Unplanned Falling

      Чан любил новую работу. Любил — это ещё мягко сказано. Ёнхён был очень забавным, добрым и заботливым; двумя словами: полная противоположность его предыдущего начальника. А напарник Чана, Джэ, был ещё более смешным и чутким, поэтому парню было просто влиться в коллектив. Смена с токсичного окружения на такое исключительно положительно повлияла на него, а постоянная занятость не позволяла мыслям о Минхо просачиваться в голову.       Он показывал Ёнхёну некоторые песни, и они вместе корректировали их, чтобы те были пригодны для релиза. Ёнхен часто хвалил Чана, говорил, что никогда не видел настолько талантливого композитора, и для Чана это было более чем достаточно. Его тяжёлый труд наконец был оценён по достоинству. Зарплата была неплохая, жизнь наконец налаживалась и, словно пазлы, собиралась по кусочкам в единое целое. Однако одного кусочка пазла не хватало, но Чан не понимал, чего именно.       Быть в порядке и притворяться, будто всё в порядке, —две разные вещи, но Чан привык притворяться. По крайней мере, он считал, что хорошо с этим справляется, так как ему уже доводилось скрывать свои чувства к одному определённому парню, пока их взаимоотношения не треснули по швам. Всё время и энергию парень сливал в новую работу и придумывал искусные отмазки, чтобы не встречаться с группой, просто, чтобы не видеться с ним.       У времени есть свойство течь очень быстро, поэтому две недели с начала новой жизни пролетели незаметно. Чан уже делал завершающие штрихи на одной из песен, как в дверь постучали, и, спустя секунду, в помещение лёгкой пружинистой походкой вошёл Ёнхён. — Привет, Чан! — бодро сказал он, подходя. — Мы планируем отпраздновать в клубе победу одной нашей группы. Ты за?       Чан посмотрел на начальника, затем перевёл тоскливый взгляд на незаконченную песню. Он очень хотел остаться и поработать ещё, но идея показалась заманчивой. Кроме Ёнхёна, Джэ и дружелюбного парня БэмБэма он не был ни с кем знаком. Празднование в клубе могло быть прекрасной возможностью сблизиться с остальными. Парень кивнул, и Ёнхён весь просиял, весело кивнул в ответ и ответил: — Хорошо, тогда собирайся. Мы уходим через минут десять.       Чан поспешил в уборную, чтобы поправить при надобности волосы и умыться. Он посмотрел в отражение: вид был уставшим, значит, сегодняшняя вылазка точно пойдёт на пользу.       Ёнхен попросил подождать снаружи у приёмной, куда подъедет фургон, который заберёт их. Чан вышел на улицу и увидел чуть меньше двадцати работников. Все были заняты разговорами друг с другом, и Чан начал жалеть, что вообще согласился на это. Он встал в сторонке и от скуки и неловкости лазил в телефоне, как вдруг его затмила чья-то большая тень. — Привет, — протяжно поздоровался незнакомец.       Чан повернул голову, чтобы посмотреть на парня, и так и застыл.       Незнакомец был высоким, безумно красивым, с тёмными волосами, зачёсанными по бокам. Даже сквозь футболку проглядывались очертания крепкого тела и накачанных мышц. Чан, сам не заметив того, в открытую разглядывал парня перед собой и заметил это только когда наткнулся на его довольный прищур и ухмылку. — Да? — Чан пришёл в себя и пытался вести себя непринуждённо.       Парень посмеялся, и Чан отметил, насколько громким его смех был. Парень с улыбкой протянул руку: — Меня зовут Мэттью. Я увидел, что ты стоишь один и решил составить компанию.       Чан скептически посмотрел на него, не желая потерпеть такое же поражение, что и с Минхо, но протянул руку в ответ и пожал её. — Я Чан.       Продолжить им не дал Ёнхён, который подошёл к группе своих подчинённых и сказал, что фургон уже готов к отправке.       Чану довелось сидеть рядом со своим новым знакомым, похожим на греческое божество. — Ты новый в компании? — спросил Мэттью. — Да… я новенький здесь, — ответил Чан, неловко улыбнувшись парню. — Так и думал. Я бы точно запомнил такую милашку, — обыденно протянул Мэттью, но Чан почувствовал, будто сейчас загорится, и прикрыл покрасневшие щёки ладонями. — Вау, неожиданно, — захихикал Чан.       Мэттью в ответ тоже посмеялся. От этого парня веяло опасностью, он выглядел как типичный плейбой, но Чан не привык судить книгу по обложке. К тому же, чутьё его уже подвело с Минхо. Воспоминания о младшем снова больно отдались в сердце, Чан хотел навсегда избавиться от мыслей о нём.       