Напарник

Как оказалось, в ресторане «Элизабет» у Поттера был личный столик. Милая девушка подошла к ним, едва они оказались в небольшом холле, и сразу узнала его. Она улыбнулась так тепло и лучезарно, что Драко на мгновение подумал, уж не начал ли Герой Магической Британии встречаться с официантками. Но нет, по реакции самого Поттера он не заметил никакой особенной симпатии. Поймав его вопросительный взгляд, Поттер, усаживаясь за столик, пояснил: — Да, я часто тут бываю. — Вкусная кухня? — придумал подходящую причину Драко. Он сам был не из тех, кто отлично разбирается в лондонских ресторанах, хоть его отец мог бы поставить данный факт ему в упрёк, и, возможно, только потому не знал ничего про этот конкретный. — Хорошая, — пожал плечами Поттер. — Но ничего особенного. Наверняка где-то готовят лучше, так что дай-ка я сам выберу тебе что-то пристойное… — он задумчиво открыл меню и продолжил говорить: — На самом деле я начал приходить сюда потому, что, во-первых, вход закрыт для журналистов, а во-вторых… — и тут Поттер проследил пальцем одну из строчек меню, и буквы, словно соткавшись над раскрытыми страницами из звёздной пыли, зависли в воздухе, — минимум контакта с персоналом. — Но к нам подходила официантка, — удивился Драко. — Эмили? Она администратор зала, — Поттер добавил к первой зависшей строчке ещё несколько, щёлкнул пальцами, и сияющие буквы умчались. — Я не стал заказывать вина, потому что мы, кажется, собирались ещё поработать, да?.. Драко на это только кивнул. Отчего-то он никогда не пытался вдуматься в то, насколько на самом деле Поттеру хотелось укрыться в таком вот ресторанчике, где на тебя совершенно некому смотреть. Он сам пережил нечто подобное в те дни, когда родителей таскали с одного суда на другой. Прежде он любил внимание, а тогда — возненавидел. Но Поттер?.. Кажется, ещё в школе все были убеждены, что Поттеру льстит внимание, что он его жаждет. Он устал от него, потому нашёл такой ресторан? Или он никогда не хотел оказаться в лучах прожекторов, на страницах газет?.. Драко оглядел зал. Их столик стоял в углу, казался уединённым островком, но и остальные явно были расставлены так, чтобы посетителям не приходилось обращать друг на друга внимание. Очень интересное место. И сейчас, кроме них, в зале была только одна семейная пара. Просторная мантия не могла скрыть от чужого взгляда, что женщина ждёт ребёнка. Наверняка она не желала показываться знакомым в таком положении, а может, опасалась проклятия или сглаза от недоброжелателей. — Никогда не задумывался, что тебе, должно быть, не нравилось, когда твоё имя полощут на страницах газет, Поттер, — сказал Драко, отвернувшись от беременной. — Никто не задумывался, — отозвался тот меланхолично. И в этот момент перед ними опустился чайник с двумя чайными парами и тарелка сыров. — А вот и закуска. — Странно… — Драко взглянул на него серьёзно. — Время заставляет на всё взглянуть иначе. И теперь я уверен, что… В общем-то, я тут вспомнил, что так и не смог нормально поблагодарить тебя. В конце концов ты спас мне жизнь. — Ты же знаешь, почему между нами не возникло обязательств долга жизни? — скучающим тоном уточнил Поттер, отводя взгляд. — Не задумывался, — опешил Драко. Поттер чуть сощурился. — Твоя мать вернула его за тебя. Солгала лорду, что я мёртв, хотя я был жив, — Поттер взял один из нарезанных треугольничками сырных кусочков и отправил в рот. — Так что тебе не пришлось думать об этом. И знаешь, я до сих пор не желаю ни о чём таком говорить. Сделаем вид, что никакого спасения не было? — Мне и не хотелось обсуждать те события, — чуть поморщился Драко. На самом деле у него не всегда получалось даже назвать вещи своими именами. Он и сейчас спрятался за «те события» вместо того, чтобы назвать битву за Хогвартс. — Просто вдруг понял, что то, как сложилась моя жизнь сейчас, было бы невозможным без тебя. — Хах, — Поттер качнул головой и помрачнел. — Пожалуйста, избавь меня. Понимаю, ты пытаешься донести что-то очень важное, но, Малфой… — он глубоко вздохнул. — Я слышал все эти слова в тысяче вариаций. Не всегда в положительном смысле. Можно хотя бы от тебя, хотя бы здесь… — он замолчал, и тишина показалась Драко бьющей