Сероволчьи шерстинки

      А ведь он говорил: дурная идея! Дурная идея — ему соглашаться на работу во «Вместе». И дело даже не в том, что он ничего не смыслит в гражданской охране, только в убийствах, зачистках и вот этом всем, что называется обычно операцией, а потому что не должны до одури соскучившиеся друг по другу люди, наконец будучи по-настоящему вместе, без барьеров и расстояний, находиться так близко друг к другу. Говорил — и как в воду глядел!              Сейчас он пытался запихать под стол в своей маленькой каморке, в которой нес дневное дежурство — «нет, Серый, я не буду главной твоей СБ, ты спятил, у тебя там профессионал, до которого мне расти и расти, я буду простым охранником максимум, а вот если заслужу — повысишь, я не из тех, кто на службу через постель!», — генерального директора «Вместе» Сергея Разумовского, отвлекая от происходящего кашлем и торопливым, слишком громким приветствием своего непосредственного начальника Илью Викторовича, зашедшего к нему хрен знает зачем.              Вот дурная же была идея!              — Олег Давидович, я тут вот что… — Илья Викторович подозрительно поглядел на Олега, ерзающего в кресле — Серый пинался под столом, видимо, пытаясь уложить в малюсеньком пространстве свои конечности, — и плюхнулся на стоящий у входа второй стул, — я вот тут что подумал: надо бы тебе экзамен сдать на старшего смены. Ты уже хорошо себя показал за эти пару месяцев, мозгов у тебя много, опыта — тоже. Что скажешь?..              Что мог сказать Олег, если в тот же момент Серый ткнулся лбом ему в коленку и потерся о нее, как кот? Он охнул, будто бы от неожиданности предложения — конечно-конечно! — потер подбородок:              — Я… — Стать старшим смены было бы неплохо: смены были бы не два дня и две ночи через два выходных, а только дневные, и больше времени он бы смог проводить с Серым помимо башни «Вместе», а он уже давно обещал ему поездку на залив и эчпочмаки, до которых в рабочее время никак не доходили толком руки, да и зарплата у начальника побольше. Конечно, денег, что получил Олег за свою прежнюю «работу», ему хватит до старости, если не слишком шиковать и не покупать яхты и самолеты, да и Серый довольно богат, но все же деньги никогда не бывают лишними…              Но тут возникало и другое «но»: старшие смены располагались куда ближе к кабинету генерального директора, если не совершали обход, и если Серому, улучавшему каждую свободную минутку, чтобы прибегать в каморку Олега пообжиматься, не так просто было незамеченным проникнуть с сорокового этажа на пятый, где были дежурные комнаты охраны, то с сорокового на двадцать третий с учетом отдельного высотного лифта — раз плюнуть! И не то чтобы Олегу не хотелось поцелуев Серого, только вот… Задрав ему брючину, Серый поглаживал теперь лодыжку Олега прохладными пальцами, Олег чуть не пнул его рефлекторно, стиснул зубы:              — Мне подумать надо! — выпалил весьма резко, что начальник немного нахмурился: Олег никогда не позволял себе даже таких вот грубостей.              — Ладно, подумай. Следующий экзамен в конце квартала, пара недель у тебя есть, — Илья Викторович хлопнул себя по коленям, и Олег понадеялся, что уйдет, потому как Серый, оставив Олегову голень в покое, теперь — о ужас! — поднимался к бедру, но увы, не ушел. — Парень ты хороший, я тобой доволен…              Такие же слова, только сказанные другим тоном и в спальне слышал Олег от Серого сегодня ночью, когда они, чтобы разнообразить сексуальную жизнь, претворяли в жизнь фантазию «босс и содержанка». Олег крякнул — флешбекнуло, да и Серый уже мял внутреннюю сторону бедра, — поскреб щетину на подбородке, надеясь, что это скроет заливающий щеки предательский румянец:              — Это… спасибо, — буркнул полушепотом. Дернулся на стуле — Серый добрался до паха, и его рука была в паре сантиметров от напрягшегося как по команде члена. — Я рад!              «Иди уже! Иди, пожалуйста!» Выпроводить начальника Олег не мог, но посылал ему мысленные сигналы, понимая, что еще чуть-чуть, и Серый залезет ему в штаны, и тогда все: даже военная, крепчайшая Олегова выдержка не выдержит. И дело кончится… Ну оргазмом — да. Но и увольнением — его, и скандалом, связанным с Серым: едва ли совету директоров понравится, если их генеральный и главный акционер будет замечен с каким-то охранником в каморке. Стыд-то какой! И если увольнение Олег переживет — ну будет все же содержанкой, что уж, то проблем для Серого он точно не хотел.              А говорил же: дурная идея!              — А девушка у тебя есть, Олег Давидович? — спросил внезапно начальник, и Олег задохнулся. И от неожиданности вопроса, и оттого, что Серый, воспользовавшись голосом Ильи Викторовича, расстегнул молнию на брюках Олега и пробрался-таки к члену, приспуская и белье.              — Не… — Олег покачал головой, пытаясь незаметно опустить руку под стол и оттолкнуть Серого — его макушка предательски иногда выглядывала из-под стола уже, и даже несмотря на стену мониторов, отделяющих Олега от начальника, Илья Викторович мог что-то заметить. Об «услышать» Олег уже не думал даже, он вообще уже мало о чем думал — Серый лизнул головку его члена.              — А что так? — Илья Викторович прищурился, и Олег едва сдержался, чтобы не выпалить: «потому что я трахаюсь с нашим генеральным». Собрав всю волю в кулак и вцепившись в подлокотники стула, чтобы не вцепиться по привычке в волосы Серого — ах, как им обоим это нравится! — он как можно спокойнее и равнодушнее ответил:              — Не нашел… ту самую… — Ни слова неправды, в общем-то: ту — не нашел. Того — нашел. Но спрашивали же не об этом, верно?              Следующие несколько минут Олег чувствовал себя хуже, чем под обстрелом в Венесуэле, когда их чуть не изрешетили, выпуская в них пули десять минут без передышки, и лучше, чем первый раз испытав оргазм с Серым: Серый отсасывал ему на полную катушку, используя и губы, и язык, и даже зубы, лаская бедра и даже немного задницу, а Олег пытался в это время сосредоточиться на болтовне начальника. Ну и на мониторах, все же он на службе, мать ее!              Нет, ну какая же была дурная идея все же!              — Ладно, Олег Давидович, пойду. Не буду отвлекать! А ты подумай насчет экзамена, — Илья Викторович встал, направился к двери. Олег стиснул зубы с такой силой, что заныли челюсти: оргазм был близок. Он смог только кивнуть вслед начальнику и… заткнуть себе рот кулаком, чтобы не взвыть в голос, когда Серый одним толчком насадился на его член еще больше. Дверь за начальником захлопнулась одновременно с тем, как Олег начал изливаться Серому в горло.              — Так что, подумаешь над повышением? — Серый лукаво сверкал глазами из-под стола, пока Олег, распластавшись на кресле, пытался перевести дыхание. Тщетно. Дрожащей рукой он потянулся к бутылке с водой, стоящей на краю стола, в несколько жадных глотков опустошил ее.              — Я… — он посмотрел на довольного, как кот, Серого, на мониторы, на свои измочаленные брюки. — Я лучше уволюсь, Серый… Дурная была идея устраиваться к тебе на работу!              Дурная! Лучше уж он перейдет в содержанки и будет получать ласки Серого без присутствия начальства. И в более подходящих условиях. Например, в кабинете самого Серого, куда придет, конечно же, «с важным деловым предложением» и просьбой не беспокоить их пару часов.              А вот это, кстати, отличная идея!