Вскоре машина прибыла на место проведения мероприятия. Работники расселись по забронированным столикам, и Чан почувствовал, что Мэттью сел рядом.       Переживания и подозрения по поводу Мэттью начали медленно, но верно рассеиваться в ходе разговора. Он оказался довольно добродушным и лёгким на подъём. Как и Чан, Мэттью работал композитором, поэтому у них были общие темы для разговора. Они словно затерялись в своём мирке и без умолку болтали. Мышцы лица немного побаливали от того, сколько Чан смеялся в тот вечер. Вот что ему нужно было всё это время. — Где ты был всю мою жизнь? — Мэттью улыбнулся и допил напиток. — Не знаю, но теперь я здесь, — Чан улыбнулся и прильнул ближе. — Думаю, нам стоит обменяться номерами. Ты не против? — спросил Мэттью, уже доставая телефон. Он источал уверенность в себе, что контрастировало с постоянно сомневающимся Чаном.       Чан не знал, что делает. Может, ему хотелось таким образом отомстить Минхо, может ему хотелось избавиться от воспоминаний о младшем, но он улыбнулся, кивнул и добавил в контакты Мэттью свой номер.       Мэттью был для него, как глоток свежего воздуха. Чан не был готов к новым отношениям, но было бы здорово обзавестись другом. После вечеринки они стояли снаружи и ждали такси. Прохладный ветер легко обдувал Чана и заставлял его подрагивать, как вдруг парень почувствовал прикосновение к своим плечам, а затем заметил на них куртку. — Что ты делаешь? — Чан повернулся к Мэттью. — Ты дрожал, и я сначала думал обнять тебя, но это было бы слишком неприлично, — просто ответил парень, пожимая плечами.       Бан вновь посмотрел на него, пытаясь понять, был ли он одним из тех, кто флиртует со всеми, чтобы затянуть их в постель и добавить их в свой длинный лист однодневок. Но в глазах Мэттью были только теплота и дружелюбие. — Спасибо, — нежно сказал Чан и, благодарно улыбнувшись, похлопал парня по плечу.       Мэттью в ответ улыбнулся и, немного поразмыслив, сказал: — Это немного странно, но у меня ощущение, будто я тебя вечность знаю. Есть в тебе что-то, Чан.       Чан почувствовал приливающий к щекам жар и не знал, что сказать в ответ. К счастью, его спасло подъехавшее такси. Чан открыл дверь машины и повернулся к Мэттью: — Спасибо за сегодня, — он лучезарно улыбнулся, вернул парню его куртку и залез в такси.       Чан не мог перестать думать о Мэттью. Из-за Минхо ему было тяжело доверять людям, но Мэттью казался таким учтивым и добрым. Чан не мог перестать сравнивать поведение Минхо в их первую встречу и знакомство с Мэттью. Оба были полярно противоположными, да и продолжение их знакомства тоже сильно отличалось.       Уже дома Чан позвонил Чанбину и в подробностях рассказал о произошедшем. — Чан, это так здорово! — воскликнул Со. — Он реально сказал, что думал обнять тебя, но решил дать свою куртку? Немного старомодно, но я заценил, — он игриво посмеялся. — Ага, это приятно контрастирует с кое-кем, кого мы знаем, — в ответ Чан услышал, как смех на другом конце затих. — Чанбин, ты тут?       Чанбин шумно вздохнул и мягко начал: — Чан, я надеюсь, ты не используешь его, чтобы забыть о Минхо.       Старший, сам не зная почему, начал злиться из-за этих слов: — Использую? — он повысил голос. — Думаешь, мне нужен кто-то, чтобы я забыл о нём? — Чан… я просто спрашиваю, — медленно продолжил Чанбин. — У Минхо был шанс, он его продул, а я хочу быть счастливым. — Я тоже желаю тебе только счастья, но ответь пожалуйста, есть ли у тебя что-то к тому парню? — Чанбин на секунду умолк, потом добавил ещё спокойнее. — Ты не подумай, я буду рядом в любом случае. Если он будет любить тебя и заботиться, то я только рад.       Чан тяжело вздохнул: — Спасибо, Бини. Просто я терпеть его не могу уже. — Чан, мы не можем дождаться, пока ты вернёшься к нам. Прошло уже много времени. Может, ты присоединишься к нам завтра? — Мне ещё нужно немного времени, Бини. — Знаю, но прошло уже больше месяца. Мы очень по тебе скучаем. Да и тебе не обязательно с ним разговаривать.       Бан сомневался. Он не хотел видеть его, но это в любом случае когда-нибудь произойдёт. Чан может притворяться, будто не видит его, и всё будет в порядке. — Хорошо, я прийду завтра, — наконец согласился парень и услышал радостные вопли друга.

