Нераскрытые тайны

Жизнь Драко после Азкабана была мягко говоря непростой. Не то чтобы в Азкабане ему было легко, нет, просто пока еще слишком свежими были воспоминания из того ужасного места, чтобы упоминать о них. Это как сыпать соль на еще кровоточащую рану. На самом деле, как только его выпустили, он почувствовал некоторое облегчение. Он не почувствовал себя свободным, вовсе нет. Он знал, что свободным он больше уже никогда не будет. Но то, что он сможет жить более или менее нормальной жизнью, пусть и со всеми этими ограничениями, не могло его не радовать. В тот момент это был тот самый глоток свежего воздуха, в котором он так нуждался. В Азкабане легко сойти с ума… И, на самом деле, эта фраза слишком сильно недооценивалась по мнению Драко. Тот год, который он провел за стенами этого учреждения, навсегда оставил след на его психике. Он чуть не сломал его. И, возможно, проведи Драко там чуть больше времени так бы и произошло. Но, к его огромному облегчению, его не продержали там ни минутой дольше, чем было положено. На самом деле, тюрьма была переполнена. Там сидели разные люди: кто-то и правда этого заслуживал, а кто-то просто попал под бездушную машину правосудия (если эти суды, конечно, можно было назвать правосудием). Охота на ведьм — ничего больше. Когда Драко посадили в лодку, и она двинулась в сторону антиаппарационного барьера, откуда его уже ждал портключ в Министерство, ему все еще казалось, что все происходящее какое-то нереальное; что вот-вот он проснется в стенах своей тесной холодной камеры и тогда уже наверняка сойдет с ума. Малфой был совершенно уверен, что его психика не выдержит подобного издевательства. Однако лодка все плыла и точка, где его должен был ждать сотрудник Министерства становилась все ближе. Достигнув берега лодка ударилась о причал, как бы сообщая о том, что ему пора убираться из того места. И Драко не стал медлить. Он выбрался из лодки на причал и оглянулся в поисках ожидавшего его человека. Фигура, на которую наткнулся его взгляд, была смутно знакомой, но он все никак не мог вспомнить, где он мог видеть этого человека. Подойдя ближе, он узнал в человеке в аврорской форме Кормака Маклаггена. И бог ему свидетель, в тот момент Драко был рад видеть даже этого недоноска из Гриффиндорской Башни. Конечно, Драко никогда этого не покажет. Тем более этому идиоту. Да, хоть Драко и был заключенным, однако он все еще оставался Малфоем. Он хорошо помнил, как этот индюк пытался впечатлить Грейнджер: с него тогда потешался весь Хогвартс. Даже сейчас, когда Маклагген стоял и гаденько усмехался, смотря на Драко свысока, он как-то нелепо смотрелся в этой красной аврорской форме, словно подросток-переросток на Хэллоуин. — Ну здравствуй, Малфой, — намеренно растянув фамилию, проговорил Кормак. —Надеюсь, тебе понравилось твое приключение в Азкабане. Уверен, дементоры были к тебе очень добры. Как никак у вас это, можно сказать, семейное предприятие, ну или паломничество — это уж как тебе больше нравится. В тот момент, когда аврор открыл рот, Драко еще больше убедился в своих предположениях насчет подростка-переростка, а также насчет его умственных способностей. На секунду ему даже стало любопытно, как долго Маклагген придумывал эту шутку. Неумелые попытки язвить сразу навевали чуть грустные воспоминания о его школьном враге, у которого язык был подвешен куда лучше, да и ум был намного острее. Чтобы не говорил Драко о нем в школе, глупо было отрицать что Мальчик-Который-Выжил был вовсе не так прост и не так глуп, как могло показаться на первый взгляд. — Здравствуйте, господин аврор, — немного язвительно ответил Драко, впрочем, Макклаген явно не разглядел издевки в слове «господин». Он сразу выпрямился, отчего форма на его широких плечах сильно натянулась и стала выглядеть откровенно маленькой. — Вижу, манерам в Азкабане тебя все-таки научили — это не может не радовать. Ладно, Малфой, мне уже порядком надоело тут стоять. Подойди сюда — сейчас будет весело. — Не совсем понимая, о чем говорил Макклаген, Драко медленно пошел в сторону аврора. — Чего копаешься, Малфой?! Неужели ты испугался? — Если только того, что меня может вывернуть от неожиданной трансгрессии. Маклагген посмотрел на него с некоторым отвращением на лице и сказал: — Ты это, Малфой, держи содержимое своего желудка в себе, пожалуйста. — Как прикажете, сэр, — съязвил