Напарник

Холодное солнце проникало сквозь высокие арочные окна в палату. Поттер полулежал на постели, Драко устроился в кресле для посетителей, а Теодора Ким уже больше часа расхаживала взад-вперёд по комнате и тестировала на них обоих различные диагностирующие чары. И пока что даже не начала повторяться! Поттер наблюдал за всем этим со сдержанным любопытством, но в глазах его то и дело вспыхивали искры, он изрядно веселился. Драко же его энтузиазма не разделял. — Если я сейчас выйду отсюда, — обратился он к Ким, когда та застыла, потирая висок пальцами, — он снова впадёт в беспамятство? — Если бы я могла с уверенностью ответить на этот вопрос, то так и сказала бы, — откликнулась целительница. — Диагностика не выявляет никакой магической связи между вами. Но все эти чары направлены на быстрые тесты, поверхностные показатели… А если связь находится глубже, если её основание в эмоциональной сфере, то они этого не обнаружат. — В эмоциональной сфере? — удивился Драко и повернулся к Поттеру. Тот сделал вид, что не понимает, о чём идёт речь, и промолчал. — Вы же напарники, — пожала плечами Теодора Ким, в солнечных лучах её лимонная форма засияла, слепя глаза. — Дружеские отношения способны на подобное, — она чуть сощурилась, как будто пыталась рассмотреть, что за тесная дружеская связь вплелась в течение магии. — Это наше первое дело, — выдохнул Драко, не в силах скрывать правду. — И мы… не были дружны прежде. Он сомневался, что Теодора Ким могла не знать о том, в каких когда-то отношениях были Гарри Поттер и Драко Малфой. О том, как они враждовали в школе, любили вспоминать в каждой второй статье. И вряд ли целительница всё свободное время посвящала медитациям, чтобы не вникать в слухи и сплетни, пропитывающие магическое сообщество. — Ты стал моим магическим якорем, пока я был бесплотным, — высказал собственное предположение Поттер, отрывая его от этих размышлений. Драко вздохнул, признавая его правоту: — Действительно, не стоит об этом забывать. — Магическим якорем? — насторожилась Теодора Ким. — Что за проклятье вас поразило, мистер Поттер?.. — Если бы мы знали его природу, — развёл тот руками, став наконец серьёзным. — Временно я оказался бесплотным и невидимым, хуже, чем призрак. Только благодаря чарам, что мы применили прежде, Малфой слышал меня. Возможно, именно они и послужили причиной того, что возникла связь? Насколько я могу судить, проклятье словно привязывало меня к предмету, ставшему его источником, а когда я покинул заданный чарами круг, то начал терять память. Но присутствие Малфоя от этого спасало. Казалось, Ким не удовлетворена ответом. Качнув головой, она ещё раз изящно повела палочкой, прошептав что-то совершенно непонятное, а затем высказалась: — Полагаю, аврорские чары мы можем не брать в расчёт. Они помогли вам общаться, но не сумели повлиять на поведение проклятья. Даже сейчас их след нисколько не сплетается с остальными магическими структурами. — То есть? — Драко не хотел озвучивать это сам. Ему отчаянно требовалось, чтобы кто-то другой произнёс вслух. — То есть вы стали магическим якорем мистера Поттера не по этой причине, — подтвердила его опасения Ким. — И даже не потому, что находились на одной территории. Что-то другое стало основным условием. Как именно вы получили удар, мистер Поттер? Драко прекрасно помнил, как это произошло. И вместе с воспоминанием внутри шевельнулось нечто, похожее на догадку. На странную и тревожащую догадку. — Хм… Насколько я помню, я хотел вытолкнуть Малфоя из-под вспышки, — ответил Поттер таким беспечным тоном, будто бы в этом не было ничего сложного, будто бы это не было странным, будто бы потом он не получил удар проклятья в спину. Теодора Ким чуть улыбнулась, словно теперь-то она проследила закономерности. Но вместо того чтобы пояснить их, она сказала: — Наверное, стоит провести эксперимент. Мистер Малфой, не могли бы вы спуститься в сад при больнице?.. Проверим, будет ли обратный эффект. Драко кивнул. Это казалось ему вполне логичным. Но пока он шёл по коридору к лестнице, провожаемый задумчивыми взглядами целителей, пока спускался по ступеням и искал на первом этаже выход в сад, он размышлял. Когда проклятье поразило Поттера, тот действительно кинулся, чтобы спасти его. Глупое геройство на самом-то деле. Всё было много проще, если бы под проклятьем оказался Драко, а не Герой Магической Британии. Проклятье спало, когда… Когда Гарри, чтоб его, Поттер кинулся в бассейн за ним следом. Бесплотный! Стоп-стоп-стоп! Это не было рациональным действием. Поттер действительно вытащил его, спас ему жизнь в который уже раз, но он прыгнул следом вовсе не потому, что знал — так и получится. Он… Это у него такой идиотский гриффиндорский инстинкт? Что ещё может быть причиной? Он был бесплотным! Он не мог не понимать, что не способен спасти кого-то в таком состоянии! Зачем тогда он бросился за ним?.. Драко замер на ровной усыпанной гравием дорожке, мимолётно отметив, что пижамы пациентов зачарованы на сохранение тепла. День выдался промозглым и сырым, а он сам не мог наложить Согревающее, потому что палочка по-прежнему дожидалась