suffocating/удушающий

Прерывистый холодный ветер, гулял сквозь деревья, густого леса. Солнце уже заходило за границу горизонта, плавно перетекая в закатное. Они шли молча по мокрой от недавнего дождя траве, пробираясь сквозь кусты дикой малины. - Как ты думаешь, зачем они в этом году забрали девушек пораньше? - Приподнимая подол платья что бы пробраться сквозь колючий шиповник, спросила Кадмия. - Да виноград у них вроде поспеет скоро. - Пренебрежительным тонном ответил парень.- Лишние руки как раз не помешают. - Марк шёл следом чуть поодаль, и кажется он зацепился штаниной своих застиранных синих джинсов за колючий шиповник. - Ты в это веришь, в эту чушь? - Кадмия резко развернулась встречаясь взглядом с парнем. - Мы сами видели их виноградники, помнишь? - Она смотрела на него с упрёком, удивляясь его детской наивности. - В детстве, когда нам лет по 9 было.- Эти воспоминания были затуманены годами, они уже не были четкими, будто покрытые пылью старые папины кассеты с плохим качеством картинки.- Вспомни они не таких огромных масштабов, что бы забирать две третьи девушек из деревни.- В голосе чувствовалось напряжения, как у только что натянутых гитарных струн. - Мне кажется что-то здесь не чисто, помнишь я тебе рассказывала… - Марк перебил её прежде чем она закончит. - Ой не начинай нести всякий бред, не убивают там никого. - В каком-то веке он уже устал обсуждать эту тему из раза в раза. - Правда? Тогда куда деваются все девушки которых уже забрали.- Кадмия раздражённо повысила голос.- Где они? - Вопрос остающийся без ответа уже много лет подряд, никто не мог дать на него ответа. Не которые местные жители уже настолько привыкли к постоянным исчезновениям что воспринимали их как часть бытия. - Что с ними стало, почему мы их не разу не видели, после того как их забрали?- Марк молчал. Он как и все каждый день боялся что он или кто-то из его близких пропадёт, навсегда.Ведь пропавшие так навсегда и оставались пропавшими безвестие. - Помнишь Лору, а Уну, Изабеллу, Зефани, Ирэн, Алексу,Натали да даже чёртову Аманду, их родители не видели их уже больше 5 лет, а от них не слуху не духу.- Иногда Кадмии казалось что ей единственной было дело до пропавших людей, ведь никто не обращал на это внимания, будто так и должно быть. - Словно их никогда и не было.- Она смотрела на него тяжёлым, непонимающим взглядом. Кадмия искренне не понимала почему он как и все не обращает на пропади ни какого внимания. - В шахте где и сам работаешь пропадают люди, сколько уже пропала за время твоей работы 10, 15 человек.- Во взгляде Марка промелькнуло нечто не уловимое, но оно пропало также быстро как и появилось. - Я же за тебя переживаю.- Чуть понизив голос добавила она. - Ты сам подумай, эта Матерь Миранда она во всем замешана…- Оборвав её на полу слове, Марк яростно на неё посмотрел, грозно проговаривая. - Не смей клеветать Матерь Миранду, она замечательный человек.- В его глазах горели языки гневного пламени.- Она готова помочь селянам и мне в том числе в любую минуту, что мы не попросим она это обязательно выполнит, и она умеет держать слово в отличие от тебя. - Он говорил с твёрдо с нажимом.- Матерь Миранда настолько прекрасный человек, что готова помочь, тебе если ты только попросишь и примешь от неё помощь. - Из-за переполняющий его злости его ноздри широко раздувались, а руки слегка подрагивали. - Почему ты так слепо веришь в её невинность, и искренность, но не хочешь поверить мне?- Не выдержав выкрикнула Кадмия. - Потому что тебе нужна помощь, у тебя проблемы с головой! - Повысив голос грозно проговорил Марк, смотря на Кадмию как на глупого несмышлёного ребёнка. - Кто бы говорил! - Прошипела она сквозь зубы, сгорая от гнева. К этому разговору они возвращались не в первый, и каждый раз всё заканчивалось одинаково. - Веришь беспрекословно этой суке, и слепо пляшешь под её дудку. - Злость бурлила внутри Кадмия, грозясь вырваться наружу в необдуманный поток холодной ярости. - Помнишь, я тебе рассказывала тебе когда...