***

      Минхо не ожидал увидеть Чана снова так скоро. Несмотря на то, что они и так не появлялись с друзьями более месяца, Минхо казалось, что старшему понадобиться больше времени, чтобы тот был готов находиться с ним в одном помещении. Чан вошёл в кафе в шортах и широкой футболке. Он выглядел так мило и завораживающе, что Минхо еле оторвал от него взгляд и пытался успокоить разбушевавшееся сердце. Неудивительно, но Чан сел как можно дальше от Ли и весело поздоровался со всеми кроме Минхо. Младшего устраивало даже то, что Чан игнорирует его существование, ведь он может наконец видеть его. — Мы так рады, что ты снова с нами, Чани, — Сынмин радостно прощебетал. — Мы скучали.       Чан виновато улыбнулся: — Простите, я был занят работой.       Он соврал только частично: работа и правда занимала бо́льшую часть его времени.       Как бы Минхо ни старался, он не мог оторвать взгляд от Чана. Он выглядел куда лучше, чем в тот раз, когда вломился в его квартиру. Мешки под глазами были до сих пор заметными, но сам парень буквально сиял. Выглядел намного счастливее.       В разгаре веселья телефон Чана позвонил. Парень взглянул на дисплей, и его лицо сразу расплылось в улыбке, как только он увидел звонящего. — Привет, Мэттью! Нет, я могу говорить.       Все притихли и вопросительно посмотрели на Чана, поэтому он неловко прокашлялся и отошёл в более уединённый угол.       Минхо не сводил с него глаз и пытался вслушаться в разговор, хоть и понимал, что подслушивать не стоит. Собеседник Чана вероятно сказал что-то, потому что парень внезапно поднял взгляд на своих друзей, а когда увидел, что Минхо смотрит прямо на него, вздрогнул от неожиданности.       Они смотрели друг на друга несколько секунд, а потом Ли услышал, как Чан шепчет в динамик: — Нет, я не занят.       Он сбросил звонок и подошёл к столу. — Ты уходишь? — спросил Сынмин, видя, как Чан пытается поскорее допить свой коктейль. — Да, мне нужно уйти. Но мы ещё увидимся, я обещаю, что не буду отсутствовать так долго, — виновато пробормотал Чан, намеренно не смотря и избегая Минхо. — Хён, ты пришёл всего минут десять назад, — грустно вздохнул Чонин. — У меня появились дела, но я обязательно приду на следующей неделе, — Минхо мог поклясться, что Чану почему-то было неловко. Ему было интересно, кто же позвонил старшему, раз он так спешно собирался уйти.       Спустя пару минут, телефон Чана вновь завибрировал, и он, увидев сообщение от того же человека, поднялся и взял свои вещи. — Увидимся на следующей неделе, — пообещал он и попрощался с друзьями, избегая зрительного контакта с ними. Минхо с болью в сердце наблюдал, как Чан уходит. А через стеклянную стену было видно, как он с яркой улыбкой подходит к очень высокому и привлекательному незнакомцу, который так же радостно его приветствует. Ли старался не смотреть на их силуэты в стекле, но не мог оторвать взгляд с того, как Чан близко стоял с тем парнем, а потом начал смеяться и нежно дотронулся до его плеча.       