Electric

– Ну расскажи, какой он? – с нетерпением восклицает моя подруга Криста. Мы с ней познакомились в Академии искусств еще на первом семестре, посещая общие лекции. Я выбрала направление изобразительного искусства, а она – медиа. Поскольку мы сильно близки, то и анкеты на «Евровидение» подавали вместе. Тут образование Кристы сыграло важную роль, так как ее пригласили работать с прессой. – Ох, Иветт, как тебе повезло! Тусуешься себе со звездами, в курсе всех инсайтов. А я их вижу от силы минут пятнадцать в день, только на пресс-конференциях, да и то приходится слушать одни и те же однообразные вопросы от занудных журналистов. – Ну-у, - стараясь собрать мысли в кучку после беспокойного ночного сна, говорю я, - Дамиано худой. А еще у него какие-то идеально ровные зубы. Но он много курит. – Ой, ну я это и так знаю! Лучше расскажи, какой он человек. – Криста, я в общей сложности общалась с парнем минут пять от силы! Подруга строит недовольную рожицу – она специально проснулась пораньше, чтобы связаться со мной в Zoom и разузнать все подробности перед началом смены. – У него весьма странное чувство юмора, но это даже забавно – ему нравится, когда с ним общаются в таком же стиле. Можно не корчить из себя великосветскую даму. А еще, ты знаешь, у него такой взгляд, – со смехом добавляю я, – как будто он тебя испытывает. Мне иногда так становится неловко, когда он на меня смотрит, словно вообще насквозь всю видит. Черные ведьмины глаза. – Да-а, подруга, – произносит Криста, – и это ты говоришь, что общалась с ним всего пять минут. Да ты уже книгу можешь написать: «Дамиано Давид: ровные зубы и скрытая магия»! –Брось, – отмахиваюсь я, – ты же знаешь, как это бывает – первое впечатление обманчиво. Тем более, с рок-звездами: тут он весь такой крутой парень в кожаных штанишках, а вне сцены – закомплексованный мальчик, пытающийся компенсировать травмы детства. – Это да… Ну а остальные как? Виктория такая красавица, я была бы не прочь с ней замутить, – игриво отвечает Криста. – Эй, полегче, мы не знаем ничего о ее ориентации и личной жизни! – шутливо замечаю я. – Ты знаешь, они выглядят такими сплочёнными. При том, что я их на сцене еще не видела. Вот они идут по улице – и видишь, что это как один живой организм. Каждый занимает важную и незаменимую роль. Даже завораживает. Итан, правда, плоховато говорит по-английски – а жаль, весьма интересно было бы пообщаться с ним, он загадочный. У таких людей всегда нестандратный взгляд на вещи. А Виктория – да, красотка. У нее классный хриплый голос и она очень старается направлять в нужное русло троих парней. Без нее они бы, конечно, сошли с ума по полной. Особенно Томас. Поболтав с подругой еще минут пятнадцать, завтракаю и собираюсь идти за своими подопечными. Сегодня в плане у нас – саундчек и небольшое интервью для блога. Делегация встречает меня неполным составом – только звукорежиссер Лоренцо, Симона, ну и, конечно же, сами музыканты. Остальные проведут время за организационными вопросами. Добравшись до арены, направляемся сразу в павильон, где будет проходить настройка аппаратуры и первая проверка звука. Должна отметить, ребята сегодня преобразились – на них яркие костюмы в стиле семидесятых, а глаза ярко накрашены черным карандашом. Вау. Немного пообщавшись с командой звукооператоров, начинаем репетицию. Моя задача – проверить, что наушники закреплены на музыкантах правильно. С Итаном и Викторией справляюсь быстро – их до меня проверил мой коллега. Затем обнаруживаю, что у Томаса не подсоединен один провод –исправляю ситуацию и перемещаюсь к Дамиано. Очень важно, чтобы наушники и все детали особенно надежно сидели на солисте – ведь именно на него обращено все внимание, а жюри ставит оценки, основываясь на качестве исполнения песни. Захожу за спину Дамиано и проверяю, верно ли закреплен усилитель – при этом нечаянно задеваю пальцами кожу на спине под рубашкой. Он вздрагивает и оборачивается ко мне. – Все в порядке? Я киваю, давая знать, что проблем нет. Затем обхожу его, чтобы посмотреть, нормально ли все с самими наушниками. Мы вдруг оказываемся настолько близко друг от друга, что я чувствую его запах – сигареты и одеколон с древесными нотками. Возможно, могла бы даже услышать биение его сердца, если бы мой пульс не заглушал все вокруг. Вижу пристальный взгляд черных как ночь глаз. Не в силе оторваться от них, провожу дрожащими пальцами по проводам, проверяя их просто на ощупь. Становится настолько трудно дышать, что у меня кружится голова. Начинаю быстро моргать, чтобы хоть как-то согнать с себя это наваждение. – Все готово, – тихо говорю я и отворачиваюсь. Пока музыканты завершают последние приготовления, я стараюсь выйти из ступора. Что это только что было? Казалось, что эти пару мгновений длились вечность. И у него такая приятная на ощупь кожа… – Ну что ж, приступим, – голос Лоренцо вырывает меня из раздумий. Группа начинает играть. Громкая музыка сильно бьет по ушам, но я даже рада – может она сможет перекричать то, что творится сейчас у меня в голове. Назло себе опять бросаю взгляд на Дамиано – он подмигивает мне и, улыбаясь своей кривой улыбкой, начинает петь. Я стою, словно завороженная. Энергетика, исходящая от группы, настолько сильная, что все вокруг как будто замирает. С интересом рассматриваю черты лица Дамиано – он наконец-то без маски. Высокие скулы, нос с горбинкой. Идеальной формы рот. Когда он поет, вся та скрытая сила, что сидит в нем, как будто прорывается наружу. Наши глаза снова встречаются. Я изо всех сил стараюсь не отвести взгляд, потому что это означало бы проигрыш. А я ведь сильная. Весь остаток песни он как будто исполняет лично мне. Я словно в трансе. Но тут музыка резко заканчивается – а я бы слушала ее вот так, пожалуй, часами.