- Но договорить девушке не дал грубый тон лучшего друга. - Ты была ребёнком, мало что твоя больная фантазия могла на придумывать. - Боль от осознания резко ударила по раскалённым до предела нервам. Он ей не поверил. - Но это правда, раньше ты же мне верил...? - В неведении спросила Кадмия, поражаясь его циничности. - Я устал поощрять твои бредни Кадмия, начни жить реальностью а не фантазиями. - В глаза Марка было не понимание и злость. Почему она просто не может поверить в искренность намерений Матери Миранды? Марк выглядел раздражённым и усталым, когда пробирался назад через колючий шиповник окончательно порвав штанину. - Куда ты? - Окрикнула его Кадмия. - Подальше от сумасшедших. - Выбравшись из колючек Марк пошёл прочь, грубо вышагивая по сырой земле переодически поскальзываясь на мокрой траве. Кадмия стояла как вкопанная, смотря в след удаляющейся фигуре. Руки предательски дрожали, когда она медленно шла по лесу не разбирая дороги. Он оставил её одну. В последнее время они часто ссорились. Причина тому всегда была одна и та жа. Матерь Миранда. Она была как давно надоевшая пластинка, от мелодии которой уже тошнит. Было сложно забыть тот туманный день когда они встретились в первые. Ей было лет 5 когда семья Марка потащила её на субботнюю службу. Это была раняя весна. Зимы в горах были суровыми, поэтому не удивительно что в некоторых местах ещё лежал не растаявший снег. В церкви было зябко, ветер гулял за резными окнами, на стёклах иний вырисовывал удивительные рисунки. Слышались тихие перешёптывания взрослых, и смешки детей в белых одеяниях. В своём красном платьице Кадмия выглядела до нелепого смешно среди белой одежды. Дверь тихо скриплула в помещения все замолчали обращая свой взор на вошедшую. Это была как ей тогда показалась, очень высокая, стройна женщина едва за 30. На её красивом бледном лице, была бронзовая резная маска, одетая она была в чёрные как смоль вороньи перья. Маленькие пёрышки на одежды легонько подрагивали от малейшего движения. Над её головой блистал золотой нимб. Она была как ангел.Чем-то эфемерно прекрасным. Не достижимым. Она притянула как магнитом всё внимания прихожан. Они смотрели на неё с не скрываемым восхищениям, как на божество. Она была притягательной, но Кадмия она казалась отталкивающей. Не понятное чувство зародилась в её груди когда Матерь Миранда, медленно словно растягивая момент проходила в середину зала, лениво осматривая толпу. Дойдя до импровизированной сцены, она развернулась беглым взглядом осматривая прихожан. Но в одной мгновения ей взгляд задержался, цепляясь за яркое цветное пятно, среди обычайно скучно белого. Красный. Яркий, кричащий красный. Кадмию окутал ледяной ужас когда её глаза встретился с водянисто голубыми. По спине пробежали мурашки, а сердце глухо ударилось об рёбра, замедляя дыхания. Глаза Матери Миранды были не живыми как у мертвеца. Казалось что жизнь из них безвозвратно ушла, заменяя себя беспроглядной пустотой. Всю службу Кадмия стояла низко понурив голову, не смея поднять взгляд, и снова встретится с этими глазами. Кадмия знала,чувствовала, её взгляд, а время тянулось мучительно медленно, растягивая липкие минуты. Единственное что хотелось Кадмии, это исчезнуть. Провалится сквозь землю но никогда больше не встречается с этим взглядом. Кадмия больше не ходила в церковь. Солнце уже окончательно зашло за горизонт, а полная Луна завладев небом ярко блестела освещая небосвод. Между деревьев гулял промозглый ветер, а в кустах шуршали сверчки. Пробираться по мокрой траве через высокие кустарники становилось всё труднее, из-за подступающей темноты и холода. Дойдя до раскидистого большого дуба, Кадмия посмотрела наверх на скрытый за густыми ветками старый домик на дереве. Этот домик построил для неё с Марком, её отец когда ещё мог