Минхо желал, чтобы они поскорее ушли, а они, словно назло, так миловались перед ним. Как будто издалека он услышал голос Сынмина: — Эм, получается, Чан встречается с ним?       Чанбин ответил: — Нет, но они познакомились вчера и нашли общий язык. — А он красавчик. Фортануло Чану, — Чонин одобрительно кивнул головой. — Ага, он тот ещё флиртун, — посмеялся Со. — Я очень рад за Чана. На этой работе ему весело и интересно. И ещё он выглядит намного лучше, — подметил Феликс.       Джисон кивнул и добавил: — И его одежда больше не выглядит на нём, как мешок.       Хо не хотел встревать в разговор, но не смог обуздать любопытство: — Он счастлив? — спросил он с опаской Чанбина, боясь услышать ответ. — Не знаю, рано ещё говорить. Но он выглядит счастливее по сравнению с последними неделями, — Бин немного виновато посмотрел на парня, надеясь, что никак не задел его.       Минхо попытался улыбнуться, но вышла только кривая ухмылка. Чан до сих пор стоял неподалёку от кафе и улыбался той яркой улыбкой с ямочками, которую Минхо так любил. Если бы в его сердце прямо сейчас вонзили сотню ножей, боль была бы не такая острая и невыносимая. Чан снова звонко рассмеялся, а незнакомец неожиданно притянул его в объятия. И это было последней каплей. Ему нужно было уйти прямо сейчас. Минхо резко встал, напугав друзей, и начал поспешно собираться. Хёнджин несколько раз позвал его, но Ли был не в себе, ничего не видел и не слышал.       Чан все ещё находился в объятиях парня и отстранился, когда Минхо был у выхода. Чан заметил выходящего младшего и вздрогнул от удивления, увидев его взгляд на себе. Они смотрели друг на друга, может, несколько секунд, но для Минхо каждая секунда казалась вечностью. Они молчали, но их взгляды были красноречивыми и наполнены эмоциями, чувствами. «Чан, я скучаю. Я люблю тебя. Если бы я мог, я бы никогда тебя не отпускал».       Минхо смотрел Чану в глаза и хотел сократить расстояние, взять его за руку, поцеловать, крепко обнять и не отпускать, но Чан смотрел с тоской и болью, поэтому Ли медленно развернулся и с тяжестью в теле пошёл в противоположную сторону. Когда Минхо был почти у машины, он почувствовал прикосновение к своей руке, а затем увидел запыхавшегося Хёнджина. — Минхо…— мягко прошептал он, но Ли грубо вырвал свою руку из хватки и прикрикнул. — Хёнджин, оставь меня. Я сейчас не в состоянии. — Минхо, они не встречаются, — Хёнджин обеспокоенно вглядывался в лицо друга. — Ты видел, какой он счастливый с ним? Они знакомы второй день, но смеются, обнимаются. Им весело и комфортно друг с другом. Я не могу обеспечить ему такое, — Минхо отвернулся от парня и продолжил идти к машине. — Минхо… — Хёнджин вновь взял его за руку, развернул и обнял. Боль была такой острой и невыносимой, что Минхо не мог сдержать поток слёз. — Я не понимаю, как он так быстро отошёл. Прошёл месяц с лишним, — Минхо задыхался от слёз, уткнувшись в плечо Хвана. — Я проебался, Джинни… Я не знаю, как мне это исправить. Мне кажется… — он всхлипнул, и Хёнджин крепче обнял дрожащего парня. — Мне кажется, я его потерял.