***

После нескольких дополнительных прогонов и внесения нужных изменений, направляемся на обед. Дамиано, присев возле меня, как ни в чем не бывало, спрашивает: – Ну что, как тебе? Понравилось? – Это было очень круто. Ваша песня определенно одна из самых сильных на конкурсе – не даром букмекеры оценивают ее так высоко. – Это ты еще наших костюмов не видела – вот это будет полный отвал башки, - с очень довольной миной отвечает парень. – А скромности тебе не занимать. Дамиано, закинув голову, смеется. Я улыбаюсь ему в ответ. Рокеры – они такие. За обедом завязывается приятная беседа с делегацией – у нас есть возможность узнать друг о друге побольше и просто поговорить о впечатлениях и ожиданиях от конкурса. Время пролетает быстро, и вот мы уже дружно спешим на пресс-конференцию в соседний павильон – я настолько увлеклась разговором, что не успела вовремя всех скоординировать. Пока группа отвечает на вопросы журналиста, успеваю перекинуться парой словечек с Кристой – подруга ассистирует на интервью. Она так округляет глаза при виде группы, словно видит восставшего из мертвых Фредди Меркьюри. – Горячие, – одними губами произносит она. Я ухмыляюсь, представляя себе ее реакцию, когда она через пару дней увидит их выступление вживую. Слава богу, абсолютно неинформативное интервью подходит к концу, и все вокруг оживляются. Время выдвигаться в отель. На обратной дороге у музыкантов происходит какой-то абсолютно неожиданный прилив сил – Томас включает громко «El Diablo» Элены Цагрину, представительницы Кипра, и начинаются дикие итальянские танцы прямо в автобусе. Поначалу я стараюсь сдерживаться, потому хочу выглядеть профессионально, но их безумные песни и пляски никого не оставят равнодушным. И вот через пару минут я, в обнимку с Викторией, громко кричу «Waterloo» группы АВВА – весьма интересный выбор Итана. Парни хлопают в такт музыке и поддерживают нас громким свистом и воскликами. Мы стараемся повторить движения шведов, исполнявших их на сцене «Евровидения» почти пятьдесят лет назад, но выходит это весьма комично. Мне этого так не хватало – просто быть собой и веселиться, чувствовать себя живой. Дамиано улыбается от уха до уха, и, видимо, не удержавшись, встает и присоединяется к нашему безумию. В какой-то момент автобус резко тормозит и я, потеряв равновесие, падаю на парня спиной. Итальянцу вовремя удается меня словить, так что я просто оказываюсь зажата между ним и спинкой автомобильного кресла. От резкого толчка вжимаюсь в Дамиано бедрами. И в этот миг как будто по всему телу проходит электрический ток. Его руки на моей талии. Я чувствую тепло его тела. Когда мы уже оба твердо стоим на ногах, Дамиано, все еще держа меня, склоняется и глухим голосом спрашивает: – Все в порядке, не ушиблась? Отрицательно мотаю головой. Тем временем, раздается громкий смех – песня закончилась и Томас изобразил какой-то забавный пируэт. А нашего маленького происшествия никто не заметил. Или же сделал вид.