Side Dishes

Сон Соха работает в семейном ресторане своей матери. Он хорошо готовит, любит свою мать и всегда рад ей помочь, но его жизнь ему ужасно надоела. Он знакомится с Тэсуном, потому что регулярно заходит к ним в ресторан на обед. Тэсуну нравятся гарниры. Сохе нравится Тэсун. Съемки стартуют через месяц, и Юнги и Хосок совершают долгую поездку из Сеула в Тэгу. Улицы кажутся знакомыми, и Юнги думает, что, возможно, их знакомость и есть та самая "тоска по дому", о которой он часто слышал. Он думает о том, чтобы навестить свою мать, но потом вспоминает, что она сейчас в доме на Чеджу, который Юнги купил для нее два года назад. - Наверное, здорово вернуться сюда, да? - спрашивает Хосок, демонстрируя свою фирменную солнечную улыбку. - Может быть, мы могли бы провести ночь в городе? Юнги, как и ожидалось, усмехается и говорит Хосоку, чтобы тот шел один, а затем уходит и запирается в своей спальне до первого съемочного дня. У Юнги всегда есть ритуал для первого дня. Он просыпается в пять утра, чтобы не торопясь, потихоньку собраться и возится в своей квартире в Тэгу. Он всегда съедает порцию йогурта и пытается оставить все как есть, но в шесть утра появляется Хосок и заставляет Юнги позавтракать блинчиками, потому что, по словам Хосока, блины могут подготовить взрослого мужчину ко всему. Юнги ворчит, как всегда, потому что из всех съемочных дней первый всегда самый тяжелый. Именно в этот день съемочная группа проявляет наибольший энтузиазм, веселье и радость, а ничто так не действует на нервы Юнги, как радость. - Ты как вампир или что-то вроде того, клянусь, ты никогда не улыбаешься, - бормочет Хосок, пытаясь поправить волосы Юнги так, чтобы они выглядели не как птичье гнездо. - Вампиры не спят, а не улыбаются, - отвечает Юнги, отмахиваясь от рук своего менеджера. - Хватит возиться с моими волосами, не важно, как они выглядят, потому что коорди все равно их заново поправят. Мы можем уже идти? Хосок знает, что спорить с Юнги бесполезно, поэтому они прибывают на съемочную площадку с прической Юнги в полном беспорядке. Все участники съемочной группы вздохнули, но все в индустрии знают о не слишком веселом нраве Юнги и боятся комментировать его внешний вид. - Юнги! Сокджин - единственный, кто осмелился подойти к Юнги так рано утром, и хотя Юнги не против компании Сокджина, его ослепительно яркая улыбка только больше злит его. - Разве это не интересно? - удивляется Сокджин, садясь в кресло рядом с Юнги. На кресле написано "Режиссер", но Намджуна пока нигде нет, и у Юнги есть ощущение, что он не будет возражать против того, чтобы Сокджин украл его. - Да, очень интересно, - бормочет Юнги, надеясь, что Сокджин услышит отсутствие энтузиазма в его голосе и поймет, что нужно отступить. К сожалению, он этого не делает. - Мне нравится видеть, как все готовятся к съемкам, - продолжает Сокджин, с волнением оглядывая съемочную площадку. - Поначалу я не знал, что для создания фильма нужно столько всего сделать. Все кажется таким простым, но на самом деле это огромный труд. Хотя, думаю, ты знаешь больше, чем я, со всем твоим опытом и прочим. Юнги бросает на него усталый взгляд. - Да. Работы много, и первый день всегда самый трудный. От дальнейших разговоров его спасло то, что среди коорди началась суматоха, и Юнги заглянул туда, чтобы увидеть, что Пак Чимин наконец-то прибыл. - Почему ты весь мокрый? - визжит старший коорди, грубо вытирая голову Чимина полотенцем. - Теперь нам понадобится дополнительное время, чтобы высушить и уложить тебя! - Простите, простите, - бормочет Чимин, протягивая руку, чтобы помочь старшему коорди высушить его волосы. - На улице идет дождь, а у меня не было с собой зонта. Корди бросает на него взгляд: - Разве твой менеджер не должен заботиться о тебе лучше? В этот момент Юнги замечает, что рядом с ним стоит угрюмый мужчина и копается в своем планшете. Он поднимает глаза и хмурится, и Юнги думает, что это, должно быть, и есть менеджер Чимина - и почему-то он выглядит даже моложе Чимина. "В наши дни в киноиндустрии слишком много детей." - внутренне усмехается Юнги. - Может, если бы Чимин перестал убегать, я мог бы ходить за ним с зонтом, - сухо заметил менеджер, ткнув уголком планшета в бок Чимина. Юнги мысленно благодарит бога, что Хосок более покладистый. Хотя, возможно, это потому, что недовольства Юнги хватает для них обоих. Однако Чимин, похоже, не слишком возражает против такого грубого обращения и дружески обнимает своего менеджера за шею. Юнги смутно думает о том, что Чимин, вероятно, мог бы стать хорошим другом для Хосока. Юнги не успевает толком рассмотреть Чимина, как его уводят на прическу и макияж, а костюмеры успевают примерить на его не менее семи разных образов, прежде чем он наконец-то срывается настолько, что один из стажеров в слезах убегает со съемочной площадки. Хосок бросает на него страдальческий взгляд, но ничего не говорит. У Юнги и вправду не очень хорошая репутация. Известно, что он суетлив, его нелегко удовлетворить, и он редко улыбается. СМИ считают, что это из-за его измученной души, Хосок - что из-за скрытой депрессии, и только Юнги знает, что он такой, какой есть, потому что просто не может заставить себя волноваться. Он уже давно ни о чем не заботится, ни о себе, ни о других, ни о своей карьере. Единственное, что волнует Юнги, это персонажи, которых он играет. По крайней мере, они заботятся о других вещах.