Там, где ночует солнце

      Первая галочка в твоём списке. Минхо и Хёнджин хорошо ладили в средней школе. Семья Ли ещё осваивалась в новом городе, а их сын уже обзавёлся другом. — Привет, меня зовут Хван Хёнджин, — в его лексике преобладало формальное общение, будучи сыном директора школы, он был примером для подражания, — я староста этого класса. Нелюдимый Минхо поначалу испугался столь огромной порции улыбок, но со временем привык, ибо Хёнджин взял шефство над ним. Он провёл Минхо экскурсию по школе и стал поддерживать общение за её территорией. Хёнджин был первым человеком, который был так добр к Минхо. Новый город. Родителям и брату было не до него. Минхо из тех, кто быстро привязывается к людям. Причины такой привязанности (зависимости) ярко бросались в глаза: недолюбленность в детстве, низкая самооценка. Спустя несколько месяцев общения с новым другом Минхо стал замечать, что думает о нём больше, чем о себе. Минхо ненавидел футбол, но играл в него, потому что это было хёнджиново хобби. Потом дело дошло до того, что некоторые действия со стороны Минхо (какую футболку надеть или какую загрузить аватарку) зависели от одобрения или неодобрения Хёнджина. Не о подростковой влюблённости речь, как тогда подумал Минхо, а о эмоциональной зависимости. На втором году старшей школы Хёнджин стал реже общаться с Минхо. Он по-прежнему оставался его другом, но большую часть времени стал посвящать однокласснице, в которую влюбился по уши. — Хо, я решительно настроен признаться ей, — произнёс Хёнджин с улыбкой, — Вонён я тоже нравлюсь. Нужно лишь подобрать момент… Каково было Минхо? Он испытывал самую настоящую «ломку», находясь с Хёнджином «в разлуке», страх потери и сильную тревогу. — Сегодня ты особенно молчалив, — Хёнджин щёлкнул пальцами перед его носом, — пойду в туалет. Минхо будто током ударило. Он схватил Хёнджина за руку и испуганно посмотрел в глаза. В тот момент ему казалось, что он теряет друга навсегда. Хёнджин нахмурился. — Хо, что за цирк? Прекрати. Он попытался вырваться из крепкой хватки. — Прости. Минхо отпрянул. «Я втюрился в Хёнджина, я ревную его к Вонён» — накручивал себя он, не подозревая, что погряз в самообмане. Хёнджин был источником радости, поддержки и любви, в то время как Минхо являлся беспомощной личностью. «Я боюсь, если Хёнджин перестанет со мной общаться. Если оборвать его связь с Вонён, мы будем общаться как прежде» — думал Минхо. Хёнджин очень хорошо относился к другу, но не знал о его бисексуальности. Когда одноклассник зачитывал на весь класс любовное признание, Хёнджин смеялся со всеми остальными, не подозревая о том, что письмо было адресовано ему. Потом было не до смеха. … ты нравишься мне давно…

жаль, что это не взаимно…

Вонён встала не только между нашей дружбой, но и…

Я лишь хотел поклясться в своей преданности к тебе, Хёнджин.

