La mappa dell inferno

Земную жизнь пройдя до половины, Я очутился в сумрачном лесу, Утратив правый путь во тьме долины.

Каков он был, о, как произнесу, Тот дикий лес, дремучий и грозящий, Чей давний ужас в памяти несу!

Так горек он, что смерть едва ль не слаще. Но, благо в нем обретши навсегда, Скажу про все, что видел в этой чаще.

Глаза растерянно метались, так и не найдя нужную точку, за которую можно было бы зацепиться. Рука Сережи скользнула под одеяло, хватая простыни, сильно сжимая белую ткань, до боли в кулаке. В ушах заныл како-то странный писк, отражающийся от стен. Наверное, единственное что сейчас мог делать парень это смято дышать. — Ребят, если вам надо поговорить, то мы с Игорем можем выйти, — подала свой голос Юля. — Нет, нет, все в порядке, — прохрипел Олег при этом скрещивая руки перед собой. Разумовский лишь слегка покосился все тем же растерянным и молящим взглядом. — Так, я все-таки думаю, что нам стоит уйти, вы тут решайте все и зовите, — подпрыгнула с кресла Пчелкина, хлопая по спине широкоплечего мужчину, — Пойдем, ковбой, посмотрим, купил ли ты на этот раза мой любимый мажетэль, — улыбнулась она, уводя его за собой. Они скрылись за дверью, но вдруг в коридоре прозвучал еле слышный баритон. — Юль, послушай на счет этого… твоего не было…но ты сказала, что это типа лимонад, вот я и взял тархун, сойдет? — ИГОРЬ! Какой тархун блин! Ой, господи, топай уже… Через мгновение все затихло и опять тот самый писк залез в уши, напоминая о душном напряжении. — Будем молчать или скажешь что-то? — повернул голову Волков. Да, казалось, он держится холодно и отстранённо, но его глаза все прекрасно выдавали. Они въедались в тело Разумовского рассматривая его по каждому миллиметру. И это, как бы Олег ни хотел, не возможно было скрыть. — Я… прости что… — Пришел? — перервал его Волков, — Да уж, Серый, как снег на голову, — мужчина тяжело вздохнул. — Прости, не должен был, я… я пойду! — Разумовский неожиданно подорвался с дивана делая пару резких шагов босыми ногами по холодному паркету. Он только сейчас осознал, что был в одной длинной футболке, поэтому без одеяла, которое осталось одинокого лежать на полу, сразу стало холодно. — Стой! — неожиданно Олег хватает его за запястье и притягивает к себе, но при этом не отпуская руку, а наоборот, поднимая ее над головой. Слишком близко. Они стоят в нескольких сантиметрах друг от друга. Оба едва краснеют от неожиданности и осознания что сейчас буквально могут разглядеть каждую пору на чужом теле. — Куда ты пойдешь мне интересно узнать? Тебе есть куда идти? Думаешь я совсем идиот? Ты был почти мертв, искал меня… ты бы делал это только в самом крайнем случае, — Волков буквально навис над Сережей смотря тому прямо в глаза. Его пальцы еще сильнее сжали кисть. — Олег, отпусти, — протараторил Разумовский, нервно закусывая губу, — Я знаю, что делаю. — Не ври, хотя бы себе не ври. — Отпусти, я тебе говорю. — Нет. — Мне больно, Олег! Отпусти! — вдруг Сережа сжал глаза сдерживая слезы, нахлынувшие из-за неприятного жжения. — Что? — Волков сам не заметил, как его захват стал слишком тяжелым, он моментально разжал руку от чего Разумовский тут же рухнул на пол, прямо ему под ноги. На запястье остался красный отпечаток. Олег не хотел приносить боль Сереже, хотя тот может и был этого достоин, но он просто не мог видеть, как тот плачет из-за него. И сейчас Волков тоже не думал об этом, он вообще не думал, не контролировал себя. Наверно несколько лет на горячих точках давали о себе знать, и та жестокость теперь навсегда осталась внутри, как какой-то неизлечимый вирус. — Я не заметил, — прошептал мужчина. — Все в порядке, — медленно сглотнул Серый, — Сейчас я правда не знаю, что делать, у меня большие проблемы, Олег. Кажется, меня ищут… точнее уже нашли. Мне нельзя возвращаться домой. Я постараюсь найти какое-нибудь безопасное место в ближайшее время… — Нет, не надо искать, останешься здесь пока все не утихнет, — жестко отрезал Волков. — Что? Нет! — Я все сказал — А разве твоя девушка не будет против? — резко повернулся Разумовский. — Ты о чем? Какая к черту девушка? Юля что ли? — Вы не… — Нет! — Парень? Тот, который ушел… — Ты о чем думаешь вообще? Прекрати! — То есть никого? Олег