Драко уже так откровенно, что, казалось бы, не понял бы только осел. Однако Кормак, кажется, так задумался, что пропустил последнюю реплику Драко мимо ушей и вместо того, чтобы что-то сказать, схватил того за руку и трансгрессировал. Признаться честно, эта аппарация далась Малфою мягко говоря непросто. Все-таки глупо отрицать, что после многих месяцев без использования даже самой примитивной магии такая штука, как трансгрессия, может ударить по желудку. Отдышавшись и выпрямившись, Драко осмотрелся по сторонам. Честно говоря, он не очень понимал, где находится, однако с уверенностью мог сказать, что это не было Министерство Магии, ведь сюда так просто не трансгрессируешь. Быстро сюда можно добраться разве что по каминной сети, чего уж точно нельзя сказать об Азкабане. Драко вообще сильно сомневался, что рядом с этим местом есть хоть что-то, напоминающее камин. От одного воспоминания о том пронизывающем холоде, от которого он всеми силами прятался под не слишком теплым тюремным одеялом, его бросало в мерзкую, липкую дрожь, а по спине пробегал не менее отвратительный холодок. Уйдя в собственные в свои мысли, Драко и не заметил, как вокруг них появились люди и стали о чем-то разговаривать с Макклагеном. — Протяни руку, Малфой. — Это было первое, что Драко услышал, находясь в этом месте. Вероятно, до этого ему объясняли его права, и в этот момент Драко был рад, что ему, по крайней мере, не придется просить их повторить сказанное, потому что он был прекрасно осведомлен о своих правах, вернее об их полном отсутствии. Драко молча вытянул руку, и в тот момент, когда кожу начали обжигать магические нити Непреложного Обета, он понял, кто же будет теперь его надзирателем. Честно говоря, он даже не знал, как на это реагировать. Этот тупоголовый (а иначе сказать нельзя) аврор будет теперь его контролировать. Так не только его, но еще и его магию: единственное, чего он не может его лишить, так это простых бытовых чар и тех чар, которые будут необходимы ему в работе, заботливо предоставленной Министерством. И, о боги, Малфой правда не знал, как на это реагировать. Это больше походило на какой-то сюр, чем на реальность. Однако Драко не мог не усмехнуться ироничности ситуации. Казалось бы, что может быть глупее, чем то, что Кормак Маклагген — возможно, один из самых недалеких учеников Хогвартса — будет его «мамочкой», которая будет следить, чтобы он, не дай бог, не свернул с пути истинного? Фарс! Однако это реальность, с которой Драко в ближайшее время придется смириться. После принесения клятвы, Драко почувствовал себя дико уставшим. От усталости он чуть не валился с ног. Но Малфой не мог себе позволить потерять лицо, упав от истощения прямо на глазах у всех этих у людей. В его голове это бы только доказало, что его сумели все-таки сломать. Нет он не мог допустить этого. Он не мог еще больше опозорить род Малфоев. Он уже достаточно облажался. Собрав все оставшиеся силы в кулак, Драко выпрямился и попытался сообразить, что же будет происходить дальше. Но, как бы сильно он ни старался, все оставшиеся силы уходили только на то, чтобы поддерживать свое тело в вертикальном положении. Перед глазами все начало плыть, и Малфой почувствовал необходимость найти точку опоры. Как бы Драко ни старался, силы стремительно покидали его. Но в тот момент, когда он уже готов был осесть на землю, кто-то схватил его за руку и усадил его на стул. Перед глазами начало проясняться, и первым, что он увидел, была перекошенная рожа Макклагена. Спустя пару секунд до Драко дошло, что именно Кормак и подхватил его, предотвратив позорное свидание его лица с грязным полом. — Эй, хорек, ты чего? Что с тобой, ты что, помирать тут собрался?! — Голос Макклагена был наполнен чем-то вроде беспокойства, что невероятно забавляло Малфоя. В тот момент ему казалось, что нет ничего более нелепого, чем переживающий за него аврор. Малфой перевел на него все еще мутный взгляд и попытался сфокусироваться, но получалось у него плохо: невероятная усталость брала свое, и он чувствовал что вот-вот отключится, однако упрямство не давало ему этого сделать. Он получал своеобразное удовольствие от выражения лица аврора. — Эй, Малфой, да что с тобой, черт возьми?! Ты меня пугаешь. Может, мне позвать врача??? Драко хотел было съязвить, но не успел. Голова резко закружилась, и он потерял сознание.