нормально передвигаться без помощи костылей. С тоской оценив место наполненное детскими воспоминаниями про тёплые летние деньки когда Кадмия с Марком представляли что они отважные искатели сокровищ в опасных джунглях, а домик на дереве эта их штаб квартира где они разрабатывают план по поиску клада. Как же ей хотелось вернутся в то беспечное время когда деревья были выше, а трава казалась зеленее. Поднявшись по затхлой лестнице, заботливо прибитой к коре дерева отцом. Она очутилась напротив простой деревянной двери, на ней не аккуратным детским почерком размашисто было написано «Домик Кадмии и Марка» и маленький рисунок цветочка с боку. Достав из кармана тяжёлый железный ключ что так неприятно холодил бедро через карман куртки, она с промедлениям медленно повернула его в замочной скважине, заходя в тёплое помещения. В домики пахло деревом и яблочным соком что она так любила пить в детстве. Помещения было крошечным, когда она была маленькой оно казалось огромным. С Марком они представляли что это их замок, с красивой дорогой мебелью, сделанной из красного лакированного дерева, и старинными каротинами написанными знаменитыми художниками. Сейчас нелепые детские рисунки цветов и вазочек, не казались высшими произведениями искусства как раньше. Кроме рисунков на стенах висели выцветшие за столько лет детские фотографии. Это место было до невозможности уютным. Проведя здесь половину детства, оно стало для них двоих вторым домом. С тоской пробежавшись по всему помещению взглядом, она наконец-то села на подоконник заставленный разными глупыми подушками, что они притащили с дома. За окном было темно и тихо. Ночь дарила спокойствия. Глаза слипались, а мысли были затуманены сонливой дымкой. Доверчиво прикрыв глаза Кадмия, задумалась обещая себя не засыпать. День был странным, и оставлял после себя отвратительный осадок. Хотелось что бы он поскорее закончился. Ну или на худой конец никогда не начинался. Блуждая по беспорядочному потоку мыслей, Кадмия так и не заметила когда сознания, начало покидать её медленно проваливаясь в сон. Но из дурманившего сна её вывел резкий звук, звонкого девичьего хохота. Ещё не до конца проснувшись ото сна, Кадмия затуманенным взглядом посмотрела в окно. Из-за нависшей пелены ночи можно было мало что разглядеть, три мелькающих силуэта всё-таки удалось рассмотреть. Они всё кружили и хохотали, в странном доселе невиданном танце. Их движения были плавными, и манящими. В темноте жутко светились три пары желтых словно расплавленное золото глаз. Они святили ярко, словно миниатюрный версии солнца. Глаза казались отдалено знакомыми словно она их где-то уже видела. Но расслабленное не отошедшее от недавнего сна сознания, отказывалась вспоминать, и анализировать полученную информацию, оставив эти размышления на более подходящее время. Единственную более или меняю связную мысль что выделял сонный рассудок, было что у людей так не светятся глаза. Кадмия не сразу заметила, четвёртого человека что стоял не подвижно, как вкопанный, завороженно наблюдая за девушками. В груди нарастало тревожащее напряжения. Затаив дыхания Кадмия с интересом рассматривала разворачивающиеся картину. Чудаковатые девушки, продолжали кружится в причудливом танце, но теперь их движения стали резче. Они двигались будто давно забытые сломанным куклы. Словно марионетки потерявшие своего кукловода впервые отдавшиеся самостоятельному сумасшедшему танцу. Парень восхищенно следил за девушками, находящимся в непрерывной безумной пляске. Кадмия не могла оторвать взгляда, от представленной ей абсурдной картины. На всё происходящие было слишком много вопрос, но не одного ответа. Всё казалось до нельзя глупым, нелепым, нереальным. Резкий выпад в перед одной из девушек в строну парня, заставивший Кадмию вздрогнуть из-за неожиданности. Странная девушка, не теряя времени повалила парня на щекочущую траву, и оседлала его бедра сверху. Две