***

— Пойдём? — спросил Мэттью, и Чан, оклемавшись, повернулся к нему. — А? Да, конечно, — натянуто улыбнулся он и глубоко вздохнул. То, как с трудом Минхо уходил, заставляло его чувствовать что-то неприятное. Он выглядел опустошенным и удручённым, что ранило Чана сильнее, чем тот позволял себе признавать. Чан пытался не думать об этом, пока они шли к машине Мэттью.       Оставшийся день прошёл нормально. Было непривычно и странно то, как он доверял Мэттью, открывался ему, хоть они знакомы очень недолгое время. — Кем был тот парень у кафе? Он смотрел на тебя так, будто ты его старая забытая любовь, — Чан чуть было не поперхнулся водой от этих небрежно и с усмешкой сказанных слов.       Кем был для него Минхо? Он был первым, в кого Чан влюбился, тем, кто подарил ему лучшие воспоминания. Был тем, кто повысил его уверенность в себе, но также и тем, кто всё разрушил.       Чан прочистил горло перед тем, как ответить: — Мы виделись некоторое время. Ничего особенного. — Хм, а он смотрел на тебя так, будто ты для него особенный, — Мэттью откинулся на спинку и драматично прошептал. — Будто он влюблён в тебя.       Чан выдавил из себя громкий смех: — Не волнуйся насчёт него, он последний человек на свете, кто будет меня любить. У нас была интрижка, но недолгая и не серьёзная, — объяснил Бан и улыбнулся.       Он безбожно врал этому парню, который этого не заслуживал. Называть восемь месяцев с Минхо «интрижкой»? — Значит, о нём мне не стоит волноваться? — спросил Мэттью, и Чан заметил, что тот правда переживает. — Тебе не стоит волноваться ни о ком, — посмеялся Чан. — Хорошо, — Мэттью улыбнулся, а затем дотронулся до руки парня. — Значит, мы можем назвать это свиданием?       Мозг Чана сразу стал подкидывать парню воспоминания и мысли, смешавшиеся в кучу. Но ясным было одно: а как же Минхо? — Я пошутил, не волнуйся, — Мэттью заметил, как оторопел Чан, поэтому перевёл фразу в шутку и кокетливо подмигнул. — Но, если ты не против, я бы хотел пригласить тебя на свидание. Как насчёт следующей недели?       Чан подумал некоторое время над предложением: он пообещал друзьям встретиться на следующих выходных, и если он не появится, они сильно расстроятся. Однако Чану нужно было избавиться от воспоминаний с Минхо, так что свидание с этим прекрасным молодым человеком сыграло бы на руку. — Мы можем пообедать вместе, но к вечеру мне нужно пойти в кафе, — наконец ответил Чан. — Звучит идеально, — Мэттью улыбнулся. — Я заберу тебя.       Бану становилось неловко от того, как он начинал наслаждаться вниманием от красавчика Мэттью, и заметил, что начинает по-настоящему уважать его.       Неделя пролетела незаметно. Чан уже готовился к выходу, надел розовую рубашку и чёрные брюки — его любимый аутфит. Именно в этом он появился на той вечеринке у океана, где он впервые после совместной ночи встретил Минхо.       Чан сидел на пассажирском сидении. Рядом сидел Мэттью, который в голубой рубашке и аккуратно уложенными волосами выглядел превосходно. Во время езды мысли Чана невольно обращались к воспоминаниям о Минхо; как он привык сидеть рядом с Минхо, как он постоянно переключал радио. Как он иногда запрыгивал на водительское сиденье, целовался с Ли и не в силах дотерпеть до дома занимался с ним сексом прямо там.       Чан пытался сконцентрироваться на свидании, но не мог перестать думать о Минхо, и как с ним всё кардинально отличалось. — Ты, кажется, частенько подвисаешь, — уголки губ Мэттью приподнялись.       Чан виновато улыбнулся: — Прости, загружен просто кое-чем. — Ничего! Ты милый, когда концентрируешься, — улыбнулся Ким.       Чан покраснел и захихикал. Он постарался заблокировать воспоминания с Минхо и сконцентрировать всё внимание на парне рядом.       В ресторане Мэттью настоял заплатить за Чана, хотя второй предлагал разделить счёт. Парни, выйдя из здания, шли к машине, и Чан сплёл пальцы с пальцами Мэттью, а затем спросил то, что давно хотел: — Ты всегда такой уверенный в себе?       