Даже слухи иногда бывают полезны

Кэйя плавал в прострации, силясь понять, что чувствует. Получалось не очень, но он правда пытался. Венти — гавнюк, при встрече больше никакого алкоголя за его счёт не получит! Что вообще всё это должно значить? Сердце, словно пытаясь намекнуть, несколько раз ощутимо ударило по рёбрам. Кэйя нервно рассмеялся и потёр грудь. Он не дурак, и хотя на это ушло много времени и понадобился чёртов Архонт, но понять свои чувства он может, только не принять. Отвратные чувства. Иногда Кэйе казалось, что судьба его ненавидит. Рождённый в Кхаэнри’ах, брошенный на произвол судьбы, обретший счастье и своими же руками его уничтоживший, а теперь и… Отвратительно, Кэйя, просто отвратительно. Как ты вообще посмел осквернять, пусть сам того не зная, этого человека? Прерывистый выдох вырвался из горла, пришлось прикусить губу, чтобы больше не издать ни звука. (Венти рассчитывал явно не на это, когда в самом прекрасном расположении духа выпрыгивал из окна его комнаты.) Капитан поджал колени и уткнулся в них лбом, просидел в таком положении он довольно долго, затем будто резко очнулся, встал, привёл себя в порядок и вышел из комнаты. Ничто не отвлекает лучше, чем работа. Конечно, он не забыл, что сегодня его честно выпрошенный выходной, но что поделать, если все планы рухнули? Глупая надежда, что, если займёт свою голову чем-то другим, его чувства окажутся нереальными и отступят. Нет, ну а вдруг правда? Сейчас сходит, развеется, может, если повезёт, возьмёт задание на убийство монстров, так и… Архонты, кого он обманывает. Путь из казарм в штаб был недолгий, здания находились рядом, но Альберих решил проветрить мозги и немного увеличить расстояние, пройдя через площадь. Он уже подходил к ней, когда возбуждённые голоса принудили его заинтересованно замедлиться. — Так, ну это уже все границы переходит! — Ох, женщина, не мешай! Никому плохо от этого не будет! — Может и не будет, но как вам не стыдно! Ставить на такое! На наших уважаемых мастера Дилюка и сэра Кэйю! Эта последняя фраза заставила Кэйю остановиться и навострить уши. Из переулка, где он находился, хорошо просматривалась площадь, на которой в кучку собралось несколько мужчин и женщин. Они окружили Сайруса, держащего в руках небольшой блокнот и ручку. — Тысяча моры, что вместе! — Понял тебя, записал! — Три тысячи, что нет! Не верю я в этот бред! — Правильно! Я тоже ставлю против! — Ничего-то вы не понимаете! Пять тысяч, что встречаются! Кэйя не знал смеяться ему или плакать. Народ дошёл до того, что ставит ставки и торгуется, уже никого не стесняясь. Ну дают. Капитан покачал головой и отправился дальше. Пока это в самом деле никому не мешает — всё в порядке.