прости…

Минхо не хотел, чтобы так вышло. Он обронил письмо в кабинете, а когда спохватился, то было поздно. По коварной задумке оно было адресовано Вонён. Минхо хотел подстроить всё так, чтобы одноклассница якобы случайно нашла любовное послание, прочла его и отступила от Хёнджина, дабы не показаться разлучницей. Вонён ждала, когда Хёнджин признается ей в чувствах, но после того, как озвучили письмо Хо, желание начинать отношения с сыном директора пропало. Ей было жаль Минхо и его безответную любовь (как было сказано в письме). В тот день Хёнджина стали задирать. Над ним и Минхо смеялись, всячески дразнили. За Хёнджином было закреплено прозвище «актив», за Минхо «пассив». Хёнджин смог побороть насмешки и унижения, перестав притворяться примерным мальчиком. Он запугивал остальных мамой и исключением из школы. Хёнджин был готов простить Минхо эту выходку, если бы тот сообразил обернуть всё в шутку. Минхо даже согласился лично поговорить с Вонён и объяснить, что не влюблён в друга, но та не хотела быть объектом ненависти одноклассника. Вонён собралась переводиться в другой класс. — У тебя ужасное чувство юмора, Хо, — злился Хёнджин, — твой прикол не удался. Это жестоко. Он наивно верил, что письмо являлось безобидной шуткой, и даже не рассматривал варианта, что Минхо мог действительно влюбиться в своего друга. Злость и обида затмевали хорошее отношение к Минхо. Хёнджин стал раздражительным, грубил и не упускал возможности ядовито высказаться в сторону Хо. — Исправляй, что натворил, пассив. Вонён избегает меня. Вся школа считала Минхо и Хёнджина парой. Итог был один: Вонён отвергла Хёнджина. С дружбой тоже было покончено. Наивная Вонён верила слухам, которые распускали местные сплетницы, а Хёнджин не переставал бороться за сердце одноклассницы. В подобной ситуации отношения с девушкой были просто необходимы, чтобы хоть как-то оправдать своё имя. Хёнджин не являлся геем, каким его считали. Минхо досталось чуть меньше. Вся школа знала и боялась его старшего брата, который связался с плохой компанией (бандитами). Одно он знал точно — Хёнджин умеет мстить. Вторая галочка в твоём списке. Переводные экзамены. Минхо не был готов потерять Хёнджина. Извинения вплоть до унижений, звонки и сообщения с просьбой о втором шансе не действовали на бывшего друга. — Мою парту изрисовали членами, за моей спиной шушукаются, про меня ходят ужасные сплетни, меня бьют, — сквозь сжатую челюсть произнёс Хёнджин, сжимая воротник Минхо, — девушка, которая мне нравилась и которой нравился я, теперь считает меня лузером. И всё из-за той дурацкой бумажки! Хёнджин предпринял попытку замахнуться на Минхо. Тот резко отвернул голову и зажмурился. Рефлекс. Феликс никогда не упускал возможности влепить брату оплеуху. — Ты мне нравишься, — жалобно протараторил он, жмурясь ещё сильнее, — я не врал, написанное в письме — правда. Хёнджин с отвращением скривился и медленно попятился назад. — Я как дурак всем доказываю, что мы с тобой натуралы, а на деле… — Выслушай меня, прошу, — всхлипывал Минхо, взглядом моля бывшего друга задержаться ещё на несколько минут. Хёнджин отрицательно качал головой и хватался за волосы. — В моих глазах ты был наивным и глупым парнем, но не мразью! — до него дошло, что Минхо написал это письмо неспроста, — ты ведь знал, как мне нравится Вонён, и всё равно пошёл на это? Ты конченный, Хо. Это подло. Я даже не догадывался о твоих чувствах, — взвыл он и топнул ногой. Минхо поднял на него взгляд. — А что бы изменилось, будь ты в курсе? — вполголоса спросил Минхо, — ты бы стал со мной больше общаться? Забил бы на Вонён? Хёнджин округлил глаза. Вид его казался задумчивым. Ему было трудно смириться с мыслью, что он вовсе не знал своего друга. — Я бы прекратил обсуждать с тобой Вонён, прекратил говорить с тобой о чувствах к ней, дабы не делать тебе больно, Хо, — Хёнджин направился в сторону класса, — я не строю из себя благородного, ты всегда знал, что зла я тебе не желаю. Даже когда я был дико зол на тебя за эту выходку, я всеми силами старался выгородить нас обоих, искоренить