Мэттью раскатисто и громко посмеялся, что отличалось от звонкого и заразительного смеха Минхо. — А почему ты спрашиваешь? Тебя это возбуждает? — Ким ухмыльнулся и с хитрым прищуром посмотрел на парня.       Чан разъединил их руки, чтобы шлёпнуть того по руке: — Нет! Я просто спросил, потому что мне наоборот не хватает уверенности. — Ты самый милый человек на планете, Чан, — Мэттью внезапно перестал смеяться и с нежной улыбкой посмотрел на Бана. — Мне нравится смущать тебя.       Чан начал ворчать, что-то о том, что он вовсе не милый, отчего Мэттью стал смеяться громче, рискуя снова получить.       Вскоре они доехали до кафе. Мэттью припарковался у обочины и решил провести Чана до самых дверей кафе, хотя тот изначально протестовал.       Сквозь стеклянную дверь Чан заметил, что Минхо внутри ещё не было. — Чани… — прошептал Мэттью и развернул его к себе лицом. — Я прекрасно провёл время. — Я тоже, — Чан ярко улыбнулся. — Я абсолютно серьёзен. Мне это очень было нужно, поэтому спасибо.       Мэттью начал слегка покачиваться и поджимать губы, поэтому Чан удивлённо на него посмотрел. Парень всегда источал уверенность, но теперь будто сомневался в чём-то. — Я очень хочу кое-что сделать и надеюсь, что ты не против, — сказал Ким на одном дыхании и вплотную подошёл к парню.       Чан понял, к чему ведёт Мэттью, и приподнял подбородок, чувствуя, как его дыхание колеблется.       Их лица были очень близко, и Чан наконец почувствовал на своих губах мягкое, тёплое, немного неуверенное прикосновение. Поцелуй был приятным и нежным, в корне отличающимся от поцелуев одного-определённого-человека. Чан прерывисто выдохнул и медленно ответил на поцелуй.       Мэттью отстранился и нежно улыбнулся: — Это не значит, что мы официально встречаемся, так что не переживай. — Чан очень ценил, что парень не давил и давал время обдумать. — Мы же ещё увидимся? — с надеждой спросил Ким, и Чан стеснительно кивнул. Он не знал, что чувствует, но ему это начинало нравиться.       Мэттью на мгновение глянул за плечо Чана, затем на самого Чана и снова притянул к себе и поцеловал глубоко, тягуче и долго. Затем попрощался и ушёл.       Чан ещё постоял немного и трепетно трогал губы. Поцелуй его одурманил так, что ноги подкашивались. Он решил уже зайти в кафе, развернулся и обомлел. На него будто вылили ушат ледяной воды. Перед ним стоял Минхо, бледный, как лист бумаги, и с удивлёнными глазами. — Давно здесь стоишь? — еле прошептал Чан. Напряжение между ними висело, как натянутая и грозившая лопнуть струна.       Старший не мог смотреть Минхо в глаза, поэтому смотрел за его плечо. Ли продолжал молчать, тишина была оглушительной, и смотрел с такой болью и печалью, что сердце Чана дрогнуло, когда он на мгновение столкнулся с ним взглядом.       Минхо медленно развернулся и ушёл. Снова. С каждым шагом он был все дальше и дальше от него.       Почему Чан чувствовал себя виноватым? Разве он не заслуживал счастья? Он ведь давал Минхо шанс, подарил ему своё сердце, но получил его разбитым на мелкие осколки. Чана вины в этом не было, но почему он чувствовал себя неправильно и плохо?       После ухода Минхо Чан зашёл в кафе и, к счастью, никто не стал свидетелем их с Мэттью поцелуя. Спустя несколько минут, телефон Хёнджина зазвонил; вероятно, это был Минхо, так как Хван помрачнел и на секунду взглянул на Чана.       Он завершил звонок и объявил: — Минхо нехорошо себя чувствует, поэтому не сможет прийти.       Чан чувствовал себя неловко, тревожно и нервно постукивал пальцами по бёдрам.       Чонин недовольно промычал: — Мы ещё ни разу не собрались всей группой. Это нечестно. — Скоро мой день рождения, так что, думаю, мы сможем собрать всех покемонов, — Феликс мягко улыбнулся. — Так что, Ини, не волнуйся.       Чан нервно сглотнул и грустно посмотрел вниз. Настроение было испорчено отсутствием Минхо. Чан пятой точкой чуял, что Чанбин что-то подозревает, и не прогадал. — Что-то случилось? — спросил Чанбин, когда все разошлись.       