***

— Входите! — откликнулась Джинн на стук в дверь. Та приоткрылась и на пороге показался некоронованный король Мондштадта. — Дилюк? Рада встрече, — девушка улыбнулась и привстала, чтобы поприветствовать друга. — Я по поводу последних налоговых вычетов, — кивнув в ответ, сразу перешёл к делу Рагнвиндр. — Хм, где-то несостыковка? — Можно сказать и так. Ошибка в подсчёте, я принёс обновлённую версию, — на стол магистра опустилось несколько бумаг. Та взяла их в руки и внимательно изучила, прежде чем отложить в сторону. — Хорошо, я пересмотрю всё ещё раз позже и внесу правки в документацию, — Джинн окинула Дилюка пронзительным взглядом. — Могу поговорить с тобой? — О чём? — моментально напрягся он. — О ком. О Кэйе. — Магистр, при всём уважении… — Стой! — Гунхильдр перебила его и наклонилась чуть ближе к столу. — Я знаю, что не имею никакого права вмешиваться в ваши отношения… — Но ты делаешь это. — Да, да, — Джинн вздохнула и покачала головой, опуская глаза. — Но, Дилюк…я хочу задать тебе один вопрос… — снова подняв взгляд на Рагнвиндра и поняв, что тот слушает, она продолжила. — Ты знаешь, что случилось с Кэйей, когда ты ушёл? — Что? В смысле? — Дилюк скрестил руки на груди и нахмурился. — Значит нет, — девушка откинулась на стуле. — тогда позволь рассказать. Я не знаю точно, что произошло тогда между вами, но знаю, что Кэйе пришлось пережить после. Я нашла его совершенно случайно, заволновалась, где он пропадает который день и пришла к нему в комнату в казармах. Когда я зашла, мне показалось, будто я очутилась в ледяной пещере. Стены, пол, потолок, кровать, шкаф — всё было покрыто толстым слоем льда. А источник недвижно сидел в углу. Мне стоило больших усилий выбить из него хоть пару слов, дальше он говорил уже сам. Про Кхаэнри’ах рассказал тоже, — на последних словах она понизила голос. — Дилюк, ты не хуже меня знаешь, что когда человек получает силу глаза Бога, его тело пытается приспособиться к ней. Но в случае Кэйи происходило совсем противоположное — отторжение. Это зависело от эмоционального состояния, поскольку он считал себя недостойным, неправильным, чужим, каким угодно, главное — тем, кому подобную силу иметь нельзя. Помочь мы ничем не могли, только и делали, что беспомощно качали головами да приносили поесть время от времени, — Джинн сжала ладони в кулаки, погрузившись в болезненное прошлое. — Дилюк, не знаю, что помогло ему выбраться из этого состояния, но прежним он уже никогда не был и не будет. Принять его таким — единственное, что можно сделать, позволить быть собой, не пытаться изменить то, кем он был, кем стал и кем будет. Я могу быть уверена лишь в том, что Мондштадту повезло иметь такого человека в ряду своих защитников. Постарайся понять это. Дилюк, за всё время её рассказа не проронивший ни слова, задумчиво пялился в пол. В голове возникло несколько вопросов, которые он просто обязан был задать Кэйе. А также… Несколько вопросов к самому себе. Обвинил его в том, что он не ушёл из рыцарей, после того, что они сделали? Ты выгнал его из дома, ему больше некуда было пойти. Попрекал тем, что он совершенно не благодарен отцу и не скорбит о нём? Ты хоть раз спрашивал его о его чувствах? Человек не может столько времени и так искусно притворяться, тем более ребёнок. А его заявление про шпионаж… Хотелось бы узнать, почему за сколько лет Мондштадт ещё ни разу не подвергся хотя бы «пробному» нападению людей бездны. Или монстры, гуляющие за стенами, и есть те самые «люди»? — Дилюк? — обеспокоенный голос Джинн разбил его мысли. — Я… Да, спасибо, что… Рассказала мне всё это, — прерывисто отозвался Рагнвиндр. — Где он сейчас? — Эм… Не так давно я слышала его голос в коридоре, так что либо у себя в кабинете, либо снаружи. — Хорошо, спасибо… Ещё раз. Он попрощался и направился к двери, когда его нагнал голос магистра. — Кстати, Дилюк, по поводу этих слухов… — неловко начала Джинн. — Ложь! — перебил её тот и быстро вышел за дверь.

