Unplanned Falling

      Чан проснулся с сильной головной болью и еле разлепил глаза. Кровать, в которой он лежал, была явно не его и даже не Минхо. Недоумевая, он начал разглядывать обстановку и с облегчением понял, что находится в доме своего лучшего друга.       Голова гудела, мозг плохо соображал, и парень вдруг почувствовал, как желудок стало сильно крутить, поэтому он подорвался с места и побежал в ванную, склоняясь над унитазом. Он услышал, как кто-то вошёл в комнату и придержал руками его чёлку. — Тебе не нужно это видеть, — промычал Чан, медленно поднимаясь и смывая воду в унитазе.       Чанбин хмыкнул: — Мы же друзья.       Чанбин дал лучшему другу новую зубную щётку, пока тот полоскал рот и умывался. В процессе Чан взглянул на своё отражение: он выглядел ужасно. — Ты помнишь хоть что-то со вчерашней ночи? — спросил Со, опираясь на дверной косяк.       Воспоминания были лишь обрывками, он помнил, как глотал напиток за напитком, целовался с Минхо на глазах у всех, пошёл в уборную, затем Чан вспомнил про секс с младшим в кабинке туалета, отчего покраснел. После этого воспоминания были расплывчатыми, он мог вспомнить только то, как Ли помог ему выйти с бара, но на этом всё. — Не очень, — Чан поморщился от головной боли. — Вы не отлипали друг от друга всю вечеринку, — Бин разглядывал парня перед собой, пытаясь прочесть его через язык тела. — Это из-за алкоголя, — Чан болезненно простонал, так как почувствовал комом в горле тошноту. Он никогда больше не прикоснётся к алкоголю. — Чан, что между вами? Ты поговорил с ним?       Бан виновато опустил взгляд. Он не хотел говорить, что прошедшие две недели были чудовищные, где чувства одного человека выросли настолько, что грозились вырваться наружу, а второму, похоже, было плевать. — Я думал, Минхо вызовется отвезти меня домой, — немного помолчав, сказал Чан, чтобы уйти от темы. — Он хотел. Он был не очень рад из-за того, что я настаивал отвезти тебя. Потому что ты всё не затыкался и всё бормотал себе под нос всякое.       Чан испуганно вздёрнул голову, смотря на друга в отражении зеркала: — Я что-то сказал ему?       Чанбин немного помолчал, нервно переминаясь с ноги на ногу, затем сложил руки на груди: — Ну…ты вроде схватил его за руку и сказал, что соврал. Сказал, что больше не можешь заниматься бессмысленным сексом.       Старший в ужасе развернулся: — Что-то ещё?       Бин тяжело выдохнул, не горя желанием отвечать, и, собравшись, ответил: — Ты сказал, что у тебя появились чувства. — Почему ты не остановил меня? — громко спросил Чан, он чувствовал, как кровь вскипает, и направился к выходу, отталкивая Чанбина, чтобы взять телефон. — Я пытался! Но ты не умолкал! — так же возмущённо ответил младший, идя следом. — Что ты делаешь? — спросил он, увидев, как Чан поспешно взял телефон в руки. — Я скажу ему, что пошутил, что соврал. Что мне кроме секса ничего не нужно. Я был пьян, я нёс чепуху. — Это враньё, Чан, одумайся. — Блять, Чанбин, нет, — крикнул старший и начал в спешке дрожащими пальцами искать контакты Минхо. Вдруг сильная рука выхватила устройство из рук. — Чан, пора прекращать, — медленно проговорил Со, пытаясь успокоить друга и быть снисходительнее к нему. — Бини, ты не знаешь Минхо. Я спугнул его, — жалобно прошептал Чан, сдерживая слёзы, и попытался вернуть свой телефон. — Чан, я спрошу снова: он тебе нравится? — мягко спросил Чанбин, удерживая руку старшего. — Я уже сказал, что нет! — голос Чана сорвался, а из глаз потекли слёзы. Со смягчился и притянул его в объятия, крепко прижимая к себе. — Он мне нужен, — наконец сдался Чан. Слёзы застилали глаза, а шёпот вышел слишком жалобным. — Мне самому страшно от того, насколько сильно я в нём нуждаюсь. — Мысль о том, что Минхо никогда с ним больше не заговорит, ужасно пугала. — Прости, Бини, я такая сопля. — Чан, — начал его друг, наконец отстраняясь, но крепко держа за плечи и заглядывая в заплаканные глаза. — Пожалуйста, выслушай меня. Перестань так себя мучать. Я просил тебя поговорить с ним, но ты не стал этого делать. А теперь страдаешь, ты позволяешь ему тебя ранить. И мне приходится наблюдать, как мой лучший друг мучается, страдает, а я даже не знаю, как ему помочь. Я не могу просто сидеть и смотреть на это, — взгляд Чана потускнел и опустился, из-за чего сердце Чанбина бухнуло туда же вниз. — Пожалуйста, не давай ему делать с тобой, что ему вздумается. Настало время, чтобы он узнал о твоих чувствах, — закончил он и медленно выдохнул. — У меня нет к нему чувств. Я не испытываю чувств ни к кому, — неуверенно пробормотал Чан. Он знал, что Чанбин всё равно ему не поверил. — Всё будет хорошо, — младший снова его крепко обнял и отдал телефон. — Я доверяю тебе и надеюсь, что ты не будешь писать, что надумал. — Не буду, — заверил его Чан, решив, что Со, в конце концов, прав. Он позволял себя ранить.

***

      Как Чан и думал, Минхо всю неделю ему не писал. Ни звука, ни сообщения, будто его никогда и не существовало. При любом оповещении телефона рука Чана тянулась к нему, чтобы посмотреть, не решил ли младший напомнить о себе. Чан очень по нему скучал и тосковал, но держал обещание, данное Чанбину. Иной раз пальцы сами набирали сообщение, но парень брал себя в руки и удалял написанное.       Спустя неделю в групповом чате появилось сообщение от Минхо со следующим содержанием: «В следующую субботу у меня намечено деловое мероприятие. Кто-то хочет присоединиться ко мне?»       Чан не хотел идти. Минхо, наверное, и не хотел, чтобы тот шёл, иначе написал бы лично. Только парень об этом подумал, как телефон завибрировал от нового сообщения. Минхо: Приходи, пожалуйста.       На этот раз сообщение пришло в личку, будто тот прочёл мысли Чана. Старший подумал над предложением и в итоге решился пойти. Пойдут все, так что ничего страшного не произойдёт. Чан: Ок.       Легкиё сжались от разрывающей боли. Я скучаю по тебе. Я нуждаюсь в тебе. Я люблю тебя.