Старший знал, что Чанбин не тот, кому надо врать или скрывать что-то, так что рассказал другу о поцелуе, о том, что Минхо это увидел и расстроенно ушёл. — Итак, во-первых, Мэттью поцеловал тебя? Да этот парень запал на тебя, — Чанбин улыбнулся. — Как я уже говорил, я буду только рад, если он тот, кто будет заботиться о тебе. Но не знаю, что делать с тобой и Минхо, — он тяжело вздохнул. — Вам больно, может это значит что-то? Почему вы постоянно причиняете боль друг другу?       Чан посмотрел вниз, раздумывая над словами. Было рано ещё говорить, есть ли у него чувства к Мэттью. Ким был безумно горяч и интересен сам по себе, у них были общие интересы, поэтому Чану с каждой встречей было всё более комфортно с ним. До встречи с Мэттью Чан чувствовал себя потерянным и неуверенным, но Мэттью помогал пройти через трудный этап в жизни. — Я пытаюсь быть счастливым, Бини, — тихо сказал Чан. — Верю, Чани, — вздохнул Чанбин. — Я просто надеюсь, что ты не используешь Мэттью, чтобы забыть о Минхо. Это будет подло по отношению к Мэттью, если у него к тебе есть чувства. — Я не использую его, Бин. Мне нравится его присутствие в моей жизни. Но ещё рано говорить, к чему это приведёт. — Хорошо, как скажешь. Если вы начнёте встречаться в итоге, можешь рассчитывать на мою поддержку, — Со улыбнулся. — Почему жизнь такая сложная, — Чан обречённо простонал, внезапно вспомнив, насколько болезненно выглядел Минхо тогда.       Чанбин фыркнул, приобнимая друга: — Чем жизнь сложнее, тем интереснее, не правда ли? — Не правда, — заворчал Бан. — Я хочу скучную жизнь.

***

      Чан смотрел в потолок своей спальни пустым взглядом и много думал. Он уже несколько часов пытался заснуть, но не мог. Вид сломанного Минхо отпечатался в его сознании и немного озадачивал Чана. Минхо ведь чётко сказал, что не любит его, и Чан ушёл, так как не видел смысла быть с тем, кто не любит его в ответ. Он заслуживал большего. На улице начался ливень, и Чан засмеялся от того, насколько ироничной была ситуация: природа отображала чувства Чана прямо сейчас. Он вспомнил тот день, когда они с Минхо танцевали на улице под дождём, а потом поцеловались. Живот неприятно скрутило от воспоминаний.       Чан от отчаяния швырнул подушку, в которую вжимался, в стену. Почему Минхо не мог наконец оставить его и его мысли в покое. Чан надеялся, что мозг перестанет думать так много и даст ему наконец поспать.

***

      Минхо чувствовал, как Чан ускользает от него всё дальше. Он лежал в кровати и думал, насколько же сильной иногда может быть боль, которая оставляет после себя только немощь и разруху. Минхо ждал, чтобы к глазам подступили слёзы, чтобы громко кричать и плакать в надежде, что это хоть немного ослабит удушающую боль. Но он не мог плакать, и это расстраивало ещё больше; Минхо казалось, что он теряет возможность выразить боль глубоко внутри.       Было бы в миллиард раз лучше, если бы Чан врезал ему со всех сил, чем целовался с другим. Минхо смог бы вытерпеть физическую боль. Дождь за окном соответствовал буре, находящейся в его душе. Минхо находил удивительным то, что душевная боль не походила на боль от пореза или удара. Наоборот, чувство было тяжёлым и ноющим, и это раздражало Минхо, ведь, к примеру, порез можно обработать зелёнкой или заклеить пластырем, а что делать с болью внутри? Ощущение, будто кто-то душит, не даёт дышать, а пульсирующая боль в сердце с каждой минутой становится всё более разрывающей.       Чем сильнее была боль, тем отчётливее в голове была мысль о том, что это исключительно его вина. И эта мысль причиняла ему ещё больше страданий.       Чан и Минхо уже долго игнорировали существование друг друга, но младшему каждый день Чан приходил во снах. Минхо любил это чувство, ему нравилось переноситься в тот мир, где всё между ними в порядке, и они счастливы.