно готовил пиццу с ананасами, травил байки из закулисья оперного театра, читал наизусть целые поэмы, учил писать прописью, кататься на велосипеде, играть в шахматы и складывать оригами. Он не поучал, не заискивал и никого из себя не строил, чтобы понравиться. Он смотрел на маму влюблёнными глазами и носил её на руках, а с Виталем общался, как со взрослым. Вскоре Виталь уже ходил за ним хвостом и заглядывал в рот. Потом начал звать отцом и уже не представлял жизни без него. Отец был ему роднее матери. А потом его не стало. Врачебная ошибка и внезапная смерть. Возможно, Виталю было бы легче, если бы он успел… подготовиться? Привыкнуть к мысли, что они скоро останутся одни? Попрощаться, сделать или сказать что-то, чего раньше не успел? Неважно. Виталю будто руку отсекли. А теперь по фантому этой руки начали аккуратно постукивать молотком. Виталь понимал, что его боль – только в голове. Но ему от этого было не легче. И даже мама не виновата. Ни в этом, ни в том, что было раньше. Никто не виноват, но всем им почему-то больно.

***

@rainbowie: Я её не виню, конечно. Даже понимаю. Не думаю, что смог бы себя любить на её месте. @rainbowie: Даже если отбросить предысторию, от меня всю жизнь одни проблемы. У Генриха волосы на загривке зашевелились от того, как спокойно и обстоятельно Виталь это расписал – да ещё и закончил пониманием и, видимо, принятием. Как будто это нормально – прививать ребёнку чувство ненужности и вины. Откуда он вообще всё это знает? Кто ему рассказал? И как это было? Он просто принял информацию к сведению? Не обижается, не злится? Не сомневается в себе? Не лезет на стену? И сколько лет ему было, когда он обо всём узнал? А как бы Генрих вёл себя на его месте? С ума бы сходил – это точно. Нужно было что-то ответить – и так, чтобы Виталь не пожалел о своей откровенности, не замкнулся и не отдалился. Но что сказать? Осуждать его маму Генрих был не вправе, даже если бы хотел (и как осуждать, если её саму можно пожалеть?). Задавать новые и новые вопросы? Но Генрих и так опасался лезть слишком глубоко в чужую душу, да и не был теперь уверен, готов ли он сам к возможным ответам. И что ему стоило в самом начале, когда Виталь ещё не слишком разошёлся, закрыть тему? Плавно уйти от неё или просто прекратить разговор под любым предлогом? Или вообще не начинать это всё, не предлагать сеанс домашней психотерапии. Но нет! Любопытство сгубило кошку, а Генриху оно обещало если не бессонную ночь, то мутные кошмары. Впрочем, это уже не любопытство. Сочувствие? Желание помочь – или хотя бы поддержать? Родители должны любить своих детей, иначе дети не научатся любить самих себя. Из нелюбви никогда ничего хорошего не вырастет. Виталь словно услышал эту мысль: @rainbowie: Отсюда мораль: не готов к детям – не заводи. @totentanz: То есть ты был бы не против, если бы тебя «не завели»? @rainbowie: Мне было бы всё равно @rainbowie: Не было бы никакого меня Какой всё-таки чудесный у них получается разговор. Самое то перед сном. Тяжело вздохнув, Генрих задумался. Что же всё-таки ему сказать? (Фоном мелькнуло: вот отсюда все его «оно того не стоит». Он сам себя не ценит, не верит в свою ценность. Словами такое не лечится.) И всё же. @totentanz: Я не знаком с твоей семьёй и не могу судить, но подумай вот о чём. Люди меняются. Обстоятельства меняются. Возможно, поначалу всё было так, как ты говоришь, но почему ты думаешь, что мама не могла полюбить тебя со временем? Из того, что ты раньше рассказывал, у меня сложилось впечатление, что у вас очень хорошие отношения. @rainbowie: Она просто слишком ответственная @rainbowie: Я же говорю, она старалась быть хорошей матерью @rainbowie: Всегда @rainbowie: Но через силу.

***

@totentanz: А что тогда любовь, если не ответственность? @totentanz: Даже через силу. Это труд. Виталь скривился. @rainbowie: Экзюпери начитался, что ли? @totentanz: Как будто это что-то плохое. Виталь терпеть не мог эту… сказку? притчу? Дичь, короче. Он не выносил вещи, вызывающие у него слёзы. (Это не помешало ему после смерти отца сделать на предплечье татуировку в виде барашка в ящике. Правда, само слово «ящик» приобрело слегка зловещий смысл.) @rainbowie: Что хорошего мог написать человек, у которого удав сожрал слона? @rainbowie: Мне было жалко слона. И принца. И Розу. И Лиса. И самого автора, чего уж там. Неприятно, наверно, когда ты погиб, а никто не знает, как, и даже тела не нашли. @rainbowie: И кто вообще решил, что эта муть тоскливая – нормальное чтиво для детей? Как бы там автор в посвящении ни выделывался. @totentanz: … @totentanz: Кажется, тебя пора накрыть стеклянным колпаком. @rainbowie: Хватит этой херни. Нужно было просто промолчать, а не развивать тему. Девиз вечера, очевидно. Жаль, что Виталь ни разу не прислушался к этой здравой мысли. @totentanz: Серьёзно, иди лучше спать. Тебе явно нужна передышка. Наверняка был тяжёлый день, а теперь и тяжёлый разговор. @totentanz: Будет неловко, если ты из-за меня начнёшь кусаться и в реальности. Виталя будто водой окатили. Не ледяной – тёплой даже, – но обтекать, когда штаны мокрые и в кедах хлюпает, всё равно мерзко. И вина на языке горчит, как таблетка супрастина. Глубокий вдох, выдох. Повторить несколько раз. В таких случаях Милена всегда говорит, что нужно отпускать эмоции в Силу. Поучиться у неё медитации, что ли? Виталь сам не понимал, откуда в нём столько раздражения. Хорошо, что собеседник оказался уравновешенным и не обижался на его вспышки. Или хотя бы делал вид, что не обижается. Казалось, ему было не всё равно. (Как будто на лоб Виталю легла прохладная ладонь – и стало легче.) @rainbowie: Ладно, ты прав @rainbowie: Ещё раз извини.

***

@rainbowie: И спасибо. Я тебя так загрузил. Виталя хотелось завернуть в мягкое полотенце, как промокшего и недовольного кота (Генрих невольно улыбнулся этой ассоциации). Жаль, что утешить его не получалось. Как, наверное, горько быть – или просто чувствовать себя – нелюбимым. @totentanz: Извиняю. И пожалуйста. @totentanz: Ты имеешь право на эмоции, а я сам предложил разговор. @totentanz: И не жалею. Уже отправив последнее сообщение, Генрих понял, что не соврал. Пусть слова Виталя порождали в нём холодную, тянущую тревогу, он чувствовал, что приобрёл больше, чем потерял. Этот разговор они продолжат, но не сегодня. Это нужно им обоим. @rainbowie: Спасибо

***

@rainbowie: Спокойной ночи @totentanz: И тебе. Виталь уже готов был выйти из твиттера и поставить телефон на зарядку, но – во внезапном приступе паники – спросил: @rainbowie: Ещё поговорим? @rainbowie: Потом И сразу пожалел об этом. Слишком заискивающе получилось. Жалко. Виталь ещё в детстве перестал навязываться людям, которым он был не нужен, а тут… @totentanz: Конечно. Как только будешь готов. Виталь выдохнул с облегчением. (Прохладная и нежная ладонь скользнула со лба вверх, мягко взъерошив волосы.)