другие девушки задорно рассмеялись, и тоже упали на траву по бокам от парня. Девушка на парне стала делать ритмичные движения взад вперёд, тряс об него словно кошка. От этого парень застонал и несмело опустил свои руки девушки на бёдра, та на это лишь застонала, и переместила его руку себе на грудь, начиная двигаться более рвано и быстро. Парень который всё это время лежал практически смирно, уже более уверенно стал направлять девушку, сильнее сжимая одной рукой бедра а второй грудь. Две другие девушки не теряя времени стали раздевать парня. Одна из них потянулась к его губам сливаясь с ним в без стыдном поцелуе, пока вторая начала выцеловывать открывшийся оголенный кусок кожи. Они переодически посмеивались, и стонали. Их стоны были настолько без стыдными и громкими что где-то внутри Кадмии завязался тугой узел. Кадмия наблюдающая за всей этой картиной почувствовала как у неё заалели щёки и перехватило дыхания. Она ещё никогда в жизни не видела близость между мужчиной и женщиной, тем более между таким количеством женщин и мужчины. Она чувствовала будто подглядывает в замочную скважину, за чем-то запретным. Внизу стало не приятно влажно, и Кадмия не смогла понять из-за чего. С ней раньше никогда не происходило ничего подобного, во всех смыслах. Её никто никогда не касался, и это картина открыла для непонятные доселе чувства. Девушка сидевшая на парне медленно, под радостный хохот, приблизилась к бледной гладкой коже на шеи парня, Кадмия поддалась вперёд что бы лучше рассмотреть картину. Какое-то тревожное чувство внутри подсказывало ей всю противоестественность сего действия, но любопытство брало верх поэтому она только сильнее прижалась к стеклу стараясь рассмотреть все детали. Задержав дыхания, она наблюдала как девушка медленно облизывает кожу а потом впивается в неё зубами, её движения бедрами не прекратились. Если парню и было не приятно из-за укуса, то он не подал виду. И тут произошло то что выбило весь воздух из лёгких Кадмии. Девушка на парне с характерным громким звуком оторвала кусок плоти парня. Его глаза в ужасе округлились, когда он попятатся закрыть рану на шеи руками, девушки что всё это время были по боками схватили его по обе стороны за руки и ноги, прижав их к земле. Тело парня инстинктивно начало панически дергаться, словно он мотылёк которого пригвоздили канцелярской скрепкой к бумаге. Кадмия с грохотом упала с подоконника больно ударяясь поясницей об пол. Но кажется три особы были слишком поглощенны своим делом, что бы это заметить. В эту секунду, казавшиеся до этого уютные стены, неприятно давили. Стало до не возможного тесно. Из приоткрытого окна раздался душе раздирающий человеческий вопль. Мурашки побежали по спине, от осознания всего происходящего. Фантазия вырисовывала жуткие картины, насильственной смерти человека. Прямо там внизу буквально съедают заживо человек, а Кадмия даже не может пошевелится стиснутая оковами страха. Захотелось, приподняться и взглянуть, подтверждая свои мерзкие догадки о отвратительности кончине парня. Но страх удерживал её на месте. Нос защекотал металический запах крови, а в горле пересохло. Голова закружилась, из-за нехватки в легких кислорода. Воздух казался тяжёлым и вязким. Сердце стучало с бешеной скоростью. В ушах слышался пронизывающий до мозга костей звон. Недавнюю сонливость как рукой сняло. Паника охватила Кадмию ужасающей лавиной. Её тело не слушалось а мозг отказывался нормально работать. Пересилив себя она приподнялась на коленях заглядывая из-за подоконника, наружу. Три девушки кружились над телом парня откусывая всё новые и новые куски пока ещё не остывшей плоти. Взглянув в лицо парня Кадмия, возненавидела своё любопытство. Обжигая холодные щёки, из глаз полились горячие слёзы. Не было сомнения, на зелёной траве, весь в крови с половиной съеденного тела с просвечивающимися кусками плоти и обглоданными костями лежал Марк.