сплетни. Мне было неприятно, когда тебя называли теми ужасными словами. Теперь это в прошлом, — бросил он через плечо, — я разочарован в тебе. Минхо этот разговор воспринял по-своему. Когда всё немного поутихло, и Вонён отбросила попытки перевестись в другой класс, Минхо, так отчаянно борющийся за хёнджиново внимание, снова решился на подлость. Вонён и Хёнджин вновь начали общение. Минхо не мог допустить, чтобы оно переросло в отношения. Привязанность к сыну директора не могла исчезнуть по щелчку пальцев. Она была болезненной. «Даже если бы Вонён перевелась в другой класс, вряд ли бы Хёнджин перестал видеться с ней. Нужно просто сделать так, чтобы Вонён отстранили от занятий, либо исключили из школы» — думал Минхо. Он выкрал ответы на экзаменационные тесты и подсунул их Вонён. Хёнджину удалось убедить маму в том, что ответы украл он. Для неё это был сущий стыд и позор, но сын не мог поступить по-другому. Вонён и впрямь грозились отчислить (припугивали), но оба подростка восприняли всё слишком серьёзно. — Ты мстил мне за то, что я отвергла тебя тогда? — Вонён плакала, подумав, что украденные ответы подсунул ей Хёнджин, — все знают, что ты мстительный. — Нет, Вонён, я не крал ответы и уж тем более не пытался тебя подставить. Вонён была из тех девушек, кто мог похвастаться красотой, но не умом и сообразительностью. Она поверила речам Хёнджина, когда тот защищал её перед директором. — Ты сам во всём признался! В классе Хёнджин прослыл не только «активом», но и вором. Дома его ждало наказание от мамы. Учителя глядели на него с опаской. После всего этого Хёнджину ничего не мешало стать плохим парнем. Он и так мразь и подлец в глазах остальных, поэтому следовало поддерживать этот статус. Третья галочка в твоём списке. Ли Феликс. Когда старшему брату Хо нашептали, что его брат гей, тот пошёл выбивать из младшего правду. Такого Феликса Минхо опасался. От страха ему пришлось перевернуть ситуацию. — Хёнджин признался мне в любви, — его голос дрожал под натиском феликсова взгляда, — теперь меня считают геем. Феликс так взбесился после этого разговора, подкараулил Хёнджина около дома, дабы «вправить мозги», и избил. У Хёнджина тоже был старший брат. Не такой могущественный и сильный как Феликс, но умеющий заступиться за младшего. Хёнджин знал, что брат собирается на разборки с Феликсом. Он пытался отговорить его от этой затеи. — Пожалуйста, не ходи никуда, — беспокоился Хёнджин. У того были проблемы с сердцем… Никто не знал, удалось ли встретиться двум старшим братьям, ни свидетелей, ни следов побоев. Брат Хёнджина умер от сердечного приступа. Его нашли недалеко от дома. Хёнджин проклинал братьев Ли. Он не сомневался, что его брат умер по вине Феликса. Хёнджин собирался давать показания в суде, только вот свершился самосуд. Феликс в тот день был на побегушках у бандитов. Даже если бы и удалось встретиться двум старшим братьям, один из них не стал бы тратить на другого время. Ночью госпоже Ли позвонили и сообщили о смерти старшего сына. ДТП. Феликс нёсся на мотоцикле с каким-то поручением и, будучи в состоянии алкогольного опьянения (как показала экспертиза), не справился с управлением. Ходили слухи, что Феликс здорово накосячил перед нынешним боссом. Госпожа Ли верила, что аварию подстроили. Ответственный Феликс не мог накачаться алкоголем перед поручением босса. Хёнджин открыто желал смерти Феликсу, когда тот избил его. Третья галочка была поставлена автоматически в список Минхо. — Ты не представляешь, как я обрадовался, узнав о смерти твоего брата, — вместо приветствия выдал Хёнджин. Прошло всего несколько дней со смерти Феликса, когда Минхо вновь вернулся в школу. Минхо винил себя в его смерти. Больше у него не было защиты. Травля усилилась. Хёнджин постарался. Минхо не сопротивлялся ей до появления Хан Джисона. Хёнджин больше не опасен. Ему удалось отомстить. Он лишил Минхо отношений, как тот когда-то лишил его; он вынудил Минхо украсть ответы на тесты и признать вину; Минхо испытал боль утраты, какую испытал и Хёнджин. Это не ритуал прощения, но так будет лучше им обоим.