в виски. Наконец Поттер договорил: — Мы собирались поесть, верно? Не раскрыть друг другу души, не разговаривать о работе. Просто поесть. Так давай этим и займёмся? — Извини, — поднял в жесте примирения ладони Драко. Он разлил чай на две чашки, и когда закончил, они получили ещё и по салату. Некоторое время между ними царило молчание, пока наконец Драко не предпринял ещё одну попытку завязать разговор: — Как думаешь, почему всё же между нами возникла связь? Почему получился магический якорь?.. — А что ты вообще о них знаешь? — уточнил Поттер, глядя в тарелку. Он наколол кусочек телятины и только тогда посмотрел на него. Драко видел, что настроение его напарника стремительно портится. Но нащупать безопасную тему для разговора не получалось. — Слышал, что якоря возникают, если маги хорошо знают друг друга, — сказал он, но тут же поспешил добавить: — Вот только разве это касается нас, м? Я даже не представлял, что ты не любишь внимания к своей персоне, например. Это как-то не подходит к «хорошо знают друг друга», верно? Или достаточно и того, что мы проучились вместе столько лет? Но мы даже в одной гостиной не пересекались в школе, и наши отношения назвать дружескими мог бы только умалишённый. При этом якорем невозможно стать, если нет совершенно никакой связи… — он замолчал, будто сам себя запутал. Развёл руками, показывая Поттеру, что действительно потерялся. Поттер смотрел на него слишком пристально, потом вдруг моргнул и снова уставился в тарелку. Когда же он заговорил, голос звучал непринуждённо и всё же с капелькой яда. — Мы враждовали, хорошая причина для магического якоря? — предположил он. Драко тут же сощурился. — О, неужели, ты решил пошутить? — Я, собственно, не понимаю, Малфой, почему это так сильно волнует тебя, — Поттер принялся гонять среди салата несколько фасолин. — Якорь-якорем, но сейчас такого рода связь мне больше не нужна. Ты можешь не опасаться из-за того, что нужно проводить со мной больше времени, чем тебе хотелось бы. — Эта тема волнует меня хотя бы потому, что после того, как с тебя спало заклятье, связь якоря всё ещё осталась на месте, — фыркнул Драко. — Может, тебе действительно казалось, будто я ничего не заметил, но ты явно успел обсудить этот момент втайне от меня с Теодорой Ким. Если связь больше не нужна, если от этого больше не зависит твоя жизнь, почему же она не разрушилась? Действительно ли ничего не случится, стоит мне отойти? — Допустим, — не подтвердил, но и не стал отпираться Поттер. — Допустим, я говорил с Ким об этом. Но она тоже не знает, как разрушить возникшую связь. Пока что меня это беспокоит меньше, чем необходимость определить, кто был сообщником нашего подозреваемого. И я просил не говорить о работе. — Это касается не работы, а наших жизней, — горячо возразил Драко. — Что за условие активировало связь?.. Это, раздери его дракон, вовсе не обычный магический якорь. Что-то другое. Не держи меня за дурака. — Хорошо, — Поттер теперь опять смотрел на него, и взгляд его был решительным. — Да, мы с Теодорой Ким сошлись на том, что было дополнительное условие. Это чувства, Малфой. — Чувства?.. — растерялся Драко. — Погоди… В каком смысле чувства?.. — В прямом, — Поттер полюбовался его лицом, а затем отодвинул тарелку от себя, точно больше салат его не интересовал. — Не что-то вроде любви, не подумай. Симпатия. Чувства, запустившие связь. — Симпатия, — повторил Драко, но понятнее не стало. — Да прокляни тебя Мерлин, Малфой, — теперь Поттер вспылил. — Да, ты нравился мне ещё в школе. Внешне! Но помимо этого ты был тем ещё говнюком. Думаешь, с таким начинают встречаться? Предлагают свидания?.. Может, таким признаются в любви, чтобы получить сотню ядовитых насмешек в ответ?.. — он качнул головой. — Да, у меня есть симпатия, которая так и не сумела ни во что перерасти. Но её было достаточно, чтобы между нами возникла связь. С каждым его словом в ушах Драко становился всё слышнее звон. Постепенно нарастающий звук скрыл за собой весь мир, и Драко на миг не сдержался, даже надавил на виски пальцами. Только так он сумел вернуть себе подобие сосредоточенности, самоконтроля. — О, вот как, — он качнул головой, наконец приходя в себя. Поттер закатил