отрывисто вздохнул, ведя пронзительным укоряющим взглядом по Сереже. — Только на свой счет не бери, — процедил он сквозь зубы. — Да куда уж, но все же вопросик… — Никаких. Вопросов, — раздробил Волков. — Ладно, ладно, — поднял руки Сережа, показывая, что больше донимать не намерен. — Не заставляй меня жалеть. — Все, спокойно, а то зарычал уже, — улыбнулся Разумовский, но ловя все тот же холодный взгляд Волкова снова стал серьезным. — Я вижу тебе лучше стало, если хочешь есть, то мы скоро обедать будем так что присоединяйся, чистую одежду сейчас принесу, твою пришлось выкинуть. — В смысле выкинуть? Там же моя любимая рубашка была! Эй! — резко поднялся Сережа, хватаясь за плечи Олега, облаченные в старую кожанку. — Успокойся, всего лишь тряпки, при том убитые напрочь, я тебе не хуже сейчас дам, — отшатываясь произнес мужчина и тут же вышел из комнаты. «Ну как же не хуже, это была рубашка из последней коллекции Диор, но видно у него целый склад таких» — про себя фыркнул Разумовский. Тело все еще немного дрожало и периодически болело, но уже вполне могло спокойно стоять, голова лишь слегка кружилась. Сережа краем глаза заметил зеркало, висящее над старым роялем и осторожно ступая все еще голыми ногами по полу подошел к нему. Волосы выглядели просто ужасно, растрёпанные и лежащие кое-как, хуже них было только лицо Разумовского. Бледное, еще белее чем обычно, на этом фоне отлично выделялась красная разодранная губа, разбитая верхушка лба, опухшие глаза. — Да уж, видок так себе, — заключил парень, уже слыша, как дверь снова открылась. Это был Олег, который занес стопку чистой одежды и бросив грубое: «Если хочешь есть переодевайся быстрее, все уже готово и тебя никто ждать не будет» сразу же удалился. Разумовский быстро накинул на себя тряпки, что принес Волков. Все было новым, даже можно сказать только что купленным. Светло серая водолазка и обычные классические брюки — как раз так он одевался несколько лет назад. Найдя где-то резинку, Сергей убрал мешавшие локоны в незамысловатый хвостик и наконец двинулся в сторону приятного аромата жареных куриных котлет, который уже потихоньку наполнял квартиру. — Взял тот же размер, опрометчиво, — первое что сказал Разумовский, заходя на кухню, явно обращаясь к Олегу, — я же мог растолстеть за это время. — Зная твой организм и образ жизни, — протянул Волков, — Нет, не думаю. — Зануда, — бросил рыжий по-идиотски хмурясь. — Это они про что? — вдруг спросил мужчина, который сидел рядом с Юлей, уплетавший уже третью котлету. — Похоже про размер одежды, — неуверенно ответила Пчелкина. — Подожди, Волч, то есть мы про этого чувырлу ничего раньше от тебя не слышали, а сейчас узнается что это твой друг детства, да ты еще и его параметры наизусть помнишь? — Получается так, — утомленно вздохнул Олег, — Кстати Серег, это Игорь Гром, вот он и Юля вместе, — как-то неохотно выдал Волков. — Ну садись, чего стоишь, — спохватилась девушка, — Я тебе сейчас положу котлет пока Игорь их всех не съел, а ты рассказывай, Олег и так скрытный, а о тебе так вообще никогда не зарекался. — Похоже на него, — хмыкнул Сережа, плюхаясь на стул и ловя грозный взгляд Волкова, — Нечего рассказывать на самом деле, я программист, работаю на HOLT, скорее всего знаете эту компанию, она довольно известная. — HOLT International? — переспросил Игорь. — Верно. — Не лучшее местечко, репутация так себе, — хмыкнула Пчелкина подавая Разумовскому тарелку с едой и садясь напротив. — Его это не волнует, — фыркнул Волков. — Не правда! — вскрикнул Разумовский, разделяя котлету вилкой пополам — Сейчас занимаемся разработкой приложения, оно будет давать бесплатный доступ ко всей информации в мире. Музыка, фильмы, статьи. Да, в Холте не всегда все гладко, но они дают мне ресурсы развиваться и делать что-то хорошее, для людей. — Да уж, так свой Холт разрекламировал, аж сейчас резюме подавай, но ты забыл, что тебя чуть до смерти не забили, — голос Волкова ни на минуту не смягчался. — Это точно, когда тебя Волчик привез мы думали все, трупак, — засмеялся Гром за что получил подзатыльник от Юли. — Конкуренты… говорили какой-то бред про то, что я под них копаю, хотя зачем мне это? Вообще мне не привыкать, я один из лучших