***

В штабе народу было немного, почти все разошлись по поручениям, а кто не разошёлся попались под руку капитана Альбериха и разошлись. Тот обречённо покачал головой. Нет, нет, а, говоря про некомпетентность нынешних рыцарей, Дилюк был прав. Кэйя уже успел зайти в свой кабинет, обнаружить огромную новую стопку документов и отчётов, накопившихся, пока его не было, поворчать на них, потом спуститься вниз, поворчать уже на рыцарей, выдать им задания и, почти смирившись со своей участью, он хотел было вернуться к себе, чтобы начать разбирать бумаги, как — Братик Кэйя! звонкий, тонкий голосок вырвал его из размышлений. Он едва успел обернуться, как на него налетело маленькое бедствие. Легко подхватив её на руки, подняв над головой и покрутив вокруг себя, Кэйя прижал Кли к себе и рассмеялся. — И куда же ты так торопишься, Искорка? — Мой арест закончился! Я хотела встретиться с Рейзором, но не нашла его, братик Альбедо тоже куда-то делся, мне стало скучно и я вернулась, чтобы забрать своё новое сокровище, чтобы спрятать его, чтобы кто-нибудь нашёл и обрадовался! — затараторила девочка, широко улыбаясь и перебирая в руках пряди его тёмных волос. — О, я уверен, этот кто-то очень обрадуется, — глаз Кэйи слегка дёрнулся, к счастью, незаметно для рыцорки. — только, Искорка, надеюсь ты выучила урок и не станешь прятать сокровище, которое взрывается, когда его найдёшь? — Конечно нет! — на душе капитана стало чуть легче от этих слов. — Оно взрывается через несколько минут! — поторопился с выводами. — Ой, смотри! Там тот странный дядя! — внезапно заговорщитским тоном прошептала Кли и указала куда-то за спину Альбериха. Он обернулся, уже догадываясь, кого увидит, и столкнулся со взглядом ярко-красных глаз. Дилюк наблюдал за ними с самого начала, даже чуть раньше. Правду говоря, раз он в кои-то веки находился в ненавистном штабе, он хотел заодно и зайти к Кэйе и поговорить. Не то, чтобы разговоры с Аделиндой и Джинн как-то повлияли, вовсе нет, просто нужно было решить все недопонимания, да, именно так. Принимать, прощать и всё в этом роде он не собирался, но… — Странный дядя, а что ты тут делаешь? — снизу на него глядели огромные невинные глаза, в которых плескалось явное любопытство. Кли выпуталась из объятий капитана и подбежала к Дилюку. — Я… — он плохо представлял, как вести себя с детьми, чтобы ненароком не обидеть. — Кхм, я относил некоторые документы Действующему магистру. — Ух ты, взрослые проблемы! — глаза девочки стали ещё больше, хотя казалось больше некуда. — У братика Кэйи тоже много таких! Он целыми стопками их носит и иногда использует, как подушку, он такой смешной! Джинн ворчит на него, когда он так делает. А ещё братик Кэйя всегда помогает мне вытащить братика Альбедо из лаборатории, и мы ходим обедать в «Хорошего охотника», а ещё… — Кли, — строго, но мягко прервал её беспечный монолог подошедший Кэйя. — что я говорил о том, с кем можно делиться информацией подобного типа? — Не раскрывать информацию подобного типа незнакомым людям, если это не поможет добыть от них нужные мне сведения, — чётко отрапортировала она. Но в следующий миг неуверенно спросила. — Но он же знакомый, ты много о нём рассказываешь. — А если бы ты обозналась? На свете много похожих людей. Конечно, для нашего мастера Дилюка сложно найти близнеца, но мир огромен. — О, я поняла, — задумалась девочка. — В следующий раз я буду осторожнее! — Молодец, — улыбнулся Кэйя. — А теперь как насчёт пойти поискать Альбедо? Он наверняка уже вернулся в лабораторию. — Точно! — засияла Кли. — До встречи, братик Кэйя, до свидания, Странный дядя! Кли умчалась, а атмосфера между оставшимися резко изменилась. — Кэйя… — Прошу прощения, мастер Дилюк, меня ждут эти самые взрослые проблемы, мне нужно идти, — равнодушно бросил Альберих, но сделать шаг в сторону лестницы на второй этаж он не успел. — Кэйя! — Дилюк крепче сжал хватку на его предплечье. — Надо поговорить. — Ох, неужели? Мы уже очень хорошо поговорили сегодня утром, — внутри Кэйи холодным фейерверком