глаза и снова взялся за чай. Драко нерешительно посмотрел на него, но не сумел прочесть по лицу, какие эмоции им владеют. — Мы взрослые люди, Поттер, мы могли бы… — Взрослые люди, которые до сих пор зовут друг друга исключительно по фамилии, как в школе, — хмыкнул тот, оборвав его на полуфразе. — Если между нами возникла подобная связь, если твоя симпатия никуда не делась, нам опасно оставаться напарниками, — припечатал его Драко, тоже начиная сердиться. — Ведь из-за неё ты несколько раз глупо рисковал собой. — Ты тоже рисковал собой из-за меня, — парировал Поттер. — Считать, что я тебе тоже не безразличен, что ли? Или ты теперь доложишься Нортону? — Считай, — припечатал Драко, пропустив мимо ушей ещё один ядовитый вопрос. — Что?.. На столе появилось горячее. И некоторое время, пока столовые приборы сменялись, а тарелки скользили над столешницей, Поттер и Драко молчали, рассматривая друг друга. — Это просто смешно, — наконец сказал Поттер. — Ты сейчас намекаешь, что… — Мы взрослые люди, и раз уж мы симпатичны друг другу, то могли бы… переспать? — предложил Драко. — Для подобного не требуется глубокая любовь, знаешь? Это один из способов узнать друг друга. — Один из способов, — Поттер качнул головой. — Разве люди не ходят для этого на свидания? Чтобы узнать друг друга? Или, считаешь, мы достаточно насолили друг другу в школе, чтобы теперь поставить точки над «i» в постели? — в его голосе звучало что-то… непонятное. Он то ли обижался, то ли пытался задеть. А может, что-то скрывал. Драко никак не мог понять. А сам он… это предложение родилось больше из чувства противоречия, или всё же на самом деле это бунтовала магия, связавшая их как-то особенно причудливо? Чтобы не разбираться прямо сейчас в собственных мотивах, Драко уцепился за то, что на самом деле не имело значения. — И где бы мы с тобой встречались для этого? — Драко обвёл рукой зал «Элизабет». — Только здесь? Или, быть может, ты хочешь, чтобы во всех газетах появились заголовки: «Малфой-младший стал аврором, только чтобы захомутать Героя Магической Британии»? «Малфой и Поттер — бывшие враги стали любовниками»? «Спали ли раньше школьные враги? Откровения одноклассников»? Или ещё лучше: «Он бросил меня ради Пожирателя смерти: эксклюзив от Джинни Уизли»? Поттер на миг закрыл глаза. В его лице появилось странное выражение — то ли усталость, то ли горечь. Он медленно кивнул. — Да, конечно, ты прав, — теперь он больше не язвил. — На нас набросятся стаи стервятников. Вот почему, вот почему на самом деле я ничего и никогда не хотел говорить тебе. Только вот ты стал моим напарником и не избавился от привычки влипать в смертельно опасные неприятности. А я не бросил привычку тебя спасать. — Кто бы говорил, — Драко с сожалением посмотрел на свою тарелку. У него пропал аппетит. — Я прикажу упаковать еду и отправить… да хотя бы и в Аврорат. Вряд ли мы с тобой сегодня соберёмся отдохнуть, — Поттер снова коснулся меню и написал кончиком пальцев несколько слов. — Разговор вышел… не очень. Не бери в голову, ладно? Я отправлю Мионе сову, и она найдёт рецепт, который поможет нам разорвать связь, раз уж она тебя беспокоит. — Я не хочу её разрывать, — вздохнул Драко. — Или ты хочешь?.. — Нет, — уронил Поттер. — Ладно, — Драко осознал, что не может подобрать достойного ответа. — Давай просто займёмся работой и сделаем вид, что я ничего не предлагал тебе, ты ничего не говорил мне. Давай попробуем решить хоть одну проблему, прежде чем придётся разбираться с остальными. В конце концов, может, твоя симпатия ко мне и вовсе исчезнет. — Это вряд ли, — отозвался Поттер поднимаясь. — Жду тебя в Аврорате. По счёту уплачено, — и он аппарировал столь стремительно, что Драко лишь бессильно сжал кулаки. «Maman, я только что предложил Герою Магической Британии заняться сексом, а он аппарировал от меня прямо в ресторане. Не могу понять, что я чувствую по этому поводу. Следует ли мне оскорбиться? А может, я был не прав? Как это вообще должно происходить у отпрысков из рода Малфоев? Разве мы не должны быть безусловно привлекательными для каждого, maman?» — представил Драко ненаписанное письмо, и только после того у него достало сил отправиться за Поттером следом.