программистов в мире, нужно быть готовым к тому, что кому-то это не понравится, — улыбнулся Сережа. — Да, отлично, — буркнул Олег, — Работа просто прекрасная! — Тебя это уже не касается, — вздохнул парень. — Конечно, — Волков резко откинул вилку, — Зато ты практический мертвый на моем пороге это меня очень касается! — Ой, ну прости что ПОПРОСИЛ ПОМОЩИ у тебя! Больше этого делать не собираюсь! — взорвался Серый. Юля и Игорь не хотели вмешиваться в этот разговор, ведь понимали, что их замечания сейчас буду совершенно неуместны, поэтому они просто тихо наблюдали за происходящим. — Ну давай, строй из себя святого! Отлично, Серег, как всегда! — с новой волной агрессии выдал Олег. — Вот если бы ты не был таким…. НЕВЫНОСИМЫМ! — Невыносимым? Спасибо, а может сначала на себя посмотришь? — Ох, давай, прекрасно, переводи стрелки, думаешь меня знаешь? — вскочил Сережа, резко встряхивая руками, — Я уже другой человек, Олег, да и не думаю, что ты хоть что-то помнишь обо мне! Ты выбросил меня из жизни, как и обещал, да? Даже твои новые друзья только сейчас впервые слышат обо мне, молодец, держишь слово! — саркастично выдал парень, — Вот только не говори так будто в тебе хоть что-то сохранилось, ты тоже другой, я вижу… — на последние фразе голос Разумовского утих. Все замерли, переваривая случившийся конфликт. — Ты прав, — нарушил тишину Олег, произнося слова с какой-то особенной грустью, — Сейчас я не знаю тебя, но я знал Сережу Разумовского и да, — он сделал небольшую паузу, — Я до сих помню что он до безумия любил домашнее какао, самое обычно, но конечно чтобы не было пенки от молока, — тут его губы как будто бы немного улыбнулись, или Разумовскому просто показалось? — Любил просыпаться рано, чтобы любоваться рассветом и гулять пока все еще спят, Сережу который наизусть знал «Божественную комедию», который помнил каждую картину Боттичелли, еще ему очень нравился «Ежик в тумане» и море… и Италия, поэтому он даже сам выучил итальянский язык… тому Сереже не нравились люди, которые пытаются обмануть или подставить, не нравилось лицемерие, шик богатой жизни, а еще… он терпеть не мог запах сигарет… — Олег, — Разумовский в ступоре разглядывал фигуру напротив его. — Я не знаю какой ты сейчас, да, но я не стер тебя из своей жизни, пытался, — Волков достал из кармана пачку Парламента, вертя ее в руках, — но не стер. — Я опять наговорил… — Сережа было подорвался в Волкову, но тут телефон в его руке завибрировал (похоже все таки не настолько сильно разбился в той потасовке), это заставило его остановиться — Кирилл звонит. — Гречкин? — прохрипел Олег. — Да… — Пойду, пожалуй, не горю желанием слышать ваши разговоры, — кинул мужчина удаляясь. — Ребят, простите, — плюхнулся обратно на стул Разумовский, прикрывая глаза ладонью, — Не хотел устраивать тут перед вами сцен, — все еще под звук звенящего телефона промямлил он, — У нас слишком много старых обид. — Лучше все решить как можно быстрее, — подала голос Юля, — иначе это будет тянуться еще очень долго. — Да, наверно… но там все очень тяжело. — Я уверена вы справитесь, — добродушно отозвалась она, — а теперь прошу тебя ответь на звонок, а то этот звук уже начинает раздражать, — хихикнула. — Ой, да, прошу прощения, — вскочил Сережа, подходя к окну и беря звонок, — Ало, Кир — Сереж, привет, ты как? Слышал, что произошло… — голос шипел из-за дефектов динамика. — Все в порядке я в норме, на меня напали трое, сейчас более менее, Кир, они говорили, что я под них рою, что за приколы? — Понятия не имею, ты же знаешь этих бугаев, силы много, мозгов нет, наверно, как всегда, сказали, что первое в голову пришло, — засмеялся Гречкин, — так, ладно, серьезно, сейчас домой не суйся, тебя палят, найди где пересидеть, я бы к себе взял, но сам понимаешь я и так не чистый, а еще мишень в виде тебя мне сейчас никак не кстати, — заключил парень. — Да, я нашел уже. — А ну прекрасно, придётся ждать в районе недели, пока они успокоятся, потом сразу заберу тебя, нужно заканчивать работу, мы почти совершили революцию, — опять засмеялся в трубку парень. — Да…да… — Все, пора бежать, пока золотой. — Пока, — Сережа услышал гудки сброшенного звонка. Он пробудет тут не меньше недели. Не меньше недели бок о бок с Олегом….