взрывались тоска и обида. На оголённом запястье хорошо чувствовалось тепло ладони, даже сквозь перчатку. — Кэйя, пожалуйста, я хочу всё разъяснить. Капитан вырвал руку, но остался на месте. Создавалось впечатление, что только он тут несчастный и разобиженный, перед которым нужно извиняться, стоя на коленях. (Представив Дилюка на коленях, Кэйя сглотнул, но тут же выбросил мысль из головы, не вовремя.) Это было в корне не так, и единственный, кто в принципе должен извиняться — это сам Кэйя. Так он всегда считал и будет считать, потому что его вина гораздо выше вины Дилюка. (О чём это он? Извинений никогда не было достаточно.) — Пойдём, — наконец Кэйя двинулся вперёд. До его кабинета они дошли молча. Капитан запер дверь и отошёл к окну. В давящей тишине можно было услышать людской гомон с улицы. Головы обоих разрывались от количества мыслей, которые хотели выплеснуться на другого, но с чего начать, никто не знал. — Ладно, — вздохнул Кэйя, на секунду прикрыв глаза. — я, наверное, должен извиниться за свои слова. Твои действия и решения — твои, не мне их судить. Ты поступал так, как считал нужным. — Да, ты прав. Я должен был найти виновных в произошедшем, не важно, как и сколько времени на это уйдёт. Я ушёл, зная свою цель. Но со стороны это, верно, и правда походило на побег, — Дилюк не отрывал пронзительного взгляда от спины Альбериха. — И то, как я поступил тогда с тобой, было не правильным. — Хах, возможно, подпалить мне волосы было хорошим решением, — по привычке усмехнулся Кэйя и тут же прикусил язык. — Кэйя, — мрачно протянул Рагнвиндр, но больше ничем не выказал своего недовольства. — Джинн рассказала мне… — Ох, и много она тебе рассказала? — обречённо спросил капитан, ладонью прикрывая лицо. — Достаточно, — не стал вдаваться в подробности Дилюк. — Но не это важно. Могу я спросить? — У меня есть выбор? — повернулся к нему лицом Кэйя, насмешливо выгибая бровь. — В чём именно заключается твоя шпионская деятельность? — проигнорировал его вопрос, продолжил Рагнвиндр. Некоторое время Кэйя молчал, гипнотизируя пол. — Знать бы… — в конце концов ответил он. — Я плохо помню, что произошло в тот день, когда мой родной отец оставил меня возле винокурни. Я запомнил его слова, про то, что я должен внимательно следить за аристократией Мондштадта и что-то там ещё про последнюю надежду… Сначала я честно пытался наблюдать, запоминать, но я был ребёнком, который попал в по-настоящему дружную и любящую семью, поэтому вскоре это отошло на второй план, — его взгляд блуждал по помещению, старательно обходя фигуру человека. — Я никогда не забывал, кем являюсь, но позволил себе надеяться, что всё в прошлом. В день, когда умер оте… мастер Крепус, я решил открыться тебе, потому что больше не мог держать всё в себе, а дальше ты знаешь. Дилюк слушал, скрестив руки на груди. О чём-то таком он и догадывался, когда выходил из кабинета Джинн. Она, хоть и считала Кэйю другом и сама по себе была доброй и доверчивой, не позволила бы человеку, который угрожает безопасности города, остаться в нём, да ещё и служить в руководящих органах. Однако понимание того, что Кэйя сейчас говорит то, что он должен был услышать уже тогда, но поддался ярости, окружило его и заставило застыть. Если бы в ту ночь он смог перебороть себя, если бы эти слова были произнесены позже, хотя бы на день… — Да уж, времечко ты выбрал очень подходящее, — покачал головой Дилюк. Альберих криво улыбнулся и не ответил, вместо этого он обошёл стол, всё это время разделяющий их, и встал ближе, оставив расстояние около метра. — Прости. — Рагнвиндр тоже сделал шаг вперёд. — Ты обязан мне рассказом о своих невероятных приключениях, — Кэйя принял извинения, пусть и в своей особой манере. Так же, как и по глазам прочитал всё несказанное Дилюком. — Вечно у нас всё через одно место. Попробуем ещё раз? Сойдясь окончательно, они осторожно обнялись, едва касаясь ладонями другого человека. Но объятия эти были самыми крепкими. — Ты побывал в Сумеру, братец? Я слышал, там водятся гигантские змеи…