его в палате, и всё же он нисколько не продрог. Напротив, отчего-то щёки заполыхали так, точно у него случился приступ лихорадки. Уж не отослала ли его Теодора Ким, только чтобы переговорить с Поттером наедине и задать ему пару личных вопросов, ответы на которые вообще-то стоило бы знать и Драко? Он резко развернулся и отправился обратно в здание, не удостоив вниманием ни поздние тёмно-алые розы, ветви кустов которых склонялись к земле, ни вечнозелёную аккуратно подстриженную изгородь, ни клумбу с можжевельниками различных оттенков, подобранными с удивительным вкусом и расчётом. Он почти взбежал по лестнице и ворвался в палату как раз в тот момент, когда Поттер произносил: — Что ж, такое может быть. Теодора Ким кивнула и повернулась к двери. — Мистер Малфой, как вовремя. У нас как раз возникло подозрение, что третьим сосудом, как вы выразились раньше, были ненайденные статуэтки. — Что? — опешил Драко. Его мысли были далеки от расследований, статуэток и заключённого, которого наверняка за это время должны были замучить расспросами. — О чём вы?.. — Похоже, пока мы оба в сознании, — пояснил Поттер. — Магия остаётся у нас, но стоит одному из нас отключиться… допустим, уснуть, и магия уйдёт прочь в те статуэтки, которые мы пока не обнаружили. Драко подавил совершенно непрофессиональное: «С чего ты взял?» Сделал над собой большое усилие, чтобы не спросить: «Отчего ты кинулся спасать меня?» Он глубоко вдохнул и задал очень чёткий вопрос, который и следовало бы озвучить аврору: — Как вы пришли к подобному заключению?.. Теодора Ким закивала, уже открыла рот, чтобы пояснить, но тут в палату влетела маленькая золотистая «кричалка»: — Мисс Ким требуется на первом этаже. Обширная травма от взрыва котла! И, конечно, ей пришлось извиниться и покинуть палату. Проследив за аппарацией, Драко повторил вопрос, но теперь уже иначе: — С чего ты взял, что твоя магия каким-то образом утекает именно в эти статуэтки?.. — Сам подумай, куда ещё ей деваться, — почти миролюбиво отозвался Поттер, встал с постели и приблизился к шкафу в углу. Он открыл створку и вытащил оттуда собственную аврорскую форму и палочку. — Статуэтка Стрельца, как ты помнишь, заперта в Аврорате. Магически запечатана, как и остальные, из дома. Они не могут принимать магический поток. Но так как вся эта зодиакальная группа, — он начал расстёгивать пижаму, совершенно не смущаясь того, что Драко сверлил его взглядом, — наверняка связана между собой и предназначалась для единого ритуала, статуэтки… э… унаследовали способность принимать магию от того, кто был поражён одной из них. Драко проследил взглядом красивую спину до самого копчика и резко повернулся к двери, чтобы не видеть, как Поттер раздевается дальше. — То есть это всего лишь предположения, — заключил он. — Которые, к тому же, невозможно проверить. Поттер негромко рассмеялся. — Почему же невозможно, вполне возможно, если мы потрудимся собрать немного сведений. Нам нужно в Аврорат, я давно не ругался с Нортоном, а сейчас у меня сразу несколько отличных поводов… — Как вышло, что это он стоит над тобой? — вырвалось у Драко. — Пока что он показал себя… — и прикусил язык. До него дошло, что Поттер как будто бы намеренно пытается отвлечь его. — Возраст, Малфой, — снова этот беспечный тон! — Мне двадцать четыре, этого слишком мало, чтобы возглавить отдел, даже если ты Герой Магической Британии. — Отчего ты кинулся меня спасать? — всё же не выдержал Драко. — Ты — мой напарник, не забыл ещё? — Поттер застегнул последнюю пуговицу и шагнул к нему. Похлопал по плечу, будто они были старыми друзьями. — Для меня это имеет значение. — Драко не нашёлся с ответом. — Отправляйся в свою палату и переоденься. Я пока займусь нашей выпиской. Пока мисс Ким занята и не придумала новую порцию диагностических чар, у нас есть шанс сбежать. В этом был смысл, так что Драко кивнул и отправился на этаж ниже, в то время как Гарри, чтоб его, Поттер, аппарировал на первый этаж, чтобы испортить настроение — или очаровать, тут нельзя было быть уверенным, — привет-ведьме и остальному персоналу. *** И часа не прошло, когда они вдвоём уже стояли в холле Аврората. Пронизанный холодным светом солнца зал был почти пуст, в середине рабочего дня желающих слоняться без дела тут не оказалось. Поттер подмигнул Драко и сказал: — Ну что, готов встретиться с Нортоном и доказать свою невиновность? — Может, я действительно безуспешно пытаюсь тебя убить? — хмыкнул в ответ Драко, потому что шутки на этот счёт в сочетании с подозрениями его изрядно утомили. — Ты не можешь, — качнул головой Поттер с такой уверенностью, что Драко только моргнул в ответ. Больше Поттер ничего не пояснил, только зашагал вперёд, выпрямив спину и развернув плечи. Драко отстал на несколько шагов, рассматривая его и не понимая — тот ли это Гарри Поттер, которого он помнил. «…основание в эмоциональной сфере», — вспомнились ему слова Теодоры Ким. Отчего это так тревожило и одновременно смущало? «Я всего лишь хотел поработать аврором», — напомнил себе Драко, и это нисколько не помогло. Он догнал